The Unrestrained

Не Хуайсана держали в Безночном Городе уже третий месяц. Цинхэ Не не сдавался, хотя Вэнь Жохань, забирая Хуайсана, наследника, в заложники, надеялся, что Не Минцзюэ сдаст Юдоль тут же. Не Хуайсан долго смеялся, узнав об этом. Чтобы брат сдал Нечистую Юдоль в обмен на бесполезного него? Да трижды «ха»! Минцзюэ, скорее, Бася себе в глотку воткнет, чем хотя бы подумает о таком неравноценном обмене. Дагэ сам, сам отдал его! Сам сказал, что Хуайсан бесполезен, и сгодится разве что в роли подстилки. — Ты, глава Вэнь, ошибся, забирая меня в качестве заложника, — насмехался Не Хуайсан каждый раз, когда мрачный Вэнь Жохань заходил в его покои, проверяя, не сбежал ли пленник. — Дагэ никогда не сдаст Юдоль, чтобы вернуть меня, слышишь? Вэнь Жохань мрачнел еще сильнее, вздергивал Хуайсана на ноги, грубо хватал за запястья, задирал ханьфу, сжимал в руках упругие ягодицы, толкался внутрь зло, отчаянно, грубо, а Хуайсан заливался нервным, истеричным смехом пополам со злыми слезами. Как он ненавидел брата в эти минуты! — Ты ошибся, глава Вэнь, ошибся, — исступленно-безумно шептал Не Хуайсан, обвивая тонкими руками мощные плечи Вэнь Жоханя, горячо выдыхая на ухо. — Только ошибся удачно. Верни меня в Юдоль, освободи, а я… Я отдам тебе ее. — Что ты задумал? — грубо сжав лицо Не Хуайсана пальцами, произнёс Вэнь Жохань, и младший Не улыбнулся, безумные глаза его издевательски засверкали. — О, тебе понравится, глава Вэнь…

***

Не Хуайсан стремительно ворвался в главный зал Нечистой Юдоли, вырывая у собравшихся там изумленный вздох. Младшего господина Не отпустили? Он сбежал сам? Кто-то помог ему бежать? Чифэн-цзюнь слитным движением поднялся с трона, поспешил навстречу брату, крепко обнял. — Гуаньинь, я уже и не надеялся тебя увидеть, Хуайсан! Как тебе удалось?.. — Дагэ, — мягко отстранил его младший Не. — Отошли остальных. Я не хочу говорить об этом при всех. Они остались одни. Не Хуайсан снова прильнул к брату, крепко прижимаясь, обвивая руками шею. Что-то больно кольнуло, но Минцзюэ не придал этому значения. Хуайсан улыбнулся. — Хочешь знать, как мне удалось сбежать? Я не сбегал, дагэ. Вэнь Жохань сам отпустил меня в обмен на одну маленькую услугу. — У… услугу? — до Не Минцзюэ начало потихоньку доходить. Он оттолкнул брата, чувствуя слабость в руках. — Что ты сделал?! — Ничего такого, что бы не сделал ты, дагэ, — солнечно улыбнулся Хуайсан, приседая около сползшего на пол главы клана, того не держали ноги. — Обменял жизнь кого-то ещё на собственную безопасность. Кажется, так ты сделал, когда отдал меня в качестве пленника Вэнь Жоханю? — Я защищал… Юдоль… — Как жаль, что ты так и не понял, дагэ, — буквально прошипел в лицо старшему брату Не Хуайсан, с удовольствием наблюдая, как лопаются капилляры в белках глаз под воздействием яда. — Мне абсолютно плевать на Юдоль. Сердце Не Минцзюэ перестало биться две палочки благовоний назад, но Хуайсан все ещё сидел в главном зале, покачиваясь, обнимая себя руками, причитая. Позади со скрипом распахнулись двери, и младший Не с безумным оскалом обернулся. — Глава Вэнь… Глава Вэнь! Нечистая Юдоль к твоим ногам, глава Вэнь… — Ты молодец, Хуайсан, — кивнул Вэнь Жохань, поднимая юношу с пола, целуя трясущиеся бледные пальцы. Хуайсан заулыбался, прижимаясь к заклинателю, и выдохнул, закрыв глаза. Ему плевать на Цинхэ, гори все земли синим пламенем! Пусть клан Вэнь возьмёт верх, пусть станет править и здесь. Самое главное — он отомстил. Не Хуайсан безумно засмеялся. Он отомстил, слышите?