Наруто: Пробуждённая душа

***Спустя неделю*** Стоя в силовой раме — тренажере с ограничителями для штанги, которые ту удержат, если атлет не сможет её вытянуть, или банально упадёт, я тянул огромные веса. — Light weight, baby! Light weight! — подбадривал Роэн, когда на моей спине было стали, по ощущениям, весом в пять тонн! Печати тренажера понемногу тянули энергию, чтобы сковать моё тело и тем самым дать такое сопротивление. По факту, на моих плечах было всего два центнера. Тело гудело от нагрузки и протекающей внутри энергии. Если бы не усиления чакрой, мой организм не поднял бы груз и в сто раз меньший. — Каждый повтор – это шаг к величию. Давай, поднимай это железо! Огромные запасы чакры, а также способность меня, как джинчурики, к быстрой регенерации позволяли мне творить с собой страшные вещи. Причём, без вреда для здоровья. Всё для развития! Сначала я начинал вовсе без работы печатей, как это делают большая часть шиноби. Ниндзя, за очень редкими исключениями, сосредоточены на скорости. Они не могут поднять и сотню-другую килограмм, хотя с помощью своих ног, в движении, выдают тысячи и десятки тысяч людских сил. Прыжки чуть ли не на сотню метров, многого стоят. Моя работа с такими весами, возможна только благодаря сильной Ян, и огромному таланту к контролю энергий. А ещё, в какой-то степени, предыдущему опыту в управлению энергиями. Таково сформировавшееся родство человечества — всё в скорость. Всё в работу ног. Ну, и укрепление тела, чтобы нагрузки от движения выдерживать… Но это слабо помогает именно силе рук. Незаметно для меня моё сознание погрузилось в воспоминания. Но от этого тело не перестало неистово работать. В первый день, мои тренировки проводились, с чуть позже вошедшей, аж целой дюжиной ирьёнинов. Обвешав меня проводами, они «обтекали» от показателей регенерации и прочей приспособляемости моего тела. Впрочем, как и я вместе с ними. Ведь эти показатели оказались, наверно, многократно лучше, чем у тараканов. С каждым подходом мне всё лучше удавалось контролировать чакру для усиления тела. И как итог, в первый же день моё тело потянуло пару тонн. После этого пришлось в срочном порядке звать того мастера фуин, что делал тренажёры, потому что сенсей по физподготовке пророчил, что «сделанных с огромным запасом» печатей на три тонны нагрузки, скоро не хватит. Мои тренировки были сконцентрированы на развитие взрывной мощи очередь и развития выносливости во вторую. Для этого мне, собственно, и составили программу, которая эти показатели развивает. Возвращаясь к живучести и регенерации моего тела, эти показатели использовались во всю! Оказалось, что после каждой сессии тренировок мне не нужен долгий отдых. Напротив, если дать постоянный доступ к еде, я могу проводить в сутки аж три сессии! Для справки, такое могут повторить лишь очень одарённые генетически шиноби, и то не без стероидов. Но пределы моего организма всё же были найдены. Правда, только тогда, когда предприимчивые врачи дали мне интересные таблеточки и вкололи не менее интересные препараты. Из-за этого на пятый день тренировок я смог давать чудовищную нагрузку около 80–90 процентов от максимальных весов, восемнадцать часов подряд. И что ещё интереснее — мог продолжать дальше, тело так и распирало от энергии. Вот только сердце и другие органы, к концу обозначенного времени, начали понемногу снижать эффективность своей работы, из-за чего врачи разумно, несмотря на охвативший меня от препаратов азарт и последующее за этим сопротивление с моей стороны, с помощью какого-то дзюцу отправили мою тушку в отключку. Эксперимент был занятным. День же после был почти обычным. А ведь я ожидал дичайшей крепатуры, но нет, за ночь тело восстановилось даже после такого. Причём за четверку часов, так как ко мне предусмотрительно подключили парентеральное питание — через капельницы со всеми нужными элементами, отчего ресурсов на восстановление хватало. Лишь лёгкая усталость на протяжении утра давала знать, что так поступать не желательно. Хотя в принципе можно. Даже без частого вмешательства врачей — моё тело оказалось, опять же, очень живучим, и в гораздой большей мере способным брать ресурсы для себя из вырабатываемой чакры. Отчего мне препаратов для нормального развития не требовалось. По крайней мере, такой результат заключили врачи после диагностики. И лавочку с интересными препаратиками прикрыли, когда просчитали шансы на деформированное развития тела — те были довольно малы, однако, как узнал, Хокаге запретил делать то, что может мне навредить. Да уж… Вспоминая чувства неуёмного азарта и желания безостановочно