Snowman

"Помыться или покурить?" Малфой стоял возле стойки регистрации после очередного вызова, на котором выполнял роль ассистента и думал, что важнее сделать в этот недолгий перерыв. Только за сегодня он помог спасти жизни двоим пациентам, выполняя зачастую не самую чистую работу. До практики в Святом Мунго он даже не задумывался, сколько жидко образных масс может извергать человек. Демонстрация этого была выше всех самых смелых воображений Драко, на его халате были следы от рвоты, крови и слюней последнего пациента, и это даже не самое страшное что он уже видел на белой ткани. Работа целителем была во многом хорошим выбором для Драко, по крайней мере он сам так считал. Во-первых, у него была возможность работать в лаборатории над зельями, зачастую пробуя улучшить формулу. Во-вторых, это одно из немногих мест, куда его взяли бы без каких либо предубеждений о его "тату" на предплечье. В-третьих, это хорошая возможность доказать министерству, что он способен приносить пользу и помогать даже маглорожденным. Последним пунктом этого списка плюсов был тот факт, что сюда часто попадают смельчаки с рейдов, а он уже прекрасно знал, кто станет одним из первых "героев", который броситься на амбразуру. Причины были обоснованными, да и само обучение в Мунго проходило вполне приемлемо. Первое время у студентов проходила лишь теория и обучение азам в первой медицинской помощи. Счастье бумажно-теоретической работы продлилось всего четыре месяца, после чего их решили вовлекать в реальные случаи, дабы получить практический опыт. Но и это не сильно напугало бывшего пожирателя. Вид крови или мяса у Драко не вызывал отвращения или рвоты с тех пор, как лысый ублюдок не заставил смотреть на пытки маглы, которую истерзали оборотни. Тонкая кишка вываливалась наружу, повсюду была кровь, а руки обглоданными лежали на полу менора. Одно из воспоминаний, что когда-то снились юноше, но теперь он видел и кишки, и оторванные конечности даже чаще, чем при Лорде. Ирония не иначе. Но зато теперь он помогает, верно? За эти три недели практики, Малфой осознал, что выбить себе работу в лаборатории будет задачей под звездочкой, ибо ему не иначе как сама Фортуна улыбалась, дав в наставники целителя Зомбадора. Этот португальский хрен обладал недюжинным запасом оскорбительных шуточек, колких и саркастичных фраз, но, черт бы его побрал, великолепным умом. Всеми уважамый целитель Бартоломеу Зомбадор был бодр и весел, всякий раз, когда сообщал, что им привезли пациента с острым отравлением, прекрасно замечая восторженный взгляд Малфоя от перспективы вновь ставить клизму и рисковать заляпать свой белый халат в рвоте и фекалиях. По статистике острые отравления и приступы болезней пищеварения были достаточно редкими для Святого мунго, поскольку если есть безоар, которым почти любое отравление можно предотвратить за пару минут. Но либо кто-то плохо учился, либо кто-то плохо учил, потому что доставляли людей уже в таком состоянии, что ни один безоар не поможет, поэтому приходилось действовать зачастую магловскими методами. Но в любой бочке дегтя - есть ложка меда. Многие из прибывших объясняли свое состояние тем, что выпили "просроченное" зелье или просто зелье, но правила больницы заставляли целителей изучать составы таких зелий, потому что опять таки - случаи отравления для Мунго редки. А это лучшая возможность для практики над зельями, которые уже были добровольно испытаны на самих пациентах. "Гребанный португалец пусть подавиться своим "Хрусталик", как только я найду нечто стоящее - он будет первым кого я пошлю глубоко в задницу" Ну поминай Дьявола в суе. Иногда Драко и впрямь думал, что у того дар предвиденья, иначе как объяснить, что в ту жу секунду мыслей послышался голос его мучителя. - Хрусталик, - наставник громко позвал подчиненного по данного им же прозвищу, - привезли еще одного. В этот раз не отравление, так что переодень халат и несись сюда! Малфой лишь зло выдохнул, не смея выдать что-то в ответ, и быстро стянул халат, надевая чей-то чужой, который висел на вешалке. Вернувшись к месту, где уже везли пациента, Драко понял, что Барри не солгал, это было не отравление, но лучше б это было оно. На каталке лежала девочка семи лет с рассеченной грудной клеткой, где виднелось сердце. Было очевидно, что это результат расщепления при трансгрессии, но только что заставило ребенка использовать подобные чары? Времени на сантименты не было, девочку оперативно поместили в операционную, а за ними