Love in the Wild West

Начало лета в городке Вирджиния Вэлли выдалось очень жарким. Солнце вставало рано и уже к полудню превращало главную улицу в раскаленную сковороду, заставляя воздух дрожать и плыть над крышами домов. Это доставляло некоторые трудности при перегоне скота. Летние перегоны были изнурительной работой, сопряженной с палящей жарой, нехваткой воды, угрозой паники среди животных, нападениями хищников, переправами через бурные реки и необходимостью управлять стадами силами всего нескольких ковбоев. За последние три месяца ковбои привыкли к тому, что день начинается задолго до рассвета. Привыкли спать в седле урывками, пить теплую воду из фляг. Частые привалы и поиски водопоев замедляли работу, а такого быть категорически не должно. Ковбои перегоняют скот с начала весны до ранней осени. Казалось бы, времени достаточно, но на одну перевозку партии скота было нужно максимум три месяца, и этот срок не приветствовал задержек. Всё было помехой. Но не для Хаскера – опытного ковбоя со стажем, воплощения выносливости, ответственности и чести. Пока другие ковбои к вечеру валились с ног, Хаск все еще мог объехать периметр, пересчитать головы и проверить, все ли лошади подкованы. Он был мастером своего дела, делал работу быстро и никогда не вставал в ступор в непредвиденных ситуациях. Его навыкам завидовали многие, даже такие же ковбои со стажем, как сам Хаск. Ему всегда было важно всё успеть в срок – это был его личный принцип. Он не задерживался ни на день. За последние пять лет работы в Вирджиния Вэлли никто не мог припомнить случая, чтобы команда Хаскера опоздала к назначенной дате хотя бы на день. Многим могло показаться, что Хаск мог бы прекрасно справиться один, но всё как раз было наоборот. Одно из главных качеств отличного ковбоя – работа в команде. Хаскер идеально ладил с коллегами, следил за дисциплиной между ними, а так же за их одеждой, за её практичностью и удобством. Он мог настойчиво отчитать молодого ковбоя за слишком свободную рубашку, которая могла зацепиться за кустарник и сбросить парня с лошади, или похвалить бывалого за правильно подобранные перчатки. Одежда ковбоя не должна быть слишком открытой, но и слишком плотной она так же быть не должна. Хаск всегда надевал легкую рубашку из хлопка, заправляя её в такие же легкие и удобные брюки с нашивками в виде сердец в районе колен. Поверх рубашки шла шерстяная жилетка. На ногах — самые обычные, красно-желтые ковбойские сапоги, разношенные до идеальной формы его стопы. Дополняло этот образ пончо, пошитое специально на заказ. На нем были вышиты различные узоры, присущие только Хаску: полоски, масти карт, шевроновая нашивка. Пошить такое пончо было недешево, потому Хаскер так сильно ценит эту вещь. Так же голову ковбоя постоянно прикрывала старая, потрепанная временем шляпа с украшающими ее красными перьями. Сегодня день возвращения Хаска и его команды в город. Они показались на дальних подступах к Вирджиния Вэлли . Пыль стояла столбом от копыт, слышались радостные возгласы, ведь наконец-то, спустя три месяца, ковбои были дома, и у них было несколько дней на отдых. Они могут повидаться с семьей и друзьями, сходить в бар и набраться сил на следующий тур, который обещает быть еще жарче прежнего. Возле входа в конюшню,облокотившись на хлипкий забор,стоял стройный белобрысый паренек,помахивая на себя шляпой как веером. А рядышком пристроилась девушка циклоп. Местные нарушители тишины - Энджел Даст и Черри Бомб. Два неразлучных приятеля, чья дружба работала по принципу«один за всех, и все за одного», только «все» вэтом случае страдали больше всех. Они были как динамит с фитилём - вечно придумывали какие-то безумные затеи, от которых у окружающих волосы вставали дыбом. Всё ранчо стоит на ушах когда у этих двоих совпадают дни работы в одном месте. Черри и Энджел - оба ковбои только если Энджел ещё как-то пытался делать вид, что следит за скотиной, то Черри воспринимала козлов как личный вид транспорта для эффектного появления и исчезновения в клубах пыли. Их методы работы с животными тоже оставляли желать лучшего: Энджел мог начать распевать серенады лошади, пока Черри пыталась надеть на неё