Молния в УДАРе

Тем временем, прибыла доставка, восемь огромных пакетов с едой, которую еще надо было приготовить. Сантьяго и Андерсон вернулись на кухню, и они вчетвером быстренько порезали салат, поставили в духовку курицу и овощи, отварили бобы и оставили пропитываться в маринаде мясо. Брок от доброты душевной, и потому что задолбался слушать голодные трели, покормил Фила и Пола позавчерашней лазаньей. Они умяли большую форму на килограмм и жалобно смотрели глазами котика из Шрека, прося еще. Брок постановил, ждать мясо – нечего обжираться вредными углеводами. Зимнему была пора возвращаться на базу, поэтому Брок заглянул в гостиную, узнать, как дела с защитой от влезания в мозги. Глазго отчитался, что, когда заслоняют виски, он слышит немного хуже. Попробовали разные материалы, но металл показал себя лучше всех. Из разных металлических вещиц у Брока нашли сталь, алюминий, медь и найденную где-то в недрах Брокова дома латунь. Сплав зимнесолдатской руки (вольфрам никелевое железо), как ни странно, мозговые волны пропускал почти без помех. Лучше всего экранировала медь, поэтому теперь предстояло решить какие приблуды весь отряд может носить на висках или близко к ним, чтобы не выглядеть подозрительными фриками и в то же время не терять возможность передачи информации Глазго. Задачка на миллион, как говорится. Нигде, кроме проводов в армии медь не использовалась. Обмотаться электропроводкой – очень смешно. Но как защита кабинета – неплохое решение. Пока Броку приходил в голову только пирсинг верхней части ушного хряща, эта часть находится практически у самого виска. Но как будет смотреться целый отряд с одинаковым пирсингом, он мог себе представить – ни разу не подозрительно, ага. Брок подал знак Зимнему следовать за ним, провел в кладовку, где у него лежали пайки и выдал сразу три – Солдат сегодня хорошо себя вел и сделал много важной и нужной работы. Глазго зачем-то потащился следом, Брок удивленно вскинул бровь, мол тебе тоже паек? Вдруг, Глазго закрыл глаза и так ощутимо расслабился, что только теперь стало заметно как трудно ему дается постоянный шум в голове. - Командир, вообще ничего не слышу. Тут что-то экранирует, - сказал он. Брок оглянулся, в кладовке было до хрена всего и понять сходу что экранирует мыслеволны было невозможно. - Возьми Лютика, по одной вытаскивайте вещи в коридор и проверяйте, - решил Брок. – На выход, Зимний, тебе пора. Зимний доел пайки и вымелся из кладовки. - Что у тебя завтра по плану? – спросил Брок. - Спарринг с Гаммой, полигон и стрельбы, - бесстрастно ответил Солдат. - Гамма сегодня наебнулась вся, вряд ли успеют найти тебе новую группу до завтра. Ты, вот что, если получится, приходи сюда. У нас с ребятами два дня отсыпных, и потом выходные, четыре дня для тренировок. - Принято, командир. И Зимний бесшумно исчез. Тем временем подтянулась вторая пара посетивших доктора – Мэй и Лаки. У этих анализы были совершенно обычными, чему Брок был откровенно рад. Их командир отправил разжигать гриль и следить за мясом – на Мэй можно было положиться, она не даст Лаки заняться какой-нибудь хренью. Через полчаса Лютик отрапортовал, что титан абсолютно экранирует мыслеволны, у Брока стояли два ящика, в которых он хранил всякую огнеопасную хрень типа красок, лаков, бензина, растворителей и прочего. Эти ящики ему когда-то припер интендант как подарок за спасение жизни в одной из командировок на Ближнем Востоке и Брок подозревал, что тот их как говорят в армии «тихо спиздил и ушел, называется, нашел». Тем не менее бывшие снарядные ящики были самыми что ни на есть титановыми. С этим можно было работать, насколько Брок помнил, в тату-чернила добавлялся титан как белый краситель. Рисунки на коже были отличным решением, белые татуировки после заживления выглядели почти как старые шрамы, что было гораздо менее заметно на бравых вояках, чем медные серьги в ушах. К вечеру подтянулись все остальные бойцы, а Лютик с Глазго уехали последними сдаваться докторице. У остальных картина анализов была такой же, как у Мэй и Лаки – ничего особенного в них найдено не было, ни в мозгах, ни в костях, ни в крови. И это радовало Брока безмерно, теперь можно было сдаваться медикам ЩИТа без страха пропасть где-то на минус втором лабораторном этаже. Ближе к ночи подтянулись Лютик с Глазго и совершенно замученный Док – вот кто пахал уже восемнадцать часов без отдыха. - Давай, Док, краткий отчет и езжай спать. Остальное решим завтра, - сжалился Брок. - Все здоровы, никаких дополнительных органов, образований, кровь тоже почти в норме, у шестого и девятого только нарушения при гомеостазе могут найти, но это я поправлю, анализы будут безупречны. Лютик – составь им новую диету с учетом повышенного потребления АТФ, электролитов и долгих углеводов. Андерсон скривился. – Бобы жрать? - И горох, - отбрил его Лютик. – Хочешь быть здоровым, будешь жрать, что скажу. Андерсон промолчал – понимал, что Лютик плохого не посоветует. Сантьяго не протестовал совсем – этот любитель ЗОЖ был всеми руками и ногами за сбалансированное питание, а уж за индивидуальный план и меню, специально подобранное для его уникального организма, был готов почти на всё. Пора была расходиться, Брок ждал бойцов завтра к десяти утра на пейнтбольной площадке неподалеку – стоило понять, что не так со стрельбой Роллинза. Площадку держал бывший «зеленый берет», с ним договорились, что отряд снимает весь павильон на четыре часа, а хозяин предоставляет помещение без лишних глаз и ушей (и камер). Сон не шел, Брок крутил в уме и так и эдак как ему самому скрывать свою новую способность, ведь если он совсем не будет читаться теми же телепатами, его как аномалию законопатят куда поглубже. По всему выходило, что надо как-то сжимать глушилку, по крайней мере вытащить наружу голову, но как такое тренировать он сходу не мог придумать.