Дочь Хладной Гавани 3: Кристаллические сердца

Бтардамз, глубины. Гераклион просыпался медленно. Бэла с Искрой освободили мужчину от лишних доспехов и вытирали лицо и тело влажной тряпкой. То и дело бредил. Искра неожиданно вскрикнула, указав на правую лодыжку девушки. - Ты ранена! Бэла рассеянно посмотрела на дорожку крови. - Ничего. - Ты что, очумела?! – возмутилась Искра, потянувшись к сумке. – Нужно перевязать! Бэла лишь улыбнулась. Донна молчала, сложив руки в замок перед собой. Энджи щебетала без умолку «Кровь! Кровь! Кровь!». - Энджи, заткнись. – елейным голосом попросила Бэла, пригрозив ей серпом. – А то мой серп давно не бил тебя по голове. - А-а-а! Маленьких обижают! – взвизгнула противно кукла, спрятавшись в юбке кукольницы. Искра странно посмотрела на фигуру в черном. - Она точно не опасна? – прошептала девушка. Бэла качнула головой. - Ни капельки. Она просто напугана. Как были мы, впервые оказавшись здесь. Искра занялась раной девушки, заставив разорвать юбку. - Мама меня убьёт, - с улыбкой сказала Бэла. - А если не обработать – заболеешь. - Я состою из жуков… - Плевать! Ты тоже заткнись и приводи папу в чувство! Бэла посмотрела на Донну, которая опустила голову. - Что за галлюциноген использовала? Я этого эффекта не наблюдала раньше на твоих крысках… Донна молчала. Вместо нее стала говорить Энджи, взмыв в воздух и усевшись на руках женщины в черном. - Мы использовали местные растения. Я не знаю, что повлияло на этого мужчину больше – наше зелье или нечто иное. Да и какая нам разница?! - Большая! Без него мы не сможем вернуться к матери в замок! – раздраженно бросила Бэла. - С каких пор ты заботишься о других? - сипло спросила Донна. Искра вздрогнула, обернувшись на нее. - Они дали нам кров, еду и заботу, когда мы оказались здесь после смерти в нашем мире. Похоже, с тобой случилось несчастье, Донна… Я хотела предупредить тебя… - горько произнесла Бэла, глядя на подругу. Искра закончила обрабатывать ее рану и вновь стала теребить отца за плечо. – Мне очень жаль… Прошу, прекрати свою магию… Донна не успела ответить. Гераклион резко открыл глаза и сел, сбросив обеих девушек. Ударил себя ладонью по лбу и провел по лицу. - Святая Мара! Что происходит? Огляделся. - Дочка? Бэла? Обе закивали. - Живы-здоровы? - Ага, что с нами сделается? – заверила Искра. Донна изучала девочку лет пятнадцати со светлыми короткими волосами, торчащими ёжиком на голове, орлиный нос, пухлые губы. Яркие золотисто-медовые глаза выдавали в ней вампира. Мужчина был старше Донны лет на двадцать… суровый, но видно, что искренне беспокоится о своих спутницах. Неряшлив и глуп, раз так легко попался в ее ловушку. Почему же Бэла Димитреску так страстно защищает мужчину? Она сделала шаг вперед. Гераклион резко посмотрел на нее, нахмурился, вскочил на ноги, кряхтя и заставил девушек встать себе за спину. - Осторожно! Бэла схватила мужчину за предплечье. - Стой! Донна – не враг! - Что? Постой, что у тебя с ногой? – подозрительно скользнул он взглядом по изящной ножке девушки. – Твою дивизию! Меня Леди Д на части разорвет! Это я сделал, что ли? - Под воздействием наркотика, да, - пожала плечами Бэла. – Бредили, думали, что мы с Искрой какая Липснейкис, змея подколодная и прочие нецензурные слова по типу «шлюхи»… Гераклион зажал себе рот рукой. Искра прыснула: - Ладно тебе переживать, папочка. Все же живы… - Пока что… Гераклион ткнул мечом в сторону Донны. Энджи взвизгнула, спрыгнув с рук хозяйки, стала бегать, голосить и звать на помощь. Мужчина выронил меч. - Кукла… говорила сейчас, да? Или мне мерещится? - Круто, да! – восхитилась Искра. – Это не некроманты… нечто иное. Так здорово! Бэла подошла к Донне и взяла ее за руку. Донна вздрогнула. Под вуалью ничего нельзя было разглядеть. - Они – наши друзья, Донна. Не бойся. Идём с нами. Мама скучает по тебе. Некому шить ей новые наряды… Энджи резко подлетела к Искре, ущипнув ее за щеку, села на голову. Гераклион замахнулся на нее мечом, но Бэла вскинула руку. - Нет! Не трогайте Энджи. Она – та еще заноза в заднице и остра на язык, да и просто невыносима… но прошу… жизнь Донны зависит от благополучия этой чертовой куклы! - Эй, сама такая! – обиженно взвизгнула Энджи, погрозив ей пальцем. Искра сняла куклу с головы, поправила ей платье, осмотрев уродливое лицо. - Жизнь разделена на двоих, что ли? – поинтересовалась она. Энджи уставилась на нее своими тремя глазами. Донна сжала пальцы Бэлы крепче и кивнула. Гераклион потер переносицу. - Так, с этим разобрались. – он убрал меч. Даже не замечал, что голый стоит. – А кто похищал жителей деревень? - Тут бродили какие-то вредины! – жалобно пропищала кукла, удобнее устроившись на руках девочки. – Не давали нам житья. Пришлось отравить им сознание, чтобы спокойно подумать! Но мы не знали, где мы и что делать, поэтому и создали эти ловушки разума. Раз в Деревне сработало, значит – тут и подавно пригодится. Гераклион стал ходить из угла в угол. Бросил рассеянный взгляд на себя. Взвизгнул по-девчачьи. - Дракона мне в жены! Чего это я голый! Кто меня трогал! Искра расхохоталась. - Ура! Дошло, наконец. Энджи вторила смехом загробным. Донна отвернулась, спрятав голову на плече Бэлы, обнявшей ее за плечо. Следующие несколько минут Гераклион прыгал на одной ноге, пытаясь одеться. - Мачете где? Энджи захихикала. - Мы отправили другим маршрутом. Хи-хи-ха-ха… - Тш-ш… - обеспокоенно зашипела Искра, укачивая куклу. Она отлично улавливала смену настроения отца. Гераклион хмуро посмотрел на куклу. - Я тебя не спрашивал, малявка! Бэла, раз тебе знакомы эти ребята, вы с Искрой выводите их наружу. Я пойду на поиски Довакина. Встретимся снаружи. Икра. За старшую. - Да, папа. Гремя доспехами, Гераклион бодрым шагом ушел через открытые настежь двери.

