Дочь Хладной Гавани 3: Кристаллические сердца

Скайрим. Дом Довакина в Солитьюде. Довакин был одет в недавно выкованную и зачарованную эбонитовую броню, со щитом Исграмора, эбонитовыми перчатками, шлемом, наручами, сапогами и проч. С ним отлично подходит ходить с луком. В последнее время Драконорожденный ближнему бою предпочитал дальний. Возраст давал о себе знать все больше. Когда они собирались в поход, Бэла неожиданно изъявила горячее желание присоединиться к походу. Довакин не стал спрашивать, зачем ей это. Лишь подарил меч из своих запасов, прозванный Бич Драконов. В битве против Черного дракона не особо пригодился, однако гораздо лучше простого серпа. Старшая Димитреску вначале отказалась. Довакин пояснил: - Серп не слишком пугает наших противников. Ты пока еще можешь обращаться насекомыми и наносить удары исподтишка. Когда же вы излечитесь, форма ваших способностей претерпит изменения. Нужно приспосабливаться уже сейчас. Кроме того, я слышал, что император Лео желает провести Турнир Боевых Искусств и даже намерен пригласить вашу семью. Не лишним будет потренироваться, чтоб не ударить лицом в грязь. - Откуда вам известно? - Мы же семья. Бэла пожевала губы, разглядывая тяжелый меч. Ей удавалось держать его лишь двумя руками. - Я не уверена, что справлюсь. - Мы тебе поможем. Вам всем. Я чувствую, что ваша семья, клан Димитреску – последние гости нашего сурового края. Посему мой долг – подготовить вас к выживанию на годы вперед. Бэла вздохнула. - Ладно, уговорили. Посмотрев на смущенную Донну, которая перестала носить вуаль, но стыдливо опускала лицо с уродливым шрамом на правом глазу, мужчина подошел к своему сундуку и достал оттуда изящный подточенный кинжал. Протянул вздрогнувшей от страха женщине. - Это Соловьиный клинок – ваш, леди Донна. - Я не возьму, - хрипло, через силу, ответила Донна. Энджи проворчала: - Разве мы заслужили подарки? Мужчина серьезно посмотрел на куклу. - Энджи, дитя… в наших суровых краях без оружия никак. Отказов я не приму. Мне важно знать, что вы можете постоять за себя в минуты, когда останетесь одни. - Как прошли ваши переговоры с Израном и охотниками? Перевела тему Бэла, уговорив подругу взять дар. Донна неуверенно сжала рукоять кинжала и уставилась на него как на чудо. Мужчина посмотрел на блондинку. - Не слишком хорошо. Даже плохо. Изран настроен решительно. По всему выходит, что собирает, уже очень давно, информацию о том, что произошло в Имперском городе, во время восстания Гордия и Атаки драконьей армады с Востока. Да, Гордий был его бастардом и ему особо нет дела до детей… Все же… он намерен довести дело до конца – искоренить всех кровососов в Скайриме. Уничтожить под корень. Грядет битва. И нам важно успеть подготовить вас к бою, либо эвакуировать в безопасное место и взглянуть в лицо смерти. - И вы пойдете на это ради нас? – с сомнением спросила старшая Димитреску. - Дорогая, я прожил немалую жизнь и навидался всяких чудес… - Я не об этом спрашивала, - раздраженно бросила Бэла. Мужчина серьезно посмотрел на раздраженную вампиршу. - Гордий пал от руки Лаврентия, главы имперского клана вампиров. Однако Изран винит в этом меня. Он видит во мне угрозу делу его жизни. А я… убил своего сына. Потерявшего разум, но все-такие моего сына. Я устал нести подобное бремя и жду возможности передать знания своим дочерям и наследникам. Ваше появление здесь ускорило некоторые процессы. Одно совершенно ясно: скоро появится новый Драконорожденный. - Хм… - Бэла, не говори никому о том, что услышала сейчас. Я даже жене боюсь говорить. Я умоляю хранить тайну. Бэла переглянулась с Донной. Затем посмотрела в суровое, обветренное смуглое лицо мужчины. - Мы сохраним вашу тайну. Вы научили нас многому со времени нашего появления в этом странном мире. Мама учила нас совсем иначе. Новые обстоятельства требуют новых исканий и свершений. Мне здесь нравится. Жаль только, что с мужчинами тут напряженка. Мужчина хмыкнул. - Согласен. Вы привыкнете. Эрис и Артемис с радостью составят вам компанию в любых ваших начинаниях. - Боюсь, мама нас далеко не отпустит. Очень боится остаться одна. - Её можно понять. Теперь, когда наше снаряжение, обмундирование, провиант и оружие готовы, настрой боевой, мы можем отправляться в путь? Донна с Бэлой переглянулась и кивнула. - В седле умеете держаться? Спутницы кивнули. - Отлично. Тогда вперед! На улице занимался новый день. Малиновое солнце проглядывало из-за верхушек деревьев. Прогулявшись по улицам столицы, они вышли за крепостные ворота, добрались до конюшен, взяли двух коней за символическую плату и отправились по узкой тропе к заснеженным горам. У Довакина был свой собственный конь-тень по кличке Тенегрив. - Что мы ищем, дядя? – спросила Бэла, сильнее завернув ворот. Поежилась от ветра, несущего вихри снега словно пух. - Есть древние существа, которые питаются человеческой энергией. Они носят разные маски. У этих масок магические свойства. Я уже какое-то время собираю маски. Они стоят очень дорого, но прежде чем продать, мы с товарищами их изучаем. На этот раз одна такая маска нужна Архимагу Стелле для ее исследований. - Она найдёт для нас лекарство? – надежда так и сквозила в тоне девушки. - Честно? Я сомневаюсь, что подобное лекарство можно отыскать или изобрести. Скайрим – слишком пустынная местность, Акавир – малоизученная и чересчур опасная. Предполагаю, что чудо-лекарство, если и найдется, то только в таинственных эльфийских землях. Но до них очень далеко. Я слышал, что Отар осмеливался доходить до граниу эльфийских земель, едва ушел живым. Эльфы, Альтмеры очень щепетильно охраняют свои владения. Даже их посольства, в одно из которых я когда-то проникал – настоящие крепости с ловушками, магической защитой и монстрами. - Почему они не хотят делиться своими знаниями? - Это и так ясно, как божий день – они боятся, что знания послужат силам зла. Ни оборотни, ни вампиры у них не в чести. - Ужасно. Как же нам быть? Я так хочу, чтобы мама улыбалась и наконец обрела душевный покой… Бела повесила голову. Конь под ней переступал ногами. Довакин погладил Тенегрива по холке и подъехал к ней. Положил руку на плечо девушке. Та посмотрела на него. - Я тоже желаю этого всем сердцем. Ведь у нее больше доброе сердце. Произошедшее с вами ужасно. Мы постараемся помочь вам. И вы должны радоваться каждому дню, благодарить высшие силы за возможность дышать, видеть красоту природы, заниматься творческим поиском и дарить радость людям вокруг. Скоро эпоха кровавых войн и смут уступит место светлым дням объединенного человечества. К сожалению, новый мир может возникнуть лишь на обломках старого. Бэла горько усмехнулась. - Я читала подобное в переведенных фантастических книгах. В нашем мире только одной стране, Стране Советов, удалось достичь гармоничного общества труда и созидания. К сожалению, мечта просуществовала только семьдесят лет и была разрушена. Донна поддержала девушку. - Однако оставила огромный след в культуре, литературе и искусстве. Если мы построим наш мир по устоям того, что заложили фантасты, предугадав будущие кровавые события, оскотинивание людей и превращение их в зависимых биороботов эплохи потребления, у нас получится приблизить мечту к реальности. Бэла вскинула на нее влажные глаза… Донна посмотрела на Энджи и погладила ее фату. Кукла рассмеялась, воинственно взмахнула рукой и прокричала: - Мы должны верить! Бэла кивнула, посмотрев на руки, которые нервно сжимали вожжи. - Я верю, - прошептала она. Снег хрустел под копытами животных. Лес вокруг подернулся белым туманом. Снег усиливался вместе с ветром. Пахло