Лимон с мёдом

Алиса превосходно катала свою программу. Да, она не заявила четверных, но показывала очень неплохие тройные. Но особенность программ Лью заключалась совсем не в большом количестве выдающихся прыжков или их высоте. Фигуристка вкладывала в каждый прокат свою душу, она любила то, что делает. Алиса светилась и улыбалась во весь рот даже на тренировке. Ей было весело, даже смешно.

***

Аделия в своих прокатах была совсем другой. Она вовсе не была эмоционально обделена в своих выступлениях. Они всегда выходили яркими и запоминающимися, но Петросян в отличие от Лью играла и выполняла свою прямую работу. Вся артистичность была наработана вместе с хореографом и тренерами, выходило красочно, судьи не могли придраться, тем не менее ощущалась сухость, ведь вся эмоциональность спадала в момент окончания проката и финальной позы. —Лью, вот как у тебя так выходит? Да от одного взгляда на тебя хочется улыбаться!— радостно сказала Изабо, подъезжая к подруге. —Ты же знаешь, я просто очень люблю всё, что сейчас делаю. —Твоя жизнерадостность спасёт ещё много фигуристов,— с улыбкой ответил Илья Малинин. —Я буду очень надеяться!— также приветливо сказала Алиса.

Своей очереди катать под музыку ждала Аделия. Она поехала в центр площадки и приняла начальную позу. Пошла музыка. Движения были идеальными, ни одного недокрута, ни одного срыва. Девушка не выкладывала всю свою артистичность на максимум, но старалась чуть играть глазами и изредка кидать остальным фигуристам улыбки, чтобы не выкладывать все свою возможности на прямую, но и не вызывать сомнения и пренебрежение её способностями. —Она очень хороша!—сказала Изабо, подъезжая к борту. —Она определенно очень талантлива. Более того умеет выжать талант на максимум, когда это необходимо,— ответил Илья своей американской подруге. —Великолепна,—тихо прошептала Лью. Алиса пыталась сфокусироваться. Не вышло. Крошечная русская девушка словно нависла над ней. Какую часть катка Лью не пыталась бы выбрать, везде лишь слышался скрежет коньков. Её коньков. Казалось Аделия преследовала, завладевала не только льдом, но постепенно проникала в сознание. Взгляд сам метался от льда к темным вьющимся волосам, к глазам , которые запоминаются отчетливо, с первого раза, которые так резко появляются в голове когда опускаются веки. Аделии было всё равно. Она лишь делала свою работу, но делала её так, будто лезвие во время прыжка в этот раз окажется прямо у твоей шеи. Петросян раздражала больше с каждой новой беседой, хоть их и было всего две, но одновременно с раздражением Лью окутывало странное и слегка пугающее желание понравиться ей. Но вместе с ним появлялось желание избавиться от вечного ощущения присутствия нежной и такой тяжелой руки на спине, избавиться от ощущения того, что прямо перед лицом опять появится пара темных глаз, которая заставит метаться от желания уйти от их напора и при этом желания попытки бросить вызов и сгладить этот напор. Алиса теперь знала, что не угодила Аделии именно своим катанием. Не техникой, не набором элементов, а тем, как она катала. Её легкость и непринужденность в прокатах напрочь противоречила выверенной точности и дисциплине Петросян. Теперь она это чувствовала. Казалось, это должны чувствовать все, но оглядев знакомых Лью поняла: нет, определенно, нейтральная действует так только неё.

***

Аделия же совершенно не знала о таком интересном влиянии на Лью. Ей вообще было на неё все равно, хотелось просто, чтобы больше она не появлялась на глазах. Прокат и вправду получилась отличный, все было чисто и качественно. Как любит русская. Однако после неё должна катать была сама Алиса. Американка выехала в центр и приняла начальное положение. Аделия выехала с катка и пошла в раздевалку. —Даже не посмотришь? Какая самоуверенная,— с раздражением сказала себе под нос Лью. Но к удивлению Алисы Петросян остановилась, словно услышала. Девушка подошла к борту с другой стороны и оперлась на него. Взгляд был направлен на американку. Он словно говорил: «Ну показывай». Алиса начала прокат. Выходило очень хорошо, но эмоции были не те. Взгляд Аделии ощущался кожей. Вот и первый недокрут. —Кисло,—сказала Аделия. На удивление даже самой Аделии, фраза не была саркастической издевкой. В этот раз девушка анализировала. Лью закончила прокат и.. улыбалась. Она была довольна, ничем не обременена, просто счастлива. —Улыбаешься? Ну и чудная,— с удивлением сказала себе Аделия. —Ты явно откатала не лучший свой прокат, но ты.. счастливая? Аделия запомнила. Взгляд, положение рук, смех. Этот момент явно осядет в памяти. —*Ты действительно приторная, Алиса.*— подумала Аделия и ушла с катка. Алиса говорила с друзьями, но искала глазами её. А её не было. Тренировка закончилась, но история девушек только начинается. Теперь они плотно застряли в головах у друг друга. Всё начинается с мысли. Мысль порождает слова, порождает действия. Что делать если мысли забиты только ей?