Жажда

      Я положила трубку и дотронулась до шрама в виде крестика на задней стороне шеи, он был шероховатый и тёплый. Я люблю этот шрам, хоть он и напоминает о самом ужасном событие в моей жизни, но это единственная что, осталось у меня со дня смерти Сэма. Я получила этот шрам из-за осколка стекла, который под воздействием взрыва на большой скорости влетел мне в шею. Врачи сказали что, то что я выжила это чудо. Все остальные погибли, включая продавца, нескольких покупателей и двух террористов, которые все это устроили. И Сэм… Я видела как он умирает, сколько в его глазах было страха и отчаяния…       Ровно год назад террористы ворвались в торговый центр и попытались взять заложников в ближайшем от входа музыкальном магазине. Там были мы с Сэмом. Сэм попытался поговорить с террористами, уговорить их, чтобы они отпустить всех, а он останется и будет выполнять все их указания. Но это их только разозлило и они выстрелили в него. Кто-то закричал и заплакал. Он упал на спину и сначала мне показалось, что они промахнулись и сейчас он встанет. Но уже через мгновение на его груди медленно начало распускаться алое пятно крови. Он напуганно смотрел на меня, хватая ртом воздух, шарил по полу рукой, пытаясь нащупать мою руку. А я просто смотрела в оцепенении. Я не могла шевельнутся и даже сделать вздох. Я не верила в это, нет, это все какой-то сон, так не бывает! Но все это было правдой и он умирал глядя на меня глазами полными ужаса. Я так и не смогла сдвинуться с места, подползти к нему и взять его за руку, чтобы он умирал, зная что я рядом. Он умирал один и все это из-за меня.       Как только он сделал последний вздох и ушёл навсегда, меня охватила волна чистой, непоколебимой ярости. Мне хотелось уничтожить тех, кто убил Сэма, разорвать их на куски и сжечь. Мне больше нечего было терять. Я уже готова была бездумно кинуться на террористов, чтобы разорвать их на куски, но тут грохнул взрыв, полетели стекла, а потом была темнота.       Очнулась я уже в больнице с порезами и ожогами. Меня мало волновало моё состояние, первый вопрос, который я задала, как только смогла говорить был: Сэм в порядке? Врачи и медсестры спешно отводили глаза и что-то пытались мне объяснить про раны, которые несовместимы с жизнью, взрыв с осколками и пулевые ранения. Но я не понимала зачем они мне об этом говорят, я как заколдованная спрашивала снова и снова, что там с Сэмом. Где-то на краю сознания я понимала, что произошло, но отказывалась в это верить. Он не мог умереть, только не мой Сэм.       Через некоторое время безуспешных объяснений врачи пригласили ко мне в палату федерального маршала. Он задавал мне много вопросов: — Здравствуй, Вики. Я федеральный маршал Брукс. Мне нужно задать тебе пару вопросов по делу о взрыве. — Хорошо. Но сначала я хочу видеть Сэма. Он поджал губы и посмотрел на меня долгим, выжидающим взглядом. — Конечно. Но для начала вы можете рассказать, что произошло в торговом центре? Я подавила волну раздражения. Как он может меня спрашивать сейчас об этом, когда я не знаю, что с Сэмом. Я злобно прищурилась на него, но ответила. — Я точно не знаю что тогда случилось, помню только, что на нас напали. — Кто? Вы помните как они выглядели? — Это были люди с оружием и в масках. — Что им было нужно? — Они требовали политическую неприкосновенность и свободный проход в безопасное место для себя. — Что произошло потом? — Сэм Картер… мой друг Сэм попытался с ними договориться, чтобы всех отпустили. Но это их только разозлило. А потом… — я замолчала. Если я произнесу в слух, что было дальше, то я признаю факт его смерти. Поэтому я просто снова спросила: — Мистер Брукс, что с Сэмом сейчас? Он опять пригвоздил меня долгим выжидающим взглядом. — Вики, мне очень жаль, но он погиб. На вскрытие были обнаружены повреждения от пулевового ранения в левом сердечном клапане и…       На вскрытие… Дальше я уже не слушала, мне стало трудно дышать. Он умер. Он правда умер. Перед глазами заплясали разноцветные звёздочки, я согнулась по полам и все тело содрогнулось от рвотных позывов. Мистер Брукс позвал врача, чтобы он помог мне прийти в себя. Я откинулась на больничную кушетку, глядя пустыми глазами в потолок. — Мистер Брукс, когда я смогу увидеть его… его тело. — при этих словах мой голос дрогнул, на глазах выступили слезы. — Мне очень жаль, Вики. Но похороны состоялись вчера. Родственики Сэма обо всё позаботились. Я вся окаменела. Вчера? Но мы же только сегодня с утра были в том чертовом торговом центре. Или нет? — Как давно я в больнице? — спросила я хриплым голосом. — Неделю. Только вчера врачам удалось вывести тебя из комы.       Я перестала дышать, меня не было рядом, когда он умирал и меня не было рядом, когда его хоронили. Он был один все это время, я бросила его. Мы поклялись друг-другу быть вместе всегда. Я подвела его. Снова.       Оцепенев я уставилась невидящими глазами прямо перед собой. Я задала вопрос, который меня мучил: — А те двое в масках, что с ними? Они выжили? — мой голос источал ледяное спокойствие, но внутри все горело от злости. Волна ярости, которая настигла меня во время смерти Сэма вернулась с новой силой. — Нам не удалось установить их личности, но удалось выяснить, что они были наняты некой террористической организацией. Они погибли от взрыва, смерть была мгновенной и…       От гнева у меня заплясали искры перед глазами, в шее и голове появилась тупая боль. Умерли мгновенно. Нет, этого не может быть. Убийцы Сэма должны были страдать, умереть в страшных муках от моих рук. Гнев усиливался, а вместе с ним и головная боль. Брукс продолжал рассказывать о деталях расследования, но я его не слышала, в ушах стоял дикий звон. Головная боль была убийственная, она отзывалась болью во всем теле.        Перед глазами все сделалось красным. Гнев искал выход, наравясь сломать мне все кости. Мне надо было добраться до виновников. Но виновников больше нет, на кого можно выплеснуть весь этот гнев, который жёг меня изнутри. Сэм не умер бы в то утро если бы я не уговорила его пойти в магазин пораньше, чтобы купить эту дурацкую пластинку. Если бы я была смелее и не позволила бы ему вступать в переговоры с вооружёнными людьми. Если бы я… Мне снова стало трудно дышать. Это моя вина! Всю ярость что была у меня внутри, я направила на себя, на человека, который должен был защитить Сэма, но не справился. Эта идея показалась мне единственой верной. Схватив с прикроватной тумбочки стакан, я разбила его о край больничной кушетки. Маршал Брукс инстинктивно отскочил от меня, он ещё не понял, что я собираюсь сделать. Я не секунды не колебалась, выбрав самый большой осколок стакана, я полоснула по запястью в надежде перерезать вены. Запоздало среагировав, Брукс вырвал у меня осколок, но было уже поздно. Я смотрела на то, как кровь стремительно вытекает из моего запастья, а вместе с ней и моя жизнь. Уходил и разрывающий меня изнутри гнев. Теперь мы с Сэмом будем вместе. В тот момент мне казалось это хорошей идеей, но сейчас я понимаю, что моя смерть ничего бы не изменила. К счастью Брукс успел позвать врачей, а те в свою очередь успели спасти меня. После этой истории у меня появился шрам на запястье и назначение к психиатору мистеру Палмеру.