хвоей, смолой, зимой. Где-то в чаще раздался звериный рык. Затем крики человека. Довакин поднял руку. Процессия остановилась. - Охотник. Он в беде. К звериному рыку прибавились еще более странные звуки. Довакин спрыгнул с седла, обернувшись к спутницам. - Там еще и лесной атранах. Страж деревьев. - Он опасен. - Это дух леса. Видимо, охотник потревожил священную рощу. Теперь от него не отстанут ни животные, ни духи. Побудьте здесь. Я скоро. - Осторожнее, дядя. Удачи. - Никуда не уходите. Мачете обнажил меч и пошел на звуки борьбы. Скоро он нашел тело несчастного охотника. Медведь бродил вокруг, а злой атранах использовал магию природы. Избавившись от медведя и усмирив духа, Мачете вернулся к лошадям. Через полчаса они достигли руин сторожевой башни, примыкающей к руинам более древним. - Перед вами, дамы, Вольскигге. Оставим лошадей здесь. Пусть пасутся. Донна передала устами Энджи свои опасения. - Мы плохо деремся в ближнем бою. Зачем вы взяли нас с собой? - Не беспокойтесь, Донна. Мы с Бэлой справимся с врагами. Я слышал, что здесь растет дурман-трава. Вам, как исследователю, может быть интересно. Впрочем, не будем загадывать. Бэла похлопала подругу по плечу. - Я смогу защитить тебя. Щеки Донны зарумянились. Она спрятала лицо. Энджи хихикнула. - Так и быть. Лучше ты, чем мы! Бэла закатила глаза и дала кукле леща. - Эй! Мпфж… Донна зажала рот кукле, чтоб не пугать округу. Мачете посмотрел вдаль. - Нас встречают. Приготовьтесь. Донна, держись за нашими спинами. Не тревожься. Донна послушно встала за спиной Бэлы. Довакин достал меч из обломков нарсила и ринулся в атаку на рычащего бандита в доспехах и полушубке. Оглушив противника щитом по зубам, Мачете с удовлетворением отметил, что юная Димитреску отлично держит удар. Убедившись, что врагов на местности нет, они зашли под своды древних могил, открыли тяжелые двери и окунулись в царство тьмы и смрада. Толкнув маленькую дверь, они оказались в освещенной, явно обустроенной руками человека пещере. От стен отражался шепот заговорчески переговаривающихся голосов. Бэла неосмотрительно побежала вперед и не заметила врага. Перед ней возник детина в доспехах с топором на изготовку. - Ага! Попалась! Вздрогнув, Бэла зажмурила глаза, подняла ногу, ударив между ног противника и выбросила руку с острым мечом вперед, схватилась за рукоять обеими руками и дернула несколько раз. Бандит со стоном повалился на пол. Довакин стрелой пригвоздил к стене второго бандита. Бэла застыла. Руки тряслись. Глаза смотрели сквозь меч, испачканный в теплой крови. Донна обеспокоенно дернула подругу за плечо. Вампирша взглянула на нее искоса. Довакин присвистнул. - Я недооценил твой потенциал, Бэла. Это был эффектный прием. - С..спасибо. – отрешенно ответила Бэла, брезгливо посмотрев на меч. Довакин взял клинок из ее пальцев, вытер лезвие об одежду убитого и вернул девушке. - Успокойся, милая. - Вдруг у него была семья? Донна удивленно заморгала здоровым глазом. - Раньше тебя и твоих родных подобные вопросы не интересовали. Довакин заметил, положив руки на плечи девушки и встряхнул её. - Не переживай. Те, кто выбирает преступную дорогу, избавляются от слабостей и иных связей. Больше всего они ценят лишь свободу и добычу. И неважно, какую цену заплатят слабые в угоду их бесконечным аппетитам. Ты сделала доброе дело. Убивать – плохо, но мы делаем это в рамках самозащиты. Эти уроды не пощадят ни детей, ни женщин, ни стариков. Бэла шмыгнула носом, возведя глаза к нему. - Как хорошо было под маминым крылом! Хочу домой. - Мы отправимся домой, как только закончим. Даю слово. Соберись, пожалуйста. Ты нужна мне. Твои зоркие глаза и быстрые ноги. Бэла взглянула на мужчину. - Хорошо. Прости, дядя. Он покачал головой, обнимая девушку. - Я прекрасно понимаю тебя. Мир жесток, и очень трудно сохранить покой и свет в душе. Думай о хорошем, о том, что важно защищать любой ценой. О семье и родных. Ты же любишь их? - Больше всего на свете. – прошептала Бэла. - Тогда иди вперед. Я помогу тебе. Мы – семья. Необычная, чудаковатая, но семья. - Я знаю. Благодарю. На втором бандите была звериная шкура. Пройдя по коридору, они свернули к лестнице, у подножия которой их ждала разбойница. - Плохое вы выбрали время, чтоб заблудиться. Энджи резко взлетела в воздух, крича, схватила женщину за плечи. Разбойница попыталась сбросить куклу, но Донна раскрыла ладонь и дунула. Пыль попала в глаза и ноздри жертвы. Энджи развернула ее, взлетела и вернулась на руки хозяйке. Разбойница кричала, махала беспорядочно в воздухе руками, наступила на плиту. Включился механизм, а через секунду женщину проткнули острые лезвия железной решетки-ловушки. Наступила тишина. Не успели они передохнуть, как к ним с нижнего уровня бежал мародер в шлеме из головы зверя с орочьим мечом наперевес… Довакин использовал крик, пока девушки перебежали в запасной коридор и затаились. Бандит подлетел в воздух, ударился о своды пещеры, грохнулся на пол, поднялся на четвереньки, тряхнув головой. Довакин ударил его в печень, взмахнул мечом и отсек голову. Оттолкнув тело, он кивнул спутницам. Путь их лежал дальше. Глубже в недра пещеры-склепа. Факелы отбрасывали страшные тени на стены, освещая при этом путь и неприметные ступени каменных лестниц. Спустившись по лестнице, они остановились на развилке. В стороны расходились два прохода. Пока Довакин раздумывал, он не заметил метнувшегося слева прямо на них орка. Бэла среагировала быстрее, использовав мух. Пока враг кричал, она ловко взмахнула катаной и отрезала ему руку по локоть. Довакин крикнул огнем на второго, подсек ему лодыжки и вонзил меч в шею кричащего. С хрипом бандиты пали от атак наших героев. Бэла сплюнула, заметив кровь на одежде. - Ну вот, опять стирать белье. Блин! - Ничего. Ванна нам всем нужна. – заметила Донна, протянув ей флакон. – Выпей. Ты бледновата. Даже для вампира. - Просто здесь мало кислорода. - Потерпите, дамы. Осмотревшись в закутке, Довакин вскрыл закрытые ворота, которые хранили рычаг. Открыл тайный проход в стене. Скала убежала вниз. В соседнюю пещеру вела узкая тропинка, утопающая в затхлом тумане. - По одному. Я замыкаю. Бэла, иди вперед. - Дядя… - Не усматривай никакого злого умысла в моих словах. Бэла покачала головой и улыбнулась: - Я рада, что вы с нами. Спустившись вниз, они оказались в тупике с сокровищами. Забрав все, они повернули обратно, на восток, они оказались в полуразрушенном длинном зале, похожем на тронный, с рядами могил, разрушенным столом посередине. Из бокового прохода выпрыгнули бандиты, они сумели перебить нежить, надо отдать им должное. Прикрыв щитом Донну, которая отпрыгнула от неожиданности в сторону. Довакин дернул Бэлу на себя и окатил противником дыханием огня и морозным дыханием. Затем Бэла яростно бросилась в атаку, пробиваясь по коридору. Вначале у разбойников было полно отваги, энтузиазма, а потом, перед самым концом они жалобно молили о пощаде. Осмотревшись в зале, они отметили, что бандиты нещадно боролись с драуграми, которые валялись даже на столах. Собрав ценные зелья и золото из урн и сундуков, они двинулись дальше, туда, где их ждали ожившие мертвецы-воины. В следующей комнате в центре стоял огромный черный чан с пустыми саркофагами, постаменты с книгами и отверстием для драконьего камня. - Привал, девочки. Мы добрались до нужного места. Дальше будет тяжелее и опаснее. - Загадки? Ловушки? - Всего понемногу. Бэла села на более-менее гладкий камень, стала рыться в вещмешке. Донна осторожно взяла книгу с постамента, раскрыла. Энджи жадно вцепилась в нее деревянными пальцами. И прочла «Четыре тотема Вальскигге»:

