Ретроградный роман

      Армус Шейн раздражённо провёл пальцем по экрану, очередной раз скидывая вызов от Яна. Товарищ хотел взять у него интервью для нового выпуска, но астролог довольно грубо отказал, и теперь журналист хотел выяснить причину плохого настроения парня. И заодно уговорить на грёбаное интервью. Но у него нет времени на это. Действительно, Армус загрузил свой график клиентами так, чтобы время оставалось только на сон и три приёма пищи. И никаких мыслей о Мире. Благо, астролог умел сосредоточиться на работе, а снотворное помогало засыпать без мучений. Правда, о побочных эффектах подобного эмоционального воздержания он не думал, поэтому ужаснулся, когда наступил маленький личный апокалипсис.       Через пять дней после знаменательной встречи и полной личной загрузки Шейн проснулся с сильной головной болью и дикой слабостью. Пересилив себя, он всё-таки поднялся и привёл себя в порядок, буквально заставляя отправиться в офис. На сегодня было много важных встреч, включая и тайные, поэтому болеть не было времени. К обеду его начало кидать в жар, который резко сменялся ознобом. Мысли расплывались, для обыденных вещей необходимо было затрачивать больше энергии, чем обычно. Это раздражало и выводило из равновесия. Несравненный Армус Шейн впервые за долгое время косячил. Он умудрился перепутать на натальной карте зоны Рака и Рыбы, потом девятый и одиннадцатый дома. Пришлось в спешке высылать корректировки, покрываясь позорными мурашками. Высокопоставленный гражданин Авиора обратился к нему, как к надёжному профессионалу, а он его чуть не подвёл… А потом пришёл другой клиент — Стрелец по гороскопу, и у парня по мере разбора рвало крышу по частям. Стрелец, Стрелец, Стрелец. Жизнерадостный, резкий, открытый, харизматичный. Эдакий баловень судьбы. Перед глазами возникла Мира. Та самая Мира, которая делала совместную работу комфортной. Та, которая цепляла взгляд своей яркой внешностью, улыбкой и практически всегда хорошим настроением. Которая открыто флиртовала и прямо признавалась в заинтересованности. Которая умело прогибалась, когда это было необходимо, и наслаждалась полученным. Мира, которая громко выстанывала имя Армуса.       Астролог до боли прикусил щёку с внутренней стороны, не моргая смотря на натальную карту Стрельца, а потом быстро закончил встречу и направился в штаб тайной организации. Ему нужно было больше информации.

***

      Взяв несколько дней за свой счёт, Мира Грейз пробовала залечивать душевные раны вином и нехитрыми калорийными закусками: разнообразными бутербродами и сырными чипсами. Кутаясь в плед и просматривая в интернете статьи по теме отношений, она без конца прокручивала в голове события злополучного вечера, уговаривая себя забыть и отпустить астролога. Сделать ровно так, как советовали гуру в любовных делах на форумах. Вот только советы эти были простыми лишь на словах.       — В психологии есть такая практика, когда нужно окончательно отпустить человека стоит избавиться от вещей, которые напоминают о нём, — бормоча себе под нос, режиссёр громко шмыгнула носом и прокрутила мышкой до конца заметки.       Что напоминает об Армусе? Девушка сделала глоток вина из горла бутылки и нервно рассмеялась. Диван, на котором она сейчас лежала и на котором впервые увидела обнажённого и прекрасного молодого астролога. Книга на полке, которую Шейн листал своими длинными красивыми пальцами. Вкусное вино, которое позволило им раскрепоститься. Комната, в которой они находились, в конце концов! Ей что, теперь переезжать? Дурацкий совет. Она с раздражением закрыла окно в браузере и перешла к следующему.       — Двенадцать подсказок о том, как забыть того, кого любишь, — Мира крепко зажмурилась, не давая себе разрешения вновь скатиться к слезам. Она, в принципе, редко плакала. Организм будто выплескивал накопившуюся за многие годы боль, чтобы потом вновь начать отстраивать новую, надёжную, крепкую стену. — Первая: вырежь человека из жизни, будто его не существует.       