Сердце дракона

Скорлупа яйца напоминала мрамор самого лучшего качества с золотыми прожилками, которые красиво переливались в полумраке комнаты. Фэнмин так и стоял, словно громом пораженный, не в силах от удивления вымолвить ни слова. Яньфэн еще раз внимательно рассмотрел большое яйцо, завернутое в мягкую ткань, легонько коснулся мозолистым пальцем скорлупы. Та обдала подушечку теплом. Вероятно, это было яйцо дракона огня или света. Мужчина поджал губы и развернул свиток, что держал в руке. Там красивым каллиграфическим почерком было выведено всего несколько строк: «Не знаю, в чьи руки попадет мой сын, но в стане врага у меня нет другого выбора, кроме как довериться служанке. Этот детеныш – сын ныне покойного короля Небесного царства, главы клана Центральных драконов. Скорее всего, он родится со стихией света, но, возможно, сможет использовать и стихию ветра. Его родители – одни из сильнейших драконов Небесного царства, пусть уже в прошлом. Я пишу об этом, потому что ребенок будет обладать огромной силой, которую лучше сдерживать, чтобы не раскрыть всем демонам, кем он является. Я преклоняю колени перед вами, господин, и прошу позаботиться о моем сыне и вырастить его способным и сильным драконом, который сможет отвоевать престол своего отца. На дне корзины находится кристалл. Он должен принадлежать только моему сыну, Ли Шаоюню. Со всем уважением, госпожа Жуаньхэ». Письмо было написано сухим деловым языком. От него так и веяло холодом и высокомерием, даже несмотря на то, что отправитель просил получателя о помощи. – Жуаньхэ… – пробормотал себе под нос Яньфэн, словно пробуя имя на вкус. Где-то он его слышал, но не мог вспомнить, где именно. – Ты сказал «Жуаньхэ»? – негромко спросил Фэнмин, переведя все еще ошарашенный взгляд на мужчину. Его брови вновь поползли вверх. – Одна из самый сильнейших драконов? Хранительница Небесного царства? Это она прислала яйцо?! – воскликнул парень. – Тише. Детей разбудишь, – укоризненно ответил Яньфэн. Он снова перевел взгляд на свиток и прочитал письмо, но уже тихим голосом вслух. Закончив, Яньфэн поднял взгляд на своего духа меча. Кажется, миндалевидные глаза Фэнмина никогда не были такими большими. Он снова посмотрел на яйцо в корзине и протянул к нему руку, нежно погладив скорлупу кончиками пальцев. – В это сложно поверить, – восхищенно прошептал парень, его полные розовые губы растянулись в легкой улыбке. – Интересно, как будет выглядеть ребенок? – Мне больше интересно, какой умник решил сделать мое поместье лагерем для беженцев-наследников? – недовольно проворчал Яньфэн. Его голос так и сочился сарказмом, а хмурое выражение лица не собиралось исчезать. Дух меча повернулся к возлюбленному и окинул его усталым взглядом. Он знал, что мужчина не в восторге от сложившейся ситуации, поэтому подошел к нему ближе, обхватив суровое лицо своими ладонями. – Лао Фэн, ну чего ты хмуришься? – парень приподнял уголок губ и большими пальцами нежно провел по острым скулам любимого лица. – Что не так? – Да все, Сяо Мин! – Яньфэн отклонился назад и встряхнул головой, уворачиваясь от рук любимого, но не стал отходить от него. Он говорил тихим и ровным тоном, но даже так дух меча кожей ощущал недовольство и раздражение мужчины. – Мало нам было Лэймина и Чанлина, так нам еще одного наследника павшего короля передали на попечение. Не обычного ребенка, а еще и дракона! Ты просто не представляешь, какими проблемами для всех нас это может обернуться. – И какими же? – Как он будет жить здесь, в Царстве демонов? У драконов даже в человеческом обличии торчат рога и хвосты! – начал перечислять мужчина, не скрывая возмущения в низком голосе. – Его родители – одни из сильных представителей расы. Никто не знает, какой мощью будет обладать этот ребенок и как именно он будет учиться управлять ею. Драконы совершенствуются не так, как люди или демоны. Никто не может гарантировать, что он не принесет проблем, обладая такой силой. А если он покалечит или убьет кого-нибудь по неосторожности? Что тогда мы будем делать? Мужчина прервался, переводя дыхание, когда Фэнмин с беспокойством на красивом и утонченном лице осторожно сжал его ладонь в своей. Демон за своей тирадой и не заметил, как начал закипать и повышать голос, рискуя не только разбудить все поместье, но и пошатнуть свое душевное равновесие, что было чревато высвобождением демонической сущности и превращением в неуправляемого духа убийств. Яньфэн выдохнул и постарался взять себя в руки. Не хватало