Слепой крик

Комната взорвалась шумом и хаосом. Дверь с треском распахнулась, и бандиты ворвались внутрь. Ева сидела посередине, тело дрожало, но взгляд был бесстрашный. Она отвернулась в сторону, стараясь не показывать ни страха, ни уязвимости — "Чё за хуйня?" — главарь бандитов возмутился В этот момент Макс вместе с Джейсоном накинулись сзади. Джейсон прыгнул на первого, кто влетел в комнату, пытаясь сзади схватить за шею. Макс, схватив от шкафа гнилую деревяшку, начал бить по голове врагов, кого успевал достать. Один удар — и его самого зацепили, удар пришёлся по лицу. Макс зашатался, упал, но тут Джейсон бросился на помощь, выталкивая одного из бандитов в коридор, и они вместе рухнули в соседнюю комнату, ломая двери по пути Один из бандитов попытался накинуться на Еву, но Макс вовремя оттолкнулся и вонзил нож в его ногу. Тот завопил, отпуская её — Бежим! — крикнул Макс, хватая Еву за руку Но один из нападавших ударил битой Макса по лицу, отбросив его в сторону. Ева закричала и упала на колени, прижимая лицо руками. Она тихо шептала его имя, пытаясь не попасть под удары. Макс едва приходил в себя после сильного удара, когда ещё один враг попытался пырнуть его ножом. Джейсон влетел в момент, накинулся на спину нападавшего и сделал удушающий захват Макс вскочил на ноги, став перед врагом, защищая Еву. Рукопашная борьба стала хаотичной и дикой. Один удар — Макс отходит в сторону, потом в ответ бьёт в нос врага, кровь заливает лицо нападавшего. Его движения точны, как у человека, который когда-то серьёзно занимался боевыми искусствами. Он достаёт нож и встречает атакующего бандита. Они словно танцуют — удары, блоки, шаги влево и вправо, вверх и вниз Ева всё ещё сидела у ног Макса и молилась, чтобы это поскорее закончилось. Бежать ей некуда. Да и если она будет мешаться, то и ей может прилететь. Ничего не оставалось как калачиком уткнуться в пол Джейсон в этот момент справился с нападавшим, который рвался к Максу. Макс снова вонзил нож прямо в горло главаря, брызги крови попали на Еву. Она вздрогнула, но не закричала. Макс оставался мрачным и яростным — "Это тебе за Эндрю", — харкнул он на мёртвое тело бандита Посмотрев на бедную сжатую Еву, он её взял под логоть и поднял. Она послушно не сопротивлялась Они вместе подошли к Джейсону, тяжело дыша, который выглянул в окно и заметил приближающуюся машину — "Твою ж мать…" — выдохнул он. — "Это была только разминка" Макс спросил, кто это такие. Джейсон пообещал объяснить позже. Макс старался не показывать вида, как он зол на Джейсона за то, что видимо из-за него это всё случилось. Что-то он от товарищей явно скрывал. И ведь из-за него его лучший друг мёртвый лежит в соседней комнате... Они рванули к первому этажу, пока новые бандиты ещё не ворвались. Их машина стояла у выхода, вся побитая и разбитая — "Зашибись… а теперь что?" — сказал Джейсон. Макс взглянул вглубь леса и сказал: — "Другого выхода нет. Нам надо бежать" — "Я же не вижу!" — возмутилась Ева. — "Каждая веточка, каждый камень…" — "Блять, нахуя мы её взяли? Говорил, что это плохая затея!" Макс промолчал, не смотря на Джейсона. Через пару секунд онподнял Еву на спину — "Джейсон, прикрывай", — сказал он. — "У меня мало патронов, но на пробежку, надеюсь, хватит, — ответил тот Ева вцепилась в него как в спасательный жилет, и они рванули вглубь леса Ветки хлестали по лицу, цеплялись за одежду, под ногами хрустели сухие иголки и ломались мелкие ветки. Макс держал Еву на спине крепко, почти намертво, будто боялся, что если ослабит хватку — она исчезнет. Она иногда соскальзывала вниз, теряя опору, но он лишь резко подбрасывал её выше, поправляя, и она снова цеплялась