Девушка резко захлопнула крышку ноутбука. Возможно, даже переборщила с силой. Голова раскалывалась от дурацких слов, которые не имели права стоять рядом в одном предложении. Что значит вырежь? Нельзя так просто взять и выбросить человека, с которым вас связывало нечто большее, чем просто симпатия. Тот, кто писал подобное, похоже, никогда и не любил. Мира отправила ноутбук на пол и вытянулась на диване. Как бы то ни было, завтра нужно было выходить на работу. Режиссёр, с которым она договорилась о замене, согласился поснимать до среды, и не было причин задерживать его ещё на пару дней. Сириус Динэн был снова в строю. «Утренние прогнозы» занимали в рейтинге почётное пятое место, и нужно было браться за новый проект, если она хотела вновь вернуться в тройку лучших. Но где же взять ведущего? Мысли в очередной раз вернулись к Армусу, и девушка, раскрыв рот в немом крике бессилия, прижала подушку к лицу. Астролог ни в какую не желал её отпускать.       Вернувшись в среду на работу, режиссёр не сразу смогла взять себя в руки. Раздавая указания направо и налево, она постаралась абстрагироваться от рутины ещё на день, чтобы позволить себе окончательно свыкнуться с мыслью о завершении её краткосрочного романа. И хотя одним из советов по залечиванию душевных ран был уход с головой в работу, сил у Миры хватило только на то, чтобы до неё добраться. Дальше она рассчитывала на то, что стрельцовская удача поможет пережить рабочие часы с минимальными потерями и без директора.       Однако и на следующий день мыслительные процессы в голове не желали подчиняться воле режиссёра. Ровно как и послезавтра. И ещё через день. В какой-то момент Мира просто смирилась с тем, что астролог остался в её памяти навсегда, временами позволяя фантазиям брать верх. Девушка всё больше внимания уделяла написанию сценария для новой передачи, разрабатывала план и продумывала концепцию. Ведущий пока так и не нашёлся, но Мира не унывала. Рано или поздно найдётся тот, который сможет её более-менее удовлетворить. Не на сто процентов, но хотя бы на семьдесят. На многое рассчитывать не приходилось.       Утром пятницы Грейз проснулась с чувством внутренней тревоги. Ощущая её на физическом уровне, она попыталась найти рациональное объяснение происходящему, но так и не смогла. Возможно, так трансформировалось её расставание с Армусом? Режиссёр не слишком разбиралась в психологии, а потому выпила столовую ложку успокаивающего травяного настоя, надеясь, что неприятное чувство не перерастёт во что-то большее. До выходных оставался один день. Переживёт его, а потом может себе тревожиться сколько угодно. А пока необходимо взять себя в руки и отработать как профессионал, коим она и являлась.

***

      Армус Шейн уже второй час сидел напротив огромного монитора в своём кабинете и невидящим взглядом смотрел на цветную картинку. Натальная карта госпожи Лайтвуд была настолько скучной, что найти яркое пятно в судьбе было по-настоящему сложно. Козерог по Солнцу и Луне, асцендент в Тельце, Венера и Марс в Деве. Этой женщине можно работать судьёй и карателем, настолько беспристрастен у неё взгляд по звёздам. Но она влюбилась в хамоватого торгаша и теперь пыталась найти кармические узлы их союза. Но, увы, в её карте не было даже такого для разнообразия. Госпожа Лайтвуд ушла, а парень продолжал пялиться в пустой сектор, расположенный возле его родного козерожьего, чужой натальной карты.       Несколько дней назад ему удалось узнать то, что по факту было невозможно — настоящую дату рождения Миры. Для этого ему пришлось приложить много усилий и подключить связи, подставляя под удар и себя, и режиссёра. Да, архивы хранили все изменения. Скорей всего, у родителей девушки были хорошие знакомые в отделе регистрации граждан или в тайном агентстве. Иначе было непонятно, как они смогли провернуть замену свидетельства о рождении. Но суть даже не в этом. Опасная информация носила уголовный характер, а Армус не знал, что ему делать дальше. Узнав настоящую полную дату рождения человека, проникшего в его сердце и душу, молодой астролог не спешил строить карту и делать какие-то либо прогнозы. Тогда для чего всё это? Что он так боялся узнать? Что они с Мирой — идеальная пара? Такого быть не может. Что они связаны кармическими отношениями, которые закончатся, как только миссия будет выполнена? Отнюдь. Кроме бурного секса у них ещё ничего особого не происходило, а их пути уже разошлись в разные стороны. Вряд ли кармической задачей можно назвать несколько ярких оргазмов.       — Чёртова Мира Грейз! — несдержанно выкрикнул Шейн, громко хлопая ладонью по белой поверхности стола. Грубо выключив компьютер, астролог направился к себе, где намеревался хорошенько выпить и лечь спать.       