Жажда

      Доктор Палмер ушёл, оставив меня полностью разбитой. Скучающие зеваки тоже довольно быстро забыли обо мне и отправились по своим делам. Я была этому только рада. Я чувствовала себя униженной и опустошённой. Почему никто не верит мне? Я теребила бинт на запястье. Разве не безумно предполагать, что я сама с собой такое сделала? Но безумной почему-то назвали меня. Я с грустью подумала о всех людях, которые кричали, что они не сумасшедшие, но им никто не верил. — Вики, скоро принесу тебе обед, ты готова кушать? — входя в палату спросила медсестра. Я угрюмо молчала уставившись на свои руки. После случившегося мне ни с кем не хотелось разговаривать. — Ох, дорогая… не обращай внимания на этих любопытных индюков. У всех бывают трудные времена в жизни, тебе просто нужно немного времени и ты обязательно со всем разберешься. А этот доктор Палмер, если хочешь знать мое мнение, тот ещё тип, похож на скользкого угря. Меня позабавило ее сравнение доктора Палмера с угрем, я улыбнулась, несмотря на расстроенные чувства. Приятно было осознавать, что не все здесь считали меня сумасшедшей. — Могу я принять душ после обеда? — спросила я все так же угрюмо, не поднимая глаз. — Конечно, дорогая, я провожу тебя в зону душевых как только захочешь. — она дружелюбно улыбнулась.       Расправившись с обедом, я позвала медсестру. Она забрала поднос и помогла мне подняться с кровати. Потеря крови и стресс сказалась на моём физическом состоянии, у меня подгибались колени и кружилась голова. Оперевшись на руку медсестры, я поковыляла в сторону душевых. Все больницы, в которых мне доводилось бывать выглядели одинаково. Эта была не исключением. Бежевые стены, которые наводили тоску. Протёртая серая плитка, с разводами от пятен непонятного происхождения. Хмурые, уставшие врачи. Лампы с холодным голубоватым освещение как в морге. И наконец-то потерянные пациенты, которые сидели тут и там. Я тяжело вздохнула, вид больницы нагонял на меня грусть. Дойдя до конца коридора под руку с медсестрой, я почувствовала, что мои колени уже не так сильно подгибаются, а голова перестала кружится. Я попробовала отпустить руку медсестры и дойти до двери душевых сама. Мне это удалось. Хоть одно приятное событие за сегодня. Зона душевых выглядела как небольшая комнатка облицованная плиткой, с правой стороны располагались три душевых кабинки, а слева раковины и скамейки. — Тебе нужна моя помощь, Вики? — подбадривающе спросила медсестра. Нужна ли мне помощь в принятие душа? Ну нет. Такого моя и без того раненая гордость не переживёт. Не смотря на то что мне все ещё было трудно держать себя в вертикальном положении я выпрямилась и расправила плечи. — Нет-нет, я сама справлюсь. — уверено улыбаясь сказала я медсестре. Она недоверчиво посмотрела на меня. Видимо она заметила, как я стараюсь изо всех сил стоять ровно. — Ты уверена? В этом нет ничего страшного, многим пациентам нужна помощь в принятие водных процедур. — сказав это она дружелюбно похлопала меня по ладони. Как мне убедить ее уйти? Мне хотелось принять душ самой, но она похоже была настроена помочь. Я вспомнила метод, про который мне рассказывала мама, когда я была маленькой. По ее заверению если обратится с просьбой к человеку по имени, то можно расположить его к себе. Медсестра стояла вплотную ко мне, так что я без труда прочитала имя на ее рабочем бейдже. — Кларисса, я очень благодарны вам за помощь, но я в состоянии сама принять душ. При упоминании собственного имени медсестра улыбнулась. — Хмммм… в твоём состоянии лучше чтобы кто-нибудь присматривал за тобой. Вдруг ты упадёшь и… Я перебила ее. — Не переживайте, благодаря вашей заботе мне уже намного лучше. Вы так много работаете, вам тоже надо отдыхать. Она закусила нижнюю губу. — Что ж… на самом деле мне надо ещё разобрать истории болезней и вышла новая серия «Бестактного любовника». — Она смущенно захихикала при упоминании популярного среди домохозяек сериала. — Вооот… видите, у вас очень много дел, а я пока помоюсь. Я видела по лицу, что она уже сдалась. — Хорошо, Вики. Но ты должна пообещать мне, что если почувствуешь себя плохо или тебе что-нибудь понадобится ты сразу позовёшь меня. Я буду заниматься своими делами на этом же этаже, так что просто крикни если вдруг что. — Конечно, Кларисса, не переживайте, я буду в порядке. — как можно убедительнее говорила я, подгоняя ее к двери. — Раны стараться не мочить. Бинты не снимать. За состоянием следить. После душа я заново промою тебе раны и поменяю повязки. — Так точно, мем! — я шутлива отдала ей честь. Она поджала губы, стараясь подавить улыбку. — Ох, Вики, надеюсь у меня не будет проблем из-за тебя. — Не будет. Обещаю. — я посмотрела на неё и невинно захлопала глазами. — Ох, ладно, тогда я пошла разбирать истории болезней. Выходя за дверь она ещё раз строго посмотрела на меня. Я все так же старалась стоять ровно и невинного хлопала глазами.       