Мальчик и его лис

Ты - мой Маленький принц с далекой планеты. А я - твой Лис. Пусть так и будет. Так всегда легче: говорить метафорами, чем пытаться втиснуть сложное чувство в простые слова. Да и как можно сложное чувство светлой и нежной тоски объяснить просто? Это всё равно что пытаться рассказать о цвете неба тому, кто никогда не выходил из дома, используя при этом прилагательное «синий». В этом огромном, пугающем и немного больном мире ты появился и рассказал мне, как можно жить без постоянной тревоги. Без попытки уничтожить себя каждую ночь. Ты стал моим лучиком света, хотя сам тогда, наверное, этого не понимал. Ты приближался терпеливо. День за днем. Шаг за шагом. Как в той самой книге: «Ты садился чуть дальше, потом ближе…» Но я так и не поняла до конца, кто из нас кого приручил. Ты ведь без меня тоже не мог. Так и тянулась эта странная, никому, кроме нас, непонятная связь. Связь двух душ, слишком похожих и потому смертельно одиноких в толпе. Все вокруг твердили, что между нами - «сплошной беспредел». Мы просто смеялись. Потому что они смотрели и не видели. У тебя ярко-зеленые глаза. Хотя сначала мне почему-то казалось, что они почти черные - наверное, от глубины. Я могла бы сказать сейчас что-то романтичное, но это было не про романтику. Не про ту любовь, о которой пишут в стихах. Мы были чем-то бо́льшим. Мы были одним человеком, разделенным на двоих. Отражениями. Мы до сих пор носим в себе друг друга: я - твою уверенность и смелость, а ты - мою осторожность и хитрость. Ты научил меня не бояться, я научила тебя ждать. Как Лис ждал Принца. Каждый день в одно и то же время. Мы оба любили стихи. Любишь ли ты их сейчас? Иногда даже пытались сами что-то сочинить. Ты писал о своей Розе. А я писала о тебе - Лис, который привязался к Принцу, зная, что тот однажды улетит. Ты никогда не видел этих стихов. Если бы знал, в какой боли они были написаны… Наверное, заплакал бы. Нам всегда было одинаково больно друг за друга. Это, наверное, и есть главный знак того самого «приручения»: когда чужую боль чувствуешь острее, чем свою. А сейчас мы выросли. Ты больше не тот беззаботный мальчишка, который показывал мне небо. А я уже не верю так наивно в твой «крах капитализма» и обещанную новую жизнь. Вся прелесть детства и той слепой веры в чудо потихоньку ускользнула от нас, как песок сквозь пальцы. Твоя Роза завяла. Ты нашел другую, более красивую и с нарощенными ресницами. У меня сменился Хозяин - он бережно гладит меня по рыжей шерстке и покупает клубнику в шоколаде. Но наша тоска… она осталась. Знаешь, в книге Лис говорит: «Я выиграю из-за цвета пшеницы». Для меня ты стал тем, кто навсегда окрасил мир в золотой. И даже теперь, когда все изменилось, я смотрю на колосящиеся поля и чувствую, как щемит в груди. Потому что где-то там, в другом месте, есть ты. Тот крошечный ты, который когда-то заменил мне весь мир… Единственная слабость, которую мы теперь себе позволяем, - это ночь. Одна ночь в году. Самая длинная, самая таинственная, полная воспоминаний. Мы встречаемся в ней, как будто возвращаемся на нашу планету, где не было времени, страхов и холода. Ты говоришь, что помнишь обо мне всегда. Я лишь киваю и машу рыжим хвостом… Приятно, когда помнят. Даже если помнят молча. Даже если случайно пробегаю на задворках сознания. Что ж, время никогда никого не щадило. Но я всё помню. Твои зеленые глаза, которые сначала казались черными. Июльскую жару, когда мы читали по ролям. Наши разговоры до 5 утра. Юные мечты. Наше лето, которое принадлежало только нам. Я надеюсь, что и ты вспоминаешь о нас с теплотой. И что когда ты смотришь на звезды, ты слышишь мой смех. Потому что теперь это — мой секрет. В каждой звезде может быть тот, кого ты приручил.