Коишитеру

***

Комната в общежитии была погружена в полумрак, освещаемая лишь синеватым светом гирлянды, которую Эллиот в порыве уюта повесил над окном. На узкой кровати, едва рассчитанной на двоих, было тесно, но сейчас это казалось единственно правильным. Шанс лежал на спине, закинув руку за голову, и лениво наблюдал, как тени от гирлянды танцуют на потолке. Эллиот устроился рядом, прижавшись щекой к его плечу. От Шанса пахло чем-то домашним: стиральным порошком и едва уловимым парфюмом, который за день стал почти неощутим. — Тебе не тесно? — шепотом спросил Эллиот, боясь разрушить хрупкую тишину момента. Вместо ответа Шанс притянул его ближе, заставляя Эллиота закинуть ногу на свои и уткнуться носом в изгиб его шеи. — Так — идеально, — выдохнул Шанс, запуская пальцы в волосы блондина и медленно их перебирая. — Лучшее за весь день. Эллиот почувствовал, как по телу разливается приятное тепло. Он приподнялся на локте, глядя сверху вниз на расслабленное лицо Шанса. В этом свете его глаза казались темными омутами, в которых хотелось утонуть. — Знаешь, я думал, что совместное проживание будет… сложнее, — признался Эллиот. — Сложнее? — Шанс приподнял бровь, и в углу его глаз собрались лукавые морщинки. — Это ты про то, как я забываю мыть чашки, или про то, что я занимаю три четверти кровати? Эллиот тихо фыркнул, ткнувшись лбом в плечо Шанса. — И про это тоже. Но я думал, что нам будет тесно... в буквальном смысле. Что мы быстро надоедим друг другу, запертые в четырех стенах между парами. Особенно учитывая твою "тайную" деятельность в барах. — Мне никогда не будет с тобой тесно, Эл. Даже если нас запрут в шкафу, — он сделал паузу, — Наоборот. Мне кажется, этой комнаты слишком мало, чтобы я мог показать, как сильно ты мне нужен. Эллиот ощущал смущение и возмущение одновременно. Хотелось дать по лицу своему наглому парню, который нагло пользуется его слабостью к комплиментам. — Ой все, хватит... Искренность Шанса всегда била наотмашь, не оставляя пространства для его привычной ироничной защиты. — Знаешь что? — блондин резко отстранился, хватая первую попавшуюся подушку. — Ты невыносим. Твои подкаты хуже, чем вопросы на экзамене по статистике! Не успел Шанс и глазом моргнуть, как мягкий прямоугольник с глухим хлопком приземлился ему прямо в лицо. Шанс замер на секунду, откинув упавшую на глаза челку, и в его взгляде вспыхнул опасный, азартный огонек. — Ах, так? Решил сменить тактику на физическое насилие? — Шанс перехватил свою подушку, мгновенно переходя в наступление. — Ну держись, отличник! Через секунду комната наполнилась смехом и глухими ударами. Они катались по узкой кровати, путаясь в одеяле и задевая локтями спинку. Эллиот пытался отбиваться, прикрываясь руками, но Шанс был быстрее и сильнее — он ловко увернулся от очередного замаха и, повалив Эллиота на спину, придавил его сверху, зажав его запястья над головой. — Сдаешься? — тяжело дыша, спросил Шанс. Его футболка задралась, волосы превратились в полный хаос, а на губах играла победная улыбка. — Ладно, — выдохнул Эллиот, глядя в сияющие глаза напротив. — 1:0 в твою пользу. Только отпусти руки. Шанс нехотя отстранился, напоследок мазнув губами по щеке Эллиота, и со смешком скатился на пол. Вид у комнаты был такой, будто по ней пронесся небольшой торнадо: одеяло свешивалось с кровати, одна подушка сиротливо лежала у двери, а вторая застряла между столом и системным блоком. — Ладно, герой, вставай, — Эллиот сел на кровати, пытаясь пригладить свои всклокоченные волосы. — Если Билдермен заглянет с проверкой, он решит, что мы тут вызывали дьявола, а не к зачетам готовились. Шанс лениво потянулся и поднял подушку с пола. — Или что мы очень бурно обсуждали экономику. Это ведь тоже своего рода экзорцизм. Эллиот закатил глаза, но не смог сдержать улыбки. Он спрыгнул на пол и начал натягивать простыню обратно на матрас. Шанс подошел сзади, закидывая подушки на место, и вдруг замер, просто прижавшись подбородком к плечу Эллиота. — Эй, мы же убираемся, — притворно строго заметил Эллиот, хотя сам уже расслабился в этих объятиях. — Я в процессе, — пробормотал Шанс, вдыхая запах шампуня Эллиота. — Просто подзаряжаюсь. Уборка — дело энергозатратное. — Особенно учитывая что убираюсь преимущественно я... — закатил глаза блондин. Они возились еще минут десять: поправляли учебники, которые разлетелись со стола, и пытались вернуть комнате жилой вид. Когда последняя складка на покрывале была разглажена, Шанс выключил гирлянду, оставляя только мягкий свет настольной лампы. — Ну всё, чистота и порядок, — констатировал он, подходя к Эллиоту и обнимая его за талию. — Теперь мы можем вернуться к пункту «ночевка на одной кровати», но уже без рукоприкладства? Эллиот хмыкнул и первым нырнул под одеяло, освобождая место. — Посмотрим на твое поведение. Но если опять начнешь толкаться — выселю на коврик. Шанс юркнул следом, мгновенно притягивая его к себе и закидывая ногу поверх одеяла, словно заземляясь. — Не выселишь. Тебе без меня будет холодно. И Эллиот, закрывая глаза и чувствуя размеренный стук сердца Шанса под своей ладонью, вынужден был признать, что тот, как обычно, чертовски прав.

***

Эллиот проснулся первым от того, что ему стало слишком жарко. Шанс за ночь превратился в живой обогреватель: он спал, уткнувшись носом в затылок Эллиота и крепко прижимая его к себе, словно боялся, что тот испарится к рассвету. Одна рука Шанса тяжелым, но приятным грузом покоилась на талии блондина, а пальцы слегка запутались за края его футболки. Эллиот осторожно повернулся в кольце этих рук, стараясь не разбудить парня. Лицо Шанса во сне выглядело непривычно беззащитным — без его вечной ироничной ухмылки и прищура. Растрепанные волосы разметались по подушке, а дыхание было глубоким и ровным. — Хватит так на меня смотреть, — пробормотал Шанс, не открывая глаз, но на его губах тут же расцвела та самая сонная, ленивая улыбка. — Я не смотрю, я оцениваю масштаб бедствия на твоей голове, — шепотом отозвался Эллиот, хотя сам не удержался и мягко убрал со лба Шанса непослушную прядь. Шанс наконец приоткрыл один глаз, мутный от сна, и перехватил руку Эллиота, целуя ладонь. — Воскресенье, Эл. Единственный день, когда «масштаб бедствия» не имеет значения. Кофе? — Если ты встанешь и сделаешь его, — Эллиот прижмурился от удовольствия, когда Шанс начал лениво поглаживать его по спине под футболкой. — Дай мне еще пять минут... или час, — Шанс снова закрыл глаза и сгреб Эллиота в охапку, утыкаясь лицом ему в шею. — К черту кофе. Здесь теплее. В этой утренней тишине, нарушаемой только далеким гулом города за окном, спешить было абсолютно некуда. Они просто лежали, переплетаясь ногами под одеялом, наслаждаясь редким моментом, когда мир вокруг замер, оставляя их наедине с этим ленивым, солнечным счастьем.