прибежали еще две медсестры для ассистирования. Из-за растворения участка мышечной ткани и кожаного покрова, был великий риск, что задеты органы сердечно-сосудистой системы. На первый взгляд все казалось не тронутым, но услышав ругань наставника: "Мать твою". Он понял, что ошибался. - У нее тампонада сердца, нужно зашивать восходящую аорту, иглу с ниткой живее! - Малфой в ту же секунду передал инструмент целителю, наблюдая за тем как, бьющий до этого 130 пульс стал падать достигая отметки в 50, затем 20 и 8 ударов. Наставник, с лишенным паники лицом, стал зашивать аорту не смотря на значения на магической доске физического состояния пациента. Его не остановил даже противно продолжающийся писк, означающий остановку сердца, он лишь активно зашивал ранение. Когда дело было закончено, оставалось произвести прямой массаж сердца. В момент этого действия, Драко остолбенел, а в руках вновь появилась дрожь, капельки холодного пота стекали по спине, но он заставлял себя смотреть на то, что делает учитель. Неожиданно прозвучал голос Барри. - Время смерти 6:36 a.m. - обернувшись на практиканта, он лишь добавил, - на сегодня с тебя все, можешь идти. Все уже вышли из операционной, только Малфой до сих пор не мог сойти с места. Он не был плаксой или чувствительным, чтобы впасть в уныние от смерти ребенка, да и это не первая смерть на глазах, видел вещи и похуже. Только эта девочка была слишком маленькой, но самое ужасное... это чувство, что её можно было спасти, но просто не хватило времени. Беспомощность отвратительное ощущение. Однако его плечо задела одна из сестер, и он все же смог унести свои ноги из операционной. Пока он шел до раздевалки, в его голове крутился рой мыслей о том, что еще ему предстоит увидеть в этом месте. Драко еще помнит ради чего он здесь, и только это имеет настоящее значение. Возможно, он еще увидит не один труп ребенка, но сделает именно то, на что у других может и не хватить духа - пойдет дальше. Никто не добивается успеха без ошибок. Просто его ошибками станут вновь чьи-то жизни. Струи холодной воды стекали по обнаженному телу Малфоя, а он лишь опирался руками на бело-голубого цвета кафель душа, приводя свои мысли в порядок. Поток новых образов умершей девочки всплывали в воображении, но он упорно не хотел представлять её живой. Всё. Тут уже ничем не поможешь. "Когда я решил заделаться в спасатели? Все этот гребанный Поттер..." На самом деле загадка была проста с самого начала. С точки зрения психологии, этот механизм назывался как "теневая сторона". Все это время Драко теперь не мог жертвенность и синдром спасателя Поттера, но только потому что не хотел того же принять в себе. Но карма та еще сучка, поэтому Малфой все же смирился с иронией судьбы, и решил играть по её правилам. По крайней мере пока ему это выгодно. После душа он чувствовал себя еще более уставшим и не был уверен, что хватит сил трансгрессировать без увечий, поэтому решил все же выпить небольшую чашку кофе, но прежде выйти во двор и покурить. Да, именно после Рождества в компании шрамоголового, Драко все таки написал письмо Блейзу, чтобы тот купил сигарет. Друг тактично не задавал лишних вопросов, что по определению чудо для мулата, и привз ему целый блок. Всякий раз, когда сигарета оказывалась у него между губ, он вспоминал тот момент с Поттером, когда они оба лежали в сугробе и герой рассказывал ему про крестного. В тот момент казалось, что дым, привкус огневиски и невероятно зеленого цвета глаза остались запечатлены в этой примитивной привычке к курению. Затушив сигарету, Малфой направился к источнику кофе, рядом с ним, он заметил и своего ненавистного наставника. Вид у того был неважный, брови нахмурены, а губы были изогнуты в ухмылке, что не предвещало ничего хорошего. - Ты еще не ушел? - Голос старшего целителя был ровный, лишенный всяких эмоций. - Хотел выпить кофе, чтобы трансгрессировать без осечек. Наставник вновь покосился на блондина и предложил свой стакан с нетронутым темным напитком. Удивленный Драко присел от подобной щедрости, но решил не отказываться от предложенного скромного дара, видя, что к нему еще не касались губами. "А из бутылки Поттера в Рождество запросто отхлебнул. Обманщик..." - Этой девочке пришлось аппарировать. Сошедшая сума мать бросилась на нее с ножом, решив, что та одержима, авроры приехали на вызов о шуме и обнаружили, что девочка жмётся в угол. - Он взглянул перед собой, как будто принял произошедшее и лишь поджал губы, продолжив рассказ. - Не