еще в кровожадного монстра обратиться. – К тому же мы ничего толком не знаем о драконах. Как мы должны его вырастить и воспитать? – демон обреченно опустил веки. Он не имел понятия, что же им делать. Фэнмин понимал, что мужчина волновался и переживал, скрывая все это за раздражением и злостью. Он боялся, что не справится с возложенной на него ответственностью. С Лэймином и Чанлином было проще – они такие же демоны, как и он сам. Яньфэн хорошо знал техники совершенствования демонов и многие подводные камни этого сложного пути. Знал их природу. Поэтому ему было легче заниматься воспитанием наследников. А детеныш дракона – совершенно другое существо, о котором они мало что знали. Как прикажете с ним обращаться? – Лао Фэн, но мы не можем бросить его на произвол судьбы, – мягко произнес дух меча, поглаживая большим пальцем грубую кожу ладони мужчины в успокаивающем жесте. – Я знаю, что мы справимся. Да, будут проблемы и сложности, но вдвоем мы все преодолеем. К тому же уверен, что мальчишки нам с этим помогут. – Осталось только им рассказать и объяснить, что к чему, – хмыкнул Яньфэн, не отрывая взгляда от нефритовых глаз, на дне которых искрились ласка, тепло и понимание. От этого взгляда сердце в груди заходилось и плавилось из-за безграничной любви к этому человеку. Смотря в эти омуты, демон обретал не только спокойствие и равновесие в чувствах и мыслях, но и твердую уверенность, что все будет в порядке. – Не волнуйся, я поговорю об этом с ними, – Фэнмин снова улыбнулся и обнял старшего за крепкую шею, прижавшись к нему всем телом. – Все будет нормально. Яньфэн обнял любимого в ответ, зарывшись носом в длинные и мягкие волосы. Фэнмин прав: вместе они все смогут сделать. Пока они вместе, все будет хорошо. На следующий день Яньфэн покинул поместье, отправившись на поиски книг, трактатов или иной информации о драконах и их детях. Корзину с яйцом Фэнмин временно расположил в их с демоном комнате, решив, что здесь ему будет безопаснее. Никто в поместье не мог заходить сюда без разрешения, что должно было уменьшить риск распространения информации. Все же здесь – в Нижнем царстве, кишащем демонами, – нужно всегда быть начеку, ведь никогда не знаешь, с какой стороны подует ветер. Когда Фэнмин рассказал детям о яйце и драконах, Лэймин, будучи обладателем спокойного и рассудительного нрава, обрадовался. Он пообещал дагэ позаботиться о младшем, когда тот вылезет из скорлупы. А Чанлин, всегда вспыльчивый и взбалмошный, был против. Он заявил: раз дагэ и шифу решили взять еще кого-то на воспитание, значит, их с шисюном больше не любят, и что он, Чанлин, не желает, чтобы с ними жил посторонний. Фэнмину тогда пришлось долго объяснять маленькому четырехлетнему демону, что их попросили позаботиться о малыше, который остался без родителей. И что от появления еще одного ребенка они с шифу не станут меньше любить его и Лэймина. Спустя несколько истерик, двух дней бойкота, а затем и целого дня, проведенного в наказании в пещере за медитациями, Чанлин все же согласился принять и оставить с ними будущего шиди. Пусть никто из взрослых и не спрашивал его дозволения. Яньфэн вернулся спустя целых две недели и принес в мешочке цянькунь около пятнадцати книг и трактатов, посвященных драконам и их образу жизни. После он часто сидел в библиотеке допоздна, зарывшись с головой в эти книги. К сожалению, в них было мало действительно нужной и полезной информации, поэтому демон планировал отправиться в Царство людей в надежде, что там ему больше повезет. Было бы лучше, если бы они смогли попасть в Небесное царство, но, увы, что людям, что демонам вход без специального разрешения туда заказан. Да и в связи с непростой политической обстановкой в Царстве драконов рисковать и искать обходные, черные пути было опасно. Поэтому приходилось довольствоваться тем, что они имели. Яньфэн был прав, когда говорил о сложностях и проблемах с непохожим на них существом. Они не знали, когда дракончик решит вылезти из скорлупы. Все зависело от того, сколько времени яйцо провело в теле матери. В одном из трактатов говорилось, что в идеальном случае яйцо в теле матери должно провести два года, после этого драконица производит его на свет, а затем в течение месяца дракончик должен сам разбить свою скорлупу. Но в случаях когда драконицам приходилось по тем или иным причинам раньше срока извлекать яйцо из своего тела, оставшееся от срока время яйцо должно лежать в тепле. Они не знали, сколько времени Жуаньхэ носила