The Unrestrained

На самом деле, Сюэ Ян в столице-то оказался случайно. Он бесцельно шатался от города к городу, иногда промышляя ночной охотой, ну, когда совсем уж припрет, жрать будет нечего, а денег не будет от слова «совсем». Ну, иногда подворовывал, грешен. Но до столицы дошел честным путем — последняя ночная охота была плодотворной, а старейшина какого-то богом забытого городка, название которого Сюэ Ян не удосужился запомнить, оказался очень щедрым. Так вот, оказавшись в столице, Сюэ Ян сразу попал в какую-то пеструю круговерть из народа, спешащего кто куда. Давненько он не видел такого столпотворения! Под шумок удалось стащить один баоцзы, в который он не замедлил вцепиться зубами. Теплый мясной сок брызнул в рот, и Сюэ Ян довольно прищурился. Баоцзы был вкусным, и настроение медленно поползло вверх. Толпа двигалась по какой-то определенной траектории, и Сюэ Ян, которому было совершенно нечего делать, позволил ей себя вести — кто, как не местные знает, где происходит самое интересное? Людской поток вынес его на огромную площадь перед дворцом, и Сюэ Ян заинтересованно прищурился. Кажется, он попал на какой-то праздник, на тот редкий праздник, когда светлейшая (Сюэ Ян хмыкнул) императорская семья снисходит до общения с простыми смертными. И точно — император в расшитом золотом алом ханьфу уже спускался по лестнице, ведя за руку женщину со сложной прической. Наверное, подумалось Сюэ Яну, это императрица. Женщина была прелестна, и даже годы ее не портили. Затем следовала толпа служанок, охранников, прислужников, и Сюэ Ян чуть не пропустил появление еще одного человека. Он выскользнул из дверей дворца легко и сбежал по ступеням вниз. Сюэ Ян обратил на него внимание только тогда, когда он замер в поклоне перед императором и императрицей, и у него перехватило дыхание. Высокий, стройный, с длинными волосами, свободно спускающимися по плечам и спине, облаченный в белые с золотом одежды, он поднялся из поклона, и по спине Сюэ Яна побежали мурашки. Он был прекрасен. Лицо, будто вылепленное из нефрита, поражало красотой, но больше всего Сюэ Яну запомнились глаза. Темные, большие, будто оленьи, они лучились добротой и заботой, и у Сюэ Яна аж засвербело внутри, так он хотел, чтобы этот взгляд был направлен только на него! Толпа стиснула его со всех сторон и оттеснила из первого ряда. Воздух звенел от пожеланий здоровья, благополучия и процветания императору, императрице и наследнику. Сяо Синчэню… — Значит, тебя Сяо Синчэнь зовут, — задумчиво прошептал под нос Сюэ Ян, а затем вдруг хищно улыбнулся. — Хорош. Пожалуй, будешь моим. Это будет… Крайне интересно.