Спустя ещё некоторое время Армус уже сидел за ноутбуком в своей комнате, держа в руках стеклянную бутылочку сладкой слабоалкоголки, и неотрывно пялился в экран. Он всё-таки сделал это. Построил натальную карту Миры. Со жгучей смесью восторга и ужаса он открывал для себя всё новые и новые подробности личных аспектов режиссёра, после чего начал сверять с расположением планет некоторые дни, которые выделялись их яркими встречами. Да как можно не верить в астрологию, когда тут звёздами и планетами тупо прописан сценарий дня, да и вообще жизни! Парень засиделся за разбором до позднего вечера, а когда поднял взгляд на часы, было уже начало одиннадцатого. Пора бы уже идти в душ и ложиться отдыхать. На раннее утро был запланирован поход на массаж. Последнее время астролога беспокоила боль в пояснице.       — Ладно, я только посмотрю на сегодня и сразу спать, — пообещал сам себе Шейн, быстро вбивая исходные данные для нового прогноза. Всё-таки сегодня у него день несвойственных решений, а значит можно пойти против принципов и лечь попозже. Так и что же там у Миры на сегодня…?       Пришлось несколько раз перепроверить введённые данные. На секунду парень даже усомнился в своей квалификации, проверяя снова и снова. Планеты и знаки выстроились так, будто сговорились.       — Квадрат Марса и Урана, Марс в восьмом доме, — бубнил себе под нос астролог, бегая глазами по экрану. Всё указывало на то, что у хозяйки натальной карты предвидятся явно нехорошие вещи. Опасность, травмы, катастрофа. Армус снова посмотрел на часы, затем быстро схватил телефон и открыл чат с Мирой.       «Доброй ночи…», — он завис, не зная, что именно лучше написать. Спросить, в порядке ли она, казалось как-то глупо. Практически полночь. Это не тот вопрос, который задают тем, с кем совсем недавно отношения были разорваны. Тогда что написать? Может, лучше позвонить? А если она спит? Как-то неловко и невоспитанно её будить. Снова уставившись в экран, астролог дописал ещё более глупое: «Не спишь?».       Время тянулось катастрофически медленно. Казалось, что Вселенная насмехается над ним. Нервы были напряжены до предела. Молодой астролог до рези в глазах смотрел на смартфон, отвлекаясь только на то, чтобы раздражённо мазнуть по экрану и не дать ему погаснуть полностью. Армуса хватило только на десять минут, после чего он на эмоциях набрал знакомый номер, полагая, что сможет объясниться, если вдруг помешал Грейз отдыхать.       Один гудок. Второй. Третий. Четвертый.       О том, что девушка могла принимать душ или действительно спать, Армус думал, уже выворачивая с парковки на одну из центральных улиц. Ему было абсолютно всё равно, что часом ранее он употреблял спиртное. В висках набатом стучала тревога за важного для него человека. Дорогу до квартиры астролог выбирал интуитивно, потому что не мог с точностью помнить каждый поворот. В какой-то момент он вбил в навигаторе адрес, который был сохранен в заметках — профессиональная привычка выписывать и сохранять всё самое важное. Добрался к месту Армус спустя двадцать пять минут — непозволительно долго по его личному мнению. Нервно хлопнув дверью, молодой человек запрокинул голову, кидая взгляд на окна. Помнить бы ещё, куда они выходили. Пиликнула домофонная дверь, выпуская тёмную фигуру в капюшоне. Астролог воспользовался моментом, чтобы проскочить внутрь, и взлетел на нужный этаж. Громко постучав в дверь, он сразу же дёрнул ручку, которая слишком просто поддалась, и Армус понял, что замка не было. В ужасе он забежал в квартиру.       — Мира!       Получилось истеричнее, чем предполагалось. Голос отрикошетил от уже знакомых стен. Астролог скинул обувь и ринулся сначала на кухню, а, не находя там хозяйку, по очереди пробежался по комнатам. Девушка оказалась на полу гостиной, где не так давно они распивали бутылку коллекционного вина. Первым бросились в глаза худые щиколотки, а потом, оббежав диван, Армус замер с открытым в немом крике ртом. Режиссёр лежала лицом вниз. Одна рука прикрывала голову, вторая безвольно лежала вдоль тела. Вокруг головы, на коже и плечах виднелись ужасающие тёмные следы. Кровь?       — Мира! — Шейн снова дёрнулся вперёд, падая перед девушкой на колени и морщась от неожиданной боли. В колени впились стёкла, сильно запахло алкоголем. Значит, это всё-таки не кровь. Армус осторожно обхватил руками плечи Миры и не без труда перевернул её, предварительно сметая замотанной в рукав рукой стёкла. Режиссёр тихо застонала, заставляя астролога выдохнуть с облегчением. Увидев рану, засохшую на волосах кровь, он перехватил девушку поудобнее и дотянулся до кармана, чувствуя, как мелкие осколки впиваются во всё, что можно. — Потерпи немного, я сейчас вызову скорую. Держись.       