****** ****** *****

Окрестности двемерских руин. Довакин разобрался с некромантами их тем, кто ими управлял – очередной фанатик-чернокнижник. Сказал, что лично завершит дело, пока Гераклион доставляет новых гостей домой. Гераклиону такая перспектива не улыбалась совершенно. Искра попросилась с дядей, сказав, что после заглянет к бабушке Валерике. Дракон махнул рукой. Подростки. Убедившись, что горизонт чист, Гераклион обратился к Бэле. - Полёт будет долгим. Сохрани мои вещи, пожалуйста. - Хорошо. - О, и не выпускай эту хрень из рук. – ткнул он пальцем в куклу в белом платье. – Не собираюсь кульбиты из-за нее выделывать. - Эй! – начала Энджи, но осеклась. Бэла дала ей смачный подзатыльник. - Не сейчас, кусок дерева! Гераклион подошел вплотную к Донне. - Открой личико, а? – сухо попросил мужчина. Женщина задрожала, покачав отрицательно головой. - Женщина, не зли меня. Происходит какая-то чертовщина! Мы в осадном положении, так что не играй со мной! Я просто хочу убедиться, что ты – человек! - Донна, не бойся… - прошептала Бэла. – Я уже хочу домой. Покажи, что он желает, и все! Женщина под вуалью тяжело вздохнула, медленно подняв руки к лицу. Приподняла фату. Гераклион сглотнул, отступив на шаг, вуаль вернулась на место. - Так, ясно. Симпатичная женщина с недугом. Каме работы прибавится. Может, позвать его братца в придачу? – пробормотал мужчина, раздеваясь. Донна изумленно наблюдала за ними. Странный мужчина. И человек ли он? Бэла ободряюще улыбнулась. Собрала вещи мужчины в мешок и завязала крепко-накрепко. - Разве у Камы есть брат? – позвала она дядю, прежде чем тот собрался прыгнуть со скалы. - Есть. Бродячий актер и алхимик. Водится с эльфами и прочими магическими существами. Возможно, ему известно какое-нибудь лекарство, - быстро проговорил мужчина, оглянувшись через плечо. – Готовьтесь, дамы. Расставил руки в стороны и сиганул. Донна прижала ладони ко рту. - Не бойся, это он так превращается. - В кого? – дрожащим голосом спросила она. Ответом ей послужил драконий рёв. Несколько секунд и ввысь взмыл белый дракон с фиолетовыми глазами. Бэла взяла Донну за руку. - Идём. Мама уже заждалась нас, я думаю. - Бэла, что происходит? – пропищала Энджи. - Ничего, родная. Это новый мир, где нам придется привыкнуть жить. - Но… Дракон опустился ниже. Бэла подтолкнула кукольницу вперед, вручив ей мешок. - Лучше не потеряй одежду. Мама ответит на вопросы, по мере сил, разумеется. Донна покосилась на дракона, который раздувал ноздри. Кое-как залезла на шею, схватившись за изогнутые рога. - Смелее. Я не кусаюсь! Пока не попросишь! – прорычал дракон. Бэла устроилась позади кукольницы, крепче зажав коленями Энджи. - Я не хочу! Куда?! Зачем?! Мамочки! – взвизгивала кукла, дико озираясь. Гераклион поводил задом, повилял хвост, расставил крылья и… мягко поднялся в воздух. Все-таки ценные пассажирки на борту драконьего аэроэкспресса. - Не визжи так, малявка, а то пятки зажарю! – рыкнул Гераклион. Энджи решила повременить, но в головке уже зародились мыслишки о сладкой неизбежной мести. Дракон полетел на восток, стараясь держаться выше облаков.

***** ***** ******

Акавир. Дворец Димитреску. Глубокая ночь. Леди Димитреску открыла глаза. Кто-то скребся о закрытую дверь спальни. Осторожно приподнявшись, женщина огляделась. Кама лежал на самом краю кровати, держась за ее правую ногу. Леди улыбнулась, осторожно приподнимая мужчину. Села на кровати. Срежет и скуление не прекращались. Нахмурив темные брови, женщина уложила мужчину на кровать, укрыв одеялом, накинула взятый со спинки стула халат, завязав его узлом, и подошла к двери. Янтарные глаза вампирши встретились с глазами волчицы. - Тайна? Что такое? Сейчас глубокая ночь, почему ты не спишь? – прошептала миледи, выходя из комнаты. Волчица поклонилась, проскулила что-то, указывая мордой в сторону Зала Телепортаций. - У нас гости? В такой час? – спросила женщина. Волчица активно завиляла хвостом, ластясь к ее ногам. – Ну хорошо-хорошо, я не злюсь. Веди меня. Волчица лизнула в благодарность ее ладонь и бодро зашагала по коридору. Сняв со стены светильник, Альсина пошла следом за волчицей. Жаль, что дочек нет рядом – они бы уже разобрались с незваными гостями. При этом, стоит не забывать, что они в другом мире, но о приличиях надлежит помнить! Прокручивая в голове всевозможные мысли о том, кто бы это мог быть, она быстро добралась до нужной двери, за которой и правда слышалась возня, ругань и шушуканье. Альсина сделала суровое лицо и решительно надавила ладонью на дверь. Представшее ее глазам удивило ее. Тут были ее дочки. Даниэла пыталась удержать Кассандру от кровопролития, Ушеви шипела, за ней испуганно жались четыре девушки разных рас. - Что тут происходит?! – прошипела Альсина. – Вам известно, который час?! - Мамочка! – радостно воскликнула Дани. Кассандра укусила сестру, и бросила серп в девушек. Ушеви отбила оружие своим мечом. – Ай! Больно! - Заткнись! - Кассандра! – сурово воскликнула Альсина, приближаясь к ним. – Леди так не выражаются! Что с тобой творится! Средняя дочь тяжело дышала. - Мне поохотиться уже нельзя?! Дома можно было! – топнула она ногой. - Здесь мы будем жить иначе. Я уже это говорила. А теперь марш в свои комнаты! И тихо! Посмейте только Каму разбудить! Кассандра недовольно фыркнула, оттолкнув сестру, которая споткнулась и ободрала руку о камень. Растворилась мухами и вылетела прочь. Ушеви помогла Дани подняться на ноги. Достала из-за пояса пузырек. - Смажь рану – завтра утром пройдёт. - Спасибо, - сконфуженно прошептала Дани. Боялась поднять на маму глаза. – Извини. Альсина улыбнулась младшей. - Так понимаю, ты пыталась предотвратить кровопролитие… Я рада, что ты развиваешься, малышка. – она погладила рыжую головку, услышав в ответ радостное мурчание. – Ступай к себе. Мама разберется. Дани кивнула, обняла Ушеви, помахала рукой и тоже растворилась мухами. Девушки испуганно подняли глаза, чтобы рассмотреть гигантскую женщину. Альсина обвела всех строгим взглядом. И спросила: - Что все это значит? - Мы просим прощения за вторжение, миледи, - поклонилась Ушеви Айна. – Мой император, Леонтий, жалует вам этих девушек в качестве прислуги. Мы понимаем, что волчицы не смогут особо помочь по