Сборник очень старых текстов по Белому Кресту

Мой Бог. «Я люблю тебя», - заветные слова, которые никогда не услышать. Карий с золотом взгляд, взметнувшиеся волосы, высокий и невероятно гибкий – ты. Мой Бог… А я?!   Четырнадцать лет. Непозволительная дерзость – взять байк брата и попросту украсть. Представить трудно, наверное, но счастье от ветра в лицо, полупустого желудка и дороги, которой нет ни конца, ни края. Прочь ото всех, не имея ни малейшего понятия о том, что будешь делать дальше, ведь впереди всё ещё серая полоска, а под тобой уносящий тебя зверь.   Нью-Йорк. Город сумасшедших переплетений и изогнутых дорог. Поворот. Зазеваться и… сбить тебя. Так мог только я… Вызвать скорую и удрать. А потом найти тебя, объехав подряд все больницы, потому что уже третьи сутки сходишь с ума не от рези в пустом желудке, а оттого что глаза твои видишь везде, даже в свете неоновой рекламы дешёвого клуба. На последние деньги купить какой-то куцый букетик и собравшись с силами войти к тебе в палату, чтобы ты улыбнулся, погладил по голове, взял мой смешной дар тебе и, не посмеявшись хотя бы при мне, поставил на столик, который и без того ломился от шикарных цветов. Ты – танцор. Мой Бог.   Вернуться домой и не слышать крики, и даже пара оплеух в не счёт. Перед глазами ты. Твой голос. Всего пара минут разговора, ничего не значащего, но запомнившегося до последней секунды. А потом пропускать уроки, чтобы успеть домой, вставить кассету, чтобы записать твоё выступление. Пьянки с друзьями, встречи с девушками, гонки – всё на задний план. Любая возможность, за которую можно уцепиться, чтобы только встретить тебя вновь. Ладно, встретить, хотя бы увидеть по телевизору. А потом узнать, что ты в Нью-Йорке и там премьера. И быть запертым у себя на втором этаже. Что значит высоко? Спрыгнуть, и даже не сломать, а всего лишь хорошо вывихнуть ногу, но всё равно рвануть к тебе. Автостоп? Да и все заработанные за лето деньги за один только билет, но их оказалось безбожно мало. Слёзы от отчаяния, сжимая в кулаке теперь ненужные бумажки, чтобы пожалевший осветитель взял с собой. Стоять и смотреть три часа подряд. Кажется, даже не дыша. Мой Бог.   Два года спустя. Ты уезжаешь в тур по Европе и такое отчаяние. Меня опять заперли, но, учтя опыт предыдущих раз, заколотили даже окно. Ничего, три ночи работы и дождавшись момента, когда родители ушли в магазин, разобрать пол и … свобода, а значит аэропорт. Самолёт. Зайцем. Год по Европе. Год с тобой. Пускай я видел тебя редко и урывками, но ты был так близко. Какими специальностями я только не овладел… Но всё неважно… Я начал танцевать. Для тебя… Ночами, хотя в глазах уже темнело от усталости за день. Плевать на всё.   Плевать на то, что по возвращению мой байк грозились продать, а  меня водили лечиться. От чего? От тебя. Глупые. Что лечить? Мне ничего не надо.   Кто я? И кто ты? Ты – Бог. А что Ему до меня? Ничего.   Только в руке человека урвать секунды счастья, хотя бы, оттого что рядом ты. А потом, потом пусто. Ты ушёл со сцены. Ты отнял единственный шанс видеть тебя. Постановщик и опять успех. Иначе и быть не может!     Танец. Закрыть глаза и для себя. Словно ритм в крови и тело гнётся как не своё. Музыка и забыть обо всём, будто ты танцуешь рядом. Но нет, а потому только зажмурится сильнее… Танец. Мой Бог.   