Багряный закат

*** Дима пришел домой в ужасном настроении. Он хотел погулять с Арсом, но отец ему приказал идти домой. Да, именно приказал. Злым, строгим голосом. Как будто это Дима виноват, что папа на звонки не отвечал! Димка позвонил Сереже и тот сказал, что все рассказал отцу Димы. Поэтому Позов подумал, что можно немного погулять с Арсом. Они уже начали планы строить: сходить в кино на тот фильм, сгонять во "вкусно и точка", поесть бургеров, а потом просто гулять по улицам. Арсений хотел показать Диме некоторые места в Питере. И Позов позвонил отцу, только чтобы предупредить, что он сходит погулять с другом. Но папа в бешенстве крикнул Диме в трубку немедленно идти домой. Похоже, у них дома был скандал. И Димке стало еще хуже, чем было. Он только понял, что все не так просто. Ему нельзя гулять, нельзя нормально веселиться, как обычный подросток. Ничего нельзя! Только сидеть дома и следить за этим придурком Сережей, который ведет себя, как ребенок! Показал Димке средний палец: тот так взбесился, аж покраснел. Бесит! А вдруг Диме даже встречаться ни с кем нельзя? Это что получается, если Позову понравится какая-нибудь девчонка, хрен ему, а не отношения с ней? Черт, вот надо было ему ехать в этот Питер! Все было бы намного проще! Надо будет Паше позвонить и пожаловаться. Дима прошел в дом, разулся и пошел в сторону ихней с отцом спальни. — Гулять собирался? — из комнаты вышел отец. И он явно был в плохом настроении. Но это ведь не значит, что Дима должен ему потакать, верно? — Да, представляешь? У меня есть своя личная жизнь, и я хотел провести время с друзьями, а не сидеть дома в одиночестве или следить за вашим ненаглядным Сережей! — вырвалось у Димы и он сжал кулаки. — Не груби! Я все-таки твой отец. Думай, что говоришь. Ты знал, на что идешь, так что... — начал Тимур, но Дима криком перебил его. — Нет, папа, я не знал, на что иду! Ты мне не говорил, что у меня не будет нормальной жизни! Ты не предупреждал, что я должен буду следить за этим придурком двенадцать часов в сутки! Ты не говорил, что у меня не будет личной жизни! Отец сильно разозлился и вместо ответа просто ударил Диму. Дал ему такую пощечину, что парень еле на ногах удержался. — Заткнись. Заткнись, идиот! — крикнул в ярости папа. — Я все делаю ради тебя. Все делаю ради твоего счастья. А ты, неблагодарный, только и делаешь, что возмущаешься и Паше жалуешься! Я тебя сюда приезжать не заставлял. И то, что тебе здесь не нравится, твои проблемы. Но ты отсюда не уедешь, ты понял меня? Потому что ты уже связан с семьей Матвиенко. И бежать уже поздно. Я буду очень тебе благодарен, если ты будешь молча выполнять то, что я тебе говорю. Пожалуйста, Дима. Не испытывай мои нервы. — мужчина повернулся и ушел куда-то в сторону коридора. Дима просто стоял, смотря в пол. Папа только что... поднял на него руку? Вот так просто? Руки сжались. По щекам потекли слезы. Не от боли в щеке, а от обиды. От злости. От ненависти к этой всей ситуации. Как ему надоело все это. Почему папа просто не оставил Димку в покое?! Сидел бы в своем Питере и не трогал Диму. Он просто захотел погулять с друзьями. И получил за это чертову пощечину. Но дело даже не в этом. Самое главное: он получил пощечину от папы. Что там Сережа говорил? «Тимур Кириакович тебя любит»? Прекрасная любовь! Просто шик и блеск! Да папа думает лишь о себе и о своих Матвиенко. И больше ни о ком. Димкин отец - полный эгоист. Чувствовал Дима сейчас себя странно. Было обидно и он хотел или закрыться в комнате и поплакать (но он же не слабак! Не плакса!), или обнять Пашу. Очень крепко. Но и этого он сделать не может: Воля далеко. — Дима? Позов быстро вытер слезы с щек запястьем и поднял голову. Это была мама Сережи. Женщина стояла перед Димой. На ней было длинное белое платье - она всегда выглядела так, будто собирается на какое-то мероприятие. — Валентина Ивановна... — Дима шмыгнул носом и откашлялся, чтобы его хриплый голос нормализовался. — Тимуру не следовало на тебе злость срывать. — в глазах женщины было сожаление и печаль. — Как и мне на него... Мы все в последнее время сами не свои. Нам всем тяжело. Так что сильно не сердись на своего отца. — Как мне не сердиться? Папа ведет себя эгоистично... — Твой отец не эгоист. — поспешно перебила Валентина парня. — Он очень хороший, добрый, понимающий и... В общем, хороший твой отец человек. И он уж точно не эгоист. — Ну конечно, вы