за него, обвивая руками плечи Сзади бежал Джейсон. Он часто оглядывался, ловя взглядом тьму между деревьями, вслушиваясь в каждый шорох. Казалось, что за ними вот-вот кто-то выскочит, но лес оставался глухим. Только их дыхание, тяжёлое, сбившееся, и редкий треск под ногами нарушали тишину — "Стой!" — резко бросил Джейсон. — Макс, стой, не неси её дальше Макс пробежал ещё пару шагов по инерции и остановился. Грудь ходила ходуном, дыхание жгло лёгкие. Он осторожно опустил Еву на землю Она едва коснулась ногами земли — и тут же поморщилась. Босые ступни врезались в холодные иголки и мелкие камни. Боль была резкой, но она не отступила. Только сильнее вцепилась в Макса, будто боялась потерять равновесие или остаться одна Он поддержал её за плечо, слегка раздражённо, но больше от усталости, чем от злости — "Аккуратнее…" — коротко бросил он. Все трое выглядели так, будто прошли через мясорубку. На одежде — кровь, чужая и своя, лица в пыли, руки дрожат от напряжения. Глаза у Макса были потемневшие, злые, но в глубине читалась усталость. Джейсон держался лучше, но и его выдавало тяжёлое дыхание и напряжённая челюсть — "Похоже, отстали", — сказал Джейсон, вслушиваясь в тишину. — "По крайней мере, пока" Макс провёл рукой по лицу, размазывая кровь и грязь — "И куда теперь?" — глухо спросил он Джейсон задумался. Сделал пару шагов вперёд, потом назад, оглянулся. Везде — одинаковый лес. Тёмный, густой, чужой Он провёл рукой по подбородку, по короткой щетине, привычным движением, будто это помогало думать — "Чёрт…" — тихо выдохнул он. — "Мы крота забыли" Макс поднял на него взгляд — "Он вроде говорил, что к себе пойдёт…" Джейсон кивнул, продолжая ходить из стороны в сторону, собирая мысли В этот момент лес начал меняться. Тьма уже не была сплошной. Сквозь ветви просачивался тусклый, серый свет. Рассвет медленно подбирался, вытесняя ночную холодную тишину. Где-то вдалеке осторожно начали щебетать птицы — сначала одна, потом другая. Лес будто просыпался, но этот покой только сильнее контрастировал с тем, что они только что пережили Холод стал ощутимее. Ева тихо задрожала — "Мне… холодно…" — прошептала она, едва слышно. Она стояла в тонком ночном белье, бледная, губы уже начали синеть. Её пальцы судорожно сжимали ткань на рукаве Макса Макс на секунду замер, потом, не говоря ни слова, снял с себя кожаную куртку и накинул ей на плечи Она вздрогнула от неожиданности. Провела руками по грубой ткани, будто не сразу поверила, что это происходит. Но ничего не сказала — только сильнее закуталась в неё Макс посмотрел на Джейсона — "Давай быстрее. Думай" Джейсон остановился. Всё ещё держал руку у подбородка, потом медленно поднял голову — "База у него под домом", — сказал он. — "Есть вход рядом с домом… но туда сейчас соваться — самоубийство" Он на секунду замолчал — "Значит, должен быть второй вход" Макс нахмурился, задумался. Логика складывалась сама собой — "У кротов всегда несколько выходов…" — тихо сказал он. — "Лабиринты. Он не идиот. Должен был сделать запасной" Джейсон щёлкнул пальцами — "Вот именно" Пауза повисла тяжёлая — "Вопрос только… где он?" Макс машинально начал рыться по карманам. Пальцы наткнулись на холодные металлические патроны, потом на смятую пачку сигарет, жвачку. Ничего полезного. Ничего, что могло бы дать хоть какую-то зацепку Он выругался сквозь зубы И в этот момент у Джейсона что-то зашуршало в заднем кармане. Он замер, будто не сразу понял, что это. Потом резко полез рукой и вытащил небольшую, потёртую мини-рацию Несколько секунд он просто смотрел на неё. Потом нажал кнопку: — "Да?.." — коротко, с напряжением в голосе