«Все четверо направляются туда же, куда и мы.

Одни прячутся в тенях, не выказывая себя.

Другие вытягиваются во весь рост и силятся что-то увидеть.

Но в этом священном кургане нет никого живого.

Все они потребуют твоего внимания, если ты последуешь дальше»

- Донна, давайте сначала перекусим, а после разгадаем написанное. – позвал мужчина, помогая Бэле с припасами и разогревом пищи. – Вернемся в большой зал? - И тут хорошо, - отрезала Энджи. - Как скажешь. Молча стали есть и пить.

***** **** *****

После трапезы принялись разгадывать загадку. Несколько раз нажав на рукоять в углублении постамента, они услышали, как хлопнула крышка саркофага и рев драугра-призрака. Пришлось использовать крик, чтоб оглушить врага и приблизить выход из тупика. Следующий раунд с рукояткой освободил скелеты с одеждой. Четыре рукоятки. Четыре изображения. Волк, медведь, лиса и змея. Но находятся не по порядку. Прочитав книгу, найденную Донной, Довакин задумался. Прячутся в тенях и траве – змеи… Вытягиваются во весь рост и силятся что-то углядеть – может, волк? А может и медведь? Мужчина обратился к Донне. - Дай книгу почитать, пожалуйста. Открыв книгу, он нашел еще одну страницу. Она гласила:

«Первый страшится всех, Второй не боится ничего.