знаю что уж там произошло в действительности, то ли ребенок испугался матери, то ли авроров, но трансгрессия у неё вышла фатальной. Переместилась на улицу, где тоже находились авроры. Вот такая вот история. - А мать девочки кто? - От чего-то Драко хотел знать имя матери, что решила напасть на своего ребенка, чем имя уже мертвой девочки. - Эбигейл Ричмонд. На этих словах наставник все же повернулся взглянуть на лицо студента. Кто бы что не говорил, но Барри редко ошибался в людях, от того и знал, какое выражение увидит на физиономии блондина. Шок и осознание всей трагедии случившегося. Драко, как и Барри, как и половина волшебной Британии знали эту женщину, как некогда добрую и застенчивую художницу портретов, некоторые из которых даже висели в Хогвартсе, но Малфой знал её совсем в другом смысле. Во время войны, безносый урод часто проводил воспитательные процедуры на тех, кто по его мнению сильно подрывали идеалы оного. Одним из представителей этих нарушителей стала чистокровная волшебница мисисс Ричмонд. Её проступок заключался в том, что та имела наглости выйти замуж за простого магла и родила от него дочь полукровку, которую успешно спрятала в другой стране на время войны. Увы, у самой Эбигейл, ровно как и у её мужа, уехать не вышло, поэтому ей пришлось заплатить за подобный грех в глазах мерзкого ублюдка, пережив несколько круциатусов и смерть мужа на глазах. Она лежала какое-то время в больнице, и было чудом, что сумела очнуться, но видимо что-то в её голове исчезло бесследно, раз она взялась за нож при виде дочери. - И где она сейчас? - Охрипшим голосом спросил целителя Малфой. - Оглушили и отправили в психиатрию, куда же ещё? На этих словах Драко лишь кивнул, безмолвно принимая все сказанное сидящим рядом с ним человеком. Казалось, что день хуже уже быть не может еще в операционной, когда начинающий врач смотрел на тело мертвого ребенка, но он сильно ошибся. - Дорогуша, - с каким то печальным снисхождением сказал наставник, - за все время, что ты еще проведешь здесь, случиться много дерьма, поэтому тебе нужно учиться справляться со своими эмоциями. - На что ученик лишь вернул взгляд учителю. - Да, на твоем лице все написано. Хочешь совет? Иди домой, поплачь, поспи и продолжай жить дальше. Ну... или уходи. Не думаю, что вариант с Мунго был последним в списке возможной работы, особенно у аристократа и наследника рода Малфой. "Проницательный черт, только он забыл добавить бывшего пожирателя и бедного аристократа". Драко не верилось, что он настолько читаем. В былое время все завидовали его poker face, ведь он учился у лучшего - Люциуса. Сейчас же бывший слизеринец чувствовал, как теряет последнее, что было в нем от отца. - Когда мне выходить на следующее дежурство? Этот вопрос Малфоя немного повеселил мужчину рядом, поэтому он откинулся на стул спиной и в спокойной манере ответил на этот смелый вопрос. - Я хочу поставить смены на две ночи с 23 по 25 декабря, Алмазик. Не будешь плакать, если придется отмечать Рождество в компании злого дядюшки Барри и прочих немощных в этом удивительном месте? - с веселым вызовом продолжал смотреть целитель. - Храню свои слезы на случай Вашего увольнения, сэр, - ядовито ответил слизеринец в пол голоса. На что Барри лишь рассмеялся. - Эх, Малфой, иди. Буду ждать в 8 p.m. двадцать третьего и пары не пропускай, - с этими словами наставник встал с насиженного стула и направился прочь. А уставший ученик сидел на прежнем месте, допивая кофе без молока и сахара, выжидая, когда вновь появятся силы на трансгрессию. *** Последующие два дня прошли в относительном покое, так как занятий было существенно меньше, как и домашних заданий по ним. «Еще бы, кто из них захотел бы в праздники читать заурядные рефераты начинающих целителей…» У Драко было время восстановиться после того утра в больнице, но все же его размышления не прекращались, вновь гадая, что же будет с несчастной женщиной, когда та, вновь придет в себя. Всякий раз, он осознавал, что она возможно, то что видели Авроры могла быть конечная версия Эбигейл. Сломанная. Спасало от частых воспоминаний о пытках и убийствах в меноре это то, что матушка решила обновить ремонт, немного меняя расположение вещей и цветовую гамму на что-то более мягкое и теплое. Пускай это место пережило много страданий, как чужих, так и хозяев, но это до сих пор оставался ИХ дом. Именно такими словами обычно возвращала Нарцисса своего, излишне отрешенного, сына, пока тот мог зациклиться на одном