***

Пухлый, неуклюжий, с вечно грязными руками и ногтями, в мятой одежде, пропитанной запахом пота и застоявшейся комнаты. Его жизнь была замкнута в четырёх стенах. Комната, пропахшая потом, едой и застоявшимся воздухом. Монитор, который светил в лицо ночами. Крошки на столе, грязные руки, жир под ногтями. Он жил в этом, как рыба в мутной воде — не потому что хотел, а потому что не знал, что бывает иначе Он почти всё своё время проводил за компьютером — жрал то, что приносила мать, смотрел аниме, лазил по чужим аккаунтам, притворялся кем-то другим в переписках, отправлял чужие фотографии, пытаясь хоть где-то почувствовать себя… не собой Настоящего его никто не знал. Да и он сам, если честно, тоже Про имя так вообще никто не заикался. Имя было тяжёлое, нелепое, какое-то чужое. Такое, над которым смеялись бы даже те, кто сам был на дне. Он ненавидел его с детства — настолько, что старался не произносить даже в голове. Каждый раз, когда мать выкрикивала его из кухни, это звучало как упрёк, как клеймо, от которого невозможно избавиться Отец пил. Жёстко, беспросветно. Возвращался домой с мутным взглядом и тяжёлым шагом, принося с собой запах дешёвого алкоголя и напряжение, от которого хотелось спрятаться. Мать не пила, но и не жила — она существовала. Постоянная усталость, срывы, крики. Временами она пыталась что-то изменить, подрабатывала, но чаще просто сидела дома, утопая в своей тяжёлой, вязкой апатии Дом был не домом. Скорее — местом, где просто пережидают жизнь Привык к тому, что его не замечают. Привык к тишине. Привык к тому, что жизнь проходит мимо, а он просто… сидит Иногда, где-то глубоко, возникало желание всё изменить. Хотелось приключений, движения, чего-то настоящего. Но эти мысли быстро гасли. Слишком непривычно. Слишком страшно В тот день мать отправила его в магазин. Он кивнул. Без слов. Без эмоций Оделся, как попало, и вышел на улицу, уже чувствуя, как ему некомфортно. Люди раздражали. Их взгляды казались колкими. Ему хотелось быстрее всё закончить и вернуться обратно, в свою нору В магазине он сразу их заметил. Компания парней. Громкие, наглые, уверенные в себе. Такие, которые ищут жертву — и находят её за секунду Они посмотрели на него. И он сразу понял — всё Он попытался не обращать внимания. Быстро взял продукты, расплатился, вышел. Но шаги за спиной не дали обмануться. Они догнали его Зажали в углу между стеной и мусорными баками Сначала были слова. Грязные, липкие, унизительные. Они смеялись над ним, над его внешностью, над его матерью. Он стоял, опустив голову, и молчал. Он всегда молчал Первый удар пришёлся в живот. Резко, больно, неожиданно. Воздух выбило из лёгких. Второй — в лицо. Мир поплыл. Потом они начали бить уже без остановки. Его повалили на землю, и удары посыпались ногами. В живот, в спину, по рёбрам. Он сжимался, как мог, но это не помогало Он был слабый. Слишком слабый И в какой-то момент, лежа на холодном асфальте, он понял: "Вот и всё" Вот так закончится его жизнь. Бесполезная, тихая, никому не нужная. Он ничего не сделал, ничего не изменил, даже не попытался. Просто… просуществовал Вдруг он услышал крик: — "ЭЙ! ХАРЕ!" Два силуэта вылетели из темноты Дальше всё превратилось в хаос. Удары, крики, резкие движения. Кто-то отлетел в сторону, ударившись о мусорный бак. Кто-то упал. Один из нападавших достал нож, но его тут же сбили с ног. Это была не драка — это была вспышка ярости. Короткая. Жёсткая. Настоящая Через какое-то время всё закончилось. Нападавшие, матерясь, отступили — "Мы ещё, блять. встретимся! — крикнули они и скрылись Остались двое — "Придурки…" — выдохнул один Второй подошёл к нему и протянул руку — "Ты как, живой?" Он прищурился, пытаясь разглядеть их