хозяйству, пусть и прекрасные слушательницы, и стражи. - В столь неурочный час… - Вышла накладка. Подобное более не повторится. Альсина сменила гнев на милость и поинтересовалась. - Как поживает ваша дочка? - Все благополучно. Она вырастет человеком. Лишь глаза и волосы выдают в ней меня, змею… - Ну, вы выглядите чудесно, Ушеви. - Благодарю вас. Альсина сурово глянула на девушек. - Дыру протрете! Хватит! Девушки задрожали, уронив глаза в землю. - Вы простите их. Мы недавно проводили освободительную операцию совместно с народом Танг-Мо. Это бывшие наложницы одного мелкого диктатора. Мы надеялись… вы сможете найти им применение… - Меня интересуют только девственницы. - Я имела в виду обучить их манерам. За это они охотно будут выполнять грязную работу по дому. Конечно, если ваши дочки не сожрут их на завтрак… Альсина задумалась. - Да, этот замок большой, мне не под силу уследить за всем, учитывая обстоятельства. Кассандра очень вспыльчива, нетерпелива и кровожадна, и я не ручаюсь за их здоровье, если они будут провоцировать моих дочек на конфликт. Словом, жестом или взглядом. - Мы это уже поняли. Даниэла обещала присмотреть за ними. Думаю, они быстро привыкнут. Нам тоже лишние рты не нужны. - О, вот как… ну-ка пусть построятся. Девушки переглянулись и неохотно выстроились в линию. Одна была похожа на тигрицу, одна змееподобная, в третьей угадывалось что-то кошачье. Последняя вообще леди не понравилась. Колючий взгляд, явное пренебрежение. Альсина нехотя обнажила когти на своей руке. Девушки вздрогнули. Ушеви осведомилась спокойно: - Вы против? - Эти трое мне симпатичны. А эта… что она сделала? - Известная отравительница, охотилась на мужчин, которые изменяют своим мужьям. Випера. - Так-так… а остальные? - Бхатрия, Патриция и Цзюнь. - Хм… хорошо. Этих трех беру, а эту… хм… Кассандра! Несколько томительных секунд, и из черного роя появилась средняя дочь. Альсина посмотрела на нее. - Тебе эта не понравилась? - Мне все не нравятся, мама. Они могут нас предать, дай только волю! – недовольно пробурчала Кассандра. - В наших силах обучить их верному поведению. Можешь сожрать ее, если тебе станет легче. Никто не возражает? Тут глаза Виперы расширились. Вся ненависть куда-то улетучилась. Она оглянулась, прикидывая, в какой портал бежать. Ушеви положила руку на рукоять катаны. Остальные девушки упали на колени и обнялись, зажмурив глаза. Кассандра недоверчиво улыбнулась: - Ты правда разрешаешь? Альсина задумчиво ответила: - Мне она показалась неискренней. Остальных можно перевоспитать, чем и займемся завтра утром, в нормальное время. Дочка, не зли меня. И так разбудили среди ночи! Ушеви, благодарю вас за столь щедрый дар от вашего императора. Передайте мою сердечную благодарность. Тайна, - обратилась великанша к волчице, - позови подруг и проводите этих девушек в комнату. Завтра решим, что делать дальше. Акавирка поклонилась, разрезав путы, которыми были связаны девушки. Волчица зарычала, кивнув головой. Девушки гуськом поплелись за ней. Ушеви поблагодарила Альсину и растворилась в открывшемся вновь портале. Кассандра хищно облизнула губы. Альсина спрятала когти, развернулась и пошла к выходу, бросив через плечо: - Только не слишком разводи грязь, Кесси. И обязательно помой лицо и зубы завтра перед завтраком. - А это зачем?! – закатила глаза ведьма. – Мне и так хорошо! Мать строго взглянула на дочь. - Потому что Каме нравится видеть твое чистое лицо и благородные манеры дамы, а не грязную кровожадную охотницу! Он любит нас всех, родная. Не спорь. О, твоя еда убегает. Женщина и правда решительно бросилась к одному из порталов в дальнем конце зала. Кассандра обнажила серп и зарычала: - От меня не одна дичь еще не убежала! А ну стой, тварь! Альсина улыбнулась, закрывая за собой дверь и заглушая истошные крики женщины-отравительницы.

***** ***** *****

11.06.24 Следующее утро. Столовая с видом на озеро. Новые девушки охотно и безропотно приступили к своим обязанностям. Бхатрия – на кухне, Цзюнь – гувернантка, Патриция – помощница для хозяйки и ее дочерей. Закончив накрывать на стол, девушки выстроились в линию, дождались, пока хозяева рассядутся за столом, поклонились и по знаку миледи удалились к себе. Леди сурово оглядела своих детей. Бэлы еще не было. Даниэла лениво гоняла горошину из салата на тарелке. На столе находились тарелки жаркого, зелень, овощи, сладости, цукаты, фрукты. В бокалах плескалось вино, в графинах блестела родниковая вода. Леди была благодарна императору, что своевременно производят поставки продуктов в хранилища. Кассандра выглядела хмуро и неряшливо. Альсина укоризненно взглянула на дочь. - Я просила тебя привести себя в порядок и умыться, нет? Кассандра не ответила. Даниэла вжала голову в плечи, чувствуя грозу. - Ну? - Мне все равно. Этот мужлан здесь только для того, чтобы вылечить тебя. – сдержанно ответила Кассандра. Однако глаз не поднимала. Не осмеливалась. - Не называй его так… - сухо ответила женщина. – Зови его по имени. - Не собираюсь! – огрызнулась Кассандра, метнув злой взгляд на маму. – Ты слишком привязалась к нему! Что с тобой! Мы всегда поедали человечину! А тут… - Кэсси… - слезно попросила Даниэла. - Заткнись, сестра! Я ненавижу этого человека и с радостью разорву его на кусочки! Альсина хлопнула ладонью по столу. - Довольно! – золотистые глаза сузились. Девушки вздрогнули, повернув к ней головы. – Кассандра. Ты разочаровала меня. И лишаешься завтрака. Уходи. - Что?! - И, если я узнаю, что ты откусила кому-нибудь руку или отрезала еще что-то, я лишу тебя обеда и ужина! – строго добавила Альсина. – Пока Бэлы нет, можешь пойти потренироваться и выпустить пар, если вчерашней жертвы тебе не хватило. - Но… - Вон! – тихо прошептала женщина. Кассандра резко встала. Стул под ней упал с грохотом. - Да что с вами стало! – вскрикнула она, стремительно растворяясь в рое мух. Дверь открылась, Дани увидела Каму, который закрыл глаза и стал отмахиваться от роя. Младшая вскочила на ноги. - Дани, спокойно, - одернула ее миледи. – Сядь. Кама прошел в столовую. - Доброе утро. Бэла еще не вернулась? - К сожалению, нет. Прошу, садитесь. - Это Кассандра улетела? Что случилось? – он оглянулся на открытую дверь. Слышался далекий шум разгрома. - Переходный