Мой любимый учитель Чон

      — Ёнхи, птенчик, ну не дуйся, ну потерпи ещё немного. Скоро всё закончится и я обещаю, что свожу тебя за границу и вообще, куда только не пожелаешь, — крепко обнимая парня, произносит мужчина.       — Субин, ты только обещаешь, я это слышу не в первый раз. У тебя постоянно какие-то отговорки, — обиженно дует губы красивый, парнишка-блондин.       — Ну что значит отговорки, солнышко. Ты же знаешь, сейчас нельзя рисковать, до выборов осталось совсем немного времени. Как только я стану президентом, и в моих руках будет больше полномочий, всё изменится. Конечно, мы не будем жить, как семейная пара, но мир я тебе покажу. Мы побываем с тобой во всех уголках мира, как ты и мечтаешь, — говорит мужчина, целуя руки парня.       — Ты так уверен в своей победе? — вздёрнув надменно бровь, спрашивает молодой человек.       — Абсолютно. Уверен на сто процентов. Субин Чхве всегда добивается поставленных целей! Ёнхи, любимый, никогда не сомневайся во мне. Скоро я положу эту страну к твоим ногам, сделав тебя её негласным принцем… И ещё, запомни, что всё что я сейчас делаю это только для тебя и ради тебя. Ты не представляешь, мой птенчик, как я счастлив, что хотя бы на склоне лет, обрёл любовь в твоём лице. Только сейчас я понял, что значит любить, дорожить и тонуть с головой в человеке, — Чхве тянется для поцелуя, но парень увернувшись, отходит от него.       — Да, поэтому изменяешь мне направо и налево, выискивая красивых мальчиков, на каждом мероприятии, которые посещаешь.       — Любимый мой птенчик, ну ты же знаешь, какой у тебя папочка, и какие грязные у него предпочтения в сексе. Папочка не хочет обижать и делать больно своему солнышку, поэтому и использует для своих извращений одноразовых мальчиков. А ты у меня только для ласки и нежности, — снова подходит к парню Чхве, стараясь взять того за руку.       — Ладно. Не хочу ничего больше слышать не о мальчиках, не об извращениях. Всё Субин тебе пора, я тоже опаздываю, через полчаса такси приедет, а я ещё не собран — с брезгливостью отдёргивая руку и направляясь к гардеробу, произносит Ёнхи.       Чхве словно не замечает, перекошенного от отвращения лица парня:       — Птенчик поцелуй меня. Я как представлю, что ты на целую неделю меня оставляешь, прям от ревности весь сгораю.       — Субин, прекрати, ты прекрасно знаешь, что я тебе верен. Мне с лихвой хватило твоего красочного объяснения, что меня будет ожидать в случае измены.       — Ну не делай из меня монстра, птенчик, — наигранно обижаясь.       — Я и не делаю. Субин, ты и есть монстр, и ты прекрасно это знаешь.       — Ну-ну не будем углубляться в эту тему, не хочу ссориться перед твоим отъездом, — мужчина подходит к парню и взяв его за подбородок, начинает настойчиво целовать.       — Люблю тебя, мой птенчик. Отдохни там хорошо и возвращайся в отличном настроении, а то в последнее время ты ведёшь себя несносно, — Чхве разворачивается и направляется в сторону выхода.       Когда за мужчиной закрывается дверь, парень с отвращением вытирает губы, и тихо сползая спиной по дверце шкафа, опускается на пол. Уткнувшись лбом в колени и смахивая подступившие слёзы, тихо еле шевеля губами, произносит:        — Не-на-ви-жу…