сквозь боль и мутное зрение. Парень вытянул руку в знак приветствия: — "Я Макс", — сказал тот. — "А этот весельчак — Эндрю" Эндрю улыбался так, будто происходящее его искренне забавляло Он нехотя протянул руку. Пожал. Неуверенно, слабо — "Чего молчишь?" — тут же влез Эндрю. — "Язык оторвали?" И сам же рассмеялся. Макс взглянул на своего товарища и закатил глаза — "Не обращай внимания. Он всегда такой" Он не знал, что сказать. С ним так… не разговаривали. Не помогали. Не стояли рядом. Обычно все так и бросались лишь бы его унизить, оскорбить или дать по шее — "Тебя как звать?" — спросил Макс Он мотнул головой: "Нет" Он не хотел это имя произносить. Не хотел снова чувствовать это отвращение. Как же ненавидел он это имя. Всей душой, если она у него вообще была Эндрю хмыкнул: — "Ну всё понятно. Немой" Макс бросил на него короткий взгляд — предупреждение: — "Ну прекращаай..." — протянул устало Макс — "Ладно - ладно", — сказал он, снова повернувшись к нему. — "Раз не хочешь говорить — дадим кликуху, что скажешь?" Он напрягся. Внутри всё сжалось. Он уже ожидал услышать что-то привычное. Что-то унизительное. Например: Свинья или ещё хуже Макс на секунду задумался, потом усмехнулся — "Будешь Кротом" Он замер. Поднял голову. Впервые посмотрел прямо в глаза Максу. В его взгляде не было злости или обиды. Он был в шоке. Мало того, что с ним никогда так не разговаривали по-дружески. Так ещё такие крутые прозвища не давали. Будто он обрёл друзей — "О, смотри, аж ожил", — усмехнулся Эндрю. — "Подходит" Макс коротко улыбнулся, схватил его за руку и быстро написал номер: — "Если чё, свисти" — сказал он, с лёгкой, уверенной ухмылкой Он смотрел на цифры, как на что-то нереальное. Потом на них Они развернулись и пошли Эндрю, проходя мимо, хлопнул его по плечу и, усмехнувшись, добавил: — "Ты это… помылся бы хоть" И искренне, дружелюбно засмеялся. В голосе не было попытки задеть или обидеть. Но он прав. Шманило от него не по-детски Он остался стоять. Смотрел им вслед. И впервые за долгое время чувствовал не пустоту, а что-то другое. Тёплое...живое Захватив потрёпанный пакет с помятыми продуктами, он направился в сторону дома подшмыгивая и вытирая нос с лицом от своей же крови Вернувшись домой, он снова оказался в привычной реальности — "Тебя только за смертью посылай!" — встретил его крик матери. — "Что с пакетом?!" Он как всегда промолчал. То ли он не хотел отвечать на вопрос злой матери, то ли он не был из тех, кто любит чесать без дела языком Прошёл в свою комнату. Закрыл дверь Он сел за копьютер, но экран больше не притягивал. Его голова была забита Максом и Эндрю:"Интересно, кто они такие? Чем занимаются? Почему они спасли мою жизнь? Им можно ли доверять?" и т.д. Затем Крот глянул на свои дрожащие руки и заметил номер телефона оставленный Максом В доме хлопнула дверь. Тяжёлые шаги. Пьяный голос — "Припёрся..." — наконец с шёпотом выдавил он Он медленно перевёл взгляд на дверь. Потом обратно — на цифры на руке. И впервые за всё время внутри появилось что-то твёрдое и решительное — "Я принял решение" Он взял старый кнопочный телефон. Пальцы дрожали, пока он набирал номер. Ему было и страшно и интересно одновременно. Он очень хотел их узнать получше. Он сильно хотел сбежать из этой обстановке. Для себя Крот решил, что лучше там, чем здесь Гудки тянулись слишком долго. Сердце билось так, будто вот-вот выскочит Щелчок. Трубку взяли. На той стороне серьёзный, уверенный голос знакомого: — "Слушаю"