его защищаете... — пробормотал себе под нос Дима и вздохнув, сказал: — Валентина Ивановна, мне нужно делать домашку. Я пойду в комнату. И, не дождавшись ответа, Позов повернулся и ушел. Зайдя в комнату, Дима сразу упал на кровать и позвонив Паше, начал жаловаться ему на жизнь. — Папа меня ударил, Паша! Ударил! Ненавижу все это! Я приехал сюда, помогаю и защищаю этого Матвиенко, а папа все равно недоволен! Бесит! Почему твой брат такой эгоист?! — кричал в трубку Дима. Он был готов на потолок лезть от злости. — Так, так! Не перегибай. Будешь так говорить, я тебя защищать не буду. Не нужно бросаться оскорблениями. — Воля успокоил Ляйсан, которая стояла рядом и сказал Димке. — Послушай, Дим, я понимаю, что тебе обидно и больно за поступок отца. Но не нужно делать поспешные выводы. Мало ли, что случилось у Тимура. Я хочу сказать, может он... — Ты считаешь нормальным это?! — Нет, я не считаю это нормальным, но тебе нужно успокоиться. Ты сейчас на эмоциях, поэтому мысли у тебя в беспорядке. Сейчас тебе нужно отдохнуть и потом уже делать какие-то выводы. Хорошо? — Паш... — Что? — Я хочу к тебе... — прошептал Дима, всхлипывая. Он лежал на кровати, уткнувшись носом в подушку и укрывшись одеялом до подбородка. — Все хорошо, Димка. Я тебе обещаю, я приеду, как только смогу. Не расстраивайся, Дим Димыч. После слов Паши Дима сразу улыбнулся. Дим Димыч. Дурацкое прозвище. Но Паше позволено. Особенно когда он обещает приехать! — Ты правда приедешь? — с надеждой спросил Дима, садясь. — Приеду, обязательно приеду. Думаю, примерно на этой неделе. В любом случае, своего племянника я не оставлю. Даю слово! — в трубке послышался какой-то шум. — Ладно, тут Лис уже ругаться начала. Мне нужно идти. Попытайся успокоиться и отвлеки себя чем-нибудь, хорошо? — Хорошо... Пока, Паш. Я буду тебя ждать. *** — Сегодня тоже не получится погулять? — Нет... — Дима отчаянно вздохнул. Он сидел за столом в комнате и играл в игру на телефоне, одновременно разговаривая по телефону с Арсением. — Мой отец построил вокруг меня кирпичную стену. Я не могу выбраться, а если попытаюсь, меня кирпичом по башке ударит. — сказал со злостью Позов. Настроение было отстойное. — Да ладно, не преувеличивай. Все же не настолько плохо... — Настолько, Арс, настолько. — Позов проиграл матч в игре и тихо выругался. А потом нахмурившись, спросил: — Что это там за звуки у тебя? — Какие звуки? — не понял Арсений. Или сделал вид, что не понял. — Не знаю, какие-то шорохи... Ты не один, что ли? Ты же вроде говорил, что родители уехали в командировку? — Ну, да... Это просто... — Арс, дай одежду, холодно же! — вдруг послышался в трубке знакомый голос. — Погоди... это Антон что ли? — до Димы дошло и он расширил глаза от удивления. — Я перезвоню! — быстро сказал Попов и сбросил звонок. Господи... Антон и Арсений?.. Черт возьми! Вот это новость! Дима присвистнул и откинулся на спинку стула. — Боже... я что, родитель ихней, чтобы так скрывать? Арсений... — Позов усмехнулся, качая головой. В дверь постучали. А потом в комнату заглянул Сережа. — Чего тебе? — холодно произнес Дима. — Ничего. Мне скучно. Могу я зайти? Спасибо! — Матвиенко натянуто улыбнулся и зашел в комнату. — Твоя кровать? — он кивнул на постель. А получив кивок, просто упал на кровать, удобно раскидывая руки. — Ты чего улегся? — Позов повернулся и скрестил руки на груди. Сережа бесил. Чего он приперся? — Говорю же, мне скучно. Мне не с кем поговорить. Расскажи что-нибудь. Давай поболтаем! — Ты головой ударился? Не хочу я с тобой болтать. С чего ты вообще захотел поговорить? — Потому что человек не может быть постоянно в одиночестве. — Матвиенко глубоко вздохнул. — Ты вчера с Тимуром Кириаковичем поссорился? — Ну и что? — Ничего... Мама сказала, что ты чувствуешь себя дерьмово. — Прямо так и сказала? — Дима встал и подойдя, сел и на край кровати. Он ухмыльнулся, а Сережа в ответ. — Нет. Я приукрасил. — Матвиенко сел и взглянул на Позова. — Что случилось между вами? — Ты сказал, что он любит меня. — Позов перевел взгляд на свои колени и стал теребить ткань одеяла от раздражения. — Но он это не показывает. Никогда не показывал. Особенно в последнее время. С каждым разом думаю, что ему плевать на меня. — Если он не показывает свою любовь к тебе, это не значит, что этой любви нет... Сережа протянул руку и похлопал Димку по плечу. На этот раз так, будто он правда искренне хотел поддержать его.