двигаться, даже жалею немного, что нельзя. С другой стороны, меня греет забота старика — это довольно трогательно. К концу недели врачи вместе с Тораки-сенсеем закончили строить начальную программу тренировок, в конце сократив те до двух сессий в сутки раз в три дня. Таким образом моё развитие не сильно замедлится, но освободится очень много времени для чего-то другого. Вводя определенные препараты, количество тренировок можно было бы ещё сократить, но это было излишним. Мне всё равно нужно было время, чтобы ещё и практиковать технику усиления тела, лучше чувствовать и строить чакру внутри организма и тому подобное. Время в спорт зале для такого считается одним из самых подходящих. Программа тренировок не предполагала особой гипертрофии мышц, то есть увеличения их объёма. Потому не быть мне, даже близко, таким здоровенным, как Роэн. Тораки-сенсей, к слову, раньше хотел быть шиноби. Вот только ему не повезло в генетической лотерее, и при всей своей внешней мощи, он только крепкий чунин. Это очень сильно, учитывая, что люди с его талантом, обычно ниндзя вообще не становятся. Но, уделив развитию тела всю жизнь, он своими усилиями воплотил чуть ли не чудо. Хотя в действительности как шиноби не очень силён — его основной навык: развитие и тренировки других, потому его даже сможет победить генин-боевик. Даже несмотря на то, что по ранжированию Роэн является старшим джоунином из-за своих достижений. Получает огромное довольствие, часто катается по стране на всякие научные съезды и всё в таком духе. Но это не умоляет его свершений! Этот, поразительной решимости, человек лишь входя, заставляет внутренний огонь зажечься и двигаться дальше, чтобы достичь не меньшего величия! Обычно шиноби, к моему удивлению, не отведывают спортзал на постоянной основе. Среднестатистическому ниндзя достаточно тренировок ног и всего остального тела во время спаррингов. Эти нагрузки, в принципе, дадут результат не сильно ниже, если бы они всё же отведывали зал. Однако ради пяти, иногда десяти-пятнадцати процентов скорости, мало кто хочет тратить прорву времени на ещё дополнительные тренировки. Потому обыватели выглядят довольно худощаво, без виднеющихся мышц. Но часть, что ходит, другого мнения. Эта, можно сказать, отдельная считает что каждая капля силы может стать тем, что отделяет тебя от смерти. Раскидываться шансом уберечь свою жизнь, обменяв несколько часов в неделю на труд вместо какой-то херни, лучше, чем помереть гораздо раньше. С генами моего тела разница будет далеко не в несколько десятков процентов. Когда в одном случае я достигну уровня среднего Каге — почти без тренировок; и уровня Бога Шиноби, как Первый, жрущего этих самых Каге на завтрак, если буду работать с полной отдачей. Это... правда, если учитывать вообще любые тренировки. Но разница настолько разительная, что моя внутренняя жаба, которая вообще деньги должна беречь, накладывает свои холодные лапки мне на шею при каждой мысли кинуть всё это дело, и тем самым закопать талант. Хотя такие мысли были очень редки, и тем более, с поддержкой Тораки-сенсея, были с лёгкостью задавлены ощущениями неотвратимого прогресса. В сравнении, Роэн всю жизнь пахал как проклятый, чтобы отрывать от земли несколько тонн. Когда благодаря лучше генетике и гораздо большему таланту к контролю энергий, мне уже удалось поднять больше. О просторе, куда можно стремится, мне тоже поведали. Была, да и сейчас где-то есть, шляется и пьянствует, ученица Третьего. Цунаде её звали. Так вот, у неё большой талант к контролю энергий, тогда как одна из главных её специализаций — усиление тела. И настолько она преуспела в этом, что, будучи на вид довольно хрупкой женщиной, способна поднимать в несколько раз больше, чем могу сейчас я. А что ещё важнее — наносить удары ещё на порядок-другой более мощные, чем должны получатся исходя из ранее упомянутых показателей силы. Но это уже благодаря технике выпуска всплеска чакры, в момент удара. Вот её я и хотел превзойти. Не понятно было, когда это получится. Но цель была хорошая! — Отлично! Следующее упражнение по плану: прыжки на скакалке с высокой скоростью. Поставив штангу, я двинулся за сенсеем. Тело приятно гудело от нагрузки, и лишь лёгкая отдышка напоминала, что мне приходилось работать с чем-то тяжелым. Мышцы, даже за неделю, довольно немало наросли, и уже хорошо виднелись их очертания сквозь кожу. А ещё мне будто лом в спину вставили, из-за тренировок мышц в этой области, благодаря чему осанка стала идеальной. Форма из призрачной, прошлой жизни понемногу возвращалась. — Ты идеально выполняешь технику, вскоре уже сможешь