Третий съест все, что сможет. И охотнее всего – первого.

Четвертый боится второго, но лишь когда они одни.

Их следует задействовать в нужном порядке, если хочешь вернуться домой»

- Змея, медведь, лиса и волк. – поразмызлив несколько минут, предложила Донна. Активировала рукоятки. Потолок зажегся факелами. Решетка поднялась. Мачете захлопал в ладоши. - Браво, миледи! Вы спасли нас. Провозились они с загадкой минут сорок. За решеткой находился глубокий каменный колодец с винтовой деревянной лестницей. Пройдя через дверь в самом низу колодца, они оказались в Коридорах Вальскигге. Нордское подземелье, где на дорогах росли из земли толстые корни деревьев. Коридор был свободный, только урны, склад льняной ткани. Подойдя к двери, Мачете дал знак встать за ним. Открыл дверь и крикнул. Ледяные шипы, созданные драугром, пролетели в милиметре от щеки мужчины. Выхватив меч, он крикнул через плечо: - Не подходите! Это палач. Он тоже владеет криком и магией! Укройтесь. И с рыком медвежьим прыжком бросился в атаку. Огонь против льда, крик против крика. Довакин с трудом победил. Отдышавшись, он осмотрел помещение, забрал ценности. Они вернулись в коридор. Бэла активировала рычаг. Одна решетка справа опустилась, а та, что слева – поднялась, открыв доступ к полусгнившему шкафу. Повернув на юг, они миновали лестницу и оказались в просторном зале, по бокам – усыпальницы. С некоторых начали вставать разбуженные драугры. Бэла подскочила к одному и нанесла удар. Тело повалилось обратно на ложе. Другим занялся Довакин. Потребовалось два удара. Через несколько минут блуждания по лабиринтам, Довакин схлестнулся с двумя мертвецами-военачальниками. Донна с Бэлой наблюдала из укрытия, понимая, что ничего не могут противопоставить Голосу. А драугр орудовал древним двуручным нордским мечом льда. Чем ближе они подходили к святилищу, тем больше палачей и военачальников встречали. Бэле стало страшно, Донна напустила тумана, чтобы скрыть себя от окружающих тварей. Мачете отдувался в одиночку, но не злился на напарниц. Они свернули на запад и вышли в пещеру, кишащую морозными пауками. Здесь была целая колония, паутины, кладки яиц, жуткая вонь. Выйдя к долине водопадов, на них напала матка паука. Твари бодро спускались по крепким паутинам прямо со сводов пещеры из неприметных, затянутых паутиной нор. Пришлось применить сильно зачарованное оружие. Миновав паучье логово, они вернулись в запутанные лабиринты гробницы. Цель все еще была далека. Терпение и воля заканчивались. Энджи истерила, Бэла утомилась и ждала момента, когда сможет принять горячую ванну. Интересно, как там сестры? Они поднялись по широкой лестнице, сквозь трещины в скалах дул пронизывающий ледяной ветер. Бэла поежилась. Донна обняла девушку. - Ты молодец. Все будет хорошо. - Спасибо, Донна. Я давно хотела тебе сказать… Кукольница улыбнулась, насколько могла со шрамом на пол лица. - Знаю. Я тоже люблю тебя. Но очень хочу ребенка. С Отаром моя мечта может осуществиться. Бэла помрачнела. - Понимаю. Но не смогу отпустить. Донна несмело коснулась губами её щеки. - Не бойся отпускать. Мою любовь к тебе ничего не изменит. - Но со мной ты быть отказываешься! Мачете прервал их спор. - Давайте вы потом отношения выясните? Он стоял на вершине лестницы и не заметил, как с трона встал главный военачальник драугр. От вражеского Голоса Довакин взлетел в воздух и отлетел в другой конец комнаты. Девушки схватили оружие и заняли оборонительную позицию. Медленные шаги, дыхание и ворчание приближались к ним. Вскоре показался и драугр. Бэла встала в стойку, решив защищать Донну. Кукольница использовала туман-дурман. Однако следующий крик подхватил хрупких девушек и подбросил в воздух. Довакин, придя в себя, едва успел их поймать и бережно опустить на пол. Разделался с врагом за пару минут. Бэла тяжело дышала, Энджи от изумления и страха затихла. И укусила блондинку, когда та решила проверить ее состояние. - Млять! Больно! Энджи показала ей язык и засмеялась. Довакин повадил плечом и сделал гимнастику. - Думаю, можно устроить еще один привал. - Ладно. Но больше я с вами, дядя, в походы не иду! - Приношу свои извинения, что не оправдал ваших надежд.

**** **** *****

Пик Вальскигге. Час спустя. Выйдя на ветреный пик, в лицо ударил снег. Обернувшись к девушкам, мужчина заметил. - Займите места в укрытии. Постарайтесь не выдать себя. Думаю, мы пришли к месту назначения. Бэла увидела большую каменную стену, исписанную письменами. - Эта стена дракона. Только я могу читать слова на них, пополняя свой запас слов. В саркофаге тварь, что мы искали. - А если нас сметет с горы? Падать далековато. - Не бойся. Когда закончим, я вызову Дюрневира, мы вернемся в Вайтран, и через портал вы попадете в замок, домой. Бэла улыбнулась. - Удачи, дядя. - Спасибо, родная. Девушки и кукла наблюдали за тем, как Драконорожденный читает слова на стене (Шторм, Стремительный рывок), как дрожит земля, открылся саркофаг и в воздухе зависло существо в лохмотьях и страшной маске оранжевого цвета. Это был Вольсунг. Битва, изнутрительная для мужчины, заняла несколько секунд, обмен криками, несколько удачно пущеных рукой Димитреску стрел, и дух повалился мертвый обратно в саркофаг. Осмотрев тело, он забрал маску, которая делает выгоднее цены у торговцев, увеличивает способность переносить больше грузов на себе, а еще позволяет дышать под водой. Девушки вбежали по ступеням и обняли уставшего воина. - Пора домой. - Согласны. Давно уже. Прошептав слова, он дунул в землю. Через минуту появился темный дракон. Оседлав его, они полетели в сторону Вайтрана.