возраст. Кама прошел мимо Дани, погладив ее по рыжим волосам. Она улыбнулась и более спокойно вернулась к трапезе. Мужчина сел по правую руку от Альсины. - Ночью я снова потеснил вас, прошу прощения, - заметил он тихо, виновато посмотрев на женщину, задрав голову. - Не берите в голову. У нас были ночные гости. Новые служанки. - Вот как! Однако вы все равно встретили утро в кресле. Мне очень жаль. Альсина покачала головой. Положила свою большую ладонь поверх маленькой руки мужчины. - Вы очаровательны, Кама. Поверьте, все хорошо. Ешьте, а то остынет. Кама изогнул бровь, улыбнулся неловко. За столом до чая воцарилась тишина. Даниэла решила вовлечь обоих в непринужденную беседу. Ей это удалось, чему она очень обрадовалась. - Значит, ты умеешь играть на музыкальных инструментах, Дани? - Немного. Люблю флейту, хотя мама настаивала, чтобы мы все трое освоили фортепиано. Однако здесь... ну... - Я привезу тебе самую лучшую флейту, если ты не обманываешь, - заметил мужчина. Даниэла активно закивала головой. - Да-да! Альсина подозрительно посмотрела на него. - Вы не говорили, что собираетесь уезжать. - Я не такой дурак, каким вы хотите меня видеть. Кассандра ненавидит меня. Бэла… ну, старшая, и вроде терпит меня. Обожает меня только Дани. Я люблю вас, Альсина. Но лечение не будет полным, пока рушится гармония в семье. Поскольку я являюсь причиной ссор будет лучше, если я уеду. - Нет! – воскликнула Дани. – Я обязательно поговорю с сестрой, и она образумится. - Это очень мило, Дани… не утруждай себя. Я уже все решил. Альсина вздохнула, хлопнув в ладоши. Вошли новые служанки, убрали грязную посуду и принесли подносы с чайниками и заваркой. - Значит, хотите сделать перерыв? Кама посмотрел на Альсину. - Так будет лучше. Кесси остынет. А я лучше изучу ее поведение, чтобы раздробить стену, которую она возводит. - Почему? – растерялась Альсина. – Я… эм… думала, что мы признаемся девочкам, когда они все вернутся домой. - А? – заморгала ресницами Дани, переводя взгляд с мамы на мужчину и обратно. – В чем признаетесь? Кама вздохнул. - Сейчас уже не подходящий момент. Я виноват в том, что мы его упустили. Альсина, я отвечу за это. Альсина не знала, что сказать. Даниэла лихорадочно соображала, а потом вскрикнула: - О, придумала! Давайте сходим на пляж?! Сегодня обещают солнечную погоду! Я связывалась со Стеллой. Поиграем, подурачимся, расслабимся, а?! - Дочка, у нас же нет купальников… - Я все привезла с собой вчера ночью. – довольная собой улыбнулась девушка. Сложила молитвенно руки в замок. – Ну, мамочка, соглашайся, будет весело! - Не знаю… Кама поддержал решение девушки. - Отличная идея, Лисичка. – подмигнул ей. Она зарделась и запрыгала на месте от предвкушения. – Это действительно поможет снизить напряжение. Альсина, соглашайся. Леди откинулась на спинку стула, глядя в потолок. Затем посмотрела в окно, где в лучах солнца искрилось синевой озеро. - Хорошо. Мне понадобится твоя помощь, Дани. - Ура! - Хитрая лиса. Всегда что-нибудь придумаешь! - Ты меня знаешь… - она вскочила на ноги, обежала стол и повисла на шее опешившего Камы. – Будет весело! - Да-да, родная. Она подпрыгнула, чмокнула обоих, и улетела облачком. Альсина посмотрела на мужчину. - Что происходит? - Кассандра ревнует. Вас ко мне, злится на сестер. Она очень кровожадна, простите за откровенность. Но я не в силах излечить кого-то против воли. Настоящие изменения начинаются изнутри. У всех троих огромный потенциал. У вас тоже, миледи. Но пока хоть для одной я – человек и добыча, мои попытки помочь тщетны. - Я накажу ее за оскорбление. - Альсина, кнут здесь не поможет. Да и пряник не подсластит пилюлю. Кассандра загоняет себя в духовную ловушку. Она уверена, что больше не является человеком, что она вершит судьбы других, упивается властью, которая у нее есть. - Как же ее разубедить? Мужчина пожал плечами. - Бог его знает. Мне нужно время подумать. Я обожаю вас и ваших девочек. От всей души благодарен вам. С вами я снова ожил. Понимаете? - Не совсем. Мы же чудовища… - Альсина, не говори так. - Я показала вам свой внутренний мир… - Это не так. Твое сердце – вот внутренний мир. Чудовище, которым тебя сотворила та психопатка, лишь воплощение твоей духовной силы, всей твоей боли, которую ты испытала за несколько веков жизни. Сердце у тебя доброе. Материнское и нежное. Тебе больно, что Кэсси так себя ведет. Ты веришь в них. Я тоже верю в каждую. Но если мы хотим быть вместе, а я этого желаю всей душой, они все должны открыться мне. Однако я не могу заставить себя любить. Это все равно что держать собаку на цепи, когда она может броситься на бандита, который пришел убивать тебя. Я не хочу сажать на цепь. Я многое потерял и умер внутри. Думал, что умер. Встреча с вами оживила меня. Альсина склонила голову набок. Мужчина встал из-за стола, обнял ее за плечо. - Мы вместе справимся. Я клянусь своей жизнью, что ни один волос не упадёт с голов ваших прекрасных роз. - Я верю вам. Но не прошу, чтобы вы погибали. - О, помните, что каждый – кузнец своего счастья. Я хочу жениться на всех четверых. И пока гармонии и понимания между нами нет… мне лучше уехать. - Куда же вы отправитесь? - У меня есть брат. Отар. Я вам о нем говорил. Это он мне помог отомстить за мою жену. Уверен, что он в своих странствиях повидал немало диковинного и что-то может навести на мысль, как прекратить ваши страдания. Альсина долго глядела на него. - Хорошо, я… Двери распахнулись. Запыхавшаяся Даниэла подлетела к окну и закричала: - Смотри, мама! Дядя прилетел. С ним Бэла и еще кто-то! Смотри! Скорее! Кама непонимающе посмотрел в окно. С запада и правда летел дракон, постепенно увеличиваясь в размерах… Насларум и Восларум, драконы-близнецы, охраняющие замок, встретили его криком. Альсина тоже встала, положив руку на плечо дочери. - Дани, пока отложим наш поход на пляж. - У меня уже все готово! - И почему ты дома никогда вовремя не убиралась… Девушка захихикала. Повисла на плече Камы, промурлыкав. - Это потому что Камы с нами не было! И сестры были очень вредные! Альсина добродушно хмыкнула. - Отпусти Каму, родная. Идем встречать гостей. Скорчив рожицу, девушка отлипла от мужчины и побежала прочь из столовой. Их ожидал невероятный сюрприз.