***

      Как и планировалось, все новогодние праздники, парни провели в Канвондо на горнолыжном курорте. Новогоднюю ночь Тэ и Гук отмечали вдвоём в номере своего президентского Люкса. Видя подавленное настроение любимого мужчины, Тэхён отказался от столика в ресторане, предпочтя заказать бутылку шампанского и различные закуски в номер.       Удобно устроившись перед огромной плазмой в гостиной комнате, парни потягивали вино и смотрели развлекательные шоу. Когда с закусками и шампанским было покончено, перешли в спальню, где до самого утра дарили друг другу жаркие поцелуи, чувственные ласки и знойные объятия.       Через два дня к парням присоединились Юнги и Чимин, а следом за ними приехал и Джин. Целыми днями Тэхён, Чимин и Сокджин пропадали на горнолыжных склонах, Чон же с Мином предпочитали отдыхать в бильярдном Бар-клубе. Полностью вся компания собиралась за обедом и ужином, обсуждая прошедший день. Иногда парни вечерами ходили в Ночной клуб, чтобы выпить и потанцевать.       После отдыха, жизнь парней вернулась в своё привычное русло, все занялись своими прямыми обязанностями, с трудом вливаясь в рабочий процесс. По окончании первой трудовой недели, в пятницу, на стоянку университета, въехал кортеж из семи чёрных автомобилей люкс-класса. Тэхён в это время спускающийся по главной лестнице, широко выпучив глаза, быстрым шагом направился в сторону машин. Все студенты находящиеся в это время во дворе университета, свернули от любопытства головы, наблюдая за источающим богатство, лоск и престиж, шествием. Когда Ким приблизился к процессии, из одного из автомобилей вышел парень и пригласил Тэ, сказав, что мистер Чон находится здесь.       — Чонгук, ну и что это за демонстрация? Что обо мне дети подумают, да и не только дети, ну и персонал университета. Скажут профессор Ким связался с мафиозным кланом. Ну ты чего? — закатывает глаза Тэхён.       — Малыш, во-первых, машины представительского класса необязательно означают принадлежность к мафии. Во вторых, моё положение в обществе накладывает на меня некоторые негласные правила этикета. Я не могу позволить себе разъезжать по городу без охраны и не только потому, что положение обязывает, а элементарно потому, что являюсь очень желанной мишенью для многих недругов, а их предостаточно. Ты же не хочешь стать в столь юном возрасте вдовцом? — улыбаясь, Чон притягивает Кима к себе и целует в щёку.       — Бр-р, Гуки, не произноси даже в шутку такое. И вообще, вдовцами становятся, если пара состоит в супружеских отношениях, а мы с тобой просто… пара, — Тэхён обнимает мужчину одной рукой за талию и укладывает голову на плечо, прикрыв глаза.       — Устал? — целуя Тэ в макушку, спрашивает Чон.       — Так, немного. Тяжело, после длительного перерыва, возвращаться на работу.       — Я тебя прекрасно понимаю, мой родной, — Гук прижимает сильнее парня к себе, — Тэ, ты не будешь против, если мы сейчас отправимся кое к кому в гости?       — К кому? — удивляется Ким.       — К человеку, который очень хочет с тобой познакомиться. Я думаю вы понравитесь друг другу.       — Ну хорошо, поехали… — соглашается Ким.       По дороге Чон попросил остановиться возле цветочного магазина, где купил роскошный букет алых роз.       Спустя полчаса, кортеж въехал на территорию шикарного, в классическом стиле, особняка.       — Чонгук, наконец-то, я собиралась уже звонить, — навстречу вошедшим в особняк парням, быстрым шагом приближалась миловидная, миниатюрная женщина.       Подойдя к Чону, госпожа с теплотой обняла его и поцеловала в щеку.       — Лиен извини, но сама знаешь, вечер пятницы, на дорогах коллапс, — обнимая в ответ, произносит Гук, вручая женщине букет.       — О-о какая прелесть, спасибо Гуки, — вдыхая тонкий аромат роз, смешанный с морозной свежестью улицы, улыбается госпожа.       — Лиен познакомься, это мой любимый человек, Ким Тэхён. Тэ познакомься тоже, это Лиен Чхве, наш земной ангел хранитель.       — Чонгук перестань, иначе мои щёки сейчас сравняются по цвету с этими розами, — смеётся Лиен, передавая букет прислуге.       — Тэхён, я очень рада с тобой познакомиться. Не сочти за лесть, но ты и впрямь божественно красив, теперь я понимаю Гука. В тебя невозможно не влюбиться, ты словно произведение искусства, которое хочется разглядывать снова и снова, каждый раз, открывая для себя, всё новые грани твоей красоты. Потрясающе!!!       Пунцового цвета Ким весь сжался под пристальным взглядом женщины, непроизвольно, как маленький ребёнок, прячась за спиной Чона. Заметив смущение парня, Лиен поспешила исправить ситуацию:       — Прости, прости меня Тэ, я не хотела поставить тебя в неудобное положение, —  Женщина подошла к парню и взяв его за руку, продолжила:        — Иногда я бываю слишком прямолинейной, что вижу, то и говорю. Надеюсь, ты на меня не обиделся?       — Нет, конечно, на комплименты не обижаются, просто неудобно, — лепечет Ким.       — Ну вот и хорошо, а теперь давайте пройдём в гостиную, — говорит Лиен, приглашающим жестом показывая, куда нужно идти.       — Ну ты чего так засмущался, родной? Я разве никогда не говорил тебе, что ты умопомрачительно красив? — спрашивает Чон, приобнимая парня за плечи и целуя в висок, когда они остаются наедине, а Лиен, сославшись на то, что ей нужно дать некоторые распоряжения насчёт ужина, уходит.       — Слышать такие слова от тебя, это одно, а когда такое говорит посторонний человек, это как-то неудобно — отвечает Тэ, ближе прижимаясь к любимому.       Из прихожей раздаётся звонок, оповещая о чьём-то приходе, затем слышаться чьи-то приглушённые голоса, а через несколько секунд на пороге гостиной, появляются Лиен под руку с высоким, седовласым мужчиной.       — Чонгук, Тэхён прошу познакомиться Богом Сухо, человек, который властвует в моём сердце и который является моей опорой и стеной, защищающей от всех невзгод, — глядя с теплотой на спутника, произносит Лиен.       До этого сидящие на диване парни, встают и кланяются в почтительном поклоне старшему мужчине.       — Гуки вижу твоё удивление и немой вопрос в глазах, — смеётся госпожа Чхве, — всё расскажу за ужином, а сейчас давайте пройдём в столовую, там уже накрыли стол.       Как и обещала, за трапезой Лиен поведала, что Богом и есть тот самый полицейский, который помогал ей в поисках Чонгука. Что поначалу между ними были сугубо деловые отношения, которые со временем переросли в нечто большее.       — Я очень долго отвергала эти чувства, считая, что, как замужняя женщина, пусть хоть и просто на бумаге, не имею на это право. Но физиология и природа требовали своё, ведь на тот момент мне было чуть больше двадцати. А как я уже говорила, с Субином мы оставались супругами только на бумаге, поэтому ни о чём не думая больше, я с головой окунулась в водоворот наших чувств с Богомом. О чём, кстати, ни разу не пожалела.       Мужчина, до этого с обожанием смотрящий на Лиен, широко улыбнулся и взяв руку женщины, запечатлел на ней трепетный поцелуй:        — Спасибо, дорогая.       Мадам, улыбнувшись в ответ своему возлюбленному, продолжила, обращаясь к Чону:       — Благодаря Богому, я смогла пережить твоё исчезновение, твою смерть. Он очень сильно меня поддержал в то время, не дав снова уйти в депрессию.       Тэхён сидел, лупал глазами и ничего не понимал, «Какие поиски? Какая смерть? Что вообще происходит?»       Чонгук не рассказал Тэ, о том, что узнал о своём рождении. Почему-то не находил в себе сил, ему не хотелось вновь показаться слабым перед парнем. Он и так ругал себя за то, что не смог справиться с эмоциями, в вечер, когда узнал правду о своих родителях, разрыдавшись на груди Тэхёна.       