HANGE ONESHOTS

— Ханджи, — улыбнулась Т/И, наблюдая, как знакомая брюнетка входит в бар. Т/И дружила с Ханге много лет, и этим вечером они хотели снова встретиться. В ней даже зародилась симпатия, но ей приходилось сдерживать её. Семья Т/И не одобряла её дружбу с Ханджи, так как же Т/И добиваться её расположения? — Такое ощущение, будто я тебя целую вечность не видела, — улыбнулась Ханджи, садясь напротив Т/И и наблюдая, как (цвет волос) медленно потягивает свой напиток. — Сколько ты уже выпила? — Примерно сорок, — хихикнула Т/И, продолжая пить через соломинку. — Ага, ты пьяна, — рассмеялась Ханджи, откидываясь на спинку стула и заказывая себе выпить. Она знала, что сильно напиться не получится, ведь для этого нужен кто-то, кто отвезёт тебя домой. — Мне действительно следовало прийти раньше, когда я могла поговорить с трезвой версией Т/И, — улыбнулась Ханджи, не отрывая взгляда от Т/И. — Мне тоже, — сказала Т/И, скрестив руки на груди. — Мне обидно, что тебе не нравится, какой я становлюсь, когда пьяна. — Ты просто… — запнулась Ханджи. — Становишься немного неуправляемой. — Похоже, ты бросаешь мне вызов. — Может быть, — пожала плечами Ханджи. — Мне следовало бы бросить тебе вызов, чтобы ты контролировала количество выпитого, и мне не приходилось за тобой присматривать, — на самом деле, Ханджи казалось милым, когда Т/И была пьяна. Ей было совершенно все равно, как она себя ведет в пьяном виде. На самом деле, ей это даже нравилось. — Ну, в любом случае, я закажу ещё один, — проворчала Т/И, жестом подзывая бармена. — Это последний, — сказала Ханджи, отпивая глоток напитка, который ей наконец-то подал бармен. — После этого я отвезу тебя домой. Думаю, ты здесь достаточно пробыла. — Пфф, не веди себя как моя мама, Ханджи. Ханджи усмехнулась. — Я забочусь о тебе. — Ты всегда это делаешь, — вздохнула Т/И, чувствуя, как щёки слегка краснеют. Она была слишком пьяна, чтобы осознать, что только что сказала, или даже заметить, как близко к ней сидит Ханджи. Возможно, даже хорошо, что она была пьяна. В трезвом состоянии она часто молчала или чувствовала, что ноги превращаются в желе. После того, как Т/И наконец допила напиток, Ханджи велела ей покинуть бар, чтобы отвезти её домой. — Ханджи! — Т/И надула губы, оборачиваясь и наблюдая, как барная стойка позади неё становится всё дальше и дальле. — Я хочу вернуться, хочу ещё выпить! — Как жаль, — вздохнула Ханджи. — У тебя и так будет ужасное похмелье утром. Радуйся, что я вообще тебя спасаю. По дороге домой Т/И напевала что-то бессмысленное и умоляла Ханджи сделать ей массаж, потому что, по её словам, алкоголь «утомил её суставы». — Т/И, алкоголь действует не так, — засмеялась Ханджи, пытаясь не отрывать глаз от дороги. Это давалось ей с трудом, так как рядом была такая красивая девушка. — Ну, может быть, на разных людей он действует по-разному, — пробормотала Т/И. — Мы ведь этого не знаем. Это научная загадка. — Не загадка, — усмехнулась Ханджи. — Всем известно, что происходит с людьми, когда они напиваются. Думаю, это объясняет твоё поведение. — Моё поведение? — фыркнула Т/И. — А что не так с моим поведением? — Когда ты выпиваешь, то ведёшь себя не так, как обычно, — начала Ханджи. — Ну, я имею в виду, у всех это проявляется по-разному, но мне кажется, твоё поведение становится милым. — В смысле? — Т/И икнула, прислоняя лоб к холодному стеклу. — Ну, мне кажется, из-за алкоголя ты становишься более разговорчивой. Обычно ты очень тихая и нервная, поэтому я предполагаю, что алкоголь разрушает некоторые барьеры, которые у тебя есть в трезвом состоянии. — Много барьеров, — пробормотала Т/И, медленно закрывая глаза. — Мне нужно многое сказать. — Так почему бы тебе просто не сказать это? — спросила Ханджи. — Мне страшно. — Боже, надеюсь, ты никого не убила, — пробормотала Ханджи, подходя к дому Т/И. — Т/И, — начала Ханджи. — Я хочу, чтобы ты знала, что можешь рассказать мне всё что угодно. Ну же, мы дружим с тех пор, как волшебным образом обрели самосознание года в четыре. Не думаю, что то, что ты скажешь, может быть таким уж плохим. — Не думаю, что это… плохо? — сказала Т/И, хмурясь. — Просто это может быть неожиданно и всё испортит. Ханге пожала плечами. — Не знаю, насколько странным это может быть. Мне надо напоминать тебе, что ты дружишь со мной? Тебе и так пришлось столкнуться со множеством странных вещей. Так что попробуй. — Ты правда не против, если я это скажу? — Я слушаю, — сказала Ханджи, выпрямляясь и не сводя глаз с (цвет волос) рядом с собой.

