Когда лёд стал чужим

Глава 7. Квадбог Илья Малинин привык к тому, что его жизнь почти полностью проходит на льду. Для него это было так же естественно, как для других людей ходить в школу или университет. Он вырос среди катков, холодного воздуха, звука лезвий и разговоров о прыжках, которые обычному человеку могли показаться чем-то непонятным. Его родители, Татьяна Малинина и Роман Скорняков, сами когда-то были фигуристами. Поэтому в их доме фигурное катание не было просто спортом — это была часть семьи. Часть разговоров за столом, часть планов на неделю, часть воспоминаний. Илья часто говорил, что он буквально вырос на льду. Когда другие дети только учились кататься, он уже проводил на катке часы, наблюдая за тренировками старших спортсменов. Сначала просто смотрел, потом начал пробовать сам. У него было редкое сочетание — талант и огромное упрямство. Если он видел элемент, который казался сложным, он не уходил со льда, пока хотя бы немного не приблизится к тому, чтобы его сделать. Его родители сначала наблюдали за этим спокойно. Они знали, что в фигурном катании важно не давить на ребенка слишком рано. Но со временем стало очевидно, что Илья не просто занимается — он живет этим. Позже к их тренировочной команде присоединился Рафаэль Арутюнян. Опытный тренер, который видел десятки сильных спортсменов. Он сразу заметил, что у Ильи есть что-то особенное — не только техника прыжков, но и способность чувствовать программу. Сам Илья всегда говорил, что фигурное катание для него — это не только прыжки. Да, четверные — это его визитная карточка. Да, он любит сложность, любит ощущение, когда прыжок получается идеально. Но не меньше он любил сам прокат. Музыку. Историю программы. То, как можно прожить несколько минут на льду так, будто это маленький спектакль. Именно поэтому его выступления часто обсуждали не только из-за технической сложности, но и из-за артистизма. И конечно, из-за прыжков. Он действительно прыгал почти все четверные, которые существовали. И делал это так спокойно, будто это обычные элементы. Иногда даже казалось, что для него это просто игра. А потом появилось еще и сальто. Этот элемент долго считался почти запретным для фигурного катания. Но когда правила немного изменились, Илья решил попробовать. Сначала на тренировках, потом в шоу-программах. И у него получилось. Фанаты начали сходить с ума от таких вещей. Видео его прокатов разлетались по интернету, обсуждения не прекращались неделями. Кто-то называл его сумасшедшим в хорошем смысле, кто-то говорил, что он меняет саму границу возможного в фигурном катании. А фанаты дали ему прозвище. Квадбог. Сначала Илья немного смущался, когда слышал это. Но потом привык. В этом прозвище не было злости — наоборот, это была смесь восхищения и шутки. На соревнованиях ему тоже часто кидали игрушки. Темных драконов с зелеными глазами — Ночных фурий из мультфильма «Как приручить дракона». Фанаты решили, что это символично. Черный дракон, который летает быстро и мощно. Илья иногда собирал эти игрушки после прокатов и ставил их в комнате рядом с медалями. Но несмотря на всю известность, он оставался довольно простым человеком. Любил играть в видеоигры, иногда стримил Fortnite, общался с фанатами в интернете, мог спокойно гулять по городу без особой охраны. В его жизни была и еще одна важная часть — младшая сестра. Лиза. Ей было восемь лет, и она тоже занималась фигурным катанием. Пока что только училась, прыгала двойные прыжки, иногда падала и иногда плакала после тренировок. Илья относился к ней очень мягко. Иногда приходил на каток, когда у нее были занятия, и наблюдал со стороны. Лиза всегда старалась прыгать чуть выше, чуть сильнее, когда знала, что брат смотрит. Он никогда не давил на нее. Просто иногда говорил: — Нормально. Еще раз попробуй. Для Лизы он был почти супергероем. Человеком, который может прыгать прыжки, о которых другие только читают в интернете. Но сам Илья не считал себя таким. Он просто делал то, что любил. И однажды, в сезоне 2023–2024, он увидел прокат, который его удивил. Это был обычный вечер. Он листал видео с соревнований, иногда смотрел прокаты других фигуристов. Так он часто делал — не только ради интереса, но и чтобы учиться. Смотреть, как кто-то строит программу, как выходит на элемент, как работает с музыкой. И тогда он увидел ее. Софию Исакову. Сначала