Девятнадцать. Моё день рождение. Проспорить брату желание и обнаружить себя стоящим с ним в танцевальном предбанники. Что я здесь делаю?! Ты постановщик, а значит, увижу, но… Кто я? Никто. А ты? Мой Бог. Но приговор обжалованию не подлежит, а значит подписаться на участие. Ты… и губы шепчут молитву. Мой Бог. Карий с золотом взгляд, чуть любопытный, чуть уставший и … ты. От одного твоего присутствия дрожь по телу и несу какой-то вздор. Боже, опозориться перед тобой. Дальше некуда?! Есть. Тур за туром отбираешь и я в число. Не гожусь, но забыть обо всём и выкладываться до предела. Танец. Тур за туром, а значит пройти испытание до конца и попытаться убедить брата в бессмысленности моего прихода завтра. Хватит и одного дня позора. И твой голос в спину и приложить безумные усилия, чтобы тело не плавилось, а я хоть что-то пробормотал и снова… снова чушь. Позор. Мой Бог.   Твоё желание и моё удивление с непониманием вперемешку: зачем ты хочешь меня видеть? Да, приду. Конечно, буду. И замаскировать, что пришёл только из-за угроз брата, что он продаст мой байк, но… стук и пропущенный удар. Бесполезно. Кто ты? А кто я? Никто.   Но упорно прийти и танцевать… ведь тебя подвезти перед твоими коллегами не могу. А потом вдруг оказаться с ручкой в руках подписывая контракт. Мой Бог. Я не гожусь… Твои карие с золотом глаза и лёгкий смех на дне. Смейся… для тебя я.   И изматывающие репетиции и танцевать, отпуская себя, точно зная, когда тебя нет. Твоим голосом приказ остаться мне.   И как-то так очутиться у тебя дома с небольшой спортивной сумкой в руках. Что? Нет, я не боюсь тебя или… боюсь. Мой Бог.   Год вместе. Ночью, когда я по идеи сплю, ты идёшь в зал танцевать, а я крадусь за тобой и пристраиваюсь в дверях на полу и кусать губы до боли, ведь тело ломит от желания прикоснуться.   И вышей наградой танец соблазнение и в тишине аплодисменты твои. Первые. А в карих с золотом прочесть восхищение. Остальное не важно.   Мой день рождение, а желание только одно: упасть и уснуть, но нет: тебе надо в магазин, а значит, улыбка и мы едим. Полтора часа, чтобы выбрать твоей банде новые игрушки и питание. Дом. Уже успел стать и с ужасом ждать момента, когда погонишь прочь, но пока… пытаться даже не думать. Войти в квартиру и обнаружить: наш состав трупы и счастливые лица, поздравление мне. Удивлением ты? Почему…? Чем заслужил… и счастье, и сон отбросить к чертям. Фанты под конец. Фанты, которые писал мой брат это опасно. Твой: признаться в любви тому, кто напротив. Судьбой я… а значит, ты на коленях и слова заветней которых нет. Мой: поцеловать того, кто напротив. Судьбой ты,… а значит попытаться отказаться, но нет… и поцелуй, земля из-под ног. Глаза в глаза и… ... мой Бог, что же…?   А потом танец с тобой, танец в музыке и ласка и поцелуй… и что случилось? Твоё «прости» как ушат холодной воды. Кто ты? И кто я? Никто.   И год на сцене и да успех. К чёрту! Разговор с братом и уйти от тебя, ведь ты работаешь над другим проектом, а я… я только обременяю тебя, а ты… ты слишком тактичен, чтобы послать.   Год на сцене и уехать домой. Лечится, говорите? Да, наверное, ведь тебя нет, а значит, меня тоже нет. Невеста и скора свадьба, а в сердце по-прежнему только ты и танец. Мой Бог.   Прийти домой и ты... спишь на диване. Запрятать удивление и попытаться укрыть тебя пледом, но ты открываешь глаза и… замереть. Карий с золотом взгляд и моё имя с губ, а хочется… да я толком не знаю чего. Мой Бог.   И разговор, и поцелуи, а потом сумасшествие… Кто я? Кто ты? Объединить: любимый – одно имя на двоих.