По образу и подобию

      Ниган не соврал — в самом деле явился через два дня, взяв только пятёрку солдат из личной охраны. Карл уже предупредил остальных, но появление Нигана всё равно повышало градус напряжения до предела — будто запертую клетку с крысами ставили на медленный огонь и ждали, что будет. Как скоро крысы начнут верещать.        — Соскучился, ковбой? — поинтересовался Ниган с насмешливым видом. — Кстати, ты уже подал заявку на конкурс «Мистер Улыбка»?       Карл проигнорировал первый вопрос и хмуро ответил на второй.       — Не подал. Одним конкурентом у тебя будет меньше.       Ниган одобрительно хмыкнул. Мишонн, которая встречала Спасителей на правах лидера, удивлённо покосилась на них.       Об этом Карл её тоже предупредил. Сказал, что Нигану нравится его подначивать, поддевать шуточками, будто они два школьных приятеля-раздолбая. Карл опасался, что взвинченная Мишонн ринется защищать его, а вот с ней Ниган не будет и вполовину так же снисходителен.       Ниган по-хозяйски ходил по Александрии в компании Карла. Складывалось ощущение, будто Ниган действительно приехал только ради него — как прилежный воскресный папаша. Карл решил, что Нигану просто нравится держать всех вокруг в напряжении, напоминать, кто тут главный — но стоило ли это затраченных на дорогу усилий и топлива?       — Возьми-ка мою девочку, — Ниган протянул ему Люсиль, усмехнувшись, когда Карл чересчур осторожным движением обхватил рукоять пальцами, словно держался за раскалённый прут. — Чувствуешь, какая она горячая там, внизу?       — Это просто бита, — невыразительным тоном ответил Карл и зачем-то добавил, как будто всерьёз сомневался, что Ниган в курсе: — Кусок дерева.       — Серьёзно? — Ниган удивлённо вскинул брови и пихнул Карла в бок. — И ты говоришь мне об этом только сейчас, ковбой? А как же чувства всех тех парней, что пытались её ублажить?       Карл скрыл идиотский смешок за попыткой прочистить горло.       — Ты о тех, кому разбил голову битой?       — Любовь — бессердечная сука, — согласился Ниган, дружелюбно помахав пожилой женщине, вышедшей на крыльцо.       Она ойкнула и испуганно шмыгнула обратно за дверь, чуть не врезавшись в косяк.       Нет, это ты — бессердечный и жестокий сукин…       — Значит, лучше никого не любить, — оборвав свою мысль, выпалил Карл.       Он сказал это бездумно, в пику чересчур весёлому и словоохотливому Нигану, даже не особо вдумываясь в смысл фразы.       — В двенадцать я думал так же, — Ниган состроил страдальческую гримасу и картинно приложил руку к сердцу. — И резал вены шнурком от йо-йо.       Карл тихо фыркнул. Конечно, рано или поздно Ниган начал бы поддевать его из-за возраста. Удивительно, что он продержался так долго.       — Мне не двенадцать, — пробормотал Карл.       Они с Ниганом дошли до развилки и свернули направо — к одному из ангаров, где раньше хранилось оружие. Всё оружие забрали Спасители, поэтому теперь ангар пустовал.       — Ещё не или уже не? — невозмутимо поинтересовался Ниган.       — Да пошёл ты, — не выдержав, буркнул Карл, чуть машинально не сжав проволочную обмотку Люсиль. — Мне скоро семнадцать.       Ниган довольно хохотнул.       — Большой мальчик, — согласился он. — Но всё ещё не научился реагировать на подъёбки старых козлов вроде меня.       Карл покосился на него. Про «старого козла» Ниган не соврал.       — Хорошо, что ты сам об этом знаешь, — спокойно произнёс Карл. — Не хотелось первым сообщать эту новость.       — Уже лучше, — Ниган ухмыльнулся и потрепал его за плечо. — Ничего, ковбой, с таким охуенным учителем твои слова скоро будут опаснее, чем пули.       За обычной бравадой и самолюбованием Нигана будто скрывалось что-то ещё… То, что насторожило Карла. Ниган в самом деле решил его чему-то научить? Решил… занять место Рика?       Мысль показалась идиотской, даже наивной — зачем кому-то вроде Нигана нянчиться с чужим сыном? В Святилище кончились люди, которым можно насрать в мозги?       — Я не буду брать с тебя деньги, ковбой, — будто уловив его изменившееся настроение, иронично добавил Ниган. — Впитывай мудрость бесплатно.       — Повезло мне, — пробормотал Карл.       Впрочем, несмотря на внимание Нигана, избранным Карл себя не чувствовал. Будто мальчик на побегушках, он терпеливо довёл Нигана до ангара и показал опустевшее помещение. Он нёс его биту. Он открыл перед Ниганом дверь, когда тот приказал, и зашёл первым. Карл безропотно выполнял всё, и каждый раз на долю секунды у Нигана становилось такое выражение лица… Странное.       Словно подсознательно он ждал от Карла чего-то иного.       — Похоже, ты зря приехал, — не то чтобы тишина вышла неловкой или тяготила, но Карл зачем-то завёл разговор первым.       — Да, — задумчиво кивнул Ниган. — Никаких листовок «смерть Спасителям» и заминированных ангаров. Я ждал от вас большего, если честно.       — Заминированный ангар? Так ты поэтому всюду пропускал меня первым? — Карл искренне удивился.       Вообще-то, идея была неплохой. Но такой осторожный и продуманный говнюк не попался бы в столь примитивную ловушку.        — Просто небольшая предосторожность, — подмигнул ему Ниган. — Но мы не в долбаном «Том и Джерри», так что кинуть в норку взрывчатку мало, чтобы убить такого крутого сукина сына, как я.       «От скромности ты точно не умрёшь», — Карл едва слышно хмыкнул.       Что, интересно, может тебя убить? Мне почти, почти это удалось… Неужели не нашлось бы более везучих и решительных?       Тот, о чьём убийстве он размышлял, спокойно поинтересовался, вальяжно приобняв его за плечи:       — Кстати, ты же выполнил мою небольшую просьбу?       Карл озадаченно помотал головой, а потом внезапно вспомнил. Идиотская просьба Нигана, брошенная напоследок. «Забронировать столик». Неужели он об этом?       — Ты правда тащился сюда ради макарон? — Карл недоверчиво нахмурил брови.       — Ещё ради душевного тепла и порции скучных анекдотов, — Ниган приподнял брови и усмехнулся. — Уверен, что вы, грёбаные зануды, даже молитесь и кладёте кружевные салфетки себе на колени.       — Понятия не имею, с чего ты это взял, — хмыкнул в ответ Карл и неуверенно добавил: — А ещё мы сегодня не готовили ужин.       После смерти отца привычный распорядок дня развалился на части. Карл ел и спал когда попало. О Джудит заботилась Мишонн. Иногда она сама забывала поесть или приходила с мешками под глазами, украдкой зевая. По негласной договорённости они с Мишонн не трогали друг друга — не ругали, не принуждали заняться собой, не устраивали сцен. Карл не знал, правильно это или нет — но пока не хотел ничего менять.       Он терпеливо ждал очередной подколки Нигана, или что тот наконец назовёт истинную причину своего появления в Александрии. Но Ниган…       Что ж. Этот сукин сын действительно был непредсказуем.       Карл вдруг подумал, что схватил тепловой удар и теперь видит галлюцинацию, отчётливо яркую. Но даже для воспалённого бреда сознания это было чересчур — Ниган, орудующий на кухне их дома в кухонном фартуке. В фартуке, чёрт побери. Он даже напевал себе что-то под нос, размешивая томатный соус деревянной лопаткой.       — Что это? — подозрительно спросил Карл, спустя полчаса разглядывая ароматную, исходящую паром пасту в своей тарелке.       — Паста, — иронично произнёс Ниган. — А на что похоже?       — На пасту, в том-то и дело… — пробормотал всё ещё поражённый Карл.       В желудке предательски громко заурчало. Он даже не помнил, когда ел в последний раз.       — А где чёрная мамба и малышка Джудит? — поинтересовался Ниган, по-хозяйски усаживаясь напротив. — Они что, не присоединятся к семейному ужину?       — Джудит с нашей соседкой Лили, а Мишонн… — Карл запнулся, наматывая макароны на вилку. — Не знаю.       — Ты частенько остаёшься один, да?       В вопросе Нигана не было ничего особенного, но внутренности будто сжала ледяная рука. Карл отложил вилку в сторону и уставился на Нигана.       — Я давно не ребёнок. У нас у всех свои обязанности, — сухо отчеканил он.       — Да-да, — Ниган усмехнулся, отправив порцию макарон в рот. — Тебя похоронят от истощения, совсем как взрослого. «Здесь покоится Карл — слишком серьёзный парень, чтобы открыть долбаный холодильник».        — Не преувеличивай, — фыркнул Карл и всё же взялся за вилку. — Когда-то мы реально голодали по нескольку дней. Или жарили крыс. На вкус ничего, кстати, если не знать, что ты ешь. Точно лучше, чем жабы и мокрицы.       Карл отправил спагетти в рот. Пусть даже это еда, приготовленная Ниганом… Это всего лишь паста. И пахнет она весьма аппетитно. А на вкус ещё лучше. И где он так научился готовить, интересно?        — Приятного аппетита, Карл, — отложив вилку в сторону, иронично произнёс Ниган, и только через минуту до Карла дошло.       — Серьёзно? — он впервые за долгое время прыснул от смеха. — Ты никогда не ел ничего подобного?       А ведь Карл абсолютно ничего не знал о прошлом Нигана. Как и когда тот пришёл к власти? Как быстро собрал вокруг соратников? Не мог же он сразу, с первого дня Конца Старого Мира, заделаться единогласным королём и богом Святилища?       Карл привык, что все вокруг заняты исключительно выживанием. Да, кому-то достаются припрятанные просроченные консервы, а кому-то — только пойманные крысы… Но сладкой нельзя назвать ничью жизнь.       — Ел, вообще-то. Но в те славные годы трупы обычно лежали под землёй, как им и положено, — усмехнулся Ниган.       — Хочешь сказать, что после грёбаного конца света ты стал жить лучше, чем раньше? — недоверчиво уточнил Карл.       Признаться, это звучало… интригующе. Его прошлое было настолько хреновым? Или просто головокружительный взлёт до лидера огромной общины случился так стремительно, что Ниган толком не успел хлебнуть дерьма, как другие выжившие?       Возможно, Карл послушал бы эту историю. Что-то в грудной клетке противно засвербило, заворочалось, напоминая, что у него всё ещё есть цель. Миссия, которую он возложил сам на себя.        — Возможно, — уклончиво ответил Ниган, слизав каплю томатного соуса с уголка губ. — Это не столь важно, ковбой. Тот человек, которым я был… больше не существует.       И какой же по-настоящему плохой день стал точкой отсчёта? Ты ведь мне не расскажешь, верно?       — Остался лишь Ниган? — не сводя с него взгляда, тихо спросил Карл.       — Остался лишь Ниган.

***

      Со дня того идиллического ужина, который всё ещё казался Карлу чем-то нереальным — безумным порождением его измученного сознания — прошла неделя.       Ниган тогда действительно просто поужинал и уехал. Вот так легко, без показательных сцен, запугивания и шантажа. Он ничего не взял и никого не тронул.       Действительно пытался показаться нормальным? Тем, с кем можно договориться? С кем можно… дружить?       Карл, возможно, поверил бы в эту наивную чушь, если бы Ниган пытался наладить отношения с кем-то, кроме него.       И — если бы он отпустил Дэрила. Сам, без просьбы совершить обмен. Карл не знал, почему это пришло ему в голову. Звучало, вроде бы, логично: если мы можем быть друзьями — верни нашего общего друга домой.        Когда Ниган приехал в очередной раз, Карл сидел с Джудит на крыльце дома. Сестрёнка рисовала что-то в блокноте, и Карл честно обещал не подглядывать.       — Покажу, когда дорисую, — сказала Джудит, с нажимом, как все дети, водя цветным карандашом по бумаге.       Карл улыбнулся ей, показывая, что всё понял, и его единственный глаз смотрит куда угодно, но только не в её блокнот.       — Почему ты грустишь? — вдруг спросила Джудит, ненадолго оторвавшись от своего занятия. — Ты теперь всегда ходишь грустный.       Карлу стало стыдно — даже ребёнок видел его насквозь. Он неловко улыбнулся, машинально надвинув шляпу на глаза.       — Я очень скучаю по нему, — честно ответил Карл, пытаясь разглядеть эмоции на маленькой сосредоточенной мордашке напротив, — по нашему папе. А ты?       — Он был хорошим, — не поднимая глаз от блокнота, ответила Джудит.       «И всё?» — хотел разочарованно спросить Карл, но промолчал.       Недавно они с Мишонн немного повздорили из-за Джудит. Карл застал их за уроком: Мишонн объясняла девочке, как убивать ходячих, если под рукой нет огнестрела (как будто она могла с ним справиться!), и почему так важно целиться в голову. Джудит внимательно слушала и изредка кивала, совсем как взрослая.       