***** ***** *****

Замок Димитреску. Составив отчет в Вайтране, Мачете отвез девушек в поместье «Озерное», где они через портал попали домой в Замок Димитреску. На площади порталов их встретил Отар, почему-то готовый к отъезду. Бэла непонимающе посмотрела на мужчину. - С возвращением, Бэла. - Ты куда-то собрался? - Да. Я отправляюсь на поиски волшебной воды, способной исцелять любые раны. Леди Димитреску отпустила меня с благословением. Мне осталось лишь получить ваше согласие, сеньорина Беневьенто. Девушка вопросительно посмотрела на мужчину. Энджи непонимающе вертела головой. - Если это розыгрыш, то где камеры, шуты и прочее? Я никуда не поеду! - Донна, прошу. Мне очень нужна спутница. Без нее нас могут не пустить на земли Эльфов. - Прикрытие есть? – спустя некоторое время спросила Донна, впав в задумчивость. - Мы с тобой – артисты бродячего театра кукол. Я подготовил необходимое. Повозка ожидает нас в Фолкрите. - Вообще-то я хотела освежиться. – сбивчиво заметила девушка. - Мы переночуем в таверне. Я организую отдых. Прошу тебя. Донна твердо посмотрела на него здоровым глазом. - Только я скрою свое лицо. Энджи, не спорь. Нам необходимо найти лекарство. Раз на это согласилась Альсина, я согласна. - Подожду тебя на выходе из портала. Бэла, всего доброго. – он поклонился, взяв свои пожитки и перешел по мосту к нужному порталу, взглянув в последний раз на замок, источники и череду порталов. Донна взяла Бэлу за руки. Блондинка разозлилась и хотела вырвать руки. Донна не дала, посмотрев ей в глаза. - Бэла. Это шанс изменить нашу жизнь. Выздороветь и начать жить полной жизнью! - Не бросай меня одну. Он забирает тебя у меня! Я его убью! Донна покачала головой. Энджи забралась по руке хозяйки ей на голову и вцепилась в волосы. - Ты ничего ему не сделаешь. Я люблю тебя и прошу отпустить. Когда Уинтерс вломился в ваш замок, Альсина успела позвонить мне. Ты не представляешь, сколько слез я выплакала, узнав о твоей смерти, смерти целого рода Димитреску. Чудо, что мы оказались в этом странном, чудесном, но опасном мире. Я хочу избавиться от этого уродства! – она указала на свой страшный шрам. - Ты очень мила. – возразила Бэла, шмыгнув носом и глубоко дыша. Слезы душили ее. – Прошу, не уезжай. - Иногда надо делать, что должно. Я буду тебе писать. Обещаю. Прости. Меня ждут. Бэла дернула девушку на себя и крепко поцеловала. После оттолкнула и убежала, утирая слезы. Растворилась мухами и пролетела несколько комнат, пока не остановилась перед покоями матери. Что-то странное. Девушка заметила, что волчицы ее не приветствовали. В воздухе пахло чем-то сладким. Столовая была пуста. Сестер еще не было. Бэла тихонько ступала по ковру. Притаилась у двери и прислушалась к звукам, доносившимся из маминой комнаты. Играла музыка, кто-то перешептывался. Облизав губы, девушка несмело постучала. - В-входи, дочка. – позвал ее голос матери. Бэла решительно распахнула дверь. Альсина стояла у рояля, держа в опущенной руке книжку. Щеки горят, но поза какая-то напряженная. Бэла обняла себя за плечи, извинившись. - О, ты уже вернулась, цветочек? - Я не хотела мешать… твоим занятиям. - Тебя что так взволновало? - Почему ты отпустила Отара? Да еще и разрешила Донне ехать с ним? - Наши друзья собрали необходимые разведданные. А из-за активных действий охотников на вампиров нужно действовать оперативно и быстро. Мы не должны упустить шанс стать сильнее. Бэла неожиданно разразилась бранью по-румынски. Альсина нахмурилась, сведя колени вместе. Словно слабость в ногах. Золотые глаза сверкнули сталью, когда она взглянула на дочь. - Юная леди, не выражайся в этом доме! - Ты же знала, как сильно я люблю кукольницу! Как ты могла! – разрыдалась Бэла. – Столько лет… ты поддерживала меня, а сегодня… ударила в спину! Я не ожидала этого от своей матери! Почему ты против наших с ней отношений! Сама крутишь шашни с мужланом! А их мы всегда ели! – снова поток румынской брани. Альсина проворно оказалась рядом и ударила дочь по щеке. Щека мигом покраснела. Бэла застыла, округлив глаза. Медленно подняла руку и дотронулась до горящей щеки. Сощурила глаза… - Вон! – прошипела злая женщина. Грудь ее тяжело вздымалась. – Марш в свою комнату, Бэла и подумай над своим поведением! Донна – взрослая женщина и сама вправе решать, с кем связывать свою судьбу. - Я уже не ребенок! - Ты – моя наследница! – жестко осадила ее Димитреску. – Я не желаю видеть, как увядает мой род. Уходи… Бэла закричала, растворившись мухами. Дверь со свистом закрылась. Альсина вздохнула, уронив книгу. Слеза скатилась по щеке. Она расставила ноги пошире. Складки платья раздвинулись. Показался мужчина. - Я никогда… никогда на них не кричала. – шептала графиня, тихо рыдая. - Альсина… могу я с ней поговорить? - Она вскроет тебе глотку, не успеешь ты рта раскрыть. Ей нужно время. Надеюсь лишь, что Кесси и Даниэла ведут себя лучше. Она еле дошла до кресла и плюхнулась на него. Мужчина подошел к камоду, где стоял большой графин с водой и налил полный стакан. Подошел к женщине. - Спасибо, дорогой. – поблагодарила она, принимая стакан. Кама заметил: - Все-таки позволь мне с ней поговорить откровенно? У брата правда могут быть чувства к Донне. А я… мне нравитесь вы, и ваши девочки. С вами я словно родился заново. Временами я скучаю по погибшей жене. Однако я уверен, она не хотела бы, чтоб все, что я делал – это скорбел по ней. Мы получили второй шанс, чтобы исправить свою жизнь. Альсина усмехнулась. - Она не простит мне этих слов. Я просто ужасная мать. - Ты – чудесная мать троих прекраснейших роз на свете. Я клянусь оберегать ваше счастье и покой. Думаю, нам с тобой нужно все им рассказать. О нас. - Что? – она резко посмотрела на него. - Про наши отношения. Честно говоря, прятаться под юбку – не в моих правилах. В обоих смыслах. Она взяла его руку и приложила к груди. - Не уверена, что девочки готовы. Я и правда никогда не позволяла мужчине жить так долго рядом со мной. А ты… питаешься моим любовным соком… Мужчина поднес ее руку к губам. - Я уверен, что она поймет. Все они. И примут нас. - Хорошо. Ступай. Она, должно быть, принимает ванну. Помоги ей. Но если ты лишишь ее девственности, я тебя… Мужчина кивнул. - Я понимаю. Прости, что наш вечер испорчен. - Ничего. Мы действительно заигрались. Мужчина умылся в ванной, поправил рубашку, погладил женщину по колену и вышел из комнаты. Альсина с трудом поднялась, взяла свою трубку и раскурила табак, затянувшись посильнее. Подошла к высокому окну и взглянула в небо. Собирался дождь.