сбрую задом наперед, искренне веря, что «так даже удобнее». Солнце пекло нещадно, Энджел, уставший махать шляпой, наконец прекратил это бесполезное занятие и тяжело вздохнул, косясь на Черри, которая жмурилась и прикрывалась шляпой от палящего солнца. — Слушай, может мы... — Энджел понизил голос до шепота. — Хотя бы вид сделаем, что мы работаем, а? А то вон, Вал из главного дома уже два раза в нашу сторону глянул. Черри даже не открыла глаз. Лишь отмахнулась от него шляпой, словно от надоедливой мухи. — Заткнись, мы отдыхаем! У него зрение, как у крота, он просто на солнце щурится. — Черри, — простонал Энджел, ткнув её локтем в бок. — Мы уже час тут стоим! Час! Если увидят, что мы хуи пинаем, нам прилетит опять... Мало не покажется. Вельвет снова отправит нас выгребать навоз с того края, где месяц уже никто не убирал. Девушка наконец соизволила открыть свой циклопский глаз и насмешливо уставилась на друга. — Хуи пинать будешь ты сегодня вечером! Хаха! — Она громко хохотнула, довольная своей шуткой. — А с работы нас попрут, так хоть на пару долларов больше заработаешь, поющим ковбоям в салуне всегда рады. Да и максимум, кто нас тут увидит, так это... — Она запнулась на полуслове, всматриваясь в клубы пыли на дороге, ведущей в город. — О,смотри! Энджел выпрямился, приставил ладонь козырьком ко лбу, вглядываясь в приближающийся отряд всадников и присвистнул. Небольшая группа ковбоев, усталых, покрытых пылью с ног до головы, но с той особой, гордой посадкой, которая бывает только у людей, проведших в седле месяцы, медленно въезжала в город. — Ого, — выдохнул Энджел, и в его голосе против воли проскользнули восхищенные нотки. — Ты посмотри, кто вернулся. Черри проследила за его взглядом и хмыкнула. — Да уж... — протянула она с ехидцей. — В борделях теперь будет не протолкнуться, а? Столько денег за перегон получили, бедные девочки, неделю без выходных работать будут. — Завали! — Энджел резко повернулся к ней, — Я уж точно не этого ждал столько месяцев! — Он снова уставился на ковбоев, которые спешились у водопоя и теперь о чем-то переговаривались,даже не глядя в сторону конюшни. — Ты посмотри на них. Просто посмотри. Вернулись с большой дороги, герои, твою мать. Черри присвистнула. — Ой, только не начинай. Опять будешь страдать? — А что мне ещё делать? — Энджел раздраженно нахлобучил шляпу на голову. — Я тут с этими... телятами вожусь! С утра до ночи в загоне, чищу, кормлю, лечу. Самая сложная работа — загнать особо упрямого бычка обратно в стойло. А они... — Он кивнул в сторону всадников. — Они настоящее дело делают! Скот гонят! Риск, дорога, свобода... Три месяца в седле! Это же... это жизнь, а не это вот всё! — Он обвел рукой конюшню, загон и горы навоза неподалеку. — Ну, — философски заметила Черри, почесывая затылок под шляпой. — Можешь тоже пойти в перегонщики. Чего ты тут сидишь? — Ага, — горько усмехнулся Энджел. — Кто меня возьмет? Для них я — «мальчик с ранчо», который только и умеет, что сено подносить и под хвосты коровам заглядывать. Вон, посмотри на Хаска. Смотрит на меня свысока. Думает, раз я тут торчу, значит, ни на что не годен. А я... — Он запнулся, подбирая слова. — Я бы тоже смог! Я же не хуже! Черт, я просто хочу, чтобы кто-то увидел, что я на большее способен, чем навоз разгребать! Черри сочувственно хлопнула его по плечу. Хлопок получился звонким и тяжелым. — Ладно, не кисни, Даст. Твоя способность пинать хуи никем ещё не оценена по достоинству. Эй, смотри-ка! Ковбои загнали лошадей в стойло и направились на выход, громко смеясь и обсуждая казусы, встречавшиеся им на пути во время прошедшего перегона. Энджел смотрел на Хаска в толпе приезжих. Тот выглядел так, будто три месяца в седле — это просто прогулка. И всё же, они общались. Иногда. Когда Хаск был в городе Даст конечно же не упускал возможности поздороваться и поболтать,послушать о приключениях настоящих ковбоев и представить,что он тоже был там. — Эй, Хаск! — окликнул Энджел, приподнимаясь на локтях, всё ещё облокотившись на забор. Уши Хаска дёрнулись в сторону голоса. Он что-то коротко сказал коллегам и, неспешно отделившись от компании, направился к забору. Черри,понимая,что она