тренироваться без меня. В ответ на слова Роэна я лишь кивнул, будучи сосредоточенным на своих заданиях. Взяв в руки скакалку с очень прочным тросом и закинув на торс жилет утяжелителей, чтобы быстрее приземляться и оказывать большую нагрузку на тело, всё же решил уточнить: — Мы будем видеться сильно реже? В голосе проскочило немного грусти. За довольно короткое время я свыкся с его вечными подбадриваниями. — Не так редко, как можно подумать, — с той же вдохновляющей улыбкой он подмигнул и решил стать в бодибилдерскую позу. — У меня не так много свободного времени, да и не рационально его тратить на то, что не имеет нужды. Вскоре я отправлюсь в столицу, где будет проходить состязания за звание Ренгоку но Тайко! — … Я опешил от его заявления, чуть не уронив скакалку. — Барабан преисподней? Это типа за что вы там будете состязаться, сенсей? Мне стало действительно интересно, так как название мало что говорило. Хотя по движениям мужчины, догадывался. Он перестал принимать свои мышце-выпячивальные позы и как нечто само собой разумеющееся сказал: — Состязании за максимальную в стране Огня мышечную массу, симметрию, пропорции и рельеф. — Эм, ну да, подходящие название. Что это я, действительно… Иногда находится среди местных колоритные индивидуумы, которые дают вещам совсем не прикладные названия. — Удачи, сенсей. Думаю, вы там всех победите. — Благодарю! После мы продолжили тренировку. *** Вскоре Роэн уехал, когда мой режим более-менее наладился. Но буквально через несколько дней так случилось, что базовый материал по искусствам шиноби закончился. Пришло время выбирать специализации, чтобы в них погрузиться. Распыляться на всё было глупой затеей, которая приведёт к тому, что будешь знать много, но по верхам, и почти любой узконаправленный специалист тебя обставит. Потому, здраво, как мне показалось, оценив перспективы известных наук, я начал изучать медицину и фуин. Пока что в общем смысле, в будущем надеясь взять фокус на работу с генами для преодоления ограничений тела. Моя мотивация всё та же — мне нужно стать очень сильным, сильнее любого до этого существовавшего человека. Угроза Ооцуцуки слишком велика, пусть своих пределов я далеко не достиг. Но эти пределы есть, и их нужно преодолеть. Как — ещё непонятно, но это дела будущего. Но, кроме этого, мне, кажется, начинало всё сильнее нравиться изучать всякое, связанное с чакрой. Со временем рациональный мотив, диктующий, что это действие нужно — тренировки и саморазвитие, начал набирать красок эмоций, превращаясь в интерес. Для ирьёниндзюцу меня записали учеником в госпиталь. К сожалению, Хокаге не удалось найти какого-то выдающегося сенсея, но и просто хороших, и даже очень хороших специалистов в госпитале было достаточно. Вот по ним и буду шляться, изучая массив данных, который на более-менее высоком уровне знает каждый: лечение ран и болезней с помощью чакры, и для этого изучение анатомии и фармакологии. Первым делом мне предоставили доступ к огромной библиотеке. На самом деле, не такой уж и большой, как окажется позже — в науке здесь большое количество факторов завязаны на работу чакры, а не только организма. То же исцеление не требует глубочайшего понимания бионаук, лишь в меру глубокого анатомии и части теории чакры. Вернее, не глубокого в рамках понимания наук моего предыдущего мира. Несомненно, особенно благодаря цивилизованному времени, та же медицина здесь хорошо продвинулась. Но, копаясь в свитках, меня не покидало смутное ощущение, что некоторые вещи здесь, считающиеся лишь недавними открытиями, предназначающиеся для настоящих специалистов, были банально общеизвестны в моём прошлом мире, ещё в школьных учебниках по биологии. Впрочем, оно и не удивительно. Другой мир, а значит, и развитие пошло не совсем тем же путём. Медицина для меня, даже на начальных этапах, не была бесполезной наукой. Пусть с помощью техники Мистической Ладони, которую мне ещё надо освоить, я не смогу лечить других. Конечно, если не научусь хорошо фильтровать чакру от агрессивных свойств энергии биджу. Но смогу лечить, и даже очень эффективно — себя. Банально ускоряя прогресс тренировок. Пусть, чтобы к этому прийти, нужно много практики. Техника Мистической Ладони базовая для ирьёнинов. Но это также и довольно сложная техника А-ранга. Она заключается в подачи в чужой или свой организм энергии, и как бы проецирования через неё команды «двигайся, блин!», отчего организм с помощью внутренних механизмов начинал регенерировать значительно быстрее. Основной момент этой техники был в том, что нужен был очень тонкий контроль, чтобы подать достаточно