месте. Сама же леди Малфой держалась крайне достойно, с гордостью приняв решение Драко пойти в Мунго, а так же посещая министерство для поддержания тех дел, что оставил на себе Люциус. Многие считали, будто женщина в семье Малфой лишь изысканное, дорогое украшение, но кровь Блеков твердила, что это сильные духом и впечатляющие волшебницы, а потому хотелось поставить на место выскочек из Министерства, собирающихся отнять у семьи почти всё. Ради справедливости, стоит добавить, что все это опять таки происходило с участием главы семейства, который пусть и не так часто, но все же писал жене. Вопреки всему, что произошло… она его любила. Винила и злилась. Очень. Но все равно любила. Драко же отец не писал вовсе, но на то был официальный запрет от Аврората, потому все новости о состоянии Люциуса, он узнавал от матери. А по её словам, он был не сильно обрадован его решению относительно карьеры, но все же принял, так же часто спрашивал о самочувствии и успехах в новом для их рода деле. О себе старший Малфой писал по-минимуму, явно не желая тревожить и без того волнующуюся за него и семью любимую. Драко не хотел признавать, но начал привыкать к жизни без отца. Только самое главное, ему она нравилась. И именно эта догадка и внушала наследнику рода стыд перед матерью. Ведь та, определенно, удовлетворенной фактом заточения Люциуса в Азкабане, не выглядела. Тем не менее, пока они сидели за столом в гостиной, и вкушали обеденные блюда, женщина ни одним видом не подавала своей усталости. - Дорогой, может пригласишь друзей к нам на Новый год? - Нарцисса решила поднять этот вопрос, поскольку считала, что им не стоит прекращать взаимодействие с магическим сообществом. - Слышала Леди Забини собирается посетить в это время Италию, а Леди Паркинсон будет не против такого предложения. «А Панс даже спрашивать не надо, она и так заявиться в менор, даже если я на него вывешу растяжку со словами: «Уходи обратно»…» - Хорошо, я уточню у Блейза. Ты не могла бы пригласить в таком случае маму Панси? - Драко не желал спорить с матушкой, это последнее на почве чего стоит поднимать спор, к тому же её порадует вновь заниматься подготовкой к небольшому, но визиту. - Конечно, тогда от тебя буду ждать новостей от Блейза, - удовлетворительно кивнув, женщина принялась за еду. Вновь воцарилась комфортная для всех тишина, в которой можно было обдумать предстоящие события. Но спокойствие не длилось долго. Тем временем в гостиную ворвался ворох белого света, и оба хозяина немного растерялись, поскольку давно в их дом не забредал телесный патронус. Огромный и ловкий леопард остановился перед Малфоем и начал свою речь. - Ты нужен в Мунго сейчас. У нас ЧП, так что поторопись, красавица! - провозглосил уверенно-насмехающийся тон наставника. Драко распознал с первых секунд, что явно горделивый, опасный хищник мог принадлежать именно Зомбарду. Нарцисса с немым возмущением смотрела на подобную наглость волшебника, поскольку в её представлении - никто не мог называть её сына «красавицей». Женщина перевела свой взор на взрослого ребенка, который, с явным пониманием срочности дела, не стал заканчивать обед, а лишь недовольно скривив губы, потянулся к камину. Чудо магии заключалось в том, что через камин менора можно попасть в почти любой общественный камин Магической Британии, но не наооборот, от того Малфою приходилось порой рисковать, когда в особенно тяжелые смены он возвращался домой. Многие жили неподалеку, в магическом или магловском районах, где добираться до Мунго было куда быстрее и разнообразнее в способах. Однако Драко не смел оставить матушку одну, к тому это было пустым расточительством средств, которых пока не водилось в их семье. - Кто бы это ни был, передай, что бы в следующий раз соблюдал нормы приличия. Я не потерплю такого отношения. С этими словами, она подошла к сыну почти перед самым уходом и приобняла за плечи. Сейчас для них это действие было куда более привычным и частым, нежели в былое время. На этот жест, Малфой лишь улыбнулся и кивнул, намекая, что он может и скажет, но вероятность, что подобного не повториться- не гарантирует. - До встречи, мама! Последним, что он увидел в камине исчезающее лицо своей матери. А первым, что заметил прибыв в зал Мунго, это носящиеся по коридорам тележки с людьми. Буквально каждый сотрудник был при деле, поэтому безучастный Драко сильно контрастировал с местной средой. - Дорогуша, ты я смотрю не сильно торопился? - раздраженным тоном обратился Барри к