***

Скрипучая лестница жалобно стонала под ногами, каждый шаг отдавался в груди холодным металлическим эхом. Внизу бункера пахло сыростью, плесенью и старым железом. Крот спускался первым, чувствуя, как холод пробирает кожу сквозь тонкую футболку. Он тихо бормотал себе под нос: — "Про этот вход… знаю только я… и Эндрю…" Его голос дрожал, но был твердым. Внутри чувствовалось странное сочетание гордости и тревоги — этот путь был его секретом, его миром, где никто не смеет нарушать порядок Следом медленно ковылял Джейсон. Его шаги были тяжелыми, дыхание сбивчивым, а взгляд усталым и напряженным. Каждый мускул будто сопротивлялся действию, тело говорило: «Достаточно», но разум требовал идти дальше Макс шёл последним. Ева висела на нём, сжимаясь всем телом, доверяя ему полностью. Он аккуратно придерживал её за талию, помогая не оступиться. Их движение было медленным, почти как у черепах, и каждый звук эхом отдавался в пустых стенах — "Осторожно…" — тихо сказал Макс, держа её ближе. — "Ещё шаг…" Ева кивнула, глотая холодный воздух. Ночь уже уходила, рассвет пробивался сквозь щели в стенах, но здесь, в бункере, свет был тусклым и серым. Она чувствовала себя маленькой и беспомощной, но доверие к Максу давало хотя бы иллюзию защиты Когда они достигли низа, Крот повернулся к ним, лицо наполнилось напряжением — "А… а где Эндрю?" Джейсон тяжело выдохнул, отпустил голову и отвернулся, молча пройдя дальше. Его молчание ударило по Кроту сильнее, чем любая грубость. Сердце сжалось, внутри забурлила смесь печали и разочарования — "Чёрт…" — пробормотал он Он тихо последовал за Джейсоном Ева оступилась, едва не упав с лестницы. Макс резко подхватил её, прижимая к себе — "Прости…" — тихо сказала она, дрожа. — "Наверное, я только мешаю…" Макс тяжело выдохнул, но ничего не ответил. Он знал, что они сами создали эту ситуацию, что теперь он должен быть её опорой. Она была добрая, вежливая, и это раздражало его порой сильнее всего — её терпение контрастировало с его злостью и усталостью Бункер встретил их глухой тишиной и запахом старой жизни. Мониторы с проводами, датчики, камеры, мерцающие огоньки — всё это создавалo странное чувство, что они находятся в сердце чужого, но знакомого мира Крот огляделся. В углу стояла мини-кухня, заваленная едой, хлебом, банками. Диваны — продавленные и грязные, но сейчас казались чуть ли не спасением. Макс довёл Еву до дивана и аккуратно посадил. Сам сел рядом, закрыл глаза, пытаясь хоть на минуту остановить бесконечный поток мыслей и напряжения Джейсон прошёл к столу с оборудованием, скривившись: — "Господи… ты хоть когда-нибудь убираешься?" Крот смущённо улыбнулся, скромно, почти виновато засмеялся, показывая свои грязные, жёлтые, кривые зубы: — "Стараюсь…" — "Вижу" — Джейсон бросил на него взгляд и отвернулся Пауза. Тишина давила, будто воздух стал плотнее — "Как он?" — осторожно спросил Крот, глядя на Макса — "Лучше не спрашивай", — ответил Джейсон, не поворачивая головы. — "Держится пока… но…" Крот кивнул, стараясь не показывать разочарование Мониторы показывали дом и дворы вокруг. Тени людей, двигающиеся по периметру. Ещё несколько бандитов шарились снаружи, обнюхивая ситуацию — "Кто это вообще такие?" — тихо спросил Крот Макс резко повернулся, глаза блестят гневом. Он с сарказмом и провокацией обратился к Джейсону: — "Да, Джейсон..