***** ***** ******

Вестибюль замка. Первым в замок вошел Гераклион, ласково обнимая волчиц, которые радостно прыгали на месте от возбуждения и радости. За ним шла Бэла, на спине которой пряталась Энджи. Решено было сделать сюрприз. Донна осталась пока снаружи. Через Энджи она легко могла наблюдать за происходящим и слышать разговор. По широкой двухскатной лестнице сбежал Кама, следом чинно ступала Альсина, однако разглядела на ноге дочери повязку и кровь. Стремительно сорвалась и схватила мужчину за грудки. - А-а-а! - Что ты сделал с дочкой! – зарычала Альсина. – Я тебя спрашиваю! - Эй, можно без рук! – взвизгнул Гераклион. - Мама! Он не виноват! Честно! Отпусти дядю! – быстро проговорила Бэла, прикрыв ногу юбкой. – Это была моя ошибка. Оступилась и оцарапалась о камни. Там было много водопадов, скользкие камни! - Ложь! Не выгораживай его! – ревела Альсина. - Это правда! Даниэла обняла сестру и стала успокаивать мать с ней на пару. Кассандра наблюдала за всем с верха лестницы, испепеляя взглядом брезгливости и ненависти Каму. Волчицы ворчливо разошлись. Неожиданно вестибюль наполнился хихиканьем и восклицанием: - Кровь! Кровь! Кровь! Ура! Разорви его, мамочка! Все застыли. Альсина непонимающе посмотрела на Бэлу. Та неловко улыбнулась. Из-за плеча выглянула хитрая морда Энджи, которая вновь заголосила писклявым тоном и стала оскорблять собравшихся. - Энджи?! – Дани ткнула пальцем в куклу и с криком отдернула палец. – Ай! Не кусайся, дура! - Не суй пальцы в розетку! - Миледи, - осмелился сказать Гераклион, воспользовавшись всеобщим замешательством. – Я вам дал слово, что буду защищать ваших детей. Моя семья – ваша семья. Ваши дети – мои дети. Я грел ее холодными ночами… Оберегал как мог, но в этот раз она спасла меня от кошмаров, устроенных этой вот чертовой куклой! - Эй! Откушу член, грубиян! - Фу, злюка! – фыркнула Дани. Бэла схватила Энджи и стукнула ее по башке. - Следи за языком, малявка! - Ай! Мамочка! Меня обижают! - Я вернулся в замок и буду продолжать это делать потому, что его залы и комнаты хранят запах моей погибшей сёстры. У неё не было детей, потому что она положила свою жизнь любимому делу. И любила моих детей, моих дочерей и моего сына! Я восхищаюсь вами, миледи. Вы воспитали и вырастили такие прекрасные розы. Ваши девочки образованы, талантливы, воспитаны, прекрасны, как Вы! Я никогда не причиню им вреда! Разве я не давал вам слова, когда брал их с собой по одиночке? Они теперь готовы выжить в этом мире! Вы не всегда сможете держать их при себе! - Мама, отпусти дядю! Он говорит искренне, неужели ты не слышишь!? – воскликнули Бэла, Кассандра и Даниэла в один голос, умоляюще сложив ладони вместе. - Знаете, миледи, я встретил свою жену очень молодой, но сильной вампиршей. Она полюбила меня и излечилась от вампиризма, только для того чтобы подарить мне детей. Эту жертву я никогда не забывал и до сих пор благодарю ее! Ваши дочери стали и мне родными племянницами! Прошу вас, у вас такое большое любящее сердце.., - Откуда вам знать! – женщина чуть ослабила хватку, облизнув полные губы. - Иначе вы не смогли бы воспитать своих девочек такими. Ваше сердце доброе и сильное, и мягкое. Альсина зарычала, подняв мужчину над головой, будто намеревалась разбить его голову об пол. Девочки вскрикнули, но Альсина резко прижала мужчину к груди, буквально впечатав его в свой бюст. Гераклион с трудом мог вздохнуть, но чувствовал мягкость кожи женщины и аромат ее парфюма. Женщина оторвала его от груди и проговорила: - Спасибо, что показали дочкам свой мир и признали своей семьей. Я ненавижу мужчин, но вы… заслужили мое уважение, и что ещё важнее - любовь и обожание каждой дочери, а это я никогда не ожидала увидеть. Вы удивительный человек-дракон, Гераклион. - А вы - замечательная женщина и мать, миледи. Я рад, что вы обрели здесь свой новый дом. Девочки облегченно выдохнули и захлопали в ладоши, когда Альсина смачно поцеловала мужчину и плавно пустила его на пол. Он бы упал, но Бэла, Кассандра и Даниэла обняли его, прижавшись своими телами и промурлыкав от удовольствия. Альсина прикусила губу, опустив Гераклиона на пол. - Прошу прощения. Мы сегодня с утра не в духе. Гераклион ощупал себя, вытер пот со лба и нервно хмыкнул. - Не с той ноги встали? И тут же заткнулся под диким взглядом золотых глаз. - Извините. Альсина огладила складки платья. Посмотрела на дочь и куклу в ее руках. - Что это значит? Бэла радостно улыбнулась: - Кое-что невероятное случилось… Донна… Глаза Альсины расширились. - Неужели? Бэла отошла в сторону. В открытую дверь зашла скромная Донна Беневьенто. Черное приталенное платье, вуаль, бледные руки. Даниэла закрыла рот руками. Даже Кассандра сбежала на пару ступенек по лестнице, но остановилась, повиснув на перилах. Бэла улыбнулась подруге ободряюще. Донна оглядела присутствующих, с опаской оглянувшись на мужчин. Подошла ближе и подняла голову, глядя на Альсину снизу-вверх. - Здравствуй, Аль-сина. – сиплым голосом произнесла девушка. – Я о-очень р-рада видеть т-тебя… Альсина заморгала, не веря своим глазам. - Донна, это так неожиданно. Как же вы попали сюда? Донна беспомощно оглянулась на куклу. Энджи почесала в затылке и скрипучим голосом ответила: - Это долгая история! Мы такого натерпелись! А во всем виноват этот Уинтерс! Он меня ножницами убил! Представляете! Расколол мой бедный череп и воткнул ножницы в глаз! Кровищи было! - А потом?! - Что потом? - Как вы оказались в этом мире драконов? – нетерпеливо спросила Альсина, протянув руку застывшей кукольнице. Та несмело сжала ее пальцы, выдохнув. Кукла рассмеялась безумно. - Долгая история. Какая-то женщина привела… но мы оказались в темной холодной пещере, окруженные психами, больными и какими-то магами. Они швыряли в нас молнии и пламя. Насилу сбежали! Нет, вы представляете! Вонзил в меня ножницы! Небось с Розой так же! Бедная я! - Энджи! Заткнись! – крикнула на куклу Бэла. - Вот пожалуйста, и тут тоже бьют! Никто меня не любит! Кассандра закатила глаза. Все повернулись к Каме, когда он спросил: - Позвольте узнать, у вас раздвоение личности? Или опять магия? - Скорее