яйцо, поэтому оно всегда должно было быть под наблюдением. Фэнмин, будучи не только духом меча, но и управляющим поместьем Яньфэна, не всегда мог находиться рядом с ним, занятый домашними хлопотами. Таскать везде корзинку с собой не представлялось возможным. Ведь они не стали оповещать слуг, что в их поместье должен появиться еще и дракон. Яньфэн не мог с уверенностью сказать, кто из них был действительно предан ему, а кто просто работал, обеспечивая семью. Поэтому никто в поместье из нанятых людей не знал даже о том, что двое мальчишек являлись наследниками некогда великих демонических кланов. Слуги и работники видели в детях только сирот, которых господин Яньфэн взял к себе на воспитание. Яньфэн являлся не только отличным воином высокого уровня, но и хорошим врачевателем. Он часто проводил время, заперевшись в своей мастерской. Экспериментировал с травами, пилюлями, отварами или же заносил все свои знания и рецепты в книги. Поэтому чаще всего именно Яньфэн приглядывал за яйцом, забирая его с собой в библиотеку или мастерскую. Когда же он отлучался по важным делам или же на поиски новых книг, за будущим драконом приглядывал Фэнмин. Взяв себе выходной и велев слугам не беспокоить его, он уединялся в библиотеке, в их с Яньфэном комнате или в пещере для медитаций. Изредка с драконом сидел кто-то из детей. Чаще всего это был Лэймин, который в свободное от уроков и занятий время любил читать в библиотеке или заниматься резьбой по дереву. Чанлин же очень редко проявлял интерес к яйцу, а из-за взрывного характера редко мог усидеть несколько часов на одном месте. Время – это то, что даже самому Богу Создателю не подвластно. Никто не замечает, насколько оно быстротечно. Казалось бы, солнце сменилось луной на небе, день сменился ночью, зима сменилась весной, а лето – осенью. Казалось бы, у тебя либо несколько десятилетий в кармане, либо столетий. Вроде бы это много, и не важно для кого — человека, демона или дракона. Но обернуться не успеешь, а в зеркале уже видишь не юного парня, полного сил и энергии, а дряхлого старика, что с трудом встает с постели. Незаметно прошел год. Целый мирный год они жили как обычно: наблюдали за успехами и неудачами мальчишек, занимались делами поместья, приготовлением новых лекарств и пилюль. Все как всегда, без каких-либо серьезных проблем или происшествий. Единственной деталью, выбивавшейся из этого размеренного и привычного ритма, было присутствие корзинки с яйцом в окружающем пространстве. Яньфэн, находясь в своей мастерской, уже не представлял ее обстановку без корзинки, стоящей на столе или возле жаровни в холодное время года, в которой изредка поблескивали золотистые прожилки на скорлупе, отбрасывая на стены и потолок блики. Демон даже не замечал, как моментами, сильно задумавшись, он протягивал руку к корзине и ненавязчиво поглаживал всегда отдающую теплом поверхность скорлупы. Фэнмин же и вовсе негромко разговаривал с яйцом, будто мать с ребенком, когда тот еще находится у нее в животе. И, задавая вопросы, всерьез замолкал в ожидании. То ли действительно ждал хоть какого-нибудь отклика, то ли ему нравилась сама мысль, что дракончик его слышит. Изредка дух меча напевал своим мелодичным, переливчатым голосом песенки, которые некогда слышал от детей в маленьких поселениях и больших городах, или те песни, что ему пели многочисленные няньки и служанки в детстве. Лэймин целенаправленно читал вслух книги, трактаты и учебники, отчего-то тоже решив, что маленькое существо внутри слышит и слушает его. Пусть Лэймин и не хотел признаваться в этом при Яньфэне или Фэнмине, отговариваясь, что читает он для себя, мол, так лучше запоминается. Однако Фэнмин часто подлавливал мальчика, который увлеченно читал сказки и небылицы, какие даже Чанлин уже редко слушал. Чанлин – этот мальчишка, который категорично принял новость о пополнении их своеобразной семьи, – то ли просто смирился, то ли действительно принял, что нынче не будет самым младшим, но постепенно стал чаще проявлять интерес к корзинке. Вечерами находил ее и рассказывал яйцу о своих приключениях и шалостях за день, играх с детьми слуг или хвастался успехами в учебе и тренировках. Прошел целый год, и все с замиранием сердца ожидали, когда же из корзинки донесется тихий, едва уловимый треск. Это случилось в день летнего солнцестояния, ближе к вечеру, когда Яньфэн с Фэнмином и с мальчиками собрались все вместе за одним столом. Такие ужины и вечера были редкостью в связи с занятостью