**** **** *****

У комнаты Бэлы. - Открой, пожалуйста. - Человечишка, убирайся, пока я добрая. – донесся рык из-за двери. - Твоя мама очень сильно любит тебя. И я тебя люблю. Вы – моя семья, которую я не чаял обрести… - Ты – лжец! - Бэла, - вздохнул мужчина. – Открой. Нам нужно поговорить откровенно. Обо всем, что ты видела, что подозревала, о своих страхах и мечтах. Тебе полегчает. - День был паршивый. Уходи. – голос девушки чуть дрогнул. - Я умею делать массаж. Тебе нужно расслабиться. - Мама отрежет вам яйца, если тронете меня. Мужчина вздохнул. - Она прислала меня. Позволь тебе помочь. Нам не нужно быть врагами. Мне казалось, что как старшая, с тобой проблем не будет. Я сильнее всего опасался твоих младших сестер. Ты же сама мне помогла найти с ними общий язык. А теперь что? - Ненавижу вас! Вы унизили меня! Мама накричала на меня! Почему? - Бэла… Мужчина терпеливо ждал. Ключ в замке повернулся. Дверь открылась. Мужчина вошел. Девушка, голая, с полотенцем, сидела на кровати. Вся в слезах. Кама вздогнул, когда за спиной хлопнула дверь. Поднял руки в примирительном жесте. Бэла вытерла нос. Мужчина подошел ближе, упал на колени. Девушка сжала ноги вместе. - Не переживай. Я многое повидал и понял. Самое главное – я был свидетелем вашей безграничной нежности и любви. Я не встречал подобных вам. Самородки. - Мы – уроды! Плоды генетических экспериментов! - Возможно. Но мой брат, и я сам – мы костьми ляжем, чтобы вернуть вам жизнь и продлить радость! Я клянусь тебе жизнью. Если я предам вас, разрешаю съесть мое тело. Моей душе будет все равно. Но я делаю правое дело. Бэла немного успокоилась, села поудобнее. - Не нужно валяться на коленях. Мужчина сел рядом с девушкой, обнял ее за плечо и прижал к себе. - Ты очень красивая. Я думал, что тебя ничем не прошибить. Я ошибся. Недооценил твои чувства к странной кукольнице. Ты же желаешь ей счастья? - Конечно. Мы были бы счастливы вместе! - Мы долго обсуждали, как поступить дальше. Отар – хороший человек. И способен защитить ее. - Я чувствую, но мне так больно. Она оттолкнула меня. - Попробуй поставить себя на ее место. – предложил мужчина. – Она рано потеряла сестру. Родители чуть ее не убили и покончили с собой, оставив жить в жутком доме. Среди растений и химикатов. Она ставила эксперименты и оживила кукол, которые стали ее единственными собеседниками. Её психика развалилась. И это путешествие – способ вернуть ее здоровье. Физическое и ментальное. Разве ты этого не хочешь? - Очень хочу. – вздохнула девушка, судорожно вздыхая и утирая слезы, застывшие бриллиянтиками во влажных глазах и на ресницах. – Я дура и эгоистка. И на маму накричала зря. Просто так странно видеть вас с мамой. Извини, пожалуйста. Она снова разрыдалась. Он погладил ее по светлой головке и прошептал: - Вы трое – все, о чем я мог мечтать, как отец. Понимаю, ты ненавидишь мужчин как… - Я вас не ненавижу. Я растерялась. Я… - Ты устала. Давай помоем тебя, а потом я сделаю тебе массаж. И ты поспишь. Бэла подняла на него глаза. - Кесси и Даниэла играли с вами. Это извращение. - Да, это странно. Вы мне нравитесь. Я хочу жениться на вас четверых. И если позволите стать вам отцом, другом и опорой, не пожалеете. Бэла встала перед ним, держа за руку. - Я тебе нравлюсь? Я же ходячий рой плотоядных жуков! - Когда ты спокойна, все в порядке. Я не боюсь. Бэла улыбнулась. Обняла его голову и прижала к груди. Он обнял ее и погладил по гладкой спине, ягодицам и бедрам. Отодвинулся, держа за плечи. Заглянул в глаза. - Идем. - Воду надо налить. У меня все из рук валится. Тогда полежи на кровати. Я все сделаю. - Поцелуйте меня. Кама улыбнулся, потянувшись к ее губам, затем провел языком по подбородку и шее, поцеловал груди, живот, пупок и опустился ниже, сплетя с ней пальцы. Бэла сладко застонала. Нашел бугорок в лоне и засосал его. - Подожди. Бэла легла на кровать, а мужчина скрылся за дверью ванной. Скоро зашумела вода. Бэла закрыла лицо руками и глупо захихикала. Кама не только приготовил ей воду, налил пены, помыл девушку, но и получил от нее в благодарность сладкий отсос. Бэла успокоилась, почувствовала себя желанной и здоровой. И заверила, что никогда не причинит ему зла. Ближе к вечеру, переодевшись к ужину, они вдвоем, держась за руки и обмениваясь новостями. Но остановились в недоумении у дверей комнаты леди Димитреску. Оттуда доносились стоны, шлепки, удары, мычание. - Кажется, мама кого-то пытает, - несмело предположила Бэла. - Разве здесь кто-то живет, кроме нас? Цаэски уже давно спят в своем крыле. – почесал подбородок Кама. Бэла попросила у мамы прощения. Та разрешила им двоим присоединиться к воспитательной работе.