проклятье. Кама, познакомься, это Донна Беневьенто, швея и кукольных дел мастер. Жила уединенно в хижине у водопада. Она редко говорит сама, а из-за Каду, которым она тоже заражена… Энджи… эта боевая кукла говорит за нее большую часть времени. - Ага, вздор полнейший! – хихикнула Даниэла. - Так-так… очень интересно. – мужчина оживился, подойдя к женщине. – Разрешите заглянуть под вуаль, миледи? Донна быстро покачала головой. Возникло огромное желание убежать… Энджи хотела было возмутиться, но Бэла заткнула ей рот носовым платком. Альсина мягко погладила кукольницу по спине. - Все нормально, ты можешь довериться этому человеку. Он лекарь. Хочет нам помочь. - Держите карман шире… - Кассандра! Живо в комнату! Ты наказана! – рявкнула Альсина. Хлопнула дверь. Бэла непонимающе посмотрела на младшую сестру. Та шепнула: - Потом расскажу. Тут у нас такое! Бр-р! Кама обратился к Донне. - Вас зовут Донна? Итальянское имя. Значит «красота»… Беневьенто, означает «гостеприимство». Значит, вы так же неотразимы внешне, как и леди Альсина. Прошу, доверьте мне свой секрет. Я пытаюсь помочь. Здесь нет врагов. Гераклион поспешил поддержать мысль мужчины. Донна растерянно вертела головой, пока ее наперебой уговаривали снять вуаль. - Хр-хо-ро-шо… - по слогам выговорила девушка. Она отошла чуть назад, медленно снимая вуаль вместе с головным убором. Постояла с низко опущенной головой и медленно подняла глаза на присутствующих. Никто не вздрогнул, увидев ее страшный вздувшийся шрам от Каду, который испортил ее природную красоту, доставшуюся ей от матери. Кама задумчиво подошел ближе, взяв девушку за руку. - Не бойтесь, родная. Красотой вы, небось, пошли в вашу маму. Поразительно. Похоже, эта дрянь, - он дотронулся до отростка, - у всех проявляется по-разному. Просто невероятно. Донна закрыла здоровый глаз, готовая расплакаться. Кама цокнул языком, погладив девушку. - Ну-ну, не плачьте. Я просто смотрю. - Я у-ро-ди-на… - с трудом выговорила Донна, понимая, что от Энджи толку мало. - Нет! Вы ошибаетесь! Вы божественно красивы! Я чувствую вашу добрую душу. Вы очень одиноки, и это причиняет вам боль. Родители, сестренка… да? Панические атаки и неврастения… изоляция. Здесь вам станет легче. Я рад, что, когда уеду, за семьей Димитреску будет кому присмотреть. Гераклион озадаченно спросил: - Куда это ты собрался? - Нужно отыскать брата. Отар может знать больше, поскольку работает с черной магией. Куклами, миледи, он тоже кстати увлекается, одно время работал в бродячем театре кабуки… - Кама отпустил лицо Донны, и та выдохнула с облегчением. - Ты что, мысли читаешь? – почесал в затылке Гераклион. – Я тоже подумал о нем, когда увидел, что с ними сотворила та сука. - Гераклион! – возмутилась Альсина. – Здесь дети! - Мама! Мы взрослые! - Не для меня! Бэла, марш переодеваться! Даниэла тебе все расскажет. Гераклион, благодарю вас за помощь. Рада, что вы вернулись живыми. Галлюциногены и плесень Донны довольно опасны для слабых организмов. Я заберу у вас Донну, пока она от избытка чувств не упала в обморок. Кама, буду ждать вас на пляже. - Да, миледи. – Кама поклонился обеим, поцеловал ладонь Донны и отметил. – Не носите вы эту вуаль. Весь вид портит. - Но я… - Само совершенство. – подмигнул он ей. – Леди Димитреску вам все расскажет. Время поджимает. «Донна страдает изнурительным психическим заболеванием, которое, кажется, придало ей детское мышление, усугубив агорафобию и привязанность к куклам. Несмотря на это, она остается талантливым мастером кукол, даже оснащая некоторые из своих творений выдвижными конечностями с лезвиями для боевых целей». - Донна одета во всё траурное и символизирует смерть, а Энджи, одетая в белое свадебное платье, наоборот - жизнь. Ирония… Альсина увела Донну, держа руку на ее плече. - Не бойся, родная. Мы тут в безопасности. Кама бросил в спину девушке: - Вам я тоже постараюсь помочь, милая Донна! Даю слово!

***** ***** ****

Несколько часов спустя. Пляж на озере. Мягкий, чуть светлый песок, солнце, прохлада воды, пестрые купальники, радость, веселье. Леди Димитреску удивилась находчивости младшей дочери, которая смогла достать купальник даже даме ее форм и размеров. Гераклион и присоединившаяся к нему Серана с дочкой Искрой готовили барбекю и жарили сосиски на специально оборудованной площадке. Вампирша не стала спрашивать, откуда те взяли все оборудование. Она наблюдала за Камой, который уплыл довольно далеко от берега. Нырял с головой, и над поверхностью воды появлялись только его ноги. Бэла лежала на полотенце, подставив лучам солнца свое бледное тело. До выхода на улицу девочки выпили специальную настойку, которая приготовила мать Сераны, лорд Валерика. На Гераклионе рубашка с принтом, шорты, которые раньше были зимними утепленными штанами. На Серане бордовое бикини, на плечах платок. Искра в шортиках, волосы заплетены в пушистые хвосты, на груди тугой топ из водоупорной ткани. Пахнет приятно. Альсина улыбнулась, повернувшись к молчаливой Донне. На ней синее бикини, черные волосы завязаны в хвост и прихвачены заколкой. Она сидела в тени большого пляжного зонта. Энджи сидела рядом на покрывале и думала, чтобы взорвать, но кроме песка и камней скал ничего не попадалось, поэтому куколка скучала. Кассандры нигде не было, и миледи переживала за судьбу оставшихся дома служанок. Альсина не боится солнца, но ей неприятно видеть состояние ее кожи. Кожаные перчатки скрывают ее руки. Она больна. Она – чудовище. Прикусив губы, она дотягивается до бокала с вином и осушает его одним глотком. Донна прикрыла шрам на лице, глядя на подругу. - Что случилось? - Просто думаю, что не заслужила той нежности и заботы, которыми он, Кама, нас одарил. Он очень хороший, много испытавший, но не озлобившийся. - А ты не думала, что он просто играет с тобой? - Нет, Донна. У него нет корыстных или жестоких целей. Ох, дитя… я так рада, что ты здесь. Мне так было одиноко без своей маленькой ловкой швеи. Донна зарделась. - Я тоже скучала, Альси… и обещаю, что примусь за работу по пошиву одежды, как только разберусь, что здесь да как. Что ты знаешь об этих