чакры, чтобы техника вообще была эффективна, и не слишком много, чтобы случайно не убить. После обучения базовой теории мне доверили попрактиковаться на большой такой рыбёшке. Зная, кто я, принёсший её медик, с самого начала, глазами похоронил рыбку. Не зря. Когда вложил в рыбину, как мне показалось, совсем чуть-чуть чакры, та сразу взорвалась кровавым фаршем. Отмываться самому, а после помогать убирать помещение было не самым приятным делом. Обычно, к слову, от переизбытка чакры организмы погружаются в анабиоз. Лишь при высоком родстве происходит разное. У кого-то рыбка может, например, сгореть. Или распухнуть от увеличившегося содержания воды. Или начать покрываться разрезами, как от плотных лезвий ветра. Вот у меня из-за сродства с ветром случилось в каком-то роде последнее. Но даже мощнее, чем ожидалось… Возможно, в этом ещё была замешана чакра Лиса. На второй попытке, к удивлению того же врача, который почему-то позвал своего друга и заключил меня в слабый барьер, а также к моей огромной концентрации, рыбина просто задёргалась, начала покрываться порезами, и от неё понесло запахом подпалённой плоти. Но она осталась… одним куском! Правда, вот дальше прогресс пошёл не так хорошо. Мне понадобилось целых три недели, чтобы рыбы просто вырывались от боли, иногда «протекали» от внутреннего кровотечения, но также попутно ускоренно исцелялись! Сначала мне было жаль рыбок. Даже несмотря на то, что за эту жизнь, я лично сожрал не один килограмм рыбы. Однако ощущать страдания живого существа под руками и кушать это существо с вкусными приправами — это совсем разные вещи. Однако, к концу означенного времени, кажется, изрядно охладел. Обучение стало рутиной, а хладеющие трупы под руками — обыденностью. Даже если те не людские. Мне ещё предстоит столько же практики, чтобы начать безопасно действовать на себе любимом. Кроме относительно лечащих техник, я занимался фармакологией. Создание разного рода лекарств, стимуляторов, ядов и подобного. Для этого пропускал сквозь себя огромные талмуды книг, за три недели прочёл, наверное, километр свитков. Но знания усваивались, к моему удивлению, легко. И сам уж не заметил, как разум привык к огромным нагрузкам, к постоянному анализу, а также, кажется, очень сильно возрос показатель моей памяти. Среднестатистические люди ведь не могут, раз прочитав страницу текста, спустя месяц воспроизвести тот почти слово в слово? Обычно нет. Но вот в некоторых кланах шиноби, даже среди детей — это норма. Вот только не в том клане, к которому принадлежу я. Здесь играет роль, как разузнал, просто случай удачно сложенных генов, как думают окружающие, и, как полагаю сам, ещё и следствие огромной нагрузки работы мозгов, из-за взрослого разума от рождения. Причём нагрузки-то только увеличились со временем. Вполне могут быть верны оба предположения, причём с ещё каким-то третьим, четвёртым и так далее, о которых никто даже не подозревает. Для фармакологии меня обучили странному и не очень действенному без огромной практики способу определению свойств растений и некоторых других материалов по типу животных компонентов, минералов, с помощью вкуса и запаха для дальнейшего применения в ирьёниндзюцу. Это было сделано чтобы, если шиноби затерялся в неизвестной местности, где-то далеко, прям очень далеко, без местного бестиария, он мог наваять примитивные лекарства, оценив перед этим, что собой представляют материалы вокруг. Каталоги известных растений очень большие, их я, конечно, изучил. Но всегда можно найти что-то новое. К слову, среди не-шиноби определение свойств с помощью обоняния и вкуса очень неточно. И чтобы научиться усилять свои базовые чувства чакрой, для достаточного уровня, мне понадобилось потратить немало времени. Причём, попутно сожрав несколько килограммов разной травы. Некоторые цветы на вкус очень так себе. Но сила требует жертв… Параллельно я изучал фуиндзюцу. Не сказать, что это было проще, но однозначно — более однообразно. В этой науке моим сенсеем стал Хирузен, так как очень хорошо в ней разбирался. Однако его обучение не занимало много времени, ибо всё обучение фуин, в большинстве своём — изучение печатей, их отработка, а также тренировка концентрации свойств в чакре. На почве этого мне нужно продвинуться дальше, чтобы суметь сначала как бы читать оригинальные фуин мастеров, а после и создавать свои. Но не всё сразу. В фуиндзюцу, с наскока всё взять не получилось, и мне нужно было время, чтобы достичь результата. Так и потянулось время в разнообразных изучениях. Пока в моём быту не появился новый, раздражающий, но много меняющий, человек…