Когда ужин закончился, Богом предложил Чонгуку пройти в курительную комнату и выпить по бокалу виски. А Лиен взяв под руку Кима, со словами, что им нужно поговорить, повела парня в домашнюю оранжерею.       Прогуливаясь между зелёных лиан и экзотических растений, госпожа Чхве, сказав, что об этом попросил её Чон, поведала историю рождения Гука.       — Ынха… Ынха — задумчиво повторял Тэхён, услышав имя мамы Чона.       — Да, Ынха. Довольно распространённое имя в Корее, а что, что-то не так? — удивлённо глядя на парня.       — Нет нет, простите, продолжайте пожалуйста. И Лиен продолжила… После рассказав, о том, что это она причастна к тому, что Тэ исключили из школы и переезду в другой конец города. Шокированный парень сидел, уставившись в одну точку и когда Лиен закончила свой рассказ, произнёс:       — Теперь мне всё стало предельно ясно. Почему папа так спешил покинуть ту квартиру, почему никогда мне об этом не рассказывал, он просто не мог понять, как это, эксплуатировать детей для секс-услуг. Ему было стыдно даже подумать о таком, не то чтобы мне рассказать. Спасибо Вам, Лиен, возможно, рассказав отцу о том, что творит директор Ли на пару с Чхве, вы этим самым спасли мне жизнь…       — Возможно… Знаешь, Тэ, я счастлива, что хотя бы одну жизнь спасла от ужасной трагедии, что не скажешь о жизни Чонгука и многих многих других ребят. Чхве страшный человек, которому место за решёткой, но если честно, я бы всей душой и всем сердцем хотела, чтобы он просто исчез. Исчез раз и навсегда.       В оранжерее повисла тишина.       — Тэхён, хочу тебя попросить… Поддержи Чонгука, ему сейчас очень тяжело. Мы даже и минимума не можем почувствовать, что чувствует он. И единственный человек, который ему может помочь с этим справиться, это ты. То, что он безумно любит тебя, видно невооружённым глазом, то, с каким обожанием, с каким трепетом и лаской он смотрит на тебя, дорогого стоит. Поэтому прошу, чтобы Чонгук ни решил относительно Чхве, поддержи его, будь с ним рядом. Вместе вы сможете справиться со всеми невзгодами, а я с удовольствием буду вам помогать, — улыбаясь красивой, белоснежной улыбкой, произносит женщина.       — Знаете, я всегда был и буду противником насилия и унижения над людьми, а уж тем более над детьми. Но иногда, мне кажется, можно и нужно делать исключения… И я думаю, как раз таки Чхве входит в это исключение.       — Я рада, что мы с тобой поняли друг друга, Тэ. Спасибо. Ну а сейчас нам пора возвращаться, наверно наши половинки по нам соскучились.       Вернувшись в гостиную, компания, ещё какое-то время беседовала на разные темы, попивая терпкое вино.       По дороге домой, Тэхён, не обращая внимания на охрану, залез на колени к Чону и со всей на какую только был способен страстью, целовал любимые, родные губы, стараясь через поцелуй, передать, как сильно любит и дорожит их отношениями.       — Малыш ты меня задушишь — смеётся в поцелуй мужчина, обнимая за талию своего тигрёнка.       — Оу, мне прекратить? Мистера Чона, что-то не устраивает? — наигранно удивляется Тэ, пытаясь сфокусировать одурманенный алкоголем взгляд.       — Нет-нет, мистеру Чону всё нравится, продолжайте. Просто мне интересно, а куда подевалась монашка Ким, что стало с бедной послушницей и почему на её месте сидит распутный мальчик и трахает мой рот своим языком? — шепчет в самое ухо Чонгук, улыбаясь.       Тэхён фыркает от смеха:       — Тут твоя монашка, просто спряталась глубоко внутри, кажется, последний бокал вина был лишним для неё, чего-то меня развезло.       После этих слов парень,положив голову на плечо Гука, утыкается носом в пульсирующую жилку на шее мужчины и прикрывает глаза. Как они доезжают до дома, Ким не помнит, потому что уснул на руках Чонгука.       