людях? – она кивнула в стороны семьи у барбекю. - Они вампиры – одного из древнейших кланов. Этот мир населен разными существами, включая вампиров и оборотней. Думаю, можно представить, что мы внутри компьютерной игры или какой-то фантазийной книги. Они встретили нас, укрыли, подарили этот замок в качестве нового дома. - Дочки привязались к ним, как я заметила, - ответила Донна голосом Энджи. – Это не опасно? - Нет. Они уже научились базовым навыкам выживания в этом мире. Гераклион, Серана и их друзья-оборотни обучили их сражаться на мечах, стрелять из лука, возможно, рукопашному бою. Они взрослые и мне стоит почаще их отпускать, как бы сильно я не волновалась за них. - Хм… - Знаешь, твои знания в алхимии, биологии, гербарии и инженерный ум многое может помочь нам устроить здесь, чтобы воссоздать немного наш прежний уклад жизни. - Ты голодаешь? Альсина скривилась. - Я не хочу пугать мужчину, который с недавних пор делит со мной постель. Донна зарделась. - Не может быть! - Милая, чтобы двигаться вперед, нужно отпустить прошлое. Мы не сможем вернуть наш мир, наши дома… но сможем приспособиться к жизни здесь. А если удастся избавиться от этих мерзостей, которые вживила нам Миранда, дьявол ее поглоти, я стала бы просто счастливой матерью трех дочерей. Донна погладила ее руку. - Я скучала по тебе. Альсина пристально посмотрела в ее глаза. - Я знаю, о чем ты умолчала по телефону, Донна. Вы с Бэлой поговорили? , Кукольница медленно кивнула. - Мне все еще странно осознавать себя живой… после всего ужаса, который был тогда… Донна, не закрывайся в себе. Мы поможем тебе. Кама прав, ты очень красивая и нежная, ранимая и чуткая. Не закрывай свое лицо, когда ты дома. - Ладно, Альси. Уговорила. Кама выбрался из воды. Махнул рукой Альсине и подошёл к Гераклиону. - Нужна помощь? Серана с улыбкой покачала головой. - Нет, спасибо. Мы почти закончили. Можешь взять Герка и поставить столбы для игры в волейбол. Думаю, нужно немного размяться. - Ты серьезно, родная? - Да, конечно. А ты против? Сегодня на редкость солнечный денёк. Гераклион пожал плечами. - А шашлык? Он же не терпит женских рук. - Ничего, вампирские женские потерпит вполне. Топай, пока пинками не погнали. Гераклион потянулся к губам жены, похлопал дочку по плечу и вздохнул. - Ну пошли. В мяч-то давно играл? - С детства не видел. - Ну, ничего. - Искра, раздай всем лимонад со льдом! - Ладно! Всё вокруг безмятежно и мягко. Песок под ногами не ощущается, как ты предполагала ранее. Солнце высоко в небе, а запах озера и барбекю приятен до невозможности. Впервые на пляже за очень долгое время! Это блаженство! Безмятежность кончается неожиданно и резко. Даниэла материализовалась на песке, решая помочь мужчинам с установкой площадки. Бэла мочила ноги в воде. Энджи куда-то испарилась и была обнаружена через пять минут на каком-то дереве, пытаясь забраться на вершину с помощью веток. Донна предупредительно схватила Альсина за руку выше локтя. - Что? Брюнетка показала рукой в сторону, где тенью кралась Кассандра. Мужчины так были увлечены беседой, что не заметили, как веселье кончилось. - Сестра, что ты творишь! Остановись! – вскричала Бэла, держа широкую шляпу на голове. Серана хмуро посмотрела в сторону мужчин. Бросила все и оказалась между ними и серпом разгневанной Кассандры. Кинжал лязгнул о сталь. Вампирша зарычала. - Прочь с дороги! Я убью этого мужлана, вскрою глотку, и все увидят, каков он внутри! - Ты что творишь! – взвизгнула Даниэла. Стало тихо. Даже ветер вдруг перестал. Гераклион с Камой бросили снасти. Кама обернулся к девушке. Мягко отстранил Даниэлу, которая мотала головой. - Все хорошо. Ступай к старшой сестре. – сказал он вкрадчиво. Даниэла отбежала, обнимая Бэлу за плечи. Обе уставились на происходящую драму с ужасом и страхом. Гераклион почесал в затылке. Кама тронул Серану за плечо. - Разрешите одолжить кинжал? Вампирша посмотрела на него изумленно. Вручила стеклянный кинжал. Зеленое лезвие малахитом сверкало на солнце. - Отойдите подальше! – громко сказала Серана, хватая дочь за руку. – Освободите им место! Альсина хотела было вскочить, но Донна повисла у нее на руке. - Подожди! - Кассандра, уймись! – прорычала Альсина. – Это глупо! - Плевать! Я покажу, как этот мужлан обманывает нас! Пользуется нашим доверием! Кама спокойно посмотрел на девушку. Взвесил кинжал в руке. - Ты этого правда хочешь? Внутри ощущаешь это желание? Убить? - Глупости не спрашивай! Я – охотница! Кама вздохнул: - Я хочу защитить тебя, глупая. Я люблю тебя. - А я тебя ненавижу. Либо защищайся, либо дай себя убить! - И тебе станет легче? Несчастная эгоистка. Думаешь только о себе! А твои сестры, твоя мать?! - Без тебя у нас все снова будет хорошо! Мы будем охотиться, убивать и пировать! - Нет пути назад. Думаешь, я хотел такой жизни? Жизни отшельника? У меня была жена. Вот-вот должен был родиться ребенок. Однако тщеславие, эгоизм, жажда знаний, гордыня повели меня прочь из дома. Я обязан был остаться и защищать самое дорогое – свою семью! И Бог наказал меня за это! Отнял у меня любимую. Мою жизнь… мое будущее. Пришлось по крупицам заново собирать себя, заставлять себя любить мир и людей вокруг себя… Кассандра зарычала, пытаясь нанести удар. Кама неожиданно резво отбил удар, с разворота попал в живот девушки. Та на несколько шагов отошла. Кама занял боевую стойку. - Хорошо. Ты хочешь биться. Хочешь вскрыть мне глотку. Ладно. Пускай! Я не собираюсь отказываться от мечты. Мечты, которую подарила мне ваша мать и твои сестры, ты сама. - Тебе не запудрить мне мозги! - Меня ничто не держит, я потерял самое дорогое, что вообще возможно, и не желаю испытывать такое никому. Я продолжу помогать вам, пока бьется мое сердце. - Почему? - Потому что я вижу в вас людей. Людей, а не чудовищ. Ты тонешь в своем эгоизме. Боишься, что я отниму у тебя мать. Лишу тебя защиты и безопасности. А тебе не приходило в голову, что я хочу сохранить цельность вашей семьи? Вашу гармонию? Вы все такие прекрасные и такие разные. Бэла – бельчонок, Даниэла – рыжая лисичка-сестричка, ты, Кэсси – мудрый воронёнок. Только боишься. Боишься открыть