блондину. - У этого нужно проверить внутренности на повреждения и возможные кровотечения, еще потребуется скрининг проклятий. Сначала внутренности, потом ищи проклятия - не напутай, я пока займусь следующим. С этими словами он подходил и к другим желторотикам, поясняя за то что предстоит делать. Если верить визуальным подсчетам Драко, то всего новоприбывших пациентов было в размере одиннадцати, что вызывало вопрос: «Что опять случилось в этой беспокойной стране?». Словно увидев его вопрошающий взгляд, медсестра решила просветить студента в обстоящую обстановку. Ловко накладывая диагностирующие чары, Малфой присоединялся и начинал сканировать органы лежащего перед ним мужчины на предмет внутренних кровотечений и повреждений. - Была облава в районе Энфилда, там находился лагерь, тех, кто пережил войну, - о существовании подобных Драко был вкурсе, там проживали волшебники, чьи дома были сожжены или разрушены Пожирателями, - так вот видимо оставшиеся последователи Сам Знаешь Кого решили закончить дело своего хозяина, - это слово она буквально выплюнула из себя, явно показывая свое отношение к этим людям. - По подсчетам, около четырнадцати пострадавших, хотя могло быть и больше, к счастью Авроры подоспели, - облегченно выдохнула девушка, закончив диагности и передавая информацию ответственному Малфою. - Пострадавшие только гражданские? - Его чутье буквально кричало, что в такой экстренной ситуации мог принять участие один самоотверженный гриффиндорец. - Насколько мне известно, да. Как я поняла нападающих было около шести, сейчас их пытаются поймать на горячем. Немного успокоив свою тревожную и подозрительную натуру, Драко принялся изучать волшебное состояние пациента. Закончив работу и назначив терапию, его стали звать и к другим пациентам с более тяжелым состоянием. В таком режиме пролетело 12 часов, после чего он уже еле стоял на ногах и понимал, что чашка кофе здесь не помощник и ему стоит остаться здесь и поспать пару часов перед следующей сменой. На часах красовалось 4:13 а.m. По идее оставалось еще почти четыре часа дежурства, но сил у блондина оставалось разве что упасть на кровать. Со стороны коридора возле регистрации послышался хлопок аппарации, который означал, что вероятно привезли еще одного несчастного. Никого рядом, кроме Малфоя, в коридоре не было, а потому он взял вновь на себя ответственность распорядиться лечением новоприбывшего. Увидев бывших однокурсников усталость и сонность будто сняло рукой, потому что паническим взглядом на него уставился младший Уизли и Финиган. - Малфой?! - Удивленно воскликнул Уизел, но Драко решил не обращать на него внимания, поскольку его глаза были прикованы к до боли знакомой лохматой макушке лежавшего на носилках человека за спинами авторов. Подойдя ближе, Драко понял, что зря не слушал свое шестое чувство. Потому что лохматые вихри принадлежали Поттеру. Его тело грудь, живот и руки были покрыты царапинами, а на голове красовались ссадины от ударов. Повреждения не значительные, но судя по тому, что Гарри был в отключке, то напрашивался вывод, что тот поймал парочку проклятий. - Потом обменяемся любезностями, Уизли, а сейчас скажи, какие проклятия в него попали? - Малфой с отточенными движениями и с бесспристрастным видом стал накладывать диагностические чары. - Ты шутишь? Считаешь, я доверю тебе жизнь Гарри? Если не хочешь угодить в Азкабан, то зови сюда кого нибудь! - Буквально проорал преданный друг Национального героя, в то время как Симус начал поспешно говорить. - Барти и Беддок кинули в него несколько проклятий, но я не успел уследить за тем какие пропустил Гарри, - Драко кивал на слова Симуса, пока тот туго, но соображал, что именно успел услышать. Рон же по прежнему яростно защищал своего друга от помощи блондина. Когда точка кипения возросла, Малфой все же решил ответить. - Если ты сейчас же не прекратишь препятствовать лечению, то этот придурок точно скончается, потому что почти все в этой больнице либо ушли, либо следят за больными, которых привезли вчера, - бывший слизеринец буквально впился ледяным от ярости взглядом в голубые глаза недовольного юноши. - Судя по всему на нем проклятия высшего уровня, которые предполагают истощение магического ядра, степенную слепоту и отмиранию клеток головного мозга. Пускай я бывший пожиратель, но именно поэтому я знаю чем любят пользоваться действующие пожиратели. Уйди с дороги, иначе я не поскуплюсь на проклятия! Рыжий уже хотел было ответить бывшему врагу, но