Канон тибетской медицины

Люк сидел за столом и задумчиво вертел в руках карандаш. Сегодня работа как-то не клеилась, нужный образ никак не шел в голову, и лежавший перед ним лист бумаги так и оставался девственно-белым, рискуя, в итоге, быть скомканным и отправленным в мусорную корзину, подобно доброй дюжине своих предшественников, на которых Люк уже пытался излить свои идеи чуть ранее. Он повернул голову и стал рассеянно глядеть в окно: расшалившееся за окном весеннее солнце, так ласково подмигивающее ему с безоблачного неба, принявшего самый чистый оттенок ярко-голубой палитры, только усугубляло его непонятное томление и совершенно однозначно давало понять, что настроиться на рабочий лад у Люка не выйдет. Во всяком случае, сегодня уж точно. Не в силах противостоять этому странному чувству, Люк глубоко вздохнул, отложил в сторону карандаш и решительно встал из-за стола: к чему обманывать себя, если настроение совершенно не рабочее. «Только зря бумагу переводить и время убивать», - мысленно подытожил Люк и подошел к соседнему столу, за которым весьма привлекательная девушка в обтягивающем тело пуловере цвета красного вина, еще больше подчеркивающем ее идеальную фигурку, сосредоточенно работала над эскизом, склонив голову, и ее лицо было завешено волосами, которые пышным каскадом сбегали вниз по ее спине и плечам. Яркий солнечный свет, падавший из окна, придавал им целую серию оттенков от светло-карамельного, до медно-рыжего, хотя сама она называла цвет своих волос ореховым. Люк на мгновение залюбовался плавным изгибом ее руки, державшей цветной маркер, которым она уверенно вела по бумаге линию, и несмотря на то, что она давно ощутила на себе посторонний взгляд, ее рука ни на мгновение не дрогнула, и она уверенно завершила начатое движение. - Творческий тупик? – сочувственно спросила она, не отрывая головы от своего рисунка, когда Люк подошел слишком близко, чтобы и дальше его игнорировать. - Скорее, весенний кавардак в голове, - игриво отозвался Люк, вставая позади нее и очень нескромно располагая руки у нее на талии. Затем, наклонившись к ее уху, зашептал: - Но я знаю, кто может мне помочь. Он зажмурил глаза и вдохнул исходивший от нее запах духов: они имели ненавязчивый нежный аромат и идеально подходили к ее облику. Люк сглотнул слюну, почувствовав, как все это его сейчас заводит. - Только не сегодня, - довольно резко замотала головой девушка, что было для Люка полнейшей неожиданностью и грубым резонансом врывалось в его по-весеннему легкие мысли. – А еще, сюда могут войти, милый: не мог бы ты снять с меня лапы и вести себя не так вызывающе? - Да ладно, ни для кого это уже не секрет, - недовольно пробубнил Люк, неохотно убирая руки, а затем ревнивым тоном протянул: - А почему не сегодня? Встречаешься с кем-то другим? Или в чем дело? Взглянув на ее волосы, Люк почему-то вспомнил морковную запеканку со сметаной, которой ему пришлось довольствоваться сегодня утром, вместо привычной яичницы с беконом и гренок. Он подумал, что итак уже слишком во многом ему пришлось себе отказать, чтобы теперь его еще нагло отшила его девушка, да еще и не объясняя причин. И в этот момент, словно прочитав его мысли, она сердито тряхнула головой, резко развернулась в кресле и недовольным тоном произнесла: - Знаешь, Люк, я не обязана обсуждать с тобой свои женские проблемы. Если сказала – нет, значит, нет! И нечего канючить! - Нуу,- обиженно протянул Люк, - что еще за капризы, да еще в тот день, когда ты мне так нужна? – он снова нескромно обвил руками ее талию и, вдобавок ко всему, припал губами к ее изящной тонкой шее в том самом месте, где начиналась линия роста волос, около самого уха – он знал, что здесь у нее находится самое чувствительное место. Похоже, что сработало. Девушка вдруг как-то странно обмякла в его руках и уже более дружелюбно произнесла, и даже с легким оттенком сочувствия, произнесла: - Милый, ну чего ты сейчас добиваешься? Я тебе уже все сказала: я не могу, никак, понимаешь? Зачем ты меня мучаешь? – Так, - решительно произнес Люк. - Пойдем, выпьем кофе, и ты мне все объяснишь. Просто так я от тебя не отстану, не надейся. Они спустились вниз к кофейному автомату. Каблучки ее туфель агрессивно отбивали четкий ритм по кафельным плиткам пола, выдавая ее внутреннее раздражение, и Люк снова принялся ломать голову над возможными причинами ее странного поведения. В фойе в этот час было тихо и безлюдно, официальный обеденный перерыв еще не начался, и пока напиток готовился, Люк, пользуясь отсутствием посторонних, оттеснил девушку в сторону, и они, спрятавшись за автомат, начали целоваться. - Ну, ты еще не передумала, детка? – Люк крепко стиснул ее в объятиях, и почувствовал, как сильно ему сейчас хочется физической близости с ней. - Поедем ко мне? – с мольбой произнес он. - Прямо сейчас! Шефа я беру на себя. - Люк, прости, но я действительно не могу, – ласково отстранившись от него, произнесла девушка и опустила глаза. - Сейчас заниматься этим опасно...