Voice

— Нет. — Нет? — М-м, — отрицательно мотнула головой Вельвет. — Я едва не огребла за твою вчерашнюю выходку, не получила и намека на извинение с твоей стороны, а теперь тебе еще и хватает наглости просить о возможности запустить свои руки в мой сценарий? Нет уж, и не мечтай. Они стояли в пустующем помещении, которое только готовилось стать второй студией. Вдоль стены лежали ещё не распакованные ящики со светом, а на полу белела строительная разметка. Комната была несколько меньше той, где записывались два единственных, на данный момент, шоу луизианского филиала «VoxTek». Но Винсент был уверен, что их ждет огромный успех, так что уже сейчас начал закладывать фундамент для будущих проектов. А пока местный канал транслировал те же программы, что и в Вирджинии, здесь было тихо и достаточно темно. Каждое слово прокатывалось легким эхом под потолком, а каждый взгляд увязал в натужном желтом свете единственной лампы. — Кажется вы не вполне уловили мой посыл.. — И слышать не хочу, — девушка прервала его на полуслове, пресекая попытку «более доступного объяснения». — Скажи, Винсент сам то знает о том, что велел тебе обсудить такие «правки» в сценарии? — Я бы сказал, что мы оба подчеркнули много полезного из нашего вчерашнего разговора с мистером Уиттманом, однако... — Так я и думала. Девушка машинально приподняла руку, намереваясь достать что-то из сумочки, но тут же опустила ее, вспомнив, что оставила ее в другом месте. С досадой цокнув языком, она отвела взгляд, и чуть неловко поинтересовалась: — У тебя не будет сигареты? Аластор понимающе кивнул — нельзя было отказывать девушке в удовольствии, наполнить легкие до сладкого жгучим дымом. Запустив руки в карманы брюк он быстро выудил портсигар. Сигареты внутри были крепкие — такие не часто можно было увидеть в тонких женских пальцах. Вельвет, впрочем, и глазом не повела, принимая одну из них. Втиснув вторую сигарету в зубы, Ал чиркнул зажигалкой, и поднес ее к сигарете девушки. В свете пламени, он разглядел на ее безымянном пальце насмешливо поблескивающее, массивное кольцо с броским камнем. Выглядело оно несколько старомодно, но неожиданно придавало ее маленьким ухоженным пальцам гордый, почти воинственный вид. Подпалив собственную сигарету, Аластор хмыкнул, скользнув взглядом от аксессуара обратно к лицу девушки. Первые клубы дыма лениво потянулись к потолку. — Мисс Лендри, скажу прямо, ваше положение ничуть не лучше моего. Сегодня наши многоуважаемые коллеги поделились со мной своим мнением на ваш.. и мой, счет. И мнение это вовсе не утешительное. Сделав театральное круговое движение ладонью в воздухе, он констатировал: — Зеленый ведущий и режиссер-дилетант. Такова ставка Уттмана? Аластор заметил как моментально поджались губы Вельвет. Она едва не впивалась зубами в фильтр, делая очередную нервную затяжку. — К чему ты клонишь? — выпуская клуб едкого дыма спросила она. — Просто досадно.. Знаете, я любил это место и еще каких-то несколько недель назад, был убежден, что.. — Он коротко выдохнул, как бы собираясь с силами для признания, на деле — не веря, что ему придется сказать нечто столь абсурдное. — Что новшества пойдут ему на пользу. Однако, мои ожидания насчет работы на телевидении совершенно не оправдались. Девушка лениво провела ладонью по шее, чуть прикрыв глаза. — Ты что смеешься? Она уперла руку в бок, перенося вес с одной ноги на другу, и серьезно посмотрела на Аластора снизу вверх. — Даже не пытайся провернуть со мной эти дешевые уловки. Я видела как быстро ты обработал Итана только что. Вынуждена разочаровать — на мне такое не пройдет. Я слушала твою передачу почти с самого ее основания, и уж о чем-о чем, но о твоем отношении к телевидению я вполне наслышана. — Вы правы, — ехидно согласился Аластор, чувствуя, как в нем начинает бурлить искренний интерес. — Все же, коварству, в нашем нелегком мире, было суждено стать женской