тут в их разговор вмешался «покровитель» второго. - Что за шум? Мне казалось я работаю в Мунго, а не в театральном кружке, - Барри оценивающе оглядел новоприбывших. - Слава Мерлину, помогите, в него попали проклятия, а еще поца… - Поцарапал оборотень, да, я уже услышал все что требовалось, к тому же мой коллега верно оценил магическое воздействие проклятий на пациента, поэтому меня интересовало лишь ваше недовольство. - Я хотел лишь.. - Он потерял значительное количество крови, ему требуется кроветворное, на восстановление магического ядра потребуется почти два часа, думаю за это время я смогу разобраться и в попутных проклятиях, которые были наложены, - отчеканил Малфой, обращаясь к своему спасителю от тупизны Уизли. - Ожидайте или возвращаетесь в Аврорат, с остальным мы закончим и пошлем потронус с новостями о состоянии вашего напарника, мистер Уизли. - После чего, лишь ретировался с места забирая брюнетка и, поглощенного им же, блондина. *** Целитель Зомбадор, ровно как и Малфой не отходили от Героя Британии около четырех часов, влив в него с десяток восстанавливающих зелий, залечив все царапины, а так же работая над чарами, какого-то нового проклятия, вызывающего отказ конечностей. Среди существующих проклятий Драко о подобном не слышал, но был уверен, что Бэддок и Крауч вряд ли могли придумать нечто гениальное, поэтому отслеживая каждую реакцию организма на взаимодействие магического ядра, к которому и прицепилось проклятие, целители решили вызвать специалиста по чарам. Таким образом в течение четырех, а далее пяти и шести часов, над Поттером работало аж пять сотрудников Мунго. Пришлось привлечь узких специалистов по проклятиям и опытного зельевара. Удивительно, но несмотря на крайнее оживленное настроение уже всего персонала Святого Мунго собирать консилиум не пришлось, потому как проклятие удалось нейтрализовать рядом встречных чар, которые нужно было повторять просто несколько раз. После влитых в Героя Британии зелий и крайне истощённого магического состояния, ему предстояло просто отдохнуть и элементарно спать, потому и Драко решил сделать паузу в этом активном спасении задницы нерадивого аврора. На стуле у палаты по прежнему сидел Уизел, и кажется почти засыпал. Как бы порой бурно и импульсивно не вел себя этот рыжий засранец, но за Гарри он действительно сильно переживал, а потому и не хотел его отдать не в те руки. "Я лучше сам сдохну, чем это позволю Поттеру.." Мысль просто была в голове, никак не поясняя её мотивов. И все же сонный аврор знатно мешал при активном передвижении сотрудников Мунго, а потому его попросили уйти, как только сообщив, что состояние друга стало стабильным, и что ему сообщат как только он придет в себя. Убедившись, что с его напарником действительно все вошло в норму, он покинул больницу. А Малфой в свою очередь пошел заполнять бумаги пациентов относительно хода их лечений, выпив перед этим бодроперцового. После заполнение документов, уставший практикант уснул спустя пять часов работы и проснулся уже только в 7:36 p.m., когда многие из персонала уже отправлялись домой, чтобы встретить счастливое Рождество. Как было обещано, его наставник не покинул стены Мунго и передал ему еще несколько форм для заполнения, а еще, видимо в качестве рождественского чуда вручил ключи от лаборатории по зельям, где он сможет сворить новый запас основных рецептов. С счастливым, насколько оно могло быть, лицом, Драко еще раз заглянул в палату к Национальному Герою, и успокоившись, что тот еще спит ушел в лабораторию, рассудив, что зелья могут пригодиться быстрее, чем документы. А потому он еще какое то время изучал рецепт умиротворяющего зелья и хотел поработать над формулой так, чтобы оно не вызывало сонливости. Так незаметно в бурных расчётах и исследованиях, он не заметил, как пролетело еще два часа. Закончив с основными экземплярами, Малфой решил убедится, что Поттеру хуже не стало, но... в палате его не оказалось, у регистрации и в туалете тоже, после пары вопросов у медсестер, он понял, что никто не заметил, как выходил сам Спаситель Британии. Не придумав ничего лучше, он решил выглянуть в окно, которое выходило во внутренний двор Мунго и заметил до боли знакомую шевелюру. В диком негодовании он помчался наружу, чтобы высказать полоумному идиоту все что он о нем думает. И вот он уже вышел на снежный двор, который уютно подсвечивался теплым светом ламп и начал свою тираду, глядя на спину бывшего однокурсника. - Ты совсем ополоумел, или