Я не подплывал - меня потянуло...

***

Работа над альбомом сильно утомляла, но сейчас парни смеялись, расслабляясь после тяжёлой работы. Вода приглушала всё. Звуки, мысли, даже время будто замедлялось. Осталась только тишина и игра. Кто дольше выдержит под водой. Вроде бы безобидная игра. Смотря кто играет. Чимин сдался первым — его силуэт быстро поднялся вверх, оставляя Чонгука и Тэхёна одних. Тэхён остался у камня, слегка придерживаясь за него, чтобы не всплыть раньше времени. Лёгкие уже начинали напоминать о себе, но он упрямо держался. И тогда… Он почувствовал движение. Сначала едва заметное. Будто вода дрогнула. Чонгук. Он был далеко. Слишком далеко, чтобы за секунду оказаться рядом. Но сейчас… Он приближался. Медленно. Почти нереально. Будто не он плывёт — будто его тянет. Тэхён замер. Вода вокруг стала тяжёлой, густой. Сердце глухо ударило в груди. Чонгук остановился прямо перед ним. Слишком близко. Руки по обе стороны от головы Тэхёна, словно он случайно… или не совсем… загнал его в ловушку между собой и камнем. Их лица — на расстоянии одного вдоха. Которого у них нет. Тэхён смотрел прямо в его глаза. И в этот момент игра перестала быть игрой. Взгляд Чонгука был странным. Глубоким. Тихим. Будто он тоже забыл, зачем они здесь. Время застыло. Лёгкие сжались. И тогда Тэхён вдруг вспомнил, камеры. Они же снимаются. Он резко потянулся вперёд и сжал щеки Чонгука ладонями, ломая напряжение, которое нарастало. Чонгук дёрнулся — и в ту же секунду сорвался вверх, не выдержав, выпуская воздух и смеясь. Тэхён последовал за ним, уже не сдерживаясь. Они вынырнули почти одновременно. — Эй! — Чонгук задыхался от смеха, откидывая мокрые волосы назад. — Это нечестно! Тэхён только улыбался, всё ещё чувствуя, как быстро бьётся сердце. — Ты сам подплыл, — тихо сказал он, переводя дыхание. Чонгук на секунду замолчал. Слишком коротко, чтобы кто-то заметил. Но достаточно длинно, чтобы что-то осталось между ними. Остаток дня прошёл… подозрительно легко. Слишком легко. Парни смеялись, обсуждали грядущий концерт, кто-то спорил о музыке, кто-то включал треки. Всё выглядело абсолютно нормально. И Тэхён тоже. Он смеялся. Отвечал. Иногда даже шутил. Будто ничего не произошло. Будто под водой Чонгук не оказался слишком близко. Будто это всё… просто игра. И, кажется, именно это их и забавляло. Потому что Чонгук тоже играл. Он специально не смотрел. Специально игнорировал. Но именно поэтому Тэхён всё время чувствовал его взгляд. Иногда — слишком долгий. Тэхён сделал глоток воды, даже не глядя в его сторону: — Ты сегодня тихий. — С тобой сложно вставить слово, — спокойно отозвался Чонгук. Хосок фыркнул: — О-о-о-о, началось. Тэхён едва заметно улыбнулся. — Неужели? — он всё же повернулся к Чонгуку. — А под водой ты был гораздо… активнее. Пауза. Юнги тихо кашлянул, скрывая усмешку. Чонгук медленно поднял взгляд. — Ты первый начал, — спокойно. Слишком спокойно. — Я? — Тэхён приподнял бровь. — Я вообще-то просто стоял. — Ага... — взгляд Чонгука потемнел. Хосок не выдержал и засмеялся: — Я ничего не понимаю, но мне уже интересно. Тэхён отвернулся, скрывая улыбку, но в глазах мелькнуло: поймал. И Чонгук это видел.

