Пэйринг и персонажи
Метки
Описание
Что чувствует полицейский, когда его коллега лежит в больнице после трагедии? Будет ли он винить себя в том что с ней случилось?. Что он будет чувствовать, когда увидит её в больнице?
Как она сама будет чувствовать, когда её коллеги по отделению заняты расследованием? Сможет ли она помочь им?
Майор полиции Евгения Павловна находится в больнице после тяжелейшего ранения. Её коллега Артем Турбин винит себя в случившемся.
Примечания
Написано под впечатлением от 8 серии 6 сезона сериала "Москва, Три вокзала".
В сериале не было эпизода и даже ни одной сцены, которая бы показала путь Евгении Майоровой от выхода из комы до возвращения в строй. Между 8 и 9 сериями она переживает реабилитацию и эмоциональное одиночество, но зрителю это не показывают.
Она возвращается на службу, работает под прикрытием, помогает коллегам — всё это мы видим в 9 серии.
Но что предшествовало этому? Какие чувства, страхи, боль она пережила? Как справилась с травмой — физической и душевной?
Часть 21
01 апреля 2026, 04:27
ОБРАТНЫЙ ЗАПРОС
Документ он ещё не успел убрать в папку. Он лежал перед ним — уже подписанный, уже завершённый, но ещё не “исчезнувший” из реальности кабинета. Телефон не зазвонил. На этот раз — пришло уведомление. Короткое. Служебное. Сомов посмотрел на экран. И не сразу открыл. Пауза. Потом всё-таки нажал. “В развитие ранее направленного запроса” Он прочитал строку дважды. Без необходимости. Дальше — уже не общий перечень. А уточнение. “прошу дополнительно подтвердить наличие письменного инструктажа” “уточнить время его проведения” “предоставить копию журнала ознакомления” Сомов медленно положил телефон на стол. Аккуратно. Как будто предмет мог издать звук, если с ним обращаться резко. Он посмотрел на свой ответ. Лист лежал ровно. Подпись — на месте. И только сейчас стало видно, что документ не закрывает вопрос. Он открывает следующий слой. Сомов взял ручку. Не сразу. Пальцы не дрожали. Но движение стало чуть медленнее, чем обычно. Он отметил один пункт. Потом второй. И остановился. Журнал ознакомления. Это было уже не описание событий. Это была фиксация участия. Он не дописал ничего. Положил ручку. В кабинете стало тише. Хотя тише уже не было куда. Сомов откинулся назад. И впервые за всё время не попытался найти правильную формулировку внутри головы. Потому что формулировки больше не решали задачу. Он посмотрел на телефон. Потом на документ. Потом снова на телефон. И понял простую вещь: его ответ не был финалом. он стал основанием для следующего шага, который он уже не формулирует. а просто выполняет.Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.