тут будет лишней – по дружески похлопала друга по плечу и скрылась за воротами конюшни. — Прохлаждаешься, «ковбой»? — Хаск выделил последнее слово с лёгкой усмешкой. Он частенько видел Даста именно так — привалившимся к забору, с шляпой в руках, словно вся его работа заключалась в том, чтобы тут красоваться. — Просто отдыхаю, — фыркнул Энджел в ответ, чуть поведя плечом. — Не простая работа, знаешь ли. Целый день цеплять номера на уши телятам, которые вообще стоять на месте не хотят. Он и сам не знал, зачем это объясняет. Всё равно Хаск смотрел на него так, будто видел насквозь — и видел там только бездельника в слишком открытой одежде. Серьезно. Эта светлая рубашка,завязанная под грудью,открывающая ключицы, короткие шорты,сапоги до колен… Нормальные ковбои в такое не одеваются. Это не показ мод. Хаск встал рядом и тоже облокотился о забор, почти повторяя позу Энджела. Даст был выше на голову, но этот кот всегда смотрел свысока. — Ага, — саркастично протянул Хаск. Энджел закатил на это глаза,затем на его лице появилась кокетливая искра. – Рассказывай, – Энджел игриво пихнул локтем в плечо ковбоя, – как перегнали? – Ничего необычного, – пожал плечами Хаск, – Чарли с «Счастливого ранчо» как всегда пыталась задержать нас,чтобы мы остались на подольше. Устал уже каждый раз ей повторять,что у нас нет времени. Хаск каждый раз ворчал на эту девушку,но кажется сдерживался в выражениях,по нему было видно как на самом деле тот раздражается,когда его пытаются задержать. Ощущение будто когда Хаск приедет в следующий раз - он расскажет как загрыз эту добродушную девчонку только потому что та хотела чтобы ковбои отдохнули подольше. – Да уж, – кокетливо фыркнул Энджел,подпирая щёку рукой, – всё ещё заставляешь подчиняться тебе других ковбоев как хороший командир?~ – Не заставляю, – Хаск нахмурился,услышав этот игривый тон, – я поддерживаю дисциплину. Никто не жалуется. – Это же одно и то же, – Энджел хитро улыбнулся,прищуривая глаза. – Тебе не понять, – отрезал Хаск и усмехнулся, – моя команда сама идет за мной и они знают,что я могу вести их. – Пф, – фыркнул Энджел,как бы он не хотел, но это задело его за живое, – хотелось бы… Энджел не успел договорить как его перебил звонкий голос,доносящийся из-за спины: – Энджел,скотина! Где тебя носит? Почему даже половины телят не маркировано?! Чёрт. Кажется и в этот раз он не отделается от нагоняев. Это была Вельвет. Она редко появлялась на ранчо,но считалась там главной. Вот нужно же ей было прийти именно сейчас. Девушка была самой молодой из всей тройки Ви,основавшей этот городок,но даже не смотря на это, её властности боялись все. Голос громкий,интонация не терпит возражений, а взгляд тяжелый,словно может испепелить. Хаскер, стоявший чуть поодаль с ленивой грацией кота, наевшегося сметаны, краем глаза заметил эту метаморфозу. Ещё секунду назад Энджел кокетливо хлопал ресницами, а теперь его лицо сморщилось, будто он целиком проглотил огромную дольку лимона. Хаскера это не просто позабавило — это доставило ему истинное наслаждение. Уголки его губ дрогнули и медленно поползли вверх, превращаясь в лукавую ухмылку. — Ладно, мне пора, — Энджел резко оттолкнулся от забора, будто тот был в чем-то виноват. В одно мгновение маска обиженного слетела, уступив место чему-то другому — театрально-драматичному. Энджел картинно поправил воротник рубашки и задрал подбородок. — Дел по горло, и они, знаешь ли, не ждут. — Удачи, — Хаскер даже не пытался скрыть веселье в голосе. Он сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что никуда не торопится. — Смотри, чтобы тебя телята не затоптали. Опасные это животные, кровожадные! — Спасибо, — процедил Энджел сквозь зубы, сжимая шляпу так, будто это была шея Хаскера. — Козёл. Хаск не расслышал, что именно бормотал себе под нос удаляющийся Даст, да и не особо старался. В этом бормотании явно не было ничего лестного. Энджел прошел несколько шагов своей легкой походкой, и через мгновение скрылся в темном проеме сарая, хлопнув дверью чуть громче, чем это было нужно. Хаскер еще недолго стоял возле забора,а после двинулся в сторону дома,предвкушая как вечером пойдет в бар и расслабиться как следует.