кто же это такие?" Джейсон закатил глаза, стараясь успокоить Макса: — "Угомонись, я объясню" Но Макс не мог. Он вскочил, подлетел и толкнул Джейсона. Тот отшатнулся, но остался на ногах — "Вот это ты зря" — произнёс еле сдерживая ярость Джейсон — "А то что? Застрелишь меня, как застрелили Эндрю?" — бросил Макс, ярость в голосе Накал становился невыносимым. Джейсон, вспыльчивый, подошёл ближе, глаза ледяные — "Знаешь, есть в тебе что-то бесячее" — сказал он, — "В свои 24 года ты умеешь великолепно трахаться. А защитить одну шлюху член не дорос" Макс потерял терпение. Джейсон надавил на самое больное, что было у Макса. Единственное, что он хотел это убить собственными руками своего товарища, которого ещё утром называл братом Бункер содрогнулся от первого удара. Макс толкнул Джейсона плечом — сильнее, чем сам планировал, и тот отскочил, неловко задев край стола. Пыль поднялась, железные корпуса оборудования дребезжали, искры мелькнули в тусклом свете ламп — "Неплохо, для ребёнка" — сказал Джейсон вытирая рукой окровавленный нос Джейсон с ревом вернулся, схватил пустую бутылку из-под колы и замахнулся ею, пытаясь ударить Макса. Металл скользнул по воздуху с пронзительным свистом, но Макс успел отскочить, отбросив удар рукой — "Осторожно, ты что, с ума сошёл?!" — вскрикнул Крот, пытаясь втиснуться между ними, но оба оттолкнули его, не причиняя вреда, лишь чтобы он не мешал Ева затаила дыхание. Она стояла за диваном, сжавшись в калачик, глаза широко раскрыты, а пальцы стискивали ткань старого порванного чехла. Сердце колотилось, словно пытаясь вырваться из груди. Она чувствовала каждый удар, каждый толчок, каждый звук летящих предметов, как будто это происходило прямо с ней Джейсон ударил Макса боком в грудь. Металл холодильника за его спиной издал глухой скрежет. Макс с ревом бросился на него, нанося короткие, быстрые удары кулаками, защищаясь и отталкивая каждый выпад Джейсона. Их лица уже были ободраны, с синяками, ссадинами и кровью, смешанной с потом, глаза горели яростью, дыхание сбивалось, но оба не собирались останавливаться — "Да пошёл ты к чёрту! Если бы не ты, он был бы жив!" — крикнул Макс, когда Джейсон попытался нанести ещё один удар локтем — "Если бы ты был бы хоть раз мужиком!" — ответил Джейсон, замахнувшись снова, и на этот раз задел боком монитор с камерой. Провод дернулся, искры полетели, а свет мигнул, но драка продолжалась Бутылки, пустые банки, старые кресла — всё стало оружием. Макс подхватил старую деревянную табуретку и замахнулся, Джейсон увернулся, но удар пришёлся по стене, треснувшей от силы. Крот, пытаясь вмешаться, был вынужден прыгать в сторону, крича: — "Стоп! Пожалуйста, аккуратно!" Но никто не слышал. Адреналин делал их слепыми к предостережениям. Джейсон ухватил Макса за плечо и бросил в сторону дивана. Макс оттолкнулся ногой, стараясь не упасть, и ударился о старый стол, разбрасывая тостеры и банки с едой — "ХВАТИТ!" Оба мужчины замерли. Её голос прорезал всё напряжение, заставляя кровь замереть в венах — "У меня была самая паршивая ночь в жизни!" — закричала она. — "Я слепая! Я просто жила спокойно, пока вы два придурка не украли меня! Мне всё равно, кто вы и что с вами происходит! Я хочу домой! Закончите этот детский сад и отправьте записку моему отцу! Получите свои сраные деньги и исчезните из моей жизни!" Она села на пол, дрожа и тихо плача Пацаны успокоились. Тела ещё дрожали от адреналина, но ярость ушла, оставив только усталость и боль. Макс снял куртку, сел на диван, облокотил голову на руку. Джейсон взял пиво, молча наблюдая за оборудованием. Крот, сжимая руки, тихо сказал: — "Она права…" Макс посмотрел в пол. Не в глаза Кроту. Понимал, что только что сам позволил эмоциям захватить ситуацию Джейсон сделал глоток пива, не получая удовольствия, просто чтобы держать себя в руках. Крот продолжал: — "Мне жаль, что Эндрю уже нет. Кто бы ни был виноват… его не вернуть. Надо действовать. Сначала девчонка, потом — всё остальное" Все трое, уставшие, погрузились в тишину. Несколько часов прошли, наполненные только редкими звуками шагов, тихим шуршанием еды, слабым мерцанием мониторов и дыханием, которое больше не хотело сдерживать напряжение