Селфхарм I

Неделями они жили в этом странном симбиозе. Маэдрос читал «Сильмариллион» в своей комнате, а Мелькор — на кухне, всё так же не отрывая руки от конфорки. Но затишье кончилось, когда Темный Вала нашел в сети «залежи» человеческого творчества. — Эй, Майтимо, иди-ка сюда, — позвал Мелькор. Он был бледным, с лихорадочно блестящими глазами, но голос его дрожал от паскудного, ядовитого веселья, от которого у Маэдроса по спине пробежал холодок. — Тут смертные дописали то, о чем твой Профессор скромно промолчал. Послушай-ка... Маэдрос подошел, хмуро глядя в монитор. Мелькор, кривя губы в издевательской ухмылке, начал зачитывать вслух. Это был слэш. Густой, потный, детальный текст о нем и Фингоне. — «Финдекано прижал его к скале, и его пальцы, знавшие лишь холод меча, теперь жадно сминали медь волос Маэдроса...» — Мелькор смаковал каждое слово, подмигивая эльфу. — «...он вошел в него рывком, заставляя забыть о боли Ангбанда в огне этого соития...» В глазах Маэдроса упала плотная темная пелена. Осквернение памяти о друге, превращение их трагедии в грязную фантазию в устах врага — это было за гранью. Гнев, копившийся эпохи, рванул наружу черным пламенем. Он не помнил, как схватил тяжелый кухонный стул. Стул сломался быстро, разлетевшись на куски после пары ударов. Когда сознание вернулось, Маэдрос стоял посреди кухни, тяжело дыша. Мелькор валялся в углу, весь в синяках и ссадинах, в крови, но без серьезных переломов. Из его тела, в самом унизительном месте, торчал окровавленный обломок ножки стула. Маэдрос замер, глядя на дело своих рук. Лютый, обжигающий стыд накрыл его с головой. Он помнил удары, помнил щепки, но этот финальный штрих... — Ты... — выдохнул он, чувствуя, как тошнота подступает к горлу. — Ты что, настолько вдохновился этим бредом? Сам в себя это запихал, пока я тебя бил?! Мелькор, морщась от боли, начал медленно и осторожно извлекать из себя деревяшку. Несмотря на жалкий вид, он нашел в себе силы паскудно ухмыльнуться, глядя на ошарашенного эльфа. — Это не я, Майтимо... — он закашлялся, сплевывая кровь, но продолжил издевательски блестеть глазами. — Это сделал ты. Ох, как ты меня приложил... Прям как вот в том другом фике, где вы с Маглором развлекались... Какая экспрессия, эльф. Какая глубина погружения в образ. Не знал, что ты такой затейник. Маэдрос пошатнулся. Ему было стыдно до того, что хотелось содрать с себя кожу. Быть объектом насмешек Моргота после такого... это было за пределом. — Заткнись, — процедил он, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. Больше бить его он не мог — стыд сковывал руки. — Про тебя тоже пишут порнофанфики, я тебе найду! Например, с Тулкасом. Посмотрим, как ты запоешь, когда я зачитаю тебе твои приключения. Не извинившись и не оборачиваясь, он быстрым шагом вышел из кухни, стремясь поскорее скрыться в своей комнате и начать «мстить» через поисковую строку.