— Блять, — пробормотала Т/И, потирая голову. Похмелье было ужасным. Казалось, каждый звук вокруг звенел в голове на минуту дольше, а мигрень распространилась по всему лбу. Она даже стала чувствительна к свету. Она взглянула на свою кровать и нашла записку, таблетку и воду. — Т/И, — сказала мать Т/И, врываясь в комнату. — Я думала, мы с отцом уже говорили, что мы думаем о том, что ты общаешься с Ханджи. — Сколько раз вы ещё будете на неё жаловаться? — вздохнула Т/И, потирая виски. — Столько раз, сколько потребуется, чтобы ты поняла, что, возможно, она не такой уж и замечательный человек. — О чём это ты? — Ты пришла домой пьяной. А в прошлый раз, когда ты с ней виделась, у тебя всё тело было в чёрном порошке, — мать имела в виду тот случай, когда Ханджи хотела провести с ней научный эксперимент. Очевидно, это ничем хорошим не закончилось. — А до этого в перманентном маркере. — Мама, ну я же дружу с ней целую вечность. — Да, но это не значит, что я одобряю то, какой она стала. Признаю, в детстве она была милой, но я беспокоюсь о том, куда она катится, и не хочу, чтобы она утащила тебя за собой. — Мам, — вздохнула Т/И. — Я не хочу, чтобы это повторилось, я не шучу. — Я даже не понимаю, почему она тебе не нравится. Ты говоришь, что она куда-то катится, но куда именно? У тебя даже нет нормального аргумента. — Я говорю о её мечтах, которые у неё каким-то образом появились, — сказала мама. — Смешно, что она думает, что станет великим ученым. — Мама, она очень умная… — Я не могу позволить ей внушить тебе, что всё получится, если ты просто очень сильно этого пожелаешь. Так не бывает. — Она не просто мечтает, мама, она действительно учится… — Нет, нет, — перебила её мама. — Я не буду этого слушать. Мне не нравится то, как она на тебя влияет, и это окончательно. Дверь захлопнулась, и мать вышла. Т/И честно говоря, не могла понять, может она просто была гомофобкой, и поэтому ей не нравилась Ханджи, но её огорчало, что она не могла просто принять её подругу. Ханджи так усердно работала. Она участвовала и побеждала во многих научных конкурсах. Её даже приняли в колледж. Что вообще имеет в виду её мама, когда говорит, что Ханджи просто мечтает? Т/И выпила воды и приняла таблетку, а затем начала читать записку. Привет, Т/И. Ты вчера много выпила, поэтому я не совсем уверена, что ты всё помнишь. В любом случае, это я отвела тебя домой, принесла воду и обезболивающее, так что пожалуйста. Я знаю, я потрясающая. Но также я хочу, чтобы ты мне позвонила. Я много думала о том, что ты сказала и сделала вчера вечером, и хочу поговорить об этом. Я очень надеюсь, что это правда, а не просто что-то случайное, что ты сказала в пьяном виде, но, думаю, разберусь с этим завтра. Надеюсь, ты в порядке. Ханджи. Т/И аккуратно сложила записку, пытаясь вспомнить, о чем могла вчера говорить. Наверняка, о многом. Последнее, что она помнила, это как спросила Ханджи, может ли ей кое-что рассказать. Именно тогда воспоминания нахлынули на Т/И, заставив ее наклониться вперед и издать болезненный стон. — Ханджи, я вообще-то давно хотела тебе это сказать, — сказала Т/И, теребя край рукава. — Я слушаю. Что бы это ни было. Т/И откашлялась, облизнула губы и решилась быстро произнести: — Тымнеужедавнооченьнравишься. Ханджи