Карла покоробила эта сцена, хотя в ней не было ничего плохого: многие дети ещё не умели читать, но уже знали, как вести себя при встрече с мертвецами. Возможно, дело было в ледяных интонациях Мишонн, или в том, как она одёргивала Джудит, если та отвлекалась.       Вскоре Карл застукал Джудит за тем, как она вскарабкалась на стену по лестнице и швыряла камни в ходячих, подобравшихся слишком близко к городу.       — Зачем ты это делаешь? — строго спросил у неё Карл, заставив спуститься и вытряхнуть все камни из карманов.       — Просто так, — беспечно пожала плечами девочка. — Они же ничего не чувствуют.       Карла поразило спокойствие, с которым Джудит произнесла это. Ничего не чувствуют… Карл был старше, когда ходячие заполонили мир — и сейчас он остро чувствовал эту разницу. Дети, родившиеся в новом мире, никогда не считали ходячих бывшими людьми.         — Когда-то они были живыми, как ты или я. Тебе их не жаль? — зачем-то спросил Карл.       — Не-а, — протянула Джудит, помотав головой, отчего её светлые хвостики смешно растрепались. — Мёртвых нужно успокаивать пулей или ножом. И целиться в голову. Мишонн так сказала.       Карл беспомощно замолчал. Что он мог ответить? Лицемерно прочитать лекцию о ценности каждой жизни? Они все уже давно сносили мертвецам головы так, будто это было нудной рутиной — чем-то вроде чистки картофеля, только с риском для жизни. Никто не лил слёзы, увидев в толпе ходячих ребёнка или женщину в свадебном платье.       Но зачем маленькой Джудит расти такой же циничной, как взрослые вокруг? Особенно теперь, когда рядом не будет папы, который покажет хороший пример. Почему бы не подарить ей ещё хотя бы пару лет беззаботного детства? Оберегать, баловать — учиться убегать и прятаться, а не сносить мертвякам головы?        Сидящая напротив Джудит вдруг показалась ему такой крошечной, хрупкой и одинокой, что защемило сердце. Неожиданно для себя Карл сорвал шляпу и быстро натянул её на сестрёнку. Шляпа была большой для её маленькой головки, но всё же держалась и не падала на глаза.       — Ты отдаёшь её мне?! — недоверчиво спросила девочка, с улыбкой потрогав широкие полы порядком засаленной шляпы.       — Да, — глухо ответил Карл. — Когда-то она принадлежала нашему папе, так что… Я хочу, чтобы теперь она была у тебя. Обещай, что будешь беречь её.       Джудит энергично закивала. Видя её неподдельную радость, Карл невольно улыбнулся сам. Всё равно она ещё совсем ребёнок, и жизнь видится ей опасным, но интересным приключением. Это к лучшему, что смерть Рика не затронула её так же глубоко…       Карл бережно поправил съехавшую набок шляпу и потрепал Джудит за плечи.        Именно эту идиллическую картину и застал Ниган. Уверенно шагая к дому Граймсов, он предвкушающе улыбался. Люсиль, вечная спутница, небрежно лежала у него на плече.       —  Что тут у нас, собрание бой-скаутов? — он весело подмигнул Джудит, которая уставилась на него во все глаза, и перевёл взгляд на Карла. — Соскучился по мне, Карл?       «Соскучишься тут, когда ты ездишь сюда, как к себе домой», — подумал Карл.       Он лишь угрюмо хмыкнул в ответ, без шляпы чувствуя себя так, будто лишился важной части тела. Теперь волосы свободной завесой падали на лицо — иногда Карл подумывал состричь их, сделав по-солдатски короткую причёску, но всё не решался.       Заметив вдалеке силуэты Спасителей, Карл насторожился.       — Для сбора дани ведь ещё слишком рано, — напряжённо произнёс Карл, встав и машинально заслонив собой Джудит, будто ей что-то угрожало. — Ты же не передумал?       — Да расслабься ты, парень, — усмехнулся Ниган, хозяйским жестом руки подзывая Карла к себе. — Я приехал развеяться и разведать обстановку. Хочу узнать, как ваш Диснейленд справляется без Гуфи и Плуто.       Гуфи, видимо, был Рик, а вот Плуто… Плуто Ниган держал на привязи у себя в Святилище. Карл мысленно пообещал себе спросить о Дэриле, когда выдастся подходящий момент.       