Утварь

      Говорят, что разбитая чашка не к добру, но Джаббер на это суеверие с высокой колокольни плевал, потому что именно она привела его и Занку в товары для дома, и они, как настоящая пара, выбирали штуки для уюта. Джаббер, правда, думал, что Занка схватит первую попавшуюся кружку и на этом их поход закончится, но сперва они прошли мимо полотенец и припомнили, в каком состоянии их старые, потом оказались рядом со скатертями и взяли ту, которая бы подошла на праздники, даже не спорили, потом были искусственные растения, оценивание мебели, кастрюль и сковородок...       Кружка незаметно оказалась в также невзначай взятой корзине пока они ходили мимо полок с бытовой химией и влажными салфетками, а потом Занка неожиданно застопорился. Джаббер даже не сразу заметил, успел сделать несколько шагов вперёд и только тогда понял, что соседа рядом не наблюдается. Он обернулся и увидел, как Занка пилит напряжённым взглядом фоторамку.       –Джаб, у нас есть общие фотки? – с мелькнувшей в голосе надеждой, спросил Занка.       –Не припоминаю, – Джаббер скосил взгляд к высокому потолку, пытаясь вспомнить, а были ли они в самом деле. Стоило спросить у Рию и Момоа, они чаще занимались съёмками во время общих сборов, но в памяти Джаббера были только моменты, где Занка пытается нормально есть пиццу, что вызывало только общий гогот и глупую улыбку у Джаббера.       –Понятно, – Занка кивнул, сдержанно отвернулся от рамки и пошёл вперёд.       Ой, не нравится это Джабберу... Обычно Занка так вёл себя, когда пытался сохранить спокойствие и не показывать, что чем-то расстроен или недоволен, потому что это вызвало бы неловкость или разочаровало бы кого-то другого. Поэтому Джаббер просто кладёт рамку в корзину под удивлённый взгляд соседа и догоняет его.       –Сделаем, – просто говорит Джаббер.       –Не стоит, если не хочешь, – Занка говорит спокойно и, если его не знать, то можно подумать, что ему действительно безразлично, но беда в том, что Джаббер своего соседа знает и видит блеск благодарности и радости в его глазах, и сердце от этого пускается в радостный пляс.       –Хочу, – кивает Джаббер и улыбается, прекрасно понимая, как выглядит, но делать со своим глупым влюблённым видом ничего не собирается. Они же почти как настоящие женатики, только колец и штампа в паспорте не хватает. И признания в любви, поправляет себя Джаббер. – Будут воспоминания.       Занка светло улыбается и благодарно касается кончиком мизинца ладони Джаббера, когда они продолжают свой путь к кассам.       –У тебя разве не весь дом увешан портретами? – Джаббер кладёт в корзину два злаковых батончика со стенда у кассы. Занка смущённо отводит взгляд.       –Да, но это другое. Родители любят показывать свой статус таким образом, но человеческой ценности в этой роскоши ноль. Они дорогие, но никому не дороги, – Занка повёл плечами, сбрасывая неприятное наваждение. Холодные стены дома ещё преследовали его в одиноких кошмарах.       Вау, а Джаббер просто ткнул пальцем в небо. Занка действительно оказался богатеньким мальчиком, хотя, если подумать, то можно было бы и догадаться. Занка чаще платил за их продукты, всегда выглядел не вычурно, но с иголочки, умело заботился о вещах, но действительно дорожил только парой футболок, от него всегда приятно пахло и даже Джабберу несколько раз делали комплименты после того, как он разок помылся его гелем для душа.       Но Занка своего статуса никогда не выпячивал. За него всегда говорили осанка, речь и взгляд. Вся его фигура была пропитана благородством, граничащем с духотой, но таким притягательным, что оторваться было непомерно сложно.       –Выбрать рамку с кем-то... Не знаю, для меня это куда дороже и важнее, – Занка смущённо потирает затылок и Джаббер замечает покрасневшие кончики его ушей. Так хочется сейчас заправить прядь его волос за ухо, чтобы увидеть больше этого очаровательного румянца, куснуть хрящик, чтобы совсем смутить, но они живут в обществе и Джабберу приходится затолкать свои фантазии себе поглубже в глотку.       –И ты выбрал её со мной, – игриво тянет Джаббер, выкладывая вещи из корзины на ленту. Кассирша бодро щёлкает их, будто это её призвание по жизни или так, будто хочет поскорее избавиться от надоедливых покупателей и пойти на обед.       –Мы уже всё равно здесь, так почему бы и нет, – Занка пожимает плечами, но Джаббер ему не верит ни на йоту. Занка уже давно мог бы обзавестись такой с Рию, Рудо, Энджином или Грисом, но упомянул о фоторамке только сейчас и только при Джаббере. Режим раздражителя активирован.       –Нет-нет-нет, Зан-Зан, ты ведь хотел эту рамку только для нас? – елейно тянет Джаббер, расплачиваясь за покупки, пока Занка складывает вещи в пакет. Он слегка вздрагивает и отводит взгляд, краснея чуть гуще.       –Не понимаю, о чём ты.       Мозговой центр Джаббера на секунду замыкает. Он застывает грубой каменной плитой и отмирает, только когда кто-то за его спиной вежливо кашляет в кулак. Занка уже скрылся на выходе и Джаббер припускает следом, почти пританцовывая от радости. Ему удалось смутить Занку и это однозначно победа, которая будет греть его всю смену на подработке.       Он догоняет Занку на выходе, стараясь игнорировать чьи-то причитания о «поре юности» и «милые бранятся...». Как бы Джабберу хотелось, чтобы это действительно было так! Но ему не хватает смелости даже просто взять Занку за руку, а уж о признании вообще можно и не думать – Джаббер схлопнется прямо на месте. Да и последующие за отказом события... не очень хочется с разбитым сердцем искать новую квартиру для жилья.       Занка посигналил из арендованной машины, чтобы Джаббер быстрее собирался с мыслями и забирался на пассажирское сиденье. Как всё-таки удобно жить в современном мире, когда всё сделано для комфорта человечества. По крайней мере, для среднего и выше слоя населения, со вздохом думает Джаббер, забираясь в авто рядом с Занкой. Пакет удостаивается места у него в ногах.       –Что тебе сделать на ужин? – спрашивает Занка, выезжая с парковки. Когда-то он боялся даже случайно взгляд от дороги отвести, полностью сосредотачиваясь на вождении и очень раздражаясь, когда кто-то его отвлекал, а теперь может даже беседу вести. Джаббер гордится тем, что с завидной периодичностью его отвлекал, из-за чего Занка привык уделять дороге ровно столько внимания, сколько нужно.       –Твою короночку, – беззлобно поддевает Джаббер, прекрасно понимая, что на светофоре ему может прилететь за подкол полуторагодовой давности, когда Занка в попытке отварить курицу и рис чуть не сжёг половину кухни.       –Не стебись, – без раздражения просит Занка, но не отводит взгляда от машин впереди и светофоров. – Ладно. Завтракать будешь там или собрать тебе бутерброды?       –Там поем, не напрягайся сильно, у тебя ведь единственный выходной, а ты торчишь то со мной, то на кухне, – Джаббер хмыкает, считая себя несколько виноватым за то, что Занке вообще пришлось сегодня выйти на улицу, хотя в планах у него было проспать весь день.       –Прогулка никогда не повредит, – Занка пожимает плечами, снова пытаясь казаться безразличным, но его лёгкая улыбка, тронувшая даже чуть сощуренные глаза, с головой выдавала хозяина. Ему, определённо, понравился их внезапный поход.       –Тогда, может, сходим ещё куда-нибудь на следующих выходных? – Джаббер старается не выдать своих истинных мотивов или слишком откровенного предвкушения совместного времяпрепровождения, однако отдаёт себе в отчёт в том, каким откровенным взглядом смотрит на Занку.       –Почему бы и нет, – Занка пожимает плечами. – Помнишь пончиковую возле универа, которую всё никак не могли открыть? Они недавно отпраздновали первый рабочий день, можем сходить туда.       –Звучит вкусно, уже смотрел меню? – Джаббер достал телефон, чтобы посмотреть по карте путь к заведению, а заодно припомнить название и оценить ассортимент товаров с сайта.       –Парочка интересных позиций и дофига привычных, – Занка свернул во двор, уступив выезд другой машине и тяжело вздохнул, сжимая руль чуть крепче.       –Надо попробовать самое мерзкое, что у них есть, – Джаббер хихикнул, отвлекая Занку от волнения при парковке во дворе. В пространствах, где места хватало на несколько грузовиков, Занка чувствовал себя комфортнее некуда, но как только места становилось меньше он начинал нервничать и становился слишком осмотрительным.       –Там был пончик с красным перцем, – сдавая назад, попеременно глядя то на панель с камерой заднего вида, то на зеркала, сказал Занка.       –Шутишь?! – встрепенулся Джаббер слишком резко, из-за чего Занка вдавил педаль тормоза почти до упора. Их слабо тряхнуло. С секунду они сидели в тишине, виновато глядя друг на друга, после чего синхронно выдохнули. Джаббер прилежно отвернулся к лобовому стеклу, накрыв рот ладонью, чтобы Занка точно был уверен в его послушании. Занка весело хмыкнул и спокойно припарковался.       –Он у них действительно есть, – сказал Занка уже когда они выбрались из машины и сделали фотографии авто для подтверждения целостности.       –Чёрт, я должен это попробовать! – возвращая себе былую удаль, довольно пропел Джаббер, покосившись на пакет. Он не только имел физический вес, но и наполнял сердце каким-то особенным трепетом, потому что там была рамка. То, что Занка выбрал вместе с ним только для них двоих.       –Обязательно, – негромко ответил Занка, отпирая входную дверь.       В подъезде было сухо и прохладно, именно здесь Занка и Джаббер впервые встретились и поцапались до кровавых соплей. В лифте пахло моющими средствами, ведь Занка в какой-то момент поставил на уши всю управляющую компанию из-за смрада от пьяницы с последнего этажа, с которым потом очень вежливо поговорил Джаббер. На этаже привычно через раз мигала лампочка, её уже никто менять не собирался. Всё это было родное, нажитое вместе с Занкой.       Квартира обдала приятным лёгким ароматом благовоний, которые Занка выбрал как самые оптимальные для сосредоточенности и расслабления. Джаббер в это не верил, ему расслабление приносил образ работающего над очередной статьёй Занки, временами разминающего мышцы, потягивающегося медленно и плавно, точно кот на солнце.       Джаббер пошёл разбирать вещи из пакета, а Занка принялся за готовку. Они перебрасывались репликами через раз, смеялись с шуток, подпевали плейлисту и просто поддавались атмосфере. Аромат будущего ужина Джаббера так привлёк его, что он невзначай подобрался к Занке со спины и положил голову ему на плечо, чтобы рассмотреть то, что шкворчало в сковородке.       –Вкуснотища, – глубоко вдохнув аромат специй и овощей, ненароком захватив изрядную долю парфюма Занки, уркнул Джаббер в шею соседу.       –Ещё бы, – самодовольно ответил Занка. Повозив лопаткой овощи и мясо по сковородке ещё немного, он взял деревянные одноразовые палочки и подцепил кусок перца с мясом, поднеся их Джабберу на пробу. Тот подул на предложенное угощение и резво захватил зубами.       –Белиссимо, – жуя свой перекус, довольно улыбался Джаббер. Выглядело это крайне забавно, но Занке нравилось то, как театрально Джаббер хвалил его за проделанную работу.       –К твоему выходу как раз остынет, – Занка выключил плиту и оставил сковородку на холодную конфорку.       Джаббер отстранился от соседа и щёлкнул чайник, пока Занка тянулся за кружками и заваркой. Отлаженный быт всегда был приятен, особенно в такие моменты, когда весь мир мог подождать. Джаббер таял, когда видел Занку в окружении домашней утвари или за каким-то новым делом, просто осознавать его рядом с собой было особенным наслаждением, даже пусть и в качестве друга.       С нижней полки кухонного шкафа Джаббер выудил сладкую заначку, которая числилась для особых случаев, например, когда из перекуса к чаю шаром покати или был какой-то праздник. Сейчас было и то, и другое, но официально в графу впишется только отсутствие альтернатив, потому что счастье от пребывания Занки рядом не считается праздником, а жаль.       –Недавно звонил Август, снова спрашивал, не хочешь ли ты побыть его моделью, – Занка поставил перед Джаббером его кружку чая и опустился на стул напротив со своей.       –Ме-е, – Джаббер недовольно высунул язык. – Я не кукла, чтобы меня переодевать во что попало.       –Когда это делаю я, ты не жалуешься, – Занка смешливо фыркает.       –Это другое, – возражает Джаббер. Тут действительно другое. Занка подбирает ему одежду только по случаю и по необходимости, иногда даже специально заказывает что-то, чтобы Джаббер не ударил в грязь лицом, как это было на первой конференции, где Джаббер был докладчиком и припёрся в старой толстовке и задрипанных шароварах.       Когда Занка узнал об этом, то немедля заказал ему костюм-тройку и на следующее собрание даже лично завязывал ему галстук. Столько номеров телефонов Джабберу ещё ни разу не всучивали, как после того мероприятия. До сих пор вспоминается со смехом, потому что Джаббер уже тогда видел перед собой только Занку.       –Всего разок, – Занка устало подпёр щёку ладонью. – Ты знаешь Августа, он не в меру настойчив, если ему что-то нужно.       