Стратег в теле бога

     После экспериментов в подполе я поднимаюсь наружу и не возвращаюсь в дом. Ночь уже легла на поля плотным, ровным слоем, и Смолвиль — если его вообще можно назвать городом — распадается на редкие островки света среди тёмного океана кукурузы.      Я не иду к Лане из ностальгии.      Просто теперь есть зрение.      После того как я рассмотрел криптонит вблизи, его параметры закрепились в памяти как формула. Стоит сменить спектр — и тёмный ландшафт покрывается аномалиями. Теплее фона. Глубже по структуре. С искажением плотности.      Ближайшая — в нескольких сотнях метров.      Соседняя ферма.      Я останавливаюсь на секунду, смотрю сквозь стены, через деревья, через землю.      Да.      Тот самый камень. Тот самый оттенок.      И в этот момент приходит понимание — я видел его раньше. Мельком. Когда ещё не знал, что именно ищу. Он выделялся, но не как угроза, а как любопытная деталь пейзажа.      Теперь это слабость.      Ферма Лэнгов стоит через поле от нас. Другие соседи — далеко, за милями земли. Здесь нет улиц, только дороги между участками.      Я исчезаю.      Разгон — короткий импульс. Воздух не успевает возмутиться. Земля под ногами не проседает — я контролирую силу. За долю секунды поле остаётся позади.      Я замедляюсь уже у стены дома.      Сканирование — мгновенное. Внутри один взрослый, один подросток. Сердечные ритмы спокойные. Никаких камер. Никаких датчиков.      Грань открывается привычно.      Мир выцветает.      Шаг.      Стена становится воспоминанием о древесине.      Я прохожу сквозь.      Счёт идёт автоматически.      Три секунды. Четыре.      Я не трачу Грань на перемещения внутри — это нерационально. Достаточно пройти барьер.      Я возвращаюсь в плотность пространства прямо в комнате.      Кулдаун — доля секунды. Тело стабилизируется.

***

     Комната дышит ровно. Лёгкий запах цветочного шампуня, деревянный пол, ночник, оставленный включённым не из страха, а по привычке.      Лана лежит на спине, одна рука поверх одеяла. Кулон — тонкая цепочка, зелёный камень — покоится на груди.      В обычном зрении он красив. В рентгене — плотный и неправильный. В инфракрасном — теплее, чем должен быть любой камень.      Я не задерживаюсь.      Прошлый Кларк, возможно, задержался бы.      Я — нет.      Перчатки уже на руках. Я беру цепочку аккуратно, чтобы не задеть кожу. Движение выверено — без рывка, без колебаний. Камень отделяется от её тела, и в ту же секунду я ощущаю лёгкое давление в груди — не боль, а предупреждение.      Я не приближаю его к себе.      Руки вытянуты вперёд, корпус чуть отклонён.      Кейс открыт заранее, удерживается другой рукой на максимальной дистанции от груди. Одно точное движение — камень внутри. Крышка закрывается мягко, без щелчка.      Воздействие исчезает.      Лана едва заметно морщится, переворачивается на бок. Сердце ускоряется на один удар и возвращается к норме.      Я уже у стены.      Грань — короткий импульс — мир теряет плотность.      Шаг.      Снаружи я возвращаюсь в материальность и тут же ускоряюсь.

***

     Воздух не разрывается. Трава не гнётся. Земля не трескается. Ни ударной волны, ни хлопка. Движение гасится вокруг меня.      Это не бег. Это смещение.      За долю секунды ферма Лэнгов остаётся позади. Ещё доля — и кукурузные поля сливаются в тёмную текстуру.      Я поднимаюсь вертикально, не тревожа ни листьев, ни ветра.      Кейс с криптонитом остаётся на вытянутых руках. Ни при каких обстоятельствах я не прижимаю его к телу.      Высота — несколько километров. Затем горизонтальный импульс.      Горы возникают впереди чёрной полосой. Я выбираю участок, где нет дорог, нет туристических троп, нет радаров. Каменная гряда с естественными пещерами.      Спуск — точечный, без следа.      Вход в пещеру узкий, но достаточно для меня.      Внутри прохладно и сухо. Каменные стены глушат звук, которого всё равно нет.      Я останавливаюсь только на мгновение.      Открываю кейс, удерживая его на вытянутых руках, и опрокидываю содержимое на каменный пол в глубине пещеры.      Зелёный осколок падает и остаётся лежать в трещине между камнями.      Я разворачиваюсь и вылетаю наружу — так же бесшумно, как вошёл.      Через секунду горная гряда уже далеко позади. Ещё через секунду я снова над полями Смолвиля.      Фермы стоят спокойно. В окнах темно.      Никто ничего не заметил.      Я опускаюсь на землю у края нашего участка, снимаю перчатки и смотрю в сторону соседней фермы.      Лана спит.      Криптонита в радиусе километра больше нет.      Теперь вокруг фермы — пусто.