взрослых, но мальчики радовались подобным вечерам. Несмотря на то что все в глубине души ждали этого дня, все же когда из корзинки послышался тихий треск, на лицах всех четверых сначала появилось выражение удивления. И только после – радости. Казалось, спокойно протекающий ужин обратился суматохой и хаосом. Фэнмин в первые мгновения растерялся, пытаясь вспомнить, что нужно сделать перед вылуплением дракончика. Благо Яньфэн быстро взял себя в руки и начал раздавать указания всем вокруг. Под его руководством дух меча убежал в комнату за необходимыми вещами. А Лэймин вместе с Чанлином быстро убрали всю посуду со стола, на который аккуратно поставили корзинку. Яньфэн в это время сходил за тазом с теплой водой. На поверхности скорлупы стали появляться трещинки. Которые не спеша расползались, разветвлялись, издавая тихий хруст. Фэнмин замер возле стола, нервно прижав к груди стопку одеял и тканей. Яньфэн незаметно подошел сзади и положил руку на каменное от напряжения плечо парня, слегка сжав его в знак поддержки. Дух меча обернулся на возлюбленного, поджав полные губы в тонкую линию. Демон ободряюще приподнял уголки губ в нежной улыбке, погладив второй рукой широкую спину младшего сквозь ткань одежд. – Дагэ, шифу, смотрите! Нога! – негромко воскликнул Чанлин, с широко раскрытыми глазами наблюдая за корзиной. Оба одновременно перевели взгляды на яйцо. И правда, пробив скорлупу, из него вылезла аккуратная маленькая стопа с крошечными пальчиками розоватого оттенка. Затем с другой стороны скорлупу пробила маленькая ладошка, пошевелив в воздухе пальчиками. Яйцо треснуло посередине. Послышалось тихое кряхтение, а затем и ножка, и ручка вновь скрылись под скорлупой. Раздался шорох, словно кто-то двигался внутри яйца, а после они услышали приглушенные всхлипы и тихий скулящий плач. Яньфэн подошел к корзинке. Осторожно, опасаясь навредить дракончику внутри, он попытался убрать кусочки треснувшей скорлупы. Та с легкостью поддалась, и когда верхняя половинка яйца была снята, все в комнате на мгновение замерли, рассматривая малыша внутри. Малыш же, завидев склонившихся над ним людей, замолчал. Размером он был с полуторагодовалого ребенка. Хотя в книгах говорилось, что драконы вылупляются в двухлетнем возрасте по меркам людей. У малыша были короткие светлые волосы, среди которых торчали маленькие рожки бежевого цвета; худое, хрупкое тельце, тонкие ручки и ножки, а сзади – там, где у людей находится копчик, – торчал драконий хвост светло-пшеничного цвета. Красивое личико маленького мальчика вновь скривилось, и по пухлым розовым щечкам покатились слезы. Фэнмин, стоило ему услышать тихий плач, вышел из ступора. Он аккуратно взял малыша на руки и посадил в таз с водой. Мягкими и аккуратными движениями Фэнмин смыл с маленького тела жидкость, которая покрывала его в яйце защитной пленкой. Затем он завернул дракончика в мягкое пушистое полотенце, принявшись слегка покачивать его руках. Мальчик больше не плакал, а лишь с любопытством и немного боязливо оглядывался по сторонам, забавно кряхтя при этом. Дух меча осторожно сел на пол с ним, скрестив ноющие ноги. Только сейчас Фэнмин ощутил, насколько сильно был напряжен все это время. Яньфэн присел рядом. Протянув свою большую ладонь, он нежно погладил дракончика по головке между маленьких рожек. Мужчина перевел взгляд на застывших в нерешительности мальчиков и молча кивнул им, подзывая ближе, чтобы познакомиться с новоявленным младшим братишкой. – Он такой крохотный, – тихо произнес Лэймин полным восхищения и трепета голосом. Он протянул свою руку к мальчику, и тот неосознанно ухватился за указательный палец, обхватив его своими маленькими розоватыми пальчиками. Лэймин на это тепло улыбнулся, заглядывая в голубые, словно высокое чистое небо, глаза малыша. – Такой милый и красивый, – еще тише пробормотал маленький демон себе под нос. Чанлин стоял рядом со старшим братом и потянулся рукой к торчащему из складок полотенца кончику хвоста. Чанлин слегка сжал и потеребил мягкую кисточку, погладил мелкую чешую. – Он на ящерицу похож, – заявил мальчик серьезным тоном, играясь с хвостом дракончика. Малыш же дернул им, шлепнув по чужой ладони, отчего остальные негромко рассмеялись. Отсмеявшись, Фэнмин осмотрел теплым, полным нежности и любви взглядом одного большого и двоих маленьких демонов, что окружили их с ребенком. Затем он склонился ниже к мальчику и тихонько прошептал, мягко улыбаясь: – Добро пожаловать в нашу семью, малыш Шаоюнь.