Да хоть солнце!

— Тох, это уже не смешно. — сложила Кузя руки на груди, наблюдая, как друг поспешно обувается. Сам того не замечая, Тоха вдруг находит себя в занимательной ситуации: друзья на самых серьёзных щах думают, что он вступил в секту квадроберов-нудистов. Ну ладно, так думает Кузя. Антон, не отрываясь от пришивания раритетных пуговиц к реконструкции парадного кителя военных времён для своей сходки историофилов-энтузиастов, просто ехидно напевает партию Тимона и Пумбы из Короля Льва, ту самую, где «Амур дружку любви напев…». Подруга же, как истинная любительница завтракать хлопьями под тру-крайм и прочие сомнительные сюжеты, относилась к ситуации с большей озабоченностью. — Да это батя, помочь надо в гараже… — отговаривается Тоха, смотря куда угодно, но только не на Кузю, которая ни на секунду не ведётся на тухлую отговорку. Это уже не в первый раз, когда он сбегает пораньше от них. Неловко получается. Тоха почти две недели чуть ли не каждый день ходит в дом на краю леса, исследуя границы своих новопреобретённых возможностей… что фактически означает носиться по лесу и вечерами слушать рассказы новых друзей о жизни оборотней в условиях современной реальности. И Тохе нравится. Нравится обращаться, учиться у Коляна и Жени всяким фишкам, вроде преследования или ориентирования по запахам и звукам, слушать про родную стаю парней, выяснять кто из известных личностей тоже не совсем люди. Даже нравится дурачиться в шуточных драках. Хотя сначала он очень боится случайно причинить вред. Женя на это признание по-доброму смеётся. — Ты врезал мне сразу после знакомства, помнишь? — указывает он, приподняв бровь, и Тоха чувствует лёгкое смущение. — Это не одно и то же! И ты заслужил. Но… всё равно прости. — сбивичвый ответ вызывает новый краткосрочный приступ хохота. — Ничего, — отмахивается Женя, посматривая через лукавый прищур. — Я не против ходить в синяках, если они от тебя. — сладко стелет в лучших традициях претенциозных романов, которые тайно читает… нет, не Кузя, Антон. Но Тоху заставили поклясться унести этот секрет в могилу. — Иу, чувак… — коробится Тоха, показательно отходя от парня в сторону на шаг. Кузи на него нет. Она бы ему популярно разъяснила, про разрушительные установки в отноше… каких ещё, к чёрту, отношениях? Отмена! — Шучу. Но правда, не бойся. Это просто игра. У нас очень хорошая регенерация и высокий болевой порог, и, что ж, не хочу тебя расстраивать, но мы опытнее. Думаю, даже если захочешь, не сможешь никого из нас серьёзно ранить. — поясняет Женич. — Даже Полю? — скептически уточняет Тоха, припомнив, что изящная девушка и в волчьем обличии выглядит довольно миниатюрно. Собеседник хмыкает. — Тем более Полю. Я сам не уверен, выстоял ли бы против наследницы юго-западной стаи…. — потянул тот задумчиво, разводя руками. После этого разговора Тоха действительно отпускает себя во время шуточных свалок и быстро убеждается в правоте Жени. Не больно. Не страшно. Весело. Хорошо. Да, это правильное слово. Хорошо. Именно так он себя чувствует, забывая о заботах, случайных стычках с Данилой на работе из-за переклейки ценников и прочих мелких неурядицах. А ещё, может быть ему тайно нравятся дурацкие подкаты Женича из подтяжка, больше не раздражают эти провожания, которые из странного недопреследования переросли в приятную ленивую болтовню и поддразнивания по пути домой. Жене, кстати, знать об этом пока точно не стоит. Хотя время от времени, когда пауза перед прощанием затягивается, взгляды увязают в друг друге и только ржавые перила между ними не дают наделать глупостей, Тохе кажется, что всё этот волчара знает. Но галантно держит данное слово. Тактично отворачивается перед пробежками, когда Тоха раздевается. Трётся возле, но ни рук, ни лап, ни языков, прости-господь-боженька, не распускает. Впрочем, никогда не отстраняется первым, если Тоха сам подсаживается ближе, или устало заваливается на него после лесных активностей, полуосознанно водя большим пальцем по горячей коже и наблюдая, как то напрягаются, то расслабляются