Моя душа

– Легилименс, – одними губами прошептала она, и мир вокруг померк. Сознание Драко Малфоя встретило её не просто тишиной, а ледяным, вселенским одиночеством. Она парила в центре Млечного Пути, среди созвездий, которые знала с детства, но сейчас они казались не картой, а ловушкой. Её захватила красота этого бескрайнего космоса — захватила, чтобы спустя мгновение обезоружить. – Привет. Добро пожаловать. – Голос Малфоя прозвучал слишком мягко для этой холодной пустоты. – Следуй за мной. Невидимая нить, возникшая между ними, была обманчиво нежной. Она тянула её за собой, а сознание Драко обволакивало Гермиону с такой бережностью, что сердце сжалось от невысказанной боли, которую этот покров скрывал. – Это… Сверхпустота Эридана? – её голос прозвучал чужим, эхо разбилось о звёздную тьму. – Ты — самая умная ведьма в моей жизни. – Он сделал паузу, и в этой паузе повисло что-то тяжёлое, необратимое. – Здесь я храню то, что никогда больше не хочу проживать. Её обняли. Тепло было обманчивым, потому что следом пришёл страх — не её, чужой, пропитанный годами отчаяния. Она почувствовала, как этот страх сдавливает горло. – То, что ты сейчас увидишь, может шокировать тебя. Прости. Он провёл её по лабиринту памяти. Раздевалка после квиддича, сообщение Блейза, повисшее на экране как приговор. Дни, когда время текло сквозь пальцы, а надежда таяла. Встречи с отцом — холодный взгляд, от которого стыла кровь. Разговоры с матерью — её безмолвные слёзы, которые Драко запоминал как удары. Блейз, Тео, ночные бдения, а затем — день у её родителей. Гермиона видела всё. Какую цену он заплатил. Как месяцами сражался с собственным разумом, превращая его в поле битвы. Воспоминания накатывали снова и снова, и вдруг — темнота. Вязкая, живая, дышащая. Гермиона рванулась, но тьма сомкнулась вокруг, а из неё донёсся шёпот. А следом — рывок. Рыжие волосы. Смех. Она знала этот смех. Рональд. Гринграсс. Драка. Слова, которые резали острее Авады. Сознание вышвырнуло её прочь. Драко резко распахнул глаза. Гермиона лежала на полу, бездыханная, её рука безвольно скользнула вниз. Сердце пропустило удар. – Гермиона! – Он рванулся к ней, приподнимая за плечи. – Гермиона, очнись! Её веки дрогнули. Взгляд, полный ужаса, уставился на него. – Как? – голос сорвался на хрип. – Как он мог? – Слёзы хлынули потоком, и вдруг в них вспыхнула ярость. – ТЫ ВРЁШЬ! Она вскочила так резко, что он не успел её удержать. – УХОДИ! НЕМЕДЛЕННО! Драко поднял руки, но она уже рванула прочь, сметая всё на своём пути. Её крик ещё звенел в ушах, когда дверь с грохотом захлопнулась.