посмотрела на неё, нахмурив брови. — Т/И, я понятия не имею, что ты сейчас сказала. Т/И застонала и потянула Ханджи за руку. — Ты мне нравишься. Я в тебя влюблена. И уже давно. — Ого, ого, — Ханджи замолчала, держа руки перед собой. — Ты говоришь что-то странное из-за алкоголя или действительно имеешь это в виду? — Я имею в виду именно это. — Значит, я тебе нравлюсь? — спросила Ханджи. — В романтическом смысле? — Да, — прошептала Т/И. — Я уже давно люблю тебя. Это не какая-то странная пьяная болтовня, ясно? — Ты меня любишь? — повторила Ханджи. — Ты же знаешь, что я тоже тебя люблю, да? — Ты меня любишь? — теперь настала очередь Т/И удивляться. — Ты серьёзно? — прошептала она, положив голову на плечо Ханджи. — Ты тоже меня любишь? — Да, — усмехнулась Ханджи, поглаживая Т/И по голове свободной рукой. — Прости, мне кажется, я должна была сказать раньше. — Мы обе должны были. — Да, — улыбнулась Ханджи. — Но, по крайней мере, теперь мы знаем. Спасибо, что напилась. — Нет! — Т/И резко подняла голову. — Мы не будем запоминать это так. Потом мы всё повторим. — Возможно, придётся, — вздохнула Ханджи. — Ты пьяна, и я не уверена, что вообще вспомнишь что-нибудь из этого. Знаю, это неприятно, но по крайней мере я смогу подшучивать над тобой, пока ты снова мне не признаешься. — Ханджи, — проворчала Т/И. — Это очень невежливо. Ты даже не представляешь, как тяжело мне было просто признаться. — Я просто шучу, — рассмеялась Ханджи. — Если ты все-таки ничего не вспомнишь, я подожду, пока ты признаешься мне так, как хочешь. Я даже буду намекать, чтобы тебе было проще. — Ой, — вздохнула Т/И, не отрывая взгляда от карих глаз Ханджи. Её глаза словно светились. — Э-э, Ханджи? — прошептала Т/И, наконец понимая, насколько близко они находятся друг к другу. Т/И практически чувствовала дыхание Ханджи на своем лице. — Хм? Т/И медленно закрыла глаза, наклонила голову вперед и прижалась губами к губам Ханджи. Ханджи на мгновение замерла, но затем её губы начали двигаться в такт губам Т/И, а рука обхватила ее за шею, прижимая её к себе еще ближе. Они отстранились, чтобы перевести дыхание, но затем снова соединили губы. На этот раз поцелуй был наполнен страстью и похотью, и они не могли удержаться от того, чтобы скользить руками по телам друг друга. — Нет, — выдохнула Ханджи, отстраняясь от Т/И и делая глубокий вдох. — Мы ничего не будем делать, пока ты пьяна. Т/И надула губы, но к этому моменту была уже слишком уставшей, чтобы сопротивляться. — Я отведу тебя внутрь и уложу спать, — сказала Ханджи. С того момента в воспоминаниях Т/И всё погрузилось во тьму. — Это всего лишь телефонный звонок, ты справишься, — повторяла Т/И, расхаживая по комнате. — Я справлюсь, — прошептала она, набирая номер Ханджи. Ханджи ответила быстро. — Алло? — Ханджи, — засмеялась Т/И, поднося телефон ближе к уху. — Как дела? — О, всё хорошо, — Т/И практически слышала улыбку Ханджи на другом конце провода. — Мой вопрос: как ты себя чувствуешь? Ты вчера много выпила. Надеюсь, всё в порядке. — Мне лучше, спасибо за таблетку и всё такое. — Да, заботиться о тебе — практически моя работа. — Ага, — вздохнула Т/И. — Помнится, ты сказала позвонить тебе. — Да, — начала Ханджи. — Ты помнишь вчерашний вечер? Т/И