мышцы Жени под касаниями… Но потом пиликает забытый на плетённых креслах телефон, и вот Тоха уже неловко мнётся в неспособности объяснить своим лучшим друзьям где и почему он пропадает в последнее время. Взять и просто показать им свою новопреобретенную сущность почему-то тяжело. Да и Женя хмурится каждый раз, когда тема всплывет. — Нельзя разбалтывать об этом всем вокруг. Это опасный секрет, знаешь ли. — Я понимаю, но это не «все вокруг», а мои друзья. Им можно доверять. — возражает Тоха. — Да ну? Именно после подобных слов истории обычно заканчиваются кровавой волчьей баней, знаешь. Ты на сто процентов уверен, что, например, этот твой Антон не из династии потомственных охотников на оборотней? — изрекает на то Женич, заглядывая в глаза. И в отличии от обычного своего жизнерадостного состояния, звучит необычайно серьезно. — Что за бред? Конечно уверен. — прыскает Тоха, представляя друга наперевес с охотничьим ружьем, увешанного серебряными кинжалами. Потомственный охотник. Ага, конечно. Да Антон даже кухонный нож не всегда правильной стороной держит. Нет, охотник бы из него точно не вышел. Тоха вообще расстроился, когда сказали, что вампиров не существует. получается, его лучший друг просто засранец обыкновенный. — А что, такие охотники есть? — Есть. — поджал губы Женя. — От всех людей не спрячешься. Щенков до сих пор стращают рассказами про Уральскую стаю. — А что с ней? — Украшает шкурами полы Пермского клана охотников. — вздохнул Женя, проведя ладонью по волосам. — Слушай. Я не пытаюсь напугать и не указываю, окей? Но подумай дважды, прежде чем что-то рассказывать. А лучше трижды. — видя, что Тоха совсем не выглядит убеждённым, Женя продолжает мысль. — Ксюша, моя сестра, тоже была на сто процентов уверена, что подруга всё поймёт, но когда открылась… К счастью, охотницей та не оказалась, но реакция была, мягко говоря, неприятной. Настолько, что Ксю на неделю в лес выть убежала, а мы мучились с ней вместе, потому что стая чувствует всё, пусть и не в полной мере. — Женя обхватил себя руками. — Люди непредсказуемы. Я не хочу, чтобы ты пережил что-то подобное. Особенно, когда только обрёл себя. И Тоха невольно задумывается. Правда ли он может предсказать реакцию друзей? В душе поселилось легкое сомнение. Ну допустим, он чётко видит, как после неловкого и, вероятно, полного матов каминг-аута Кузя бесстрашно забирается ему на спину и лезет в пасть, а Антон со скоростью света подписывается на всевозможные волчьи цитатники в интернете, чтобы до конца жизни коммуницировать с Тохой только ими. А Витя? Они знакомы не так долго, и он отличный парень… но Тоха не уверен. Ну хорошо, допустим, Вите можно не говорить. Можно убедить Кузю не просвещать своего парня в эту тайну, показаться в шкуре только ей и Антону, так? Так да не так. А точно ли Антон будет в норме? Тот самый Антон, который даже рядом с чихуахуа соседки стратегически отступает за спины друзей? А точно ли Кузя настолько бесстрашна, насколько всегда демонстрирует? Пока мысли мячиком от пинг-понга скакали туда-сюда, жизнь, к сожалению, отказывалась встать на паузу и дать принять взвешенное решение. Тоха хотел бы сказать, что удивился, но это будет неправдой. Больше двенадцати лет дружбы с Ириной Кузнецовой научили его двум вещам: всегда наносить SPF и никогда ничему не удивляться. Даже если она решает прижать к стенке незнакомого парня выше себя почти на голову прямо рядом с продуктовым, где работает Тоха. И сам Тоха как раз вовремя освободился, чтобы лицезреть данное представление. Видя эту занимательную картину ещё издалека, он даже бровью не ведёт, спокойно направляясь в их сторону. До ушей начинают долетать детали животрепещущего диалога. — …ещё как моё. В последний раз спрашиваю, и если не ответишь мне, то придётся отвечать полиции, понял? Какого хрена ты прицепился к Тохе? — убийственно холодно допрашивает Кузя, не замечая приближения друга со спины. А вот Женя замечает, но виду не подаёт. Однако стоит пересечься на секунду взглядами, и Тоха каким-то шестым