***

Вечер — все ребята разошлись по комнатам. Тэхён хотел закрыть дверь, как услышал знакомый голос: — Ты всегда так играешь? Он даже не вздрогнул. Только усмехнулся, поворачиваясь к Чону спиной: — Смотря с кем. Щелчок двери. Тихий шаг. Ещё один. Чонгук подошёл ближе, остановился за спиной. — Со мной, значит, особые правила? Тэхён медленно повернулся. — Ты сам их устанавливаешь. Пауза. Взгляд в взгляд. И ни один не отводит. Чонгук чуть наклонил голову: — Тогда скажи… — он сделал шаг ближе, — Ты правда испугался камер? Тэхён тихо рассмеялся: — А ты правда забыл про них? — Нет, — сразу ответил Чонгук. И это было слишком честно. Тэхён на секунду замер. — Тогда в чём проблема? Чонгук пожал плечами, но взгляд стал чуть темнее: — В тебе. — Во мне? — Тэхён усмехнулся, делая шаг навстречу. — Я просто был без футболки. — Вот именно. Чонгук медленно провёл рукой по его плечам, по ключицам… и обратно вверх к шее. Сейчас на нём была футболка, но он помнит медовую кожу, что блестела, на солнце. — И что? — Тэхён чуть склонил голову, явно дразня. Чонгук приблизился ещё на шаг. Теперь между ними почти не осталось расстояния. — Такое ощущение, — тихо сказал он, — Будто ты специально это сделал. Тэхён улыбнулся шире: — Чтобы ты проиграл? — Чтобы я не мог сосредоточиться. Пауза. — И получилось? — шёпотом. Чонгук наклонился чуть ближе. Слишком близко для «просто разговора». — Ты же видел. Тэхён тихо выдохнул, но не отступил. Наоборот — чуть наклонился навстречу. — Тогда, может, это ты нечестно играешь? — Почему? — Потому что сам подплываешь… а потом обвиняешь меня. Чонгук усмехнулся и прямо в губы ответил: — Я не подплывал — меня потянуло. Тэхён замер на секунду. И потом тихо рассмеялся, отводя взгляд: — Очень удобное оправдание. — Мне нравится, что ты не отрицаешь. Тэхён снова посмотрел на него. — А ты? Пауза. Чонгук чуть наклонился ближе, почти касаясь губами губ напртив: — Я и не собирался. Тэхён сдался и вжался в губы, глубоким поцелуем. Руки скользнули вверх от торса, поглаживая кубики и остановились на груди сжимая. Язык Чонгука уже собственничал в горячем, мокром ротике Тэхёна. Руки крепко сжали талию и притянули ближе, припечатывая податливое тело в себя. Он чувствует, как игра рушится, как тело напротив проигрывает, начиная дрожать, как кленовый лист на ветру. Чонгук прервал поцелуй и одним движением стянул футболку с Тэхёна. Тот успел только тихо ахнуть, как сразу оказался прижатым на кровати. Тэхёну нравилась власть Чонгука, нравилось, когда он слегка грубоват и одновременно настолько нежен, что можно задохнуться. А Чонгуку нравилась игривость Тэхёна, нравилось ломать его до дрожи в коленях, до помутнения в глазах, нравилось, когда тот признавал поражение и покорно раздвигал ноги. Чонгук прошёлся языком от шеи до пупка и снова вернулся к шее, оставляя мокрую дорожку. Он слегка приподнялся и посмотрел на Тэхёна. Тот лежал, раскинув руки по обе стороны, волосы растрепались на простыне, образуя облачко. Глаза мутные, полные желания. Губы влажные и алые от недавних поцелуев. И это тело. Безумно стройное, одновременно мускулистое и нежное. — Никто... Никто не должен видеть тебя таким. — тихо, почти как мантру, прошептал Чонгук. — Ты принадлежишь мне. Понял? Но Тэхён ничего не ответил, только ближе поддался бёдрами, ощущая силу возбуждения Чонгука. Чонгуку это не понравилось. Он сжал шею в руках, слегка придушивая, и сказал: — Я не расслышал ответ. Ты понял, какую ошибку допустил, понял, кому принадлежишь? — Понял... Тебе... Я... Принадлежу тебе... — еле высказал Тэхён, не имея возможности вздохнуть. — МОЙ!!! — прорычал Чонгук и грубо впился в губы напротив, отпуская шею, но так и не давая вздохнуть. Тэхён простонал в губы и закатил глаза от возбуждения. Да, он был мазохистом, но только в этом плане и только с Чонгуком, а тот всегда с удовольствием исполнял свои садистические желания. Чонгук быстро расправился со штанами, и теперь два обнажённых тела чётко чувствовали жар и возбуждение. Тэхён разрывает поцелуй и наконец-то вдыхает желанный