**** **** *****

***** **** ******

Утром следующего дня до первой зари мужчина пришел в себя. Встал, огляделся. Женщина с тремя дочками лежала на кровати. Даниэла уложила голову на попу Кассандры и посасывала кулачок. Бэла лежала под другим маминым боком, обняв большую правую грудь. Кассандра выгнулась под неестественным углом и иногда вскрикивала, пытаясь кого-то поймать, за что получала удары от младшей сестры. Но никто не просыпался. Вздохнув, мужчина взял с кресла большой плед и накрыл всех, оставив открытым доступ кислорода, улыбнулся, наклонился и поцеловал большую женщину в щеку, проведя руками по черным спутанным волосам, поежился, забрал свои вещи и вернулся к себе в комнату. Быстро искупался, переоделся в чистую одежду, зажег свечу на полке над столом, достал из верхнего ящика стола чистый пергамент, перо и чернильницу. Закусил перо, обмакнул кончик в чернильницу, вздохнул и стал выводить каллиграфические буквы. Запечатав конверт, через пятнадцать минут вместе с небольшим чемоданом он стоял у портала, ведущего в поместье «Озерное». Надеюсь, Лазарь не будет злиться за столь ранний визит, времени и так мало. Мужчина огляделся в гроте, посмотрел на источники, блестящую воду, светящиеся грибы на стволах деревьев в тенях, улыбнулся. Хорошее место. Не успел он сделать шаг в портал, как увидел перед собой стену из жуков. Вздохнул и обернулся. Бэла скрестила руки на груди. Черное платье, волосы затянуты в пучок и кое-как стянуты резинкой. - Куда ты собрался? – строго спросила она, подходя ближе. - Ступай спать, родная. – просто ответил мужчина, положив чемодан на землю. – У меня появились кое-какие дела. - Тебе плохо? – она приблизилась вплотную, обеспокоенно пощупав его лоб. – Мы перестарались, да? - Нет, дело не в вас. Во мне. – он засунул руку за пазуху, вытащил конверт и протянул девушке. Та недоуменно воззрилась на конверт. – Передай маме за завтраком. Я дал распоряжения служанкам и кухаркам. Вас ожидает особое блюдо. - Я не понимаю. - Турнир боевых искусств начнется седьмого ноября вместе с торжественным парадом. Император Леонтий позволил мне воспользоваться его кузней, узнать больше об искусстве воина, ткача и плотника. Вам с сестрами еще нужно тренироваться. Я пришлю весточку с Лазарем или Стеллой, когда вам можно будет… Она перебила его. - Тебе не понравилось? Да, согласна, мы – та еще семейка и я не думала, что мама будет в таком игриво-опасном настроении. Обычно мы дурачились в ванной, но до такого дела не доходило. Прости, если дело в этом. В семьях вечно задирают друг друга. Даже в играх. Мужчина покачал головой, положив руку на плечо девушке. - Не переживай. Это пустяки. Я не ждал такого напора, это правда. Инцест – совсем не то, чего я хотел, когда желал сблизиться с вами, чтобы Альсине было спокойнее. Я правда люблю ее, всей душой, вас всех. Мне нужно поразмышлять в одиночестве. Осталось одно незавершенное дело. Бэла отступила на шаг и едва слышно, с горечью прошептала: - Жена? Память? Мужчина кисло улыбнулся и кивнул. - Я верю, что она одобрила мой выбор. Вы – добрые люди. Не чудовища. Мой брат обязательно найдет лекарство для всех. Это может занять некоторое время. И надеюсь, с Израном все обойдется благополучно, но кто знает… - Мама расстроится. - Сделай так, чтобы этого не произошло. – он прижал ее к себе, погладив по спине. – Полагаюсь на тебя, девочка моя. Будь примером для младших. И не делай такое личико, мне самому больно уезжать. Надо. - Есть такое слово, - рассеяно кивнула Бэла. – Я что-нибудь придумаю. - Умничка, мой Рысёнок. Девушка вскинула бровь. - Рысёнок? - Воронёнок – Кесси, а Дани – Лисичка. Блондинка хмыкнула. - А маме прозвище придумал? - Дракон. Уверен, она еще вернет себе истинную душевную красоту. Постарайся убедить их не слишком горевать и бушевать. И спроси, прошел ли я обряд посвящения в вашей вампирской семье. Просто не думаю, что выдержу подобную оргию еще раз, если вы станете моими дочерьми. Я ведь несу за вас ответственность. И не важно, кем вы были, какая кровь в вас течет. Мы – семья. Я осознал это ночью с зудящей остротой. - Мы не хотели тебя оскорблять, и я люблю тебя… Ты прав: мне надо отпустить свои чувства к леди Беневьенто. Только боюсь, к парням меня особо не тянет. Видимо, еще одно отклонения из-за экспериментов проклятой Миранды. Он снова обнял ее. - Я ценю твою дружбу. Займитесь приготовлениями к празднику Хеллоуин, а потом начнете тренироваться. С нетерпением жду ваших выступлений на параде и турнире. - Сделаем все возможное… отец… - робко произнесла, запнувшись, Бэла. - Мы скоро увидимся. До свидания. Он взял чемодан, долгим взглядом глядел в ее лицо, развернулся и исчез в портале. Бэла утерла тихую слезу, погладила себя по плечам, развернулась и полетела в свою комнату, заперлась в ванной и дала волю чувствам. Такого никогда не было, чтоб какой-то человек… вызывал такие эмоции…. Успокоилась она через несколько часов, когда обитатели замка просыпались, в окна лился тусклый осенний свет, а домочадцы стягивались в столовую. Отъезд мужчины женщина восприняла спокойно, строго наказав дочерям хранить молчание о том, что произошло. Поблагодарила за то, что те одобрили ее выбор и пожелала удачи в подготовке к турниру. Подарок Камы – особое блюдо для особой диеты вампиров пришлось всем по вкусу. После чего Альсина раздала указания помощницам и удалилась в свои покои. Сестры долго обсуждали произошедшее, затем решили потренироваться на берегу озера. В письме, между прочим, были стихи, посвященные Женщине. О чем леди умолчала.