Проснувшись ближе к обеду, Тэхён обнаружил себя в кровати Чона одетым в одни боксеры. Похмелья не было, только голова немного побаливала. Пройдя к себе в комнату, парень принял душ и привёл себя в порядок, после чего спустился вниз, сразу направившись в кабинет любимого. Как и предполагал Ким, Чонгук сидел в своём кабинете и обложившись бумагами, работал.       — Доброе утро! — прошлёпав босыми ногами по паркету, Тэ подошёл к мужчине и оставив невесомый поцелуй в висок, направился к креслу-качалке у окна.       — Обед уже скоро, соня, — отрывая взгляд от документов и с улыбкой глядя на Кима, посмеивается Чонгук.       — Сегодня выходной, имею полное право. Я же не как некоторые, не успеют глаза продрать, бегут работать, как дождевой червяк, зарывшись в бумагах, — тихо раскачиваясь в кресле, смеется Тэ.       — Отлично, ещё и года не прошло, как мы встречаемся, а я уже стал для тебя червяком, — ухмыляется Чон — Малыш, прошу, слезь с этого кресла, после последнего раза, который мы провели в нём, ты сбиваешь меня с рабочего настроя, и мои мозги начинают слишком много фантазировать.       — Я бы с удовольствием посмотрел на эти фантазии, но боюсь, выходные тогда пройдут в спальне, и Пак мой лучший друг Чимин, устроит мне взбучку:       «Тэхёна твою мать, когда ты уже натрахаешься со своим Чоном? Сколько можно? Два ненасытных маньяка.» — Передразнивая друга, смеётся Ким и встав с кресла направляется на выход.       — Пойду что-нибудь поем, Гука не засиживайся пожалуйста, мне скучно без тебя.       — Родной, полчасика и я весь твой — кричит вдогонку Чон, когда за Тэ закрывается дверь.       Ближе к вечеру Чонгуку позвонил Намджун, приглашая их с Тэ, в закрытый элитный клуб «Golden Lion», чтобы провести вечер в кругу близких друзей. Чон соглашается, так как из-за сложившихся обстоятельств видеться с Намом получается очень редко.       Подъехав к клубу, Чонгук отпускает машины с водителем и охраной, оставив с собой только двух парней. Проигнорировав главный вход, Чон, взяв Тэ за руку, повёл парня в торец здания, сказав, что это вход для Vip-персон. Не успевают парни подойти к двери, как та открывается и на пороге появляется бугаеподобного вида амбал, окинув пришедших взглядом, он сразу же склоняет голову:       — Господин Чон, добрый вечер, добро пожаловать!       Чонгук, кивнув в знак приветствия и сжав руку Кима сильнее, заходит в здание.       — Тебя все и везде знают? Такое ощущение, что мой бойфренд какая-то суперзвезда, — шепчет Тэ, идя следом за Чоном.       — Я бывал здесь несколько раз, а вообще в Vip-заведениях, секьюрити должны знать в лицо всех особых гостей.       — Да, всё ясно, особый гость… Короче мафия, я понял…       — Малыш, ты пересмотрел детективов, — смеётся Чонгук, глядя на растерянно озирающегося по сторонам Тэ.       Амбал провожает парней в отдельную от общего зала комнату, где собралась уже вся компания: Чимин с Юнги, Тэона с Хоби и Намджун с Сокджином. Парни приветствуют друг друга рассаживаясь на мягкие кожаные диванчики, расставленные вокруг большого стола, заставленного различными закусками и разнообразным алкоголем.       — Тэшечка, пойдём потанцуем, Джина, Тэя вы с нами, — зовёт Чимин друзей, после двух бокалов коктейля.       — О я с удовольствием, — поднимаясь с дивана, отзывается раскрасневшийся от выпивки Джин.       — Я тоже с вами, — присоединяется к парням Тэхён, — Тэона, а ты чего молчишь?       — Ребята, извините, но я должна уехать. Няня Леи прислала смс, что дочка распсиховалась, не хочет ложиться без меня спать. Было приятно вас всех увидеть. Надеюсь, в следующий раз получится посидеть с вами подольше, — извиняется девушка, что-то быстро печатая в телефоне.       Парни, попрощавшись с подругой, идут на танцпол.