У них обоих в памяти ещё свеж момент, когда Август ворвался на кафедру Корвуса и под удивлённые взгляды попросил его стать лицом его новой коллекции. Как Август попал в здание, как нашёл Корвуса, почему именно его решил взять, что именно он такого сказал, чтобы уговорить живую легенду астрофизики на проход по подиуму? Вопросы без ответов.       –Я поговорю с ним, – Джаббер вздыхает следом, потому что сделает это хотя бы ради Занки, он и без того настрадался из-за них обоих.       –Спасибо, – Занка отпил чай, закусил печеньем. Джаббер его действия повторил.       И так вновь за лёгкими беседами время приняло желейную форму, растекаясь плавно и медленно, но неотвратимо и ощутимо. Уже и вторая кружка чая допита и все учебные и рабочие моменты обсуждены, Занка даже поругался на брата с сестрой, которые внезапно оживились к его брачному возрасту. Джаббер старался незаметно сжимать кулаки и прятать боль во взгляде.       –Эм, Джаб...       –А, прости, отвлёкся, ты...       –Ты опаздываешь, – Занка с округлёнными в ужасе глазами указал на настенные часы над головой Джаббера. Он обернулся, чтобы убедиться в правдивости и сорвался с места, почти снеся на своём пути собственную сумку. Вот блять! Так задумался, так поддался атмосфере, что не заметил, когда настала пора выходить. Работа через час, добираться долго, не факт, что успеет, но должен попытаться, должен хотя бы добежать, ай-ай-ай, Джаббер Вонгар, гений, да? Гений опозданий и упущенных моментов. Вот заведующая устроить ему хэппи хаус, если он не прибежит вовремя.       Джаббер в спешке натягивал кроссовки и в панике проверял сумку перед самым выходом, когда из кухни спешно вышел Занка, передавая ему контейнер с едой и свёрток со столовыми приборами. А Джаббер-то думал, что он забыл. Еда, ну конечно! Обрадованный, на подъёме адреналина, он быстро выхватил свой ужин, наспех утрамбовал в сумку и звонко чмокнул Занку в губы напоследок.       –Люблю тебя, не скучай, – протараторил он и вылетел за открытую дверь квартиры.       На метро не успеет, автобусы точно не вариант, такси – дорого, остаётся только бежать или добираться пересадками. Надо было поставить будильник, неохота штраф платить за опоздание, денег и так кот наплакал, пусть и хватает на стабильное существование.       Светофоры и дороги пролетали мимо, напрочь игнорируемые. Шныряющая вечером толпа подростков нервировала, но не лезла под руку и даже расступалась перед сомнительно вида взмыленным чуваком, бегущим, будто от ответственности, хотя на самом деле прямиком к ней в лапы.       Джаббер шлёпнул пропуском по панели без пяти минут к началу смены и едва ли успел выдохнуть, как в раздевалку вошёл не самого довольно вида начальник ночной смены. Он только окинул Джаббера грозным взглядом и попросил поторопиться, а Вонгар уже истёк потом в три ручья от сурового вида мужчины.       Ладно, комбинезон на тело, волосы в хвост, перчатки на руки, телефон в карман и вперёд, ночные сборки не ждут.       Работы никогда не было мало, поэтому первый перерыв – на ужин – произошёл только через три часа. Джаббер с упоением уплетал свой ужин, заботливо приготовленный Занкой... Занка... Внезапная мысль, какое-то далёкое воспоминание или фантазия промелькнули в голове: мягкие губы, послевкусие печенья и чая с сахаром, «люблю тебя», сказанное голосом Джаббера Занке.       Холодный пот пробежался по спине, в горле встал ком паники. Он сотворил нечто страшное и непоправимое. Как Занка отреагировал на его порыв? Разозлился? Расстроился? Джаббер не знал, что хуже. Он дрожащими пальцами снял блокировку с телефона, вверху экрана свирепо светились уведомления от Занки. Джаббер глубоко вдохнул, открыл чат, стараясь не трусить и не закрывать глаза.       Зан-Зан:       Такие вещи обычно говорят лично,       но раз уж ты решил действовать не по правилам       с самого начала, то и на меня не злись       Я тоже люблю тебя       И скучать не буду, потому что ты слишком дерзко       украл мой первый поцелуй       Джаббер замер. Перечитал сообщения. Перечитал ещё раз. Поднял взгляд к стене напротив и почувствовал, как от переполняющих его эмоций взгляд стал мутнее. Офигеть. Офигеть-офигеть-офигеть! Спокойствие, только спокойствие, нужно немного... спокойствия... Боже, Джаббер сейчас взорвётся.       