тебе может мало было двух проклятий, ты решил еще с пневмонией в Мунго полежать? Пускай, ты и Национальный герой, но поимей совесть, не вынуждай на свое лечение тратить столько времени, сил и зелий, а просто напиши на груди - не реанимировать! Гарри лишь удивленно поднял брови, оглядывая с толикой шока и восторга блондина стоящего перед ним. - Малфой? - еще раз обратив внимание на халат и и стопку бумаг, он пришел к очень тривиальному выводу. - Ты работаешь здесь? - Нет, просто люблю приходить и отчитывать героев-авроров, которые выскакивают зимой на улицу без теплой одежды, - саркастично ответил Драко на глупый вопрос, но увидев искреннее непонимание шрамоголового, все же ответил иначе. - О Мерлин, да, ну конечно я работаю, по халату и бейджу не заметно? Действительно, переместив стопку документов из одной руки в другую, брюнет наконец таки заметил тот самый бейджик, на котором было написано "Первый ассистент целителя Малфой Д.Л.". И тут случилась не иначе как лавина из эмоций на лице Поттера. - Так ты пошел в целители?! Черт, я долго пытался узнать где же ты решил продолжить обучение, но чтобы Мунго! Но почему? Это удивление Героя было неприятно Малфою, поэтому он чрезвычайно спокойным и надменным тоном ответил. - Это не твоего ума дело, - смерив холодным взглядом серых глаз, он отметил, - не ты один можешь приносить пользу и помогать другим. - Вместе с этими словами уже хотел покинуть двор, но не заметил, как быстро приблизился Поттер, схватив его за кисть. - Стой, я.. я не то хотел сказать, я скорее удивлен тому что именно это специальность. Ты можешь помогать и быть - чуть усмехнулся на этих словах, - полезным, просто мне казалось, что тебе будет интересна совсем другая работа, а не такая. Малфой удивленно смотрел на свою руку, которую до сих пор держал брюнет в крепкой хватке, а в голове подмечал, что между ними расстояние в метр. Несмотря на зиму и то, что Гарри был без верхней одежды, руки его были теплее, часто холодных ладоней Драко. Подобный контраст вызвал у светловолосого юноши странное ощущение. "Лихорадит что-ли?.." - Отпусти. На эту команду бывшего слизеринца, Гарри, как то виновато, отпустил руку, но отдаляться не стал. Лихорадка платинового принца чуть сошла. - Никто не знал, где ты учишься.. а письма почему-то до тебя не доходят, - лепетал герой, - просто если б я узнал раньше. то может не был бы так удивлен сейчас. - Ты мне писал? - Да-аа, хотел узнать, где ты учишься и пригласить на пару вечеринок однокурсников.. Я говорил с Блейзом пару раз на них, но он отказался отвечать на вопросы о тебе. Сказал: "Чем дольше ожидание, тем сладостнее вкус". - Придурок, - произнесли в голос юноши, на что усмехнулся Драко поймав ту же реакцию и у Гарри. - Тебе стоит надеть что-то, иначе ты действительно заболеешь. - Я наложил согревающее, так что не переживай, сейчас обновл.. - Совсем обалдел? У тебя было сильнейшее истощение, тебе нельзя колдовать хотя бы сутки, а в идеале трое.. - Драко поспешно накладывал согревающие чары на нерадивого пациента и продолжал отчитывать за халатное отношение к здоровью. - Спасибо. - Что? - Не понимая, за что его благодарит Поттер. - Спасибо, что помог, когда меня привезли. До этого мне приходилось сражаться с Пожирателями, но не в условиях заложников, - Гарри присел на скамейку возле елок и вновь его лицо обрело обреченный вид, - был выбор либо спасти детей и подставиться под удар, либо не спасать, но тем самым поймать Барти и Бэддока, но прежде они бы убили несчастных. - А тебя кто спасать будет? - Вместе с тем присел и Малфой адресовав ему вполне логичный вопрос. Но ответ у настоящего гриффиндорца все таки нашелся. - Ты, - с улыбкой произнес герой. "Да он должно быть шутит. Или.. серьезно?" Очаровательно. - Идиот, ты даже не представляешь сколько людей пришлось задействовать, чтобы вытащить тебя из предсмертного состояния. Прекрати рисковать при любом случае, учись искать как обойти этот риск, это сэкономит силы целителей и твое здоровье. - Говоришь, как Гермиона, она тоже часто обвиняет меня в том, что я иду в лоб, когда можно обхитрить оппонента. - Слушай подругу, Поттер, она уберегла тебя от многих сражений, пока вы скитались по лесу.. - задумчиво склонив голову, изрек блондин. Пожалуй сейчас его не оскорбляло сравнение с Грейнджер, а даже наоборот, он хотел, чтобы Гарри видел в нем кого-то, как она, хотя бы в чем то незначительном. - Я учусь, но мне это пока не дается так виртуозно, - ответил отличник по ЗоТИ из-за