прерогативой. Вельвет хмыкнула, принимая это как комплимент. — Поэтому — карты на стол. Я и впрямь оказался в довольно скользком положении. Мне претит сама мысль о моем нынешнем роде деятельности, если это вообще можно таковым окрестить.. — Ближе к делу, — закатила глаза девушка. — Я попал в весьма... неприятную юридическую ловушку. И, увы, лишен возможности уйти по собственной воле. — Стряхнув крупицы пепла, он с презрением втер их ногой в бетонный пол. — Знаете, быть марионеткой без собственного голоса, мне, в общем то, не впервой. Однако, я был уверен, что этот этап остался где-то далеко позади. Аластор вскинул руки в жесте напускной растерянности. Корыстные помыслы растворялись в откровении, смешивались, и подобно металлу сплавлялись воедино. Он понимал, что за плечами Вельвет, было нечто куда более глубокое, чем любовь к правилам и порядку. И вытащить это нечто, возможно было лишь обнажив собственное положение. Пускай даже.. умолчав парочку незначительных деталей. — Продолжать шоу в том же духе — значит вернуться в ту точку, с которой я начинал. А это, боюсь, меня не устраивает. — Понизив голос вкрадчиво пояснил он. — Так что, я всего лишь ищу способ немного разнообразить ситуацию. Подумайте сами, это пойдет на пользу не только мне, но и вам. Выдержав короткую паузу он склонил голову ближе к Вельвет, и уточнил: — Как режиссеру. — Скажи, сколько еще отказов тебе нужно услышать, чтобы смириться с моим решением? — О, всего один.. Достаточно убедительный. — Отлично, потому что у меня есть парочка убедительных вещей для тебя, — она откинула короткие волосы назад и начала. — У меня тоже есть «точка с которой я начинала», только в отличие от твоей, моя точка называлась «принеси-подай». И если ты сегодня этого не заметил, уточню: я до сих пор одной ногой там. Я годами работаю девочкой на побегушках. Слушаю дерьмо от людей которые сами ничего не стоят. Тащу на себе задачи за которые вообще не должна отвечать, просто, чтобы доказать себе, что я чего-то стою. Она прерывисто выдохнула, одергивая себя, чтобы не наговорить лишнего. — Но я готова стерпеть унижения. Потому что впервые, у меня появился шанс пробиться и показать на что я способна. Если под моим контролем это шоу удержится наплаву, для меня больше ничего не будет как прежде. Увлекшись рассказом, девушка не заметила, как тлеющий край сигареты добрался до фильтра. Жар обжег пальцы, она дернула рукой, и неосторожно выронил окурок на пол. — Черт... Крошечная красная точка вспыхнула в пыли и тут же исчезла под подошвой женской туфли. Аластор пожал плечами и без долгих раздумий отправил свой окурок следом, безразлично наблюдая за тем, как тот медленно тлел. — Это совсем не вдохновляет, — вскинув брови, скучающе бросил он, имея ввиду, толи мусор так бесцеремонно оставленный на полу, толи слова Вельвет. — Не пойму, это перспектива новой жизни так вскружила вам голову, или же вы и впрямь столь наивны, чтобы не суметь отличить собственную фантазию от реального расклада событий. — В последний раз говорю: я буду делать то, что от меня требуется, и от тебя жду того же. — Конечно-конечно. Но боюсь вы упускаете из виду одну маленькую деталь. — Он улыбнулся ей одной из своих самых снисходительных улыбок, такой, какой одаривают несмышленых ребятишек, готовясь объяснять им очередную, очевиднейшую вещь. — Наш нынешний «формат» гниет изнутри. А ваш драгоценный «шанс», на деле, просто безвкусица, которая и месяца не протянет, прежде чем его рейтинги неизбежно и безвозвратно устремятся вниз. — Ты слишком категоричен. Это шоу, оно.. я понимаю, ладно, да, — скукотища. И звезд с неба хватать точно не будет, но мне этого сейчас и не нужно. Если твоя затея прогорит, я безусловно окажусь в куда большем плюсе, чем с этим второсортным стабильным шоу, но что если нет? — Она отвела взгляд в сторону, словно стыдилась собственного эгоизма, но жест этот был выученный — выдрессированный годами неблагодарной работы. — Я понимаю, что тебе тесно в таких рамках, но не в моем положении рисковать. Сделав короткую паузу, Вельвет отступила на шаг назад, намереваясь поставить точку в этом разговоре. — Если мы все прояснили, то мне пора идти. Работать. И тебе тоже советую пойти и хорошенько заучить сценарий, чтобы больше такого как вчера не повторялось. Договорив, она развернулась, не дожидаясь ответа, и направилась к двери. Каблуки мерно отбивали неспешный ритм ее шагов, разрезая тишину комнаты. Аластор провожал её удаляющуюся фигуру долгим, тяжёлым взглядом. Учтивая улыбка медленно сошла с его лица, обнажив извечно скрытую за ней, хищническую жестокость. Теперь, для него на месте девушки не было собеседницы — лишь добыча, ускользающая слишком рано. — На самом деле.. Я умолчал одну забавную деталь. — Его голос скользнул под потолком, отдаваясь до мурашек холодным эхом в ушах Вельвет — Уволиться я не могу. Но, поверьте, есть способы сделать моё присутствие.. нежелательным. — Он рассеянно осмотрел свои ногти, будто речь шла лишь о крошечной неурядице. — Конечно, столь неловкий уход с телевидения несколько осложнит возвращение на радио. Впрочем, на сколько я могу судить, память о моих эфирах свежа достаточно, чтобы я смог реабилитироваться без особых потерь. Вельвет замерла на месте. Плечи дернулись, и на короткое мгновение она стала неподвижна, словно греческая статуя мифической героини, запечатлевшая в камне секунду до трагедии. — Даже не думай об этом. — Почему же? — мягко отозвался Аластор. — Вы ведь и сами сказали, мне ужасно неуютно в этом формате. Статуя треснула. Тело девушки отреагировало быстрее разума. Резко развернувшись, она моментально сократила расстояние между ними, и несдержанно ткнула указательным пальцем в чужую грудь. — Не смей. — яростно пригрозила она, игнорируя несвойственную дрожь собственного голоса — Если не будет тебя, не будет и шоу, потому что.. кому оно нахер нужно, без ебучего «любимчика Луизианы»?! А если не будет этого дурацкого шоу, то для меня.. Она сжала зубы, будто пытаясь остановить себя, но слова все продолжали без разбора слетать с ее губ, болезненно обжигая гордое нутро. — Для меня здесь не останется ничего, кроме этих проклятых поломанных камер, бумажек, и сраной кучи проводов! Если шоу закроют по твоей вине, я не смогу себе этого простить.. Только договорив, Вельвет осознала, что все это время не могла отнять взгляда от собственного пальца, вжатого в белоснежную ткань рубашки на груди Аластора. Она с трудом заставила себя даже вздохнуть. Было навязчивое ощущение, словно увидь он хоть намек страх в ее движениях, тот час раздавит как назойливого жука. В комнате вновь повисла тишина. Сердце вернуло свой прежний ритм, и лишь тогда, она сумела поднять глаза. — Понимаешь? Но в глазах напротив ей не встретилось ничего кроме зияющую надменностью скуку. И почему-то, это било больнее презрения или столь ненавистной ей жалости. Аластор медленно склонил голову на бок, и улыбка на его лице стала до омерзения широкой. Ему не нужно было ничего говорить, Вельвет и без того понимала, что ее угрозы были пусты, а слова бессильны. Конечно, ничего он не понимал, точнее не хотел понимать. В одну секунду, годы, проведенные бок о бок с радиоприемником, рассыпались и превратились в ничто. В пустую, бестолковую трату времени. — Как мило, — сладко протянул Аластор. — Никогда не думал, что могу оказаться столь необходимым. Но честно сказать, я все еще ума не приложу, как вы планируете раскрыть свой потенциал через это поганое шоу. Ведь.. согласитесь, там в общем-то и контролировать нечего, — насмешливо хмыкнул он. — Возможно заступаться за вас было ошибкой, и мистер серьезный режиссер был прав? Ваш так называемый труд, и гроша ломанного не стоит..? — Подлец. — Прошу, давайте обойдемся без оскорблений. Аластор весело скалил зубы. Быстро сменяющиеся эмоции