чувством - а может просто задницей - понимает: оборотень собирается выдать какую-то дурь. — Ну влюбился. — Тоха чуть не спотыкается о свою же ногу и зыркает на Дон Жуана с недовольством. Засранец не упускает ни одной возможности. Кузя замирает, задумывается, затем щелкает языком. — Пиздишь. — В зуб даю. — Не верю. — Почему же? По-твоему, в Тошу нельзя влюбиться? — обворожительно хлопает на неё своими длинными ресницами Женя. Кузя не ведётся. Конечно не ведётся. — Допустим. Но у меня для тебя плохая новость, черный ловелас. Он натурал. — безжалостно бросает девушка, наконец отстраняясь и упирая руки в бока. — Ммм… у меня есть основания считать иначе. — тянет Женя, и прежде, чем Тоха успевает возмущённо встрять, продолжает. — Я признался, Тоша ещё не дал мне ответ, и сейчас я просто делаю всё возможное, чтобы завоевать его симпатию. Именно поэтому и «прицепился». Не знал, что для этого нужно особое разрешение от ментовской дочки. — невинно заключает он, а в глазах черти пляшут. — Ах ты… Ну всё, теперь точно пора заканчивать этот цирк. За такие финты от Кузи можно и по яйцам получить. — Может хватит обсуждать мою ориентацию на всю Ивановскую? Мне тут ещё работать. — громко встревает он, и Кузя от неожиданного звука сзади дергается и забывает о своём возмущении. — Ефимов, чёрт тебя дери, ты бы ещё громче спросил. Привет. — отзывается она, ничуть не смущённая поимкой с поличным, и протягивает руку, приглашая в приветственные объятия. Тоха тянется к ней не задумываясь, а когда отстраняется, на секунду ловит какую-то странную эмоцию в глазах Жени и напряжение в линии его плеч. Но всё тут же исчезает через мгновение. — Привет, устал? — спрашивает он, подставляя кулак ребром для приветствия. Взгляд снова мягкий и лучистый, и сердце коварно пропускает удар даже до того, как их кожа на секунду соприкасается, посылая свой обычный теплый импульс. — Как собака. — подтверждает Тоха, чем провоцирует собеседника на тихий смешок, а себя - на прилив невнятного смущения. И мгновенно морщится, скрывая неловкое чувство за маской недовольства. — А вы тут ещё разводите не пойми что во имя моей непоруганой чести. Так. Три вещи. — объявляет он, затем тычет пальцем в Кузю. — Первая. Женя, это Кузя. — переводит стрелку на парня. — Вторая. Кузя, это Женя. И третья. — теперь Тоха указывает на себя. — Мне и моей непоруганой чести нахрен не сдались ваши благородные разборки. Поэтому тебя, — снова тычет в Кузю, — я сейчас провожаю до дома, чтобы уберечь всех местных маньяков от погибели, а ты, — опять на Женю. — проводишь меня как-нибудь в следующий раз, если захочется. Иди домой. — Но… — Никаких но. Я устал и хочу поскорее в кому с черепно-мозговой от столкновения с подушкой. Кузя хмыкает и по-детски кривляется в сторону нового знакомого, победно пожимая плечами, мол, ты его слышал. Они расходятся два к одному. — Это правда? — сразу же без обидняков спрашивает подруга, когда они оказываются вне зоны слышимости. Ну, так она считает. — Конкретнее, Ирина Олеговна. — Он тебе признался и ты не отказал? — приподнимает бровь Кузя. — Один влюбленный красавчик на твоём жизненном пути и сразу кризис ориентации? О, если бы дело было только в кризисе ориентации. Но отрицать глупо. Во первых, Женя, намеренно или нет, дал ему нормальную не сверхъестественную отмазу. Во вторых, кризис ориентации действительно наступил, и это тоже глупо отрицать. —…возможно. И что теперь? Сдашь меня в детдом? — полушутит он, стараясь замаскировать волнение. Одно дело смириться в голове с мыслью, что Женя ему небезразличен, и совсем другое - признать вслух подруге. — Конечно нет. Ты мой любимый сын с тех пор, как Антон вступил в клуб любителей мятного шоколада. И то, я его не осуждаю. Твою новоявленную любовь к горячим парням я хотя бы разделяю. — толкает его плечом Кузя и подмигивает. Тоха смеется, чувствуя, как один из камушков благополучно скатывается с плеч. Почему он вообще сомневался? — Почему сразу не сказал? О чёрт. Он тебе нравится, да? А я угрожала ему обезьянником… прости! Я