воздух. А Чонгук тем временем, не теряя минуты, находит смазку в тумбочке и наливает на руку обильное количество. Он размазывает смазку на своём колом стоящем члене, томно выдыхая, после сразу вставляет два пальца. Тэхён дёргается и вскрикивает, после сразу закусывает ребро ладони, злобно смотря на Чонгука. — Ничего, тигрёнок, ты же потерпишь для папочки. — тихо говорит Чонгук, проталкивая пальцы глубже. — Вообще-то, я здесь ста-А-а-а-ах-рший... М-м-м-м-м-м. — мычит Тэхён, выгибаясь, полностью забывая обо всем, когда пальцы проходят по простате. — Да, но скажи, что трахаю я тебя хорошо. — сказал Чонгук и сразу вынул пальцы. Снизу послышался разочарованный скулёж. Чонгук усмехнулся и, быстро добавляя больше смазки, подставил член к пульсирующей дырочке. Сначала он хотел войти одним рывком, но понял, что недостаточно разработал дырочку и может навредить, поэтому он проталкивается медленно. Сначала головку, потом, медленно давая привыкнуть, входит до основания. Тэхён раскрыл рот в немом стоне, а Чонгук сжал зубы, настолько тесно было в любимом теле. — Блять, расслабься... — прорыкивает Чонгук и начинает выцеловывать шею, стараясь отвлечь и расслабить. Мышцы под напором слегка расслабляются, оба выдыхают, и Тэхён дёргается бёдрами, пытаясь насадиться глубже. Всё, Тэхён снова поплыл, разум благополучно отчалился в тёплые края, оставляя хозяина с преданным мазохистом в голове. Чонгук ухмыльнулся его смелости и начал вбиваться в тело, начиная сразу с бешенного ритма. Тэхён отчаянно впился ногтями в спину Чонгука и прикусил губу, чтобы не закричать. Тело дрожало и выгибалось навстречу сильным толчкам. — Высунь язычок, тигрёнок, — сказал Чонгук, смотря прямо в глаза и не переставая грубо насаживать на свой член. Тэхён послушно приоткрыл рот и высунул язычок, и Чонгук с удовольствием начал посасывать его. Тэхён стонал в губы Чонгука, собственный член болезненно пульсировал, выделяя смазку. Очень сильно хотелось прикоснуться. Очень сильно хотелось кончить. Чонгук заметил копошение и сразу перехвотил одной рукой обе руки прижимая над головой, а второй рукой сжал у основания члена. — Кто сказал, что ты можешь кончить? — грубо спросил Чонгук. — Пожалуйста... Хочу, очень... А-а-а-ах, хочу-у-у-у. — простонал Тэхён, плача и извиваясь. —Нет, тигрёнок, ты кончишь тогда, когда я скажу. Чонгук выпрямился, отпустил руки и схватил за талию, а руку с члена не убирал и начал бешено вбиваться. Тэхён больше не стонал, он больше хрипел, срывая голос на нет. Божееее, завтра им точно прилетит. Но сегодня никто из них не собирается думать о завтрашнем дне. Сегодня они вдоволь наслаждаться друг другом. Точнее, Чонгук хорошенько насладиться Тэхёном, вытрахивая душу. Когда Чонгук был на пределе, он начал надрачивать Тэхёну. Тот завопил от резкого контраста чувств и, громко крикнув, кончил себе на живот. А Чонгук в то же время обильно кончил глубоко в Тэхёна. В комнате настигла тишина, будто-то здесь ничего не было, только сбитое дыхание двух влюблённых выдавало происходящее сей страсти. Оба заснули, так и не поняв, кто же начал игру.

***

Утром вроде всё было спокойно. Они проснулись, приняли душ. Чонгук хорошенько отмыл своего тигрёнка, который еле держался на ногах. Тэхён выпил лекарство для горла, и они вместе спустились к ребятам, которые уже собирались завтракать. Хосок, заметив парочку, смеясь, сказал: — О-о-о-о, смотрите, кто пожаловал. Ребят, я когда сказал, что мне интересно, не до такой глубокой степени имел в виду. Тэхён сразу покраснел и отвёл глаза. Парни знают про «взаимоотношения» ребят, но у всего есть предел. Знаете ли, неприятно всю ночь слушать, как друг ебёт другого друга. — Я тут ни при чём, это всё он начал, — показывая на Тэхёна, улыбаясь, сказал Чонгук. — Эй... — сказал осипшим голосом Тэхён, следя, как Чонгук садится за стол и подмигивает ему. — Вы что, так и не решили, кто начал...? — тихо спросил Чимин. Минута тишины. И комната залилась звонким смехом. {Надеемся, что стафф ничего не заподозрят. Но ты ведь им не расскажешь, читатель.🤭}