Он медленно подошёл к Нигану, который вальяжно обнял его за плечи, словно дорогого друга, и привычно повёл по улицам Александрии. Не то чтобы Карл хотел идти с ним куда-либо, но и сопротивляться не видел смысла. Он лишь мрачно косился на Спасителей, которые шагали следом и жадно вынюхивали, чем бы поживиться.       — Парни-парни, не забываем о манерах, — шутливо осадил своих людей Ниган, когда один из Спасителей утащил с крыльца большую металлическую пепельницу, весьма уродливую на вид. — Серьёзно, Дик, тебе некуда стряхивать пепел? Ёбаной пустоши вокруг не хватает? Может, тебе ещё подыскать портсигар и грёбаную трость?       Остальные парни захохотали. Может, им правда было смешно, а может, у них было так принято — поддерживать каждую шутку босса.       — Ну а чё, она прикольная, — молодой белобрысый парень с мелкими шрамами на лице тут же нервно вжал голову в плечи. — У нас дома была похожая, батя лупил ею нас с братом, когда был не в духе. Я вечно вонял, как пачка Мальборо.       — Понял, Карл? — Ниган перевёл на него смеющийся взгляд. — Даже у этих бешеных псов есть, мать его, нежные чувства. Привязанности. Светлые воспоминания.       — Типа отца, который лупит своих детей железной пепельницей? — уточнил Карл равнодушным тоном.       Они прошли главную улицу Александрии, где им никто не попался — едва увидев их вдалеке, люди спешили заскочить в дома и сидели там тихо, как мыши, учуявшие кошку.       — Ну, не всем повезло родиться в любящей семье, с мамой, папой, блинчиками на завтрак и бейсболом по выходным, — улыбнулся Ниган, всё ещё вальяжно приобняв Карла за плечи. — Спорим, Рик даже ни разу не поднимал на тебя руку?       Карл подивился тому, как хорошо у Нигана работала интуиция — а может, он правда видел их всех насквозь. И хотя вспоминать отца каждый раз было чудовищно больно, Карл вдруг понял, что ему нравится говорить о нём. В Александрии все боялись даже случайно обронить имя Рика, а Ниган так спокойно раз за разом упоминал о нём, будто ничего плохого не случилось…       — Да, ни разу, — кивнул Карл, не видя смысла во вранье. — Мог отчитать или… посадить под домашний арест на день.       — Охуеть, — тоскливо высказался Дик и задумчиво почесал в затылке. — Везёт же некоторым.       Карл бросил на него удивлённый взгляд, но ничего не сказал. Он никогда всерьёз не задумывался о том, что ему правда чертовски повезло. Карл привык думать, что многие лишились родителей из-за ходячих или бандитов, но что некоторым и до разрушения мира пришлось в семье несладко — об этом Карл порой забывал.       — Мой-то папаша тоже был тем ещё мудилой, — откровенно поделился Ниган, когда они добрались до центральной площади Александрии. — Нет, у него бывали просветления, но в основном он вёл себя как кусок дерьма, особенно если напивался.       Да, Ниган уже говорил о своём отце. Правда, тогда он тактично умолчал о его «чудесном» характере. Даже нашёл слова благодарности. Может, его отец был таким плохим не всегда?       — И что с ним стало? — Карл сам не знал, зачем спрашивает. — С твоим отцом?       — Ну, скажем так… — Ниган приблизил к нему своё лицо, и Карлу отчего-то стало неловко. Эта манера Нигана бесцеремонно вторгаться в личное пространство нервировала, хотя Карл думал, что почти привык. — Теперь папаша может доёбываться только до червей.       После этой душещипательной истории Ниган хлопнул Карла по спине и отошёл. К нему тут же подбежал один из подручных — кажется, его звали Уэйд — и вручил громкоговоритель, который до этого прятал в большом походном рюкзаке.       Ещё не успев сообразить, в чём дело, Карл услышал оглушительный голос Нигана, разнёсшийся по Александрии.       — Подъём, мальчики и девочки! Оторвите свои задницы от ваших уютных диванов и тащите сюда, да поживее! Папочка не любит ждать и может очень сильно разозлиться!       Карл не ожидал ничего подобного, и происходящее ему здорово не понравилось. Глупо было ожидать, что Ниган в самом деле приехал просто «развеяться» — но и повода для показательной порки александрийцы не давали.       Бодрый голос Нигана заполнил улицы Александрии, будто он был каким-то популярным диктором или радио-диджеем.       — У вас пять минут, засранцы, и, к слову об этом — даже если вы сейчас тужитесь в сортире, советую вам отложить все дела на потом и тащить свои грязные задницы сюда.       Люди и без того спешили, как могли — бедняга Боб, например, прибежал с мокрой после душа головой и остатками пены в волосах, а Маргарет натянула пиджак прямо на сорочку.       Мишонн пришла одной из первых и хотела сразу подойти к Карлу, но тот одним быстрым движением руки показал ей, что не стоит этого делать. Карл почему-то верил, что находиться так близко к Нигану небезопасно для других, но почему-то безопасно для него.         Недовольно поджав губы, Мишонн остановилась в паре футов от них.       Видя, как люди заполняют центральную площадь — всклокоченные, встревоженные, нервные — Ниган откровенно веселился. Шестеро парней стояли полукругом, закрывая босса собой, хотя едва ли Нигану что-то угрожало.       Все хорошо усвоили урок.       На этой импровизированной сцене Карл невольно почувствовал себя чужаком — он смотрел на своих друзей и соратников со стороны, стоя по правую руку от Нигана, будто так и надо.       — Итак, друзья, спасибо, что так быстро откликнулись, — Ниган театрально всплеснул руками, не выпуская Люсиль. — То, что вы сейчас услышите, чрезвычайно важно!       Он выдержал паузу, обведя всех взглядом. Карл смотрел только на него — будто пытался впитать каждый его жест, мимику, интонацию. Он хотел изучить Нигана вдоль и поперёк, понять, что у того под кожей. Есть ли у Нигана слабости, или этот жестокий мир вытравил из него всё, что помешало бы подняться на вершину?       Какого чёрта ему нужно — снова?       — После смерти Рика у вас произошли серьёзные изменения в руководстве, — Ниган перевёл взгляд на напряжённую, будто окаменевшую Мишонн, — и в целом мне было поебать, кто будет руководить этим райским уголком. Но… кое-что изменилось.       На мгновение Карл поймал его взгляд — пронзительный, опасный, от которого по спине ползут холодные капли пота. Он упрямо выдержал его — и получил одобрительный кивок.       — Я любезно принял ваши дары, собранные для меня, — Ниган шутливо поклонился, прижав руку к груди, — но все мы понимаем, что это лишь отсрочка перед неизбежным. В этом мире мало мародёрствовать и обшаривать чужие дома. Нужно что-то производить самим.       — К чему ты клонишь?! — выкрикнула Розитта, воинственно скрестив руки на груди.       Ниган прищурился, окинув её взглядом — очень медленно, будто мысленно снимал с неё кожу.       Язык тела Розитты кричал о враждебности, о том, как она ненавидит человека перед собой, и Ниган точно это почуял. На мгновение Карл даже забеспокоился, ненадолго высунул голову из своего панциря. Слишком отчётливо перед глазами мелькнуло видение: как бита Нигана со свистом рассекает воздух и опускается сначала на голову Абрахама… Тот мерзкий хлюпающий звук, с которым бита проломила череп, Карл не забудет никогда.       — Я клоню к тому, куколка, что когда вы опустошите все ближайшие нычки и дома, — он широким жестом обвёл невидимые здания за стеной города, — то неизбежно упрётесь в вопрос… Где, чёрт побери, добыть ещё припасов? Чем нам порадовать Нигана, который благосклонно разрешил нам пожить в этих милых кукольных домиках с каминами и барбекю на заднем дворике?       — Разве это твоя проблема? — с вызовом спросила Мишонн, и за её спиной раздался тихий, но одобрительный гул голосов.       — Разумеется нет! — Ниган с острасткой хлопнул в ладони, и этот звук разнёсся по площади, как удар хлыста. — Моя проблема, детишки — это потенциальная кучка озлобленных, оголодавших дармоедов, которые занимают шикарную территорию и ничего не отдают взамен.       Карл не понимал, к чему клонит Ниган. Если хочет выгнать людей и пустить в дома Спасителей — это в его власти. Он может не спрашивать, не ставить условия. Так в чём дело? И почему, обращаясь к толпе перед собой, он то и дело украдкой поглядывает на Карла, будто чего-то ждёт?       — У тебя есть предложение, верно? — наконец произнёс Карл, чувствуя, что атмосфера вокруг закипает, как вода под крышкой.       