Как только дверь за медсестрой закрылась я выдохнула с облегчением. Наконец-то я могла побыть наедине с собой и немного привести мысли в порядок. Первым делом я проверила все углы и закоулки в комнате. Раньше я бы посмеялась над такой щепетильной осторожностью. Но теперь… После того, как на меня напал Сэм, я считала, что дополнительные меры безопасности не повредят. Что бы не говорил доктор Палмер, я точно знала, что на меня тогда напал Сэм. Я сняла свою больничную ночнушка и взглянула на себя в зеркало. Все тело было в медицинских перевязках. Начиная от бёдер и до самой шеи. Я всмотрелась в своё лицо и удивлённо охнула. Я выглядела такой живой! Разве это возможно после такой обильной потери крови? Да и последний год я выглядела, как человек с каким-нибудь неизлечимым диагнозом. Раньше в моих глазах не было жизни, лицо было серым и осунувшимся, но теперь… Теперь энергия и молодость била ключом во мне. Разве можно так изменится всего за несколько дней? Я отвернулась от зеркала и тяжело вздохнула. Теперь мне надо как-то помыться и при этом не намочить повязки. Через 20 минут цирковых изворотов в душе, я наконец-то закончила мыться и вышла из кабинки. Каким-то чудом я почти не намочила повязки на руках и ногах, но вот повязка на шеи промокла насквозь. Я ощупала ее и обнаружила что один край пластыря отклеился. Я замерла. Может посмотреть что там? Быстро, одним глазочком. Любопытство жгло меня изнутри, здравый смысл отступил и я начала медленно отклеивать повязку по широкой стороне. Я тяжело дышала, сильно закусив нижнюю губу. Достигнув края пластыря я замерла. Может не стоит ее отклеивать? Вдруг я занесу туда инфекцию? Или поврежу саму рану? Но возможно после этого я смогу ответить на часть своих вопросов? Я начала злится на себя. Так, Вики Беннет, перестань быть трусихой и отлепи уже этот чертов пластырь! Одним резким движением я сорвала повязку и пискнула от боли. На шее красовалась рана аккуратно зашитая хирургами. Я подошла поближе к зеркалу, чтобы лучше ее рассмотреть. Это была длинная красная полоса, которую пересекали 4 больших шва. Хирурги подровняли край раны и теперь невозможно было разглядеть какие либо следы укусов. Я почувствовала себя глупо. И что я собиралась тут увидеть? Отметки от клыков? Потемневшие вены от яда? Надо меньше смотреть хорроров. Я аккуратно приклеила повязку на шею и оделась в свежею больничную ночнушка, которую оставила для меня медсестра. Расчесалась, умылась и посмотрела на себя в зеркало. Довольная своим отражением я вышла из душевых и медленно двинулась по коридору к своей палате.       Войдя в палату, я увидела как Кларисса меняла постельное белье на моей кушетке. — Я закончила мыться и даже не убилась в процессе. — пошутила я. Медсестра обернулась и хлопнула в ладоши. — Хорошо! Я как раз собиралась за тобой идти. Садись на кушетку, я поменяю твои повязки. Я плюхнулась на свою больничную койку. Кларисса начала аккуратно снимать повязки с рук, под бинтами оказались глубокие порезы заштопанные хирургами. — Ох, дорогая… какой же монстр с тобой это сделал? Я поджала губы от досады и спросила. — Как думаете шрамы останутся? — Тут по несколько швов на каждом порезе, значит раны были очень глубокие. Сложно сказать… — Значит всё-таки останутся… — Скорее всего. Но ты не переживай! При должном уходе они могу быть почти незаметны. От досады на глазах выступили слезы. Я не буду плакать из-за такой ерунды! Шрамы это последнее что меня должно волновать, самое главное, что я осталась жива. Я тяжело вздохнула, медсестра тем временем закончила перевязывать руки. — Встань, пожалуйста, я поменяю повязки на ногах. Я послушно встала и позволила поменять повязки на бёдрах. Закончив с ногами медсестра усадила меня обратно на кушетку и начала отклеивать пластырь на шее. — Когда тебя привезли сюда, ты была вся в крови и я промывала твои раны. Эта рана на шее… она выглядела просто ужасно. Я молчала, не зная что на это ответить. Кларисса тем временем продолжила. — Я видела подобные раны у охотников. Когда на них нападали дикие звери, вроде волков или медведей. Твоя рана на шее была такая же рванная и глубокая. Я продолжала молчать. Кларисса внимательно посмотрела на меня. — Что произошло там в раздевалке? Я посмотрела на неё, обдумывая, что ей рассказать, а о чем умолчать. — Я точно не знаю, что случилось. Помню только, что на меня кто-то напал. — тихо сказала я. — Это ужасно. Столько безумцев разгуливает вокруг и нападает на беззащитных девушек. В палату вошла медсестра с планшетом в руках, я ее раньше не видела. — Вики Беннет, к тебе пришли твои друзья. Ты хочешь с ними встретится? — сказала она не отрываясь от планшета. Я удивлённо уставилась на неё и спросила: — Что за друзья? — Мари Фортье и Дэвис Пратчет. Мне пропустить их? Они пришли проведать меня? Или им просто любопытно посмотреть на сумасшедшую? Я не знала ответа, но хотела увидеться с ними. — Да, пропустите их, пожалуйста. — Хорошо, провожу их в твою палату. Кларисса закончила перевязывать мои раны и посмотрела на меня. Видимо прочитав волнение на моем лице, она сказала: — Не переживай, Вики, я уверена твои друзья не отвернутся от тебя в такую трудную минуту. Мне хотелось ей верить, но сомнения были сильней. Я сцепила руки и стала ждать гостей, не зная, чего ожидать от этой встречи.