За окнами белый снег в танце ночном кружит.

Так одиноко мне, мне без тебя не мил этот безумный мир.

Время в моих глазах замерло на часах.

Как же я раньше жил, душу до дна испил.

Я никогда никого так еще не любил.

Самая милая, самая лучшая женщина,

Осенним туманом весенней грозою повенчана.

Ты так легка и чиста, так наивна и ласкова.

Я сделаю все, чтобы ты, чтобы ты была счастлива.

Все, что ни спросишь, я россыпью брошу к твоим ногам.

Я никогда ни за что никому тебя не отдам.

Богом даровано, счастье мое долгожданное,

Женщина милая, женщина лучшая самая.

Знаю, что где-то там ты, как и я, не спишь.

Минуты сложу в года.

Господа я молил, чтоб он тебя хранил.

Радость или беду, все на себя приму.

Миг под названьем жизнь, только меня дождись.

Я до тебя долечу, доплыву, добегу!

Самая милая, самая лучшая женщина,

Осенним туманом весенней грозою повенчана.

Ты так легка и чиста, так наивна и ласкова.

Я сделаю все, чтобы ты, чтобы ты была счастлива.

Все, что ни спросишь, я россыпью брошу к твоим ногам.

Я никогда ни за что никому тебя не отдам.

Богом даровано, счастье мое долгожданное,

Женщина милая, женщина лучшая самая.

Самая милая, самая лучшая женщина,

Осенним туманом весенней грозою повенчана.

Ты так легка и чиста, так наивна и ласкова.

Я сделаю все, чтобы ты, чтобы ты была счастлива.

Все, что ни спросишь, я россыпью брошу к твоим ногам.

Я никогда ни за что никому тебя не отдам.

Богом даровано, счастье мое долгожданное,

Женщина милая, женщина лучшая самая.

**** ***** *****

Через две недели, ближе к празднику Хеллоуина вернулся Кама с подарками для дочек и леди Димитреску. Доспехи, красивые кимоно и ножны для катан, которые они добыли в бою и путешествиях по Скайриму. Выглядел он отдохнувшим, немного загорелым и уставшим. Сестры были рады возвращению Камы куда сильнее, чем подаркам, которые они нашли очень практичными и тут же отправились в комнаты, чтоб устроить показ мод и тренировочные поединки. Альсина вначале была против их участия, но император Лео, его жены, ниттахонка Хана и цаески Ушеви Айна, единственные в своем роде древние жители Акавира, смогли немного успокоить нервы женщины. Кроме того, Альсина получила официальное приглашение на Турнир. Вместе с семьей Довакина и Гераклиона. Неожиданно для себя Бэла сблизилась с Искрой, дочкой Гераклиона и Сераны. Они стали близкими подругами, потому что обе пережили расставание с иллюзиями и друзьями. Перед отъездом на Турнир на земли Акавира Кама собирает дам в гостиной, включает патефон и посвящает им песню, сочиненную им в его странствиях. Так он прощался с прошлым и открывал свое сердце новому.

Я тебя научу

Каждой ночью мне сниться

Солнцем быть и жарой

Не боясь простудиться

Быстротой быть струной

Быть мечтой, быть волной

Ты меня научи

В ежедневном круженье

Быть твоей высотой

Стать твоим притяженьем

Небом быть и судьбой

Быть стрелой, быть стеной

Рядом с тобой

Не тают дни и ночи словно дым

Я грешным быть могу и быть святым

Серьезным, несерьезным и любым

Рядом с тобой

Я никогда дышать не устаю

И каждое мгновение ловлю

В котором я люблю тебя, люблю

Я тебя научу

Быть счастливой и классной

Ты научишь меня

Быть лавиноопасным

Быть теплом, быть вином

Быть лучом, быть плечом

Рядом с тобой

Не тают дни и ночи словно дым

Я грешным быть могу и быть святым

Серьезным, несерьезным и любым

Слезы радости и счастья стояли в глазах слушающих, а после девочки хлопали в ладоши и наблюдали за тем, как смешно танцует мужчина, прижатый к груди большой женщины, держится за нее и нервно облизывается, боясь упасть с большой высоты.

***** ***** *****