прикусила губу. — Да. — Всё помнишь? — Да. — Ты… — Ханджи вздохнула. — Ты помнишь вообще всё? — Что ты хочешь, чтобы я сказала, Ханджи? — вздохнула Т/И. — Мне очень стыдно за всё это. Я не хотела, чтобы это так прозвучало, но да, всё это правда. —И если это правда, ты жалеешь, что сказала это? — Да, — Т/И услышала, как Ханджи тяжело вздохнула. — Могу я хотя бы знать почему? Ты не хочешь продолжать общение или просто предпочитаешь оставаться друзьями? — Дело не в этом, — начала Т/И. — Это из-за моих родителей. — Твоих родителей? — переспросила Ханджи. — Какое отношение к этому имеют твои родители? — Им не очень нравится, когда я провожу с тобой время. Может, лучше забыть всё, что произошло прошлой ночью? — Что? — послышалось, как Ханджи начинает злиться. — Что? Мы сделаем это потому, что я не нравлюсь твоим родителям? Т/И , это не причина. Если ты не хочешь быть со мной, просто скажи. — Нет, хочу, Ханджи. — Тогда почему ты позволяешь им тебя останавливать? — Я… я не знаю. — Я еду. Ханджи потребовалось всего пять минут, чтобы добраться. Т/И догадывалась, что, скорее всего, Ханджи проезжала на красный свет, чтобы так быстро приехать. Дверь в комнату Т/И распахнулась, и Ханджи вошла внутрь. — Т/И, — сказала она, садясь рядом с Т/И на кровать. — Привет, Ханджи, — сказала Т/И, пытаясь скрыть лёгкий страх за улыбкой. — Что, чёрт возьми, происходит? Ты этого хочешь? Если нет, просто скажи прямо. — Я уже сказала тебе, — пробормотала Т/И. — Я хочу. Очень тебя хочу, поэтому и поцеловала тебя прошлой ночью. — Значит, ты делаешь это только из-за родителей? Потому что я им не нравлюсь? И почему я им не нравлюсь? Я думала, что они хорошо ко мне относятся, они всегда говорили, что мне нужно чаще приходить к вам в гости, когда я была маленькой. — Им не нравятся твои амбиции, — сказала Т/И. — Я не думаю, что дело в твоём характере или чём-то подобном, они просто говорят мне, что мне не стоит идти по твоим стопам, когда речь идёт о карьере. — И всё? — спросила Ханджи, её тон звучал так, будто она вот-вот рассмеется. — Поэтому они не хотят, чтобы ты общалась со мной? — Да. — Т/И, ты хочешь, чтобы я была с тобой? — Конечно, я уже ответила на этот вопрос. — Тогда я не понимаю, почему тебя так волнует, что они подумают, — вздохнула Ханджи. — Если ты действительно этого хочешь, не позволяй им тебя сдерживать. Я здесь. Я прямо перед тобой. Ты этого хочешь? — Да, Ханджи. — Тогда почему ты позволяешь им тебя останавливать? — Я... — Т/И замолчала, пытаясь осмыслить всё происходящее. — Наверное, я просто боюсь, — наконец сказала она. — Я действительно боюсь начинать что-то подобное. Для меня это так ново. И сваливать всё на родителей только облегчило мне задачу, — Ханджи кивнула, опуская взгляд на колени. — Ты ведь не злишься на меня? — Нет, — улыбнулась Ханджи, качая головой. — Я просто расстроилась, потому что запуталась. Ты поцеловала меня вчера вечером, а сегодня утром сказала, что нам не стоит ничего начинать. Это было непонятно. Но теперь я тебя прекрасно понимаю. Мы можем развивать отношения очень медленно, если тебе так будет комфортно. — Спасибо, Ханджи, — улыбнулась Т/И. — Я действительно хочу быть для тебя кем-то. — Хорошо, — рассмеялась Ханджи. — Тогда ты будешь моей девушкой?