Вы:

Обещаю быть ещё более дерзким, когда вернусь,

поэтому дождись меня

      Зан-Зан:       Не спать из-за тебя всю ночь?       Я думал об этом в другом контексте       

Вы:

Это в каком же? Просвети

      Зан-Зан:       Ты не доработаешь до конца смены,       если я скажу       Джаббер уже давился воздухом от восторга, он хотел бросить всё прямо сейчас и бежать обратно домой к Занке, которого теперь официально можно целовать, держать руку и обнимать дольше положенного!       Зан-Зан:       Но обещаю показать, когда вернёшься       

Вы:

ТОЛЬКО НЕ ЗАБУДЬ СВОИ СЛОВА

      Занка прочитал сообщение и вышел из сети, оставив Джаббера в полной прострации.       Внутри него копилась и полнилась теплота, энергия била ключом, он чувствовал себя королём мира и был готов безостановочно улыбаться всем подряд и хвастаться, что его чувства взаимны. Хотелось кричать на весь мир, как он любит Занку, какой он замечательный и весь Джаббера, и только его, но в то же время хотелось единолично подпитываться этой энергией, лелеять её в себе и никому не показывать.       Все следующие перерывы на смене Джаббер перечитывала их последние сообщения, а во время работы прокручивал их в голове, представляя тон, которым Занка мог бы ему это сказать. Особенно хотелось услышать заветное «я люблю тебя», почувствовать чужие ладони в своих руках и тепло губ Занки.       Рабочее время закончилось внезапно, Джаббер наспех сбросил форму, попрощался со знакомыми, вопившими вслед, что он обещал остаться на завтрак, но Джаббер их не слышал, любой звук перекрывал стук сердца и бешеный гул крови в ушах. Занка дома, сонный, тёплый, растрёпанный ранним пробуждением точно ждёт его. Не может не ждать.       Маршрут, вчера вызывавший раздражение, сейчас кажется самым лёгким путём и благодатной дорожкой к счастью. Никакие светофоры или подростки, лениво идущие на учёбу, не испортят Джабберу настроение.       Не успел он моргнуть, как оказался дома, видимо, любовь действительно окрыляет. Джаббер осторожно снял обувь, поставил сумку на пол как можно тише. Занка действительно может сейчас спать и Джаббер не собирается будить его своим шумом только из-за слепой надежды на то, что он действительно не спал всю ночь ради него. Он неспешно прошёл на кухню, чтобы сперва выпить воды после ещё одного бегового марафона, но замер в дверях.       –Доброе утро, – Занка улыбнулся сонно и тепло, отчего сердце Джаббера встрепенулось, и глупая широкая улыбка растянулась на половину лица.       –Доброе, – ответил он почти севшим от эмоций голосом. – Ты правда не спал?       –Да, хотел дождаться тебя и уснуть вместе, – Занка пододвинул к Джабберу его кружку с горячим чаем и бутерброды. Подумать только, ещё вчера они сидели здесь только как друзья, а сегодня уже... Вау. – Давно хотел, – уточнил Занка.       –Тогда не буду заставлять тебя ждать ещё больше, – Джаббер залпом под удивлённое шипение Занки выпивает чай, запихивает в себя бутерброд, яростно и быстро прожёвывая его. – Быстро в душ и спать.       Занка даже не успевает возразить, как Джаббер исчезает в ванной. Ну и что ему делать с этим бедствием на ножках? Занка вздыхает и принимается мыть посуду. Неспешно, размеренно, памятуя об общем трубе водоснабжения в мойке и душевой. Да, неплохая месть за разрушенные планы о первом поцелуе, теперь пусть виновник страдает.       Джаббер, впрочем, не выглядит недовольным, скорее, наоборот, разгорячённый душем, разморённый теплом, он наваливается на Занку, обдавая свежестью своего геля для душа, и улыбается, как самый счастливый человек на свете. Занка ощущает его улыбку на открытой шее и не может не улыбнуться следом.       –Зан-Зан, я очень сильно хочу обсудить с тобой, что будет дальше, – тепло проурчал Джаббер.       –Когда проснёмся, – шёпотом ответил ему Занка, ведя их обоих в спальню.       Односпальная кровать казалась мала для них двоих, но, прижавшись друг к другу покрепче, переплетя ноги и найдя рукам место на телах друг друга, они смогли уместиться. Чужое размеренное дыхание успокаивало, тепло тела рядом дарило комфорт и защиту от холода, общие запахи окутывали вуалью спокойствия.       Говорят, что разбитая чашка не к добру, но без неё ни Джаббер, ни Занка не обрели бы спокойствия рядом друг с другом.