Ну, ты понимаешь... - Не понимаю, - простодушно признался Люк. - Ты говорила, что принимаешь таблетки, и беременность у тебя наступить не может. Или это что-то другое, о чем я не знаю? - Дело в том, что я перестала их принимать, - неохотно призналась девушка, и, поймав на себе удивленный взгляд собеседника, пояснила: - Просто, моя подруга недавно рассказала мне о побочных эффектах, которые они вызывают, – она сдула с лица упавшую на глаза прядь волос и уже более уверенно продолжила: - В общем, эти таблетки оказались не такими уж замечательными, как меня уверял мой врач, и принимать их я больше не собираюсь. И теперь я даже не знаю, с кем мне насчет этого посоветоваться: когда сам в чем-то не разбираешься, все кажется ужасно сложным, с ума сойдешь! Может, у тебя есть какой-нибудь знакомый специалист, который мог бы помочь с этим делом? Тогда мне больше не придется так нервничать, а тебе понапрасну изводиться – и все у нас мигом наладится, милый, - она нежно приложилась губами к его щеке, потом обвила руками шею и прильнула к его груди, отчего сердце Люка забилось сильнее. - Представь себе, у меня как раз есть один знакомый фармацевт! - тут же выпалил Люк, довольный тем, что так быстро нашел выход из затруднительного положения, в котором она оказалась, и без сомнения, тем самым повысил свой авторитет в ее глазах. – Очень толковый парень, правда. Зверски во всех этих таблетках разбирается. Если проблема только в этом, крошка, то я прямо сегодня зайду к нему, и все выясню. - Чем скорее ты это сделаешь, тем лучше – это ведь и в твоих интересах, милый, - с легким кокетством произнесла девушка, снова обвивая руками его шею и приближая к нему свои соблазнительно приоткрытые губы. Они опять принялись целоваться, но в этот момент автомат тоненько пропищал, сигнализируя о том, что кофе готов. - А сейчас, прости: мне нужно идти работать. Пока есть идеи, - окончательно отстранившись от него и осторожно взяв двумя пальцами пластиковый стаканчик с горячим напитком, девушка легкими шагами посеменила прочь, и ее каблучки стучали по кафелю уже не так сердито. Скорее даже, дразнились, намекая, что Люк, как мужчина, должен взять все в свои надежные руки и как можно быстрее найти выход из сложившейся ситуации. А до тех пор – он будет отстранен он королевского двора, вернее, от спальни королевы. Проводив взглядом стройную фигуру в обтягивающем бардовом свитере, Люк на мгновение ощутил что-то вроде чувства собственной ненужности, и понял, что этот вопрос нужно решать как можно быстрее. Лучше, приступить к этому прямо сегодня. Стоя в одиночестве в пустом фойе и неспешно потягивая свой кофе, Люк, чтобы хоть как-то переключиться с неприятных мыслей на что-нибудь другое, попытался мысленно представить себе того странного фармацевта, о котором только что упомянул в разговоре с подругой: его облик и в самом деле казался Люку занятным. И тут его словно осенило, что это и есть тот самый образ, который он мучительно искал все утро. Чуть не поперхнувшись, Люк залпом допил свой кофе, швырнул пустой стаканчик в урну и помчался наверх к своему рабочего месту. Схватив карандаш, он быстрыми порывистыми движениями принялся делать набросок, боясь, что найденный образ снова от него ускользнет. -Ты чего? – удивленно уставившись на Люка, спросила медноволосая красавица, заметившая его странное возбуждение. - Меня осенило, представляешь! Только что! – радостно отозвался Люк, словно он был ребенок, и ему только что пообещали заводной автомобиль, при условии, что он сейчас его нарисует. - Ааа, ну, поздравляю! – чуть растягивая слова, с легкой иронией произнесла девушка. – Это как месячные – когда долго нет, а потом вдруг прорывает, - захихикала она. – Волшебно! Впрочем, тебе все равно не понять. Люк, не обращая внимания на ее насмешки, продолжал сосредоточенно работать. Девушка тоже уткнулась в свой планшет, и в комнате на некоторое время воцарилось молчание. Наконец, оформив свой рисунок в цвете, Люк громко выдохнул и показным жестом вытер со лба воображаемый пот. - Ну, вот! Готово! Не вставая со своего места, девушка с нескрываемым любопытством принялась разглядывать рисунок Люка, на котором была изображена миловидная хрупкая блондинка с прекрасными, как два сапфира, глазами, лукаво выглядывавшими из-под косой челки, и со слегка растянутыми в улыбке изумительными по форме тонкими чувственными губами. Своими гибкими руками с изящными запястьями, увешанными всевозможными побрякушками, она грациозно держала флакончик духов, над рекламой которых в данный момент и работал Люк. Особую трогательность нарисованному персонажу придавала тоненькая косичка, выбивавшаяся сбоку из ее прически, и украшенная на конце подвеской с драгоценными камнями, подобранными под цвет ее глаз. Удачно подобраный образ утонченной загадочной красавицы, и в самом деле, прекрасно ассоциировался с названием духов: "Миранда". - Красивая девушка. Твоя знакомая? – тут же осведомилась медноволосая, стараясь казаться беспристрастной, но Люк, не без удовольствия, уловил в ее голосе едва заметные нотки ревности. - Да нет, просто так. Из головы. А что, правда, красивая? – Люк сам не сводил глаз с рисунка, ужасно довольный своим творением и уверенный, что шеф высоко оценит его эскиз. - Ну, да, что-то в ней такое есть, - произнесла девушка, уже как-то совсем равнодушно, а затем добавила: - А у меня – вот! – с этими словами, она продемонстрировала Люку свою законченную работу. - Неплохо, - одобрил Люк. – Тоже красотка. - С твоим шедевром и рядом не стояла, но все равно, спасибо, - обиженно надув губки, ответила девушка, и по ее тону чувствовалось, что настроение у нее несколько упало. «Пускай теперь ревнует, ей полезно», - сердито подумал Люк. – «Нечего было так жестоко меня обламывать!»