чего вновь понимал, что выигранная им и его друзьями битва это стечение удачных обстоятельств, а из самого пекла, его в реальности кто-то да спасал. - Тебе не обязательно самому участвовать, насколько мне известно Главный Аврор редко выбирается в рейды, - да, Драко уже знал, что Бруствер наверняка сделает его через год работы в аврорате - главой. - Это логично, ты наберешься опыта в более скоординированных операциях, а затем начнешь делегировать задачи другим. Гарри смотрел на Малфоя так, будто тот был единорогом. - Что? - спросил блондин. - Ты уже отвоевал в поле, а нашему министру твои героичные таланты нужны в структурах выше и хитрее. Надо ли говрить, что лицо Поттера отображало именно то, что он действительно о таком формате своей работы совсем не думал. "Мдаа, гриффиндор это диагноз". - Все равно, я не могу управлять теми, чью работу плохо знаю, так что, - герой вздохнул в небо и продолжил, - так что буду набираться опыта. "Как бы тебя не пришибли от этого, пока ты будешь его набираться". От всех этих мыслей кружилась голова и страшно хотелось курить, а потому Малфой не стесняясь достал пачку и вынул сигарету, на что получил вновь удивленный взгляд и... протянутую руку для сигареты. Бывший слизеринец, закатив глаза, передал таки пачку и зажигалку своему соседу. После чего воцарилась тишина в голове и на улице. Впервые за долгое время Драко не тревожило ничего, он просто расслабился, понимая, что одна из основных причин его волнений так же сидела и курила на пару с ним. Было удобно и уютно. Такие моменты были настолько редки, что хотелось их сохранить и пересматривать, когда особенно тяжело. Если судить по выражению лица, то и Поттер бы с ним солидарен, относительно умиротворённой обстановки. - Почему ты не идешь домой на Рождество? - Неожиданно спросил брюнет у Малфоя. - У меня ночное дежурство, так что я не буду его отмечать, - Гарри как то печально взглянул на собеседника, но не успел ничго сказать, потому что Драко продолжил, - а вот ты еще можешь уйти к Уизли, состояние твое нормализовалось, так что незачем твоей тушей занимать свободную койку. Уловив недовольство в голосе недо-друга, брюнет лишь улыбнулся и склонив голову к Драко спросил. - А ты бы хотел, чтобы я ушел? Драко испугался, словно его поймали с поличным, потому что как бы не было стыдно это признавать, но компания Гарри каким то чудесным образом давала ему совсем не знакомый, но приятный трепет, с которым не хотелось прощаться. Но лучше земля расколется, чем он признается в этом Поттеру. - С чего бы? - Смерив глазами знакомую фигуру, которую по всей видимости успел соорудить Поттер до его бурного появления, бывший слизеринец продолжил. - После тебя у меня останется приятная компания. Гарри рассмеялся, вспомнив, что нечто похожее сказал, когда-то сам, имея ввиду такого же снеговика. Драко лишь наколдовал тому лицо с морковкой и слизеринский шарф, от чего казалось, что снеговик действительно очень даже сыграет Национальному герою конкуренцию. В то время как Малфой не выдержав, тоже стал посмеиваться от этой ситуации. - Его выражение лица похоже напоминает Гойла в детстве, помню как однажды выпил оборотного зелья с его волосом, мне казалось, что я тогда останусь таким на всю жизнь. - Да-аа, помню, ты не поверишь какое удовольствие мне доставил тот момент, когда ты лично признал, что ты - худшее, что случалось с Хогвартсом.. - посмеиваясь поддержал Драко, на что получил новую улыбку Гарри и слова: "Так и знал". Они еще какое-то время сидели и вспоминали дурацкие моменты в Хогвартсе, которые тогда им казались невероятно важными и серьезными. Сейчас же это были лишь веселые воспоминания, где оба парня старались доказать друг другу свою правду. Малфой исправно возобновлял согревающие чары на Поттере и заметил, как время уже достигает полночи. В какой то момент двое мужчин вышли из верей Мунго прямо во двор, ими оказался Рон и Барри. - Алмазик, ты решил забить на обход и документы? Или мистеру Поттеру было жизненно необходимо составить компанию? - Ехидно отметил наставник, скрестив руки на груди, на что щеки Драко стали чуть краснее, чем до этого. А вот реакция Гарри на прозвище Малфоя показалась достаточно враждебной, но все же тот ничего не ответил, поскольку к нему подлетел лучший друг с расспросами о его самочувствии. Пока Малфой шел следом за своим учителем, Гарри смотрел в след уходящего блондина, вновь с глубокой тоской осознавая, что этот вечер окончен. Но ведь не на всегда, верно?