думала он маньяк. — моментально хмурится Кузя, прикусывя кончик ногтя. Тоха с улыбкой качает головой. — Не переживай, если его спугнёт подобное, то нам точно не по пути. Адаптация к нашей психушке или ничего. — уверяет Тоха, и тут же прикусывает язык. Почему он уже говорит так, будто серьезно планирует… Ох, ладно, к чёрту, да. Чудно. Планирует! Женя ему нравится, и несмотря на весь этот лунный бред с предназначенными, между ними просто искрит каждый раз, и было бы глупо игнорировать собственные желания, даже если это пугает Тоху до усрачки… вот. — Пусть не расслабляется. Скажи ему, что я твою бывшую за волосы оттаскала. — советует ему Кузя. Тоха секунду тупит, уставший мозг долго обрабатывает информацию. — Ты не таскала Алю за волосы. — осознает он, и в тот же момент понимает, насколько давно не вспоминал о бывшей. Подумать только, уже почти два года прошло? — Вы до сих пор мило переписываетесь. — Вот и попрошу её подтвердить, в случае чего. — коварно засмеялась Кузя. — Идеальная ложь! — Ну-ну, передавай привет, как просить пойдешь. Когда Кузя убегает в свой подъезд, Тоха разворачивается на пятках в сторону своего дома, но быстро тормозит, прислушиваясь к ощущениям. На первый взгляд вокруг ни души, но… — Выходи, шпион недоделанный. — говорит он. Тишина. Тоха уже думает, что ошибся, но тут кусты характерно шевелятся. — Ты в курсе, что даже с натяжкой за собаку не сойдешь, гений? — фыркает он, смотря на виноватую морду Жени. Додумался блин, по улице в волчей форме расхаживать. И это после собственных лекций про опасные секреты. Тоха подходит к волку и небрежно чешет за ухом. — Упрямец. Ну провожай, раз припёрся. Женя тут же воспрянул духом, язык высовывает, хвостом виляет. Опасный хищник. Гроза зайцев. Беличья погибель. Ух. Волчара притёрся к бедру Тохи так, чтобы парню было удобно положить ладонь на его макушку. Пальцы зарываются в мягкий подшесток, привычно веет теплом от соприкосновения. Спокойно. Приятно. Хорошо. — Всё подслушал, Штирлиц? — спрашивает подразнивающе. На самом деле, его не сильно заботят подобные вещи. Тоха не сказал ничего сильно компрометирующего. «Твоя подружка считает меня горячим» Тоха фыркает. «Похоже, мы настолько срослись, что я перенял ее типаж», — думает он, ухмыляясь, но затем замирает. Стоп. Предыдущая мысль принадлежала не ему. Женя тоже замирает, а затем радостно начинает вертеться вокруг парня и подпрыгивать. «НЕУЖЕЛИ» «Ты слышишь меня? Слышишь, да? О Луна, я так рад» «Тишина просто сводит с ума» — Стой, стой, ты сейчас меня на асфальт опрокинешь…. «Прости. Я знал, что это произойдет рано или поздно, но я так давно не устанавливал ни с кем новой связи… ты не представляешь, как я рад.» — тут же успокаивается Женя, послушно садясь рядом и безостановочно виляя хвостом. «Ну щеночек чистой воды», — думает Тоха, сразу слышит возмущённое: «Эй!», тут же смущается и паникует. — И что, ты теперь все мои мысли слушать будешь? Не-е, отменяй! Я на такое не подписывался! «Научишься контролировать, не переживай. Это не сложно», — успокаивает Женин голос в голове. — «Связь куда слабее в человеческой форме, я перестану тебя слышать, как вернусь домой и перекинусь.» — Это так странно. — качает головой Тоха, стараясь не думать ничего компроментирующего в данный момент. В то же время, было жуть как любопытно. Он не просто слышит мысли Жени, он их чувствует, будто они имеют форму и текстуру… «Так кажется, потому что ты слышишь мои эмоции тоже.» — поясняет Женя, явно улавливая мысленную озадаченность. Честно говоря, Тоха слишком устал после смены, чтобы попытаться как следует вникнуть в это, и они уже у нужного порога. — В таком случае сделай свою радость потише, аж в ушах звенит… — вздыхает Тоха и салютует не прощание. — Завтра разберёмся. Иди давай и постарайся по пути не довести до инфаркта какого-нибудь случайного прохожего. Женя подчиняется, пожелав на прощание сладких снов. Тоха очень надеется, что сны по этой связи не передаются, тогда совсем уж неловко выйдет, учитывая последние тенденции его подсознания.