addiction

Сигареты уже не приносят того удовольствия, что раньше. Они больше не помогают заглушить ту волокиту мыслей, заставляющую хвататься за голову, будто пытаясь вырвать их из-за невыносимой боли. Сигареты лишь продолжают убивать — медленно, но уверенно, заполняя лёгкие дымом и окрашивая их в цвет глубокой бездны, в которую ты сам себя отправляешь. Раньше Джейк находил в них спасение. Когда мир виделся сквозь оправу розовых стёкол, создававших иллюзию «лучшего времени». Может, даже тогда, когда Сонхун молча приходил домой, пьянющий вусмерть, и вновь заваливался на кровать, даже не пытаясь снять с себя хоть какую-то вещь. Он лишь мычал. А если силы и разум ещё оставались на месте, то не упускал возможности удовлетворить свою очередную потребность. Хотя Джейк частенько задумывался: «Неужели этот парень не пользовался таким шансом в очередном блядском клубе?». Но он тут же встряхивал головой, отгоняя все ненужные мысли, и поддавался манящему одеколону и сверкающим глазам напротив. Он никогда не мог устоять перед ним. Хотя стоило бы. Любовь? Шим пытался убедить себя в этом. Он не хотел верить в то, что он — как брошенная, но при этом сильно привязанная собака. Его водят за нос: стоит лишь ароматному куску колбасы оказаться перед носом — и хвост тут же начинает вилять перед хозяином. Он снова и снова ведётся на это. Это ужасное чувство нужности появляется лишь в тот самый момент, который одновременно отвратителен и в то же время самый желанный. Это губит. Точно так же, как и «Мальборо», превратившие Джейка в зависимого человека. Но не только они. Сонхун. Пак Сонхун стал главной его зависимостью — после сигарет, скуренных натощак.