он просто заметил, что девушка прыгает четверные. Это уже было редкостью. Женское фигурное катание только начинало осваивать такие элементы. Он продолжил смотреть. Один прыжок. Второй. Третий. Он чуть нахмурился, пытаясь понять, не кажется ли ему. А потом увидел попытку четверного акселя. И замер. Этот прыжок был почти легендой. Даже среди мужчин его делали единицы. Для девушек он долго считался невозможным. Но София разогналась, сделала толчок… И приземлила. Не идеально, но чисто. Илья пересмотрел этот момент несколько раз подряд. Он понимал, насколько это сложно. Понимал, сколько лет нужно тренироваться, чтобы хотя бы приблизиться к такому прыжку. И ему стало по-настоящему интересно. Он нашел ее страницу в Instagram и написал короткое сообщение с поздравлением. Просто потому что считал, что это заслуживает уважения. Он не ожидал ответа. Но ответ пришел. После этого они иногда переписывались. Не часто. Скорее короткими сообщениями — поздравления с удачными стартами, иногда вопросы по технике. Илья мог спросить, как она делает какой-то заход на прыжок или как лучше выехать из определенного вращения. Он всегда старался писать немного. Потому что боялся надоесть. И еще потому что понимал — она девушка, у нее свои дела, свои тренировки, своя жизнь. Но внутри он продолжал восхищаться ею как спортсменкой. Не каждый человек может прыгнуть такие элементы и при этом оставаться спокойным, собранным, сильным. Когда появилась новость о том, что Софию не поставили в заявку на олимпийский отбор, Илья сначала подумал, что это ошибка. Он видел ее результаты. Видел ее прокаты. Для него это казалось логичным — она должна ехать. Но новость оказалась правдой. Он прочитал несколько статей, посмотрел комментарии экспертов. Многие были удивлены, некоторые возмущены. Он просто сидел перед экраном и думал. Ему было странно. И немного грустно. Потому что сам он, скорее всего, поедет на Олимпиаду 2026. Для него это уже почти решенный вопрос. И поэтому он понимал, насколько больно должно быть человеку, который шел к этой цели столько лет. Его родители тоже слышали об этой истории. Они не следили за Софией так внимательно, как он, но тоже знали, что она очень сильная фигуристка. — Странное решение, — сказала однажды его мама. — Да, — ответил он. Но писать Софии он не стал. Он долго думал об этом. Даже несколько раз открывал их переписку. Но каждый раз закрывал. Потому что понимал: любые слова сейчас могут звучать глупо. Сочувствие иногда ранит сильнее, чем молчание. Поэтому он решил просто подождать. Прошло несколько недель. Потом еще. В интернете начали появляться слухи. Кто-то писал, что она может закончить карьеру. Кто-то говорил, что она ищет новый штаб. Илья иногда читал эти обсуждения и надеялся, что она не уйдет. Потому что такие спортсмены не должны исчезать. А потом однажды он увидел новость. Фотографии. София гуляет по Вирджинии. Он сначала даже не поверил. Потому что Вирджиния — это его город. Место, где он живет, тренируется, где знает почти каждую улицу. Совпадение было настолько странным, что он несколько минут просто смотрел на экран. А потом написал ей. Просто предложил встретиться. Когда она согласилась, он немного нервничал. Хотя сам не мог объяснить почему. Перед встречей он даже думал, о чем будет говорить. Он решил одну важную вещь. Не показывать, насколько он восхищается ее катанием. Не превращать разговор в обсуждение фигурного катания. И точно не спрашивать о том, что случилось с заявкой. Слишком рано. Он понимал, что это больная тема. Поэтому когда они встретились в парке, он просто улыбнулся и сказал обычное «привет». И дальше все пошло довольно естественно. Они гуляли, разговаривали, иногда смеялись. Она была тихой. Намного тише, чем он ожидал. Иногда отвечала коротко, иногда просто слушала. Но ему это нравилось. Потому что рядом с ней не было ощущения соревнования, сравнения, давления. Было просто спокойное общение. Илья понимал, что эта встреча может быть просто случайным эпизодом. Возможно, она уедет через неделю, и они больше не увидятся. Но ему хотелось хотя бы немного узнать ее как человека. Не как фигуристку. Не как спортсменку, которая прыгнула четверной аксель. А просто как Софию. И именно поэтому, когда она уехала на такси, он написал ей сообщение. Чтобы убедиться, что она добралась. И чтобы, возможно, встретиться еще раз.