свое сердце. Мне, сестрам, себе самой боишься признаться, что хочешь тепла и заботы. - Чепуха! Кассандра снова напала. Кама ушел с линии атаки, схватил девушку за запястье и толкнул. Девушка запуталась в песке и чуть не упала. Отряхнулась и зарычала: - Не играй со мной! - Я пытаюсь объяснить. – спокойно ответил Кама. Снова обмен ударами, лязг лезвия, Уворот. Кассандра снова в песке. Запуталась в лопнувшей сети для волейбола. – Кэсси… - Ты используешь нас. Ставишь эксперименты! Ты лжешь нам!!! - Как можно без опытов изобрести лекарство? – парировал Кама. – Я провожу только необходимые анализы. К сожалению, я не приблизился к разгадке вашего недуга. - Ложь! Ты просто играешь с нами! Тебе плевать на нас! - Нет. Ты не можешь представить, как мне больно слышать твои слова… - Я отрежу тебе язык! – зарычала девушка, ринувшись на него, словно дикая пантера. Кама усмехнулся. - Попробуй. Только тебе в этом черном платье неудобно танцевать. Могла бы купальник надеть… - Грх! Кассандра бросила серп, завязший в песке. И бросилась на мужчину, чтобы расцарапать физиономию. Выбила кинжал из его руки. Они сцепились, покатившись по песку. Остальные не вмешивались. Альсина готова была сгореть со стыда. - Ты плут и извращенец! Как ты можешь утверждать что любишь всех, когда предпочитаешь мне мою младшую сестру! - А ты всегда только огрызаешься! – парировал мужчина, тяжело дыша, стараясь не попадать под ее клыки, крепко удерживая ее. – Прекрати возводить стену и тогда ты увидишь истину! - Тогда расскажи правду! - Правду!? – зарычал мужчина, резко подняв девушку в воздух и отбросив прочь к воде. Кассандра изумленно вскрикнула, покатившись. Поднялась на четвереньки, тряхнув головой. Мужчина вскинул руки к небу и воскликнул: - Какая еще вам правда нужна! Моя жена погибла, через несколько лет ко мне обращается Гераклион с просьбой помочь одной семье излечиться от страшного недуга. И я встречаю вас. Тебе не нравятся мои прозвища? Так извини, у всех свои заскоки. Я выделяю кого-то? Ты сама отталкиваешь меня, не желая узнать лучше. Лисичка… моя Лисса – копия моей погибшей жены, и ты представить себе не можешь, какая эта мука – видеть ее живой, ласковой и веселой, слышать ее смех ежедневно, понимая, что та, прежняя любовь, погибла по моей же вине!! Можешь себе представить, эту муку?! Нет! Тогда не говори, о чем не знаешь! – кричал Кама, потеряв терпение. – Мою жену изнасиловали и убили нелюди, жадные до денег и власти. Я не хочу слышать, чтобы подобное произошло с кем-нибудь из вас! Я люблю вас одинаково, девочки, как детей, которых у меня так и не было. Это мое наказание, и я уже несу этот крест. Раз я обещал найти лекарство, я это сделаю. Если же ты докажешь, что я занимаюсь шарлатанством, пожалуйста, разрешаю тебе лично вырвать мне сердце. Чувствую, грядёт новая война. Я желаю подготовить вас ко всему. Для этого вы должны быть в лучшей форме и желательно без этих ограничивающих ваши передвижения эффектов этой болезни, Каду. Кассандра выплюнула волосы, тяжело дыша, поднялась на ноги. - Я не верю. - Знаю, родная. Тебе придется довериться мне. У меня нет причин лгать тебе. Я люблю Альсину. Всей душой. Он замолчал, переводя дыхание. Подошел к месту, где бросил кинжал. Оглянулся на девушку. И бросил кинжал ей под ноги. - Делай, что хочешь, Кассандра. Но знай, я прощаю тебя. Веселитесь без меня, раз я так отравляю вам жизнь! В конце концов, вы давно мертвы, и я ничего не понимаю в сверхъестественных вещах. Мужчина пожал руку Гераклиону, попрощался со всеми, особо поклонившись Донне и Альсине. Графиня не могла вымолвить и слова. Никогда не думала, что мужчина способен постоять за себя. Он прошептал что-то на ухо смущенной Беневьенто, забрал свои вещи и пошел медленно к дому. Кассандра вскочила, схватила кинжал и закричала: - Не смей уходить! Я еще не закончила! - Сестра, не смей! – Бэла с Дани бросились к ней, но было поздно: кинжал летел в спину Каме. Сестры скрутили брюнетку и повалили на землю, завязав руки полотенцем. Кама спокойно остановился. Однако удара не было. Лишь короткий вскрик и ругань. Мужчина обернулся. На песке валялась Энджи, держась за лезвие кинжала, угодившего ей в грудь. - Ну вот, платье порвала! – разочарованно воскликнула кукла. – Я тебе глаза выцарапаю, ворона тупая! Кама опустился на колени. Взял куклу, выбросив кинжал. - Энджи… спасибо. - Не за что. Топай давай. Я тоже вылечиться желаю! – хмыкнула Энджи. – Но не справишься, я тоже буду участвовать в твоем убийстве. Усек?! - Конечно. Я не подведу. Он обнял куклу в белом платье и опустил на песок. Она неуклюже побежала к хозяйке. Кама ушел с пляжа. Еще через несколько минут на пляже осталась лишь одна связанная Кассандра. Она лежала, скрючившись, на песке и рыдала от злости и гнева. Никто не помог ей. Страдает в одиночестве. Слезы ручьями текли по лицу.

**** ***** ******

Вечером Кама отправился через портал в императорский дворец Акавира. Его проводили Бэла и Донна. Альсина раздавала распоряжения на завтра. Выпила успокоительно и рано легла спать. Дани читала ей книгу. Мужчина обнял Бэлу, попросив не злиться на Кассандру. Он прекрасно понимает ее чувства. - Надолго ты? – грустно спросила Бэла. - На неделю, думаю. Я не знаю, где сейчас брат. Так что… - Уверен, что он поможет? - Он больше меня разбирается в черной магии. Ваши увечья – дело рук тьмы… Мы постараемся помочь или погибнем. Мне уже нечего терять. Пусть я и привязался к тебе и твоим родным, Бэла. - Я буду скучать. – вампирша растворилась жуками. Мужчина посмотрел на Донну. - Можно я заберу твою вуаль и кусочек платья Энджи? Они могут понадобиться для ритуала. - Ты странный… - ответила Энджи за Донну. – Бери, раз надо. Только вернись, а то мы устроим на тебя охоту! Мужчина хмыкнул, поклонившись. - Я рад познакомиться с вами, леди Беневьенто. Я ваш покорный слуга. До свидания. Попросите за меня прощение у миледи. Донна кивнула, криво улыбнувшись. - Улыбайтесь чаще, миледи. Вы прекрасны. Сказав эти слова на прощанье, мужчина прошел в портал. По ту сторону давно ждали Гераклион, Серана и Искра, захотевшие навестить брата-императора.