***

      — Ёнхи, птенчик, ты где?       — Отдыхаю.       — А почему мне не сказал, я бы тоже к тебе присоединился. Птенчик, я так соскучился. Мы с тобой почти неделю не виделись, папочка так хочет своего непослушного лисёнка.       — Лисёнок отдыхает и не хочет никаких папочек. Завтра встретимся. Адьёс.

***

      — Тэхён? Ким Тэхён? — слышит Тэ сзади, когда, выйдя из туалета, направлялся вновь на танцпол.       Обернувшись, Ким видит подходящего к нему парня со смутно знакомым лицом.       — Простите? — пытаясь припомнить, где мог видеть этого незнакомца, спрашивает Тэ.       Видя непонимание в глазах напротив, парень протягивает руку:       — Чон Ёнхи, мы встречались с Вами на вечере у Ким Ванхо, я ещё тогда Вам визитку свою дал, просил позвонить.       — Да-а? Точно, вспомнил. Здравствуйте, — улыбается Ким.       Ёнхи не зная, что сказать, спрашивает:       — А Вы здесь один?       — Я? Нет! Мы с друзьями. Вы простите, мне пора, а то меня потеряют, — с извиняющимся видом, произносит Тэ.       — Ох, да конечно, не смею задерживать. Был рад Вас увидеть Тэхён. Может встретимся на танцполе? — кланяется парень, вопросительно глядя в глаза Кима.       Тэхён кивает в ответ и идёт к друзьям.       — Тэшечка, ну ты куда пропал? У меня сейчас недокур будет, — дует губы Пак.       — Что будет? — не догоняет Тэхён.       — Не-до-кур, ну блять курить я хочу. Пошлите выйдем, заодно и остынем немного, а то я весь мокрый, — Чимин обнимает друзей и вся компашка идёт в курилку.       — Ну Джина, расскажи нам, что там у вас с Намджуном? — затягиваясь сигаретой, спрашивает Пак, запрыгивая на подоконник и выпуская струйку дыма вверх.       — А что вам рассказать, у Джина нихрена не поменялось. Всё как было так и есть. Это знаете, как в одной известной басне: «А воз и ныне там…»       — И что, прям совсем ни-ни? — удивляется Тэ, переглядываясь с Чимой.       — Задайте правильно вопрос, что вас интересует? — глядя с хитринкой на друзей, улыбается Сокджин.       — Хён, нас интересует секс. Знаешь, действие такое, между взрослыми людьми происходит. Вот нам с Тэ интересно, было ли между вами такое действие? — смеётся Чимин.       — Ой ребятки, с сексом у нас беда. Ну то есть, даже не так. С сексом у нас никак, ровно ноль. Мне иногда кажется, что Джуни, мать его, девственен, как ангел.       — Намджун? Хён, ты прикалываешься? Ким Намджун- девственник. Ага, по его плотоядным взглядам на твою пятую точку, это прям очевидно, что он невинен, как дитя, — смеются парни.       — Ну тогда, ребятушки, я совсем ничего не понимаю. Какого хрена вообще, этот охуительный Ким-сука-мачо-Намджун, вместо того чтобы оттрахать меня, как следует, обхаживает словно пятиклассницу, робко целуя и держа за ручку. Вы просто не представляете моих мук. Я уже неделю хожу с квадратными яйцами, а эта непорочная невинность, словно ничего не замечает «Сокджин-щи хотите кофе? Сокджин-щи, хотите это, а может хотите вот это?» — Так блять и хочется ответить, еп-твою-мать-Джунии, Сокджин-щи хочет трахаться. ТРА-ХАТЬ-СЯ. В глазах бегущей красной строкой, написано большими блять буквами — наигранно возмущается Джин, при этом корча смешные рожицы.       — Хён хватит, я сейчас от смеха лопну, — схватившись за живот, закатывается Тэ.       — А че хватит? Спросили, слушайте. Я может с вами о наболевшем, — прорвало хёна. Итак, на чём я остановился, ах да, хочется сказать:       — Джуни, Сокджин-щи взрослый мальчик, у него при виде вашего, блять, накаченного тела, пусть даже и в одежде, кое- где начинает зудеть, и кое что встаёт. Да встаёт так, что дым коромыслом. Мне вот интересно, он гарь не чувствует? У него глаза не режет от задымления? Тут, ребятушки, проблем оказывается хуева туча, мало того, что зрение подводит (если не может бегущую строку в глазах прочесть), так ещё и обоняние не ахти.       Чимин чуть с подоконника не падает, вытирая слезы, выступившие от смеха на глазах.       — Джина заткнись, я уже не могу…       — Ладно ладно не буду больше. Просто серьёзно не понимаю, что с ним не так? Боится он меня что-ли? Ну знаете, я решил, что сегодня, если он продолжит тупить, начну действовать сам. Хотелось конечно показать себя как порядочного парня, но блять если кавалер не чешется, будем брать ситуацию в свои руки.       — Ну и правильно Джина, покажи ему где раки зимуют, — отдышавшись произносит Тэ.       — Ой, боюсь, как бы после этой зимовки, кавалер не сбежал, — улыбается Сокджин.       — Хён, но если сбежит, значит слабак, а зачем нам такие? — отвечает Тэ.       — И то правда, но обидно будет. Хорошенький же зараза. Как улыбнётся этими своими ямочками, хён ваш дар речи теряет, а сердце забывает, что стучать надо.       — Всё будет хорошо, Джина, не переживай, — подходит Пак к старшему, обнимая за плечи.       — Да я и не переживаю. Ладно, посмеялись и хватит, пора возвращаться. Я бы уже чего-нибудь выпил.