Люди были взвинчены и не понимали, чего им ждать.       — Ну конечно, Карл, моя голова — просто кладезь охуенных идей! — довольно произнёс Ниган, хищно облизав губы кончиком языка. — И вот одна из них — я хочу, чтобы ты был тут за главного.       Стало так тихо, что было слышно скрип кожи, с которым Люсиль перекатывалась по плечу Нигана. Карл тупо уставился на него, будто никак не мог понять смысл сказанного.       — Чушь, — наконец выдохнул он, невольно отшатнувшись, и его слова будто прорвали невидимую дамбу народного гнева.       — Назначить мальчика главным? Это шутка такая?       — Да он ещё сопляк, как это вообще понимать?..       Люди возмущённо шептались, с опаской глядя на Нигана, чьё наигранное веселье могло быстро смениться злостью.       — Ты согласен с ними, Карл? — Ниган повернулся к Карлу так, словно эта сцена, этот разговор — всё существовало только между ними, а толпа хмурых Спасителей и обеспокоенные жители — лишь картонные декорации. — Тебе всё ещё нужно менять подгузники и подтирать сопли?       Щека Карла нервно дёрнулась от едких слов Нигана. Он сжал кулаки… и тут же бессильно разжал. Что-то в его взгляде зажглось и сразу потухло — будто лампочка во время перебоев с электричеством. И увидев этот неживой, омертвевший взгляд, Ниган, казалось, отчего-то разозлился и недовольно сощурился.         — На роль лидера я не гожусь, это очевидно всем, — глухим голосом ответил Карл. — И я не вижу никакой связи с тем, что ты недавно сказал.       Ниган наигранно вздохнул, словно был учителем, приглашённым в класс коррекции — тупые дети быстро вывели его из себя, нужно было снова разжёвывать материал.       — Твой отец, Рик Граймс — был кем-то вроде местного короля, — Ниган усмехнулся. — Не таким пришибленным, как старина Иезекииль, но всё же важным малым. А ты, Карл, его прямой наследник — тот, кто впитал его мудрость и принципы. Так почему этим вашим грёбаным сказочным королевством управляет злая мачеха, а не юный принц?       В твоём вопросе, блядь, содержится ответ — принцу нихрена не хватает мозгов, похоже!       — И что, по-твоему, я должен сделать?! — взбешённый Карл всё же сорвался на крик. — Чем я помогу всем этим людям?!       На долгую минуту Карлом овладело странное малодушие: ему по-детски сильно захотелось узнать, есть ли в словах Нигана хоть капля правды, хоть капля искреннего восхищения. Или всё это — одна затянувшаяся шутка старого психопата? Но разве можно узнать правду, когда имеешь дело с Ниганом?       Карл подозревал, что краснеет от злости, и на его щеках и шее начинают появляться предательские красные пятна. Думать о таком, стоя перед врагом — верх тупости, и Карлу было стыдно перед всеми, кто сейчас сочувственно смотрел на него и волновался.       — Удиви меня, — тихо, но жёстко и отчётливо произнёс Ниган, глядя Карлу в глаза.       Два простых слова, но у Карла по спине поползли мурашки.       Это было сказано без издёвки, без злорадства… Будто они сейчас заключали какую-то дикую сделку.       — Удиви меня, мальчик, — повторил Ниган, усмехнувшись. — Ты сказал, что вы опасны, и мне стоит с вами считаться. Докажи, что вы ещё и чертовски полезны, и мне стоит вас уважать. Уважать настолько, чтобы оставить всё как есть. В противном случае советую начать осваивать полезные ремёсла и зарабатывать баллы в Святилище.       — Хорошо, — хрипло произнёс Карл, у которого от волнения пересохло в горле. — Если ты так этого хочешь.       «Он что, пытается распределить нас по Святилищу, чтобы мы больше не представляли опасности?» — мелькнуло у Карла в голове.       Возможно, другие общины никогда не оказывали столь агрессивного сопротивления, не подсылали своих убийц — а просто бездумно растратить столько полезного человеческого ресурса было не в духе Нигана… Вот он и затеял эту игру. Давал людям понять, что у них есть выбор — хотя никакого выбора на самом деле не было.       Слияние со Святилищем будет означать полный и тотальный контроль Нигана над всеми. Никакой «группы Граймса» или «колонии Александрии». Только Спасители — безымянные номерные знаки или солдаты рангом повыше. Если заслужат.         — Я не позволю тебе использовать Карла, — неожиданно в разговор вмешалась разгневанная Мишонн. Она мгновенно преодолела расстояние до Нигана, игнорируя направленные на неё стволы Спасителей. Её рука потянулась к рукояти катаны. — Что бы ты ни задумал — я его защищу.       — Воу-воу, чёрная мамба, полегче! — Ниган притворно поднял руки вверх, откровенно веселясь. — Надеюсь, что так оно и будет, потому что — Иисус свидетель, этот парень мне чертовски нравится. И я жду от него то, на что вы, погрязшие в тупой ненависти мудаки, уже давно не способны.       «Чертовски нравится»… Карл нервно повёл плечом и всё же отвёз взгляд. Как Ниган мог так легко говорить подобное… Это что, такая фишка взрослых? И Карл тоже может этому научиться, если протянет достаточно долго?       Довольный своим выступлением Ниган напоследок подмигнул Карлу.       — Всё в твоих руках, парень. Не позволяй этим говнюкам решать за тебя. Когда я приеду в следующий раз — я хочу видеть, что ты меня понял.       Карл ничего не ответил — только напряжённо смотрел. Он до сих пор до конца не верил, что Ниган выкинул нечто подобное. На глазах у всех назначил его главным, словно это какая-то игра, и на кону не стоят человеческие жизни…       Хотел ли Карл хоть раз оказаться на месте Рика? Возможно, когда-то давно он и думал об этом, с восхищением глядя на отца… Но Карл всегда представлял себя взрослым и возмужавшим, а не тощим сопляком с одним глазом.       Когда Спасители покинули площадь вслед за Ниганом, уважительно пропустив его вперёд, Карл вдруг заметил на себе несколько заинтересованных, оценивающих взглядов.       Он понял — его приметили. И наверняка будут обсуждать сегодняшнее происшествие.       Один раз — случайность. Его выходка в Святилище и впрямь впечатлила большого босса. Наверное, Спасители настолько привыкли к странностям Нигана, что не удивились, когда он пощадил бесшабашного пацана, полезшего на него с автоматом.       Но теперь — теперь дело приняло другой оборот… И эти липкие ощупывающие взгляды тому доказательство.       — Блядь, да он реально чокнутый, — когда Спасители покинули Александрию, Розитта дала выход накопившемуся гневу. — Какого чёрта это было?!       «Хороший вопрос», — угрюмо подумал Карл, чувствуя себя выжатым.       — Плевать, — раздался холодный голос Мишонн. — Пусть развлекается, пока может. Если никто при этом не пострадает — мы ему подыграем. А потом, уже очень скоро… Мы заставим его пожалеть.       Эти слова Мишонн, жёсткие и острые, как лезвия, будто расковыряли внутри Карла едва зажившую рану. Да, он должен был разделять всеобщий гнев, злиться, осыпать Нигана проклятиями… Может, Ниган этого и добивался? Но вместо этого Карл всеми силами избегал мысль, прочно засевшую в его голову и не желающую оттуда убираться.       Он интересен Нигану. И этот интерес пугающе странный.       — Пойдём, — голос Мишонн немного смягчился, когда она обратилась к Карлу. — Выглядишь неважно, Карл… Тебе лучше отдохнуть.       — От чего бы мне устать, — он лишь нервно пожал плечами, но послушно пошёл за Мишонн. — Знаешь, если уж этот козёл заговорил про королей и наследников, то ты, вообще-то, королева, а не злая мачеха.       — Спасибо на добром слове, мой юный принц. Пойдём-ка перекусим чего-нибудь.       Мишонн впервые за день улыбнулась — почти как в старые-добрые времена. Но это выражение тут же стёрлось, вернулась жёсткая собранная Мишонн с непроницаемо чёрными глазами.       — Думаю, Ниган догадывается, что мы так просто не сдадимся, и хочет разделить нас, не используя грубую силу, чтобы не спровоцировать бунт, — Мишонн будто прочла мысли Карла. — Мы этого не допустим. К тому времени мы должны найти достаточно оружия, чтобы пойти в бой.       Карл едва заметно кивнул. Он хотел по привычке поправить шляпу, но зачерпнул рукой лишь воздух — и запоздало вспомнил, что отдал шляпу Джудит.       — Удиви меня, значит, — тихо, чтобы идущая впереди Мишонн не услышала, пробормотал Карл.       Возможно, Ниган всё же заблуждался, и не только его голова была битком набита безумными идеями…