на лице девушки до того его забавляли, что он не смог удержаться от удовольствия спросить: — Злитесь на меня? Такой простой, даже глупый, вопрос оказался для Вельвет до странного болезненным. Она бессильно развела руками, на ее лице мелькнула тяжелая смесь разочарования с отвращением. — Дай подумать.. Я была на седьмом небе от счастья когда узнала, что мне выпал шанс поработать с ведущим, чьей подачей я восхищалась и чью программу обожала на протяжении нескольких лет; Только вот тогда я еще понятия не имела, что он может оказаться просто большим капризным ребенком, пытающимся послать всю мою не успевшую начаться карьеру к чертовой матери.. Ты сам как считаешь, что я должна испытывать? — Мисс Лендри. Мне правда жаль слышать, что я так сильно обманул ваше доверие, — лукаво парировал Аластор. — Но не стоит так переживать, думаю у меня есть выход, который устроит нас обоих. Как насчет небольшого пари? Вельвет окинула его усталым, непонимающим взглядом. — А у меня есть выбор? — О, выше нос, не относитесь к этому так серьезно. Всего-то небольшой эксперимент, — игриво махнув рукой заверил Аластор. — Я веду себя прилично, скажем... три недели! Попутно, мы понаблюдаем за рейтингами, если они будут стабильными или не дай бог, возрастут — я смирюсь со своей участью, и продолжу без нареканий участвовать в этом бестолковом фарсе. Если же, вдруг все окажется как я предупреждал. Тогда вы, позволите мне написать собственный сценарий. Аластор протянул руку. До того деланно, что всего на мгновение, Вельвет кажется что перед ней не человек, а сам дьявол решивший от скуки поиграть с людскими судьбами. — Всего один! А после уж вам решать как поступить. Ну как? Разве не звучит заманчиво? Девушка колеблется недолго, былая решительность расцветает в ней с новой силой, когда она понимает, что единственный способ справиться с угрозой — сделать ее контролируемой, хотя бы на время. — Идет. — протягивая ладонь, отчужденно соглашается она. — Наши восемь минут истекли, так что выметайся. Не хочу тебя видеть до завтра. Холодная ладонь Аластора бережно обхватывает ее руку. — Хорошего дня, мисс Лендри, — голос отравлен тихой надменной радостью. — С вами приятно иметь дело.

***

Надевая пиджак, Аластор неразборчиво напевал себе под нос что-то в духе Чака Берри, развлекая себя тем, что слегка перевирал слова. Где-то между “watching the evening show” и второй пуговицей пиджака, раздался скрип. Входная дверь распахнулась, и перед ним предстал глава «VoxTek» — Винсент Уиттман, во всём своём великолепии криво повязанного галстука. — "Hey there, Vincent boy!" — шутливо воскликнул Ал, на ходу оправляя одежду. — Что еще за.. — Винсент быстро отреагировал на звук собственного имени, сконфуженно уставившись на счастливую физиономию напротив. — Аластор..? Не смотря на свое опоздание, и явное похмелье, вид у него был как всегда собранный и профессиональный. С претензией на безупречность. До которой сегодня не дотягивал лишь из измученно-встревоженного выражения лица.. и галстука. — Превосходно выглядите мистер Уиттман! И эти синяки, — Аластор коротко указал пальцем на область под собственным глазом. — Отлично подходят к вашим морщинам! — Невероятно забавно.. — Одарив подчиненного недовольным прищуром из под квадратных очков, Винсент, все же, бросил косой взгляд в сторону зеркала на стене, в попытке невзначай оценить ситуацию. — Что вы! Забавным были вы вчера, — прощебетал Аластор. — К слову, не знал, что в ваше расписание входит похмелье. — Тебе мое расписание знать и не положено. — Приглаживая выбившиеся из прически пряди, и уже откровенно рассматривая себя в зеркале, буркнул Винсент. — Ты вообще что тут делаешь? Аластор лишь пожал плечами. — Забыл вчера кое-что. Пришлось возвращаться. Он сделал шаг ближе, и понизил голос, чтобы избежать конфузных ситуаций. — Но если серьезно, стоило предупредить заранее, что вы не очень-то сильны