***

      — Чонгук, я всё понимаю, сейчас тебе нелегко. Ты в шоке от открывшейся правды, — Намджун присаживается на диван рядом с Гуком.       Так как Хоби повёз Тэону домой, а Пак и Кимы ушли танцевать, в комнате остались Мин, Чон и сам Наму, то Намджун решил прояснить волнующий его вопрос.       — Гук, я понимаю, правда, как друг я поддерживаю тебя. Но если честно сказать, то я уже заебался. Я чувствую себя крысой, которая постоянно прячется. И нет, я не жалуюсь, я обещал помочь, и я сдержу слово. Но жить постоянно с оглядкой тяжело. Я не могу проводить с вами время, не могу быть в вашем кругу в праздники, отпуск тоже не могу провести с вами, потому что боюсь вызвать подозрения у Чхве. Чтобы все наши труды не пошли насмарку. Я отношения не могу завести, потому что не хочу подвергать опасности свою пару. Зная Чхве, я думаю, ты понимаешь о чем я. Сейчас, когда в моей жизни появился Джин, я как никогда хочу жить нормально. Хочу водить своего парня в кино, в театр на выставки, хочу любить его в полном смысле этого слова. Жить хочу полноценно, не оглядываясь, не боясь оступиться, чтобы тебя не подвести. Чонгук у нас на руках столько доказательств против Чхве, что придав их огласке, мы можем уничтожить его и как политика, и как человека, за сутки. Мы можем засадить его на пожизненное и поверь, в преддверии выборов, никто не станет впрягаться за него, побоятся. Стоит тебе только дать отмашку, и волчок закрутится. По сути, ты даже можешь с ним не встречаться, мы всё можем сделать сами. Лиен задействует своё влияние и возьмёт на себя телевидение и прессу, Юнги, как глава огромнейшей международной корпорации, станет гарантом честного и открытого расследования, а я пойду, как главный свидетель. Наши роли давно распределены. Ну это если ты хочешь довести всё до суда. Есть конечно, менее энергозатратный вариант, и ты знаешь какой. Чхве исчезает и числится пропавшим без вести. Я просто понять не могу, что тебя сдерживает, почему тянешь с развязкой?       — Парни, вы не представляете, что сейчас у меня творится здесь, — бьёт кулаком себя в грудь Чонгук. — Вы, выросшие в родительской любви и заботе, как ни крути не сможете понять детдомовских детей. Когда вы, будучи маленькими детьми, на праздники загадывали себе в подарок какие-нибудь навороченные гаджеты или игрушки, я мечтал о маме и папе… Лет до десяти я каждый Новый год загадывал одно и то же желание, чтобы пришли родители. Пусть не оба сразу, пусть хотя бы один из… Сука,каждый сраный Новый год… Потом, когда по мере взросления я понял, что никаких Дедов Морозов не существует, ушла и вера в то, что когда-нибудь объявятся мои родители. И тогда я начал придумывать им оправдание… Я представлял, что мой отец герой, неважно лётчик, космонавт, капитан… просто герой, погибший за какую-нибудь справедливость. А мама… Мама слабая женщина, которая не смогла вынести такого горя. И вы не поверите, я так уверовал в эту выдумку, что лет до шестнадцати так и жил, посвящая все свои победы (на соревнованиях, в учёбе) им, своим любимым родителям. А потом пришло осознание, выдумка выдумкой, но мне стало интересно узнать, кто же они на самом деле, люди, давшие мне жизнь? В то время у меня не было ни возможностей, ни денег заниматься этим. Поэтому я спрятал эту идею глубоко внутри, дожидаясь лучших времён. С вами я мог делать вид, что мне нет никакого дела до моего происхождения, но червячок, сидящий в груди, говорил об обратном. Да, что греха таить, вернувшись в Корею, я планировал плотно заняться их поисками. Мне сейчас тридцать три года, а мне до сих пор было интересно узнать, кто же они, мои родители. И вот теперь представьте, что я чувствую после рассказа Лиен. Представьте, каково это узнать, что твой отец, ублюдок, мразь, недочеловек, которого ты ненавидишь всеми фибрами своей души, который искалечил твою жизнь дважды: первый раз, когда заделал и бросил на произвол судьбы, второй, когда своей больной похотью, растоптал все мечты на прекрасное будущее… А мать… Женщина, выносившая тебя девять месяцев, женщина, кормившая тебя грудью два сука месяца после роддома, которая, хочется верить, хотя бы эти два месяца любила тебя… Бросила… Бросила, как ненужную тряпку, вещь, променяв на мужика, а если по чесноку, на член… На много членов…       Чонгук вытирает ладонью выступившие на глазах слёзы, сдерживаясь, чтоб не разрыдаться перед друзьями. Юнги поднявшись со своего места, наливает в стакан воды и присев к Чону, предлагает выпить.       Чонгук трясущимися от волнения руками берёт стакан, тут же осушая его до дна.       — Если бы не Тэ… Не знаю, чтобы я делал… — немного успокоившись, произносит Гук.       — Послушай Чонгук, вы с Намджуном знаете, что я отношусь к вам как к братьям. Знаете, что за любого из вас я готов рвать и метать. И что если бы не твоё упрямство, я давно бы расквитался с Чхве. Но ты попросил, оставить его тебе, и мы с Наму согласились. Хотя руки чесались перегрызть ему глотку, с самого первого дня, как узнали о его причастности к твоему исчезновению. Мы ждали, мы собирали на него компромат, мы во всём слушались тебя, считая, что будет правильным, если ты сам расквитаешься с этим уродом. Но сейчас, когда всё обернулось таким образом, я на правах старшего, хочу тебе сказать. Мне поебать, согласишься ты со мной или нет, но как твой хён, я говорю тебе первый и последний раз. Мы всё сделаем сами, ты не будешь больше лезть в это дело, поэтому я даю отмашку на начало операции в ближайшие дни. Ты же бери своего пацана и вали куда-нибудь или же займись текущими делами бизнеса. Я понимаю, что будет тяжело абстрагироваться от этой темы, ну ты уж постарайся ради Кима. Это моё последнее слово.       Чон смотрит на друга опешившим взглядом:       — Это блять как? Не лезть в это дело?       — Я целиком и полностью поддерживаю Мина, — высказывается Намджун.— Лиен, кстати, тоже с нами согласна.

***

      Вернувшиеся из курилки парни направились к бару, решив не подниматься наверх к старшим, чтобы дать тем возможность пообщаться наедине. Все понимали, что Намджун собрал всех не только для того чтобы выпить, но также и обсудить с Чоном и Юнги свои дела.       Стоя у бара, ребята обсуждают, чего бы выпить, когда сзади слышится голос:       — Парни, разрешите вас угостить?       Три головы с неподдельным удивлением на лицах поворачиваются в сторону говорящего.       — А ты кто такой? — приподнимает бровь Пак.       — Разрешите представиться, Чон Ёнхи. Я немного знаком с Тэхёном, — широко улыбается парень.       Чимин и Сокджин вопросительно глядят на Кима.       — Так, блять, и чего мы не знаем?       Тэ почему-то становится неловко от этой ситуации.       — Да мы виделись с ним всего два раза, перекинулись парой фраз…       Ёнхи тут же приходит на помощь Тэ, рассказав, как всё было на самом деле.       — Понятно… — тянет гласные Пак. — Ну ты это, если собрался приударить за нашим Тэ, говорю сразу, дохлый номер. У него есть любимый человек, так же как и у нас с Джином, — продолжает Чимин.       — Да я и не претендую, просто я один, вот хотел с вами потусить, — отвечает Ён.       — Окей, если так. Да, и что ты там сказал насчёт угостить? Мы не против, да? — смотрит Пак на друзей. Те в ответ утвердительно машут. Счастливый Ён заказывает бармену четыре бокала коктейля.

***

      — Господин Чхве, мы нашли Ёнхи, он отдыхает в клубе «Golden Lion», — докладывает охранник.       — Ну вот и хорошо, поехали заберём моего непослушного птенчика, — потирая в предвкушении руки, произносит мужчина.

***

      Вдоволь натанцевавшись и выпив ещё по коктейлю, парни решают, что дали достаточно времени своим мужчинам, пообщаться наедине. Поэтому сходив ещё раз на перекур и немного остудившись, идут на верх, прихватив с собой нового знакомого. Который оказался очень компанейским и весёлым парнем. Над чем-то громко смеясь, компания заваливается в комнату к старшим, с наслаждением плюхаясь на мягкие диваны. Но улыбки быстро исчезают с лиц парней, когда по комнате разносится громкий, строгий голос Намджуна.       — Ёнхи, что ты здесь делаешь?!       — Намджун-щи… — шепчет парень побелевшими губами, глядя, расширившимися от страха глазами на Джуна.