по части выпивки. Брови Винсента поползли к переносице, придавая его лицу достаточно суровый вид, что-бы за ним можно было скрыть внезапно подступивший стыд. Он смотрел на Аластора через зеркало, сам до конца не понимая, был ли благодарен за то, что тот не решился дискредитировать его во всеуслышание, или скорее раздражен его назойливым поведением. Но одно было ясно точно — задетое эго с утра пораньше явно не входило в его планы. Он медленно набрал в легкие воздух, из-за чего, внимание Аластора вновь споткнуться о назойливый полосатый галстук. — Ладно, знаешь у меня совершенно нет времени на болтавню.. — важно произнес Винсент, уже занося было ногу для первого быстрого шага, как вдруг, чужая ладонь требовательно уперлась ему в грудь, заставляя замереть на месте. — Стоять. — едва ли не скомандовал Ал, уже стремительно перебегая пальцами к криво сидящему аксессуару. — Прошу прощения..?! — Такие мелочи задают тон всему внешнему виду, мистер Уиттман. Не стоит о них забывать, даже если вы торопились. У Винсента чуть не отвисла челюсть от такой наглости. Он опустил голову, наблюдая за действиями Аластора, и не мог поверить, что это происходит всерьёз. В какой вселенной вообще возможно, чтобы подчиненный, с таким важным видом перевязывал галстук своему боссу, по причине — «у вас мистер Уиттман руки из задницы». — К тому же, — продолжил Аластор. — Беспокоиться вам совершенно не о чем. Я бы даже рекомендовал опаздывать почаще. Студия в ваше отсутствие неожиданно обрела дисциплину. Итан отлично со всем справляется. Винсент закатил глаза, стараясь пропустить этот пустой трёп мимо ушей. — Ладно-ладно, я понял, хорошо? Не стоило напиваться в понедельник, в следующий раз соберемся в пятницу. — Отлипчная мысль.. — Вскинув бровь, отрешенно протянул Аластор, не понимая о каком вообще следующем разе идет речь. — Господи, почему ты вообще заступаешься за этого засранца, от него же вообще никакого толк.. Погоди-ка.. Осознание застало Винсента прямо посреди оправдательной речи. — Ты же сам пригласил меня выпить.. — Ну вот и все! Дело пары минут. — бесцеремонно перебил Аластор, оперативно предотвращая зарождение разумных мыслей в светлеющей голове Винсента. (Светлой она должна была стать, по прикидкам Аластора, в течении пары-тройки лет. Должны же эти крошечные седин на висках когда то взять свое.) — Спасибо.. наверное..? — бросил Винсент, невольно скользя взглядом по чужой безмятежной улыбке. Пальцы Аластора ловко затянули узел, выровняли ткань и скользнули ниже, приглаживая складки. Слишком близко. Винсент замер, внезапно поймав себя на том, что задержал дыхание. Тело давно отвыкшее от человеческого тепла, отозвалось предательским волнением даже на такую незначительную мелочь. Аластор, не спеша — почти бережно, заправил галстук под пиджак, и только после этого отступил на полшага, любуясь проделанной работой. — Так-то лучше. Воздух словно вернулся обратно. Винсент быстро выпрямился и окинул себя строгим, оценивающим взглядом. Словно перед ним был не галстук перевязанный по доброй воле сотрудника, а годовой отчет по всем проектам компании. В конце концов, он прочистил горло и удовлетворенно кивнул. — Спасибо, ещё раз.. — Нет проблем. — Но... Лучше так больше не делай. Знаешь, многим людям такое бы ой как не понравилось... — поучительно заметил Винсент, чем лишь вызвал издевательский смешок из чужих сомкнутых губ. — Что насчет вас? Мистер Уиттман. — Что насчет меня?.. Он бросил короткий взгляд на наручные часы, и увиденное, до неприличия позднее время, заставило его резко втянуть воздух через зубы. — Думаю, это я обсужу уже с Вельвет. Если она не отгрызет мне голову при встрече. — Я ведь получу звонок, если что-то случится? — Сильно не обольщайся, — закатил глаза Винсент, уже на ходу одергивая пиджак. — До завтра, Аластор. — До завтра.. Винсент. — Тихо ответил он, в спину стремительно удаляющейся фигуре босса.