Мира попыталась промычать что-то членораздельное, однако вместо слов из пересохшего горла вырывались лишь хрипы. Голова раскалывалась от боли, а в глазах двоилось, стоило ей их открыть. Армуса она узнала исключительно по голосу и была нереально рада тому, что тот не сдерживал своих эмоций. На мгновение девушка испугалась, что грабитель вернулся в квартиру. Угораздило же её открыть дверь незнакомцу! В их элитный дом не могли попасть ни торговые представители сетевых компаний, рекламирующие посуду или косметику, ни представители церквей или волонтёрских движений. Ежемесячные взносы на охрану, которые Грейз исправно платила, должны были обеспечить её безопасность. И где хвалёные охранники сейчас, когда они так нужны? Что-что, а от продавца кастрюль режиссёр и сама могла прекрасно отбиться. А когда дело дошло до серьёзного преступления, никого рядом не оказалось.       Желудок скрутило спазмом, и воспоминания обрушились на неё неудержимым потоком. Первый удар преступника пришёлся на живот, а затем руки скрутили жгутом, чтобы не мешалась. Сквозь звуки бьющегося стекла и падающих предметов девушка, к своему удивлению, слышала знакомую трель мобильного телефона. Кричать она не решалась, опасаясь последствий для своей жизни, поэтому лежала на полу смирно. Но, видимо, грабитель нашёл достаточную для себя сумму денег, поскольку прекратил поиски и сосредоточил своё внимание на алкогольной коллекции, которой так гордилась Мира. И вот как раз тогда режиссёр и получила бутылкой по голове, так как только таким способом можно было заткнуть её крики о помощи.       Казалось, что с ударом она лишилась жизни, однако знакомый голос вернул её на землю. Но откуда Армус узнал? Почему именно в этот момент? Голова кружилась, и сквозь внезапно навалившуюся дремоту Мира слышала голос, который уговаривал её не отключаться. Девушка то проваливалась в беспамятство, то возвращалась к астрологу. Последнее, что она запомнила — людей в белых халатах. «Ангелы», — мелькнуло в голове. Она посильнее сжала ладонь Шейна, снова пытаясь что-то сказать, однако не смогла выдавить ни слова. А потом она почувствовала неприятный запах спирта, укол в плечо. И всё остановилось.       Время летело молниеносно. Армус даже не понял, в какой момент настало утро. Помнил, как Мира отказывалась отпускать его руку всю дорогу до больницы, как пришлось уколоть ей успокоительное, чтобы забрать в реанимацию. Помнил, как самого астролога забрали из коридора и отвели в отдельную комнату на допрос, после чего взяли подписку о невыезде до дачи показаний пострадавшей. Точно помнил, как врач уверял его ехать домой, потому что к девушке его не пустят до определённого времени. Астролог тогда кричал и сопротивлялся, но его быстро осадили те же самые служители закона, что и проводили допрос. А оказавшись дома, Шейн выпил выделенное ему успокоительное и практически сразу отрубился.       Рейд по бесконечным светлым коридорам, и вот астролог снова на пятом этаже центральной больницы Авиора. До встречи с Мирой ему удалось выяснить, что ту перевели из реанимации в обычную палату, диагностировав сотрясение мозга и рваную рану мягких тканей в затылочной области, а также то, что запрет на передвижение Армуса сняли после разговора с режиссёром. Квартиру же её оцепили и оставили под охраной, что не могло не радовать, так как с утра парень корил себя, что не поехал туда вчера.       — Можете пройти, госпожа Грейз уже не спит, — добродушная медсестра махнула рукой на палату режиссёра, а затем поспешила в конец коридора, но Шейн успел заметить на её подносе окровавленные бинты. Стало как-то не по себе. Набрав в лёгкие воздух, он перехватил пакет со сладостями и уже смелее зашёл в палату.       — Привет раненым, — нарочито весело поздоровался Армус, подходя к кровати, где полусидела Мира. Её голова была замотана, отчего та казалась совсем бледной. Поставив пакет с пирожными на тумбочку, астролог убрал трясущиеся руки за спину. — Как ты себя чувствуешь?       — Будто мою голову избили, а тело искололи иглами, — усмехнувшись и тут же скривившись от резкой болевой вспышки в висках, режиссёр протянула вперёд руку, из вены которой торчала капельница. Очнувшись в палате после операции, она почувствовала себя совершенно беспомощной. Её тело, казалось, существовало отдельно от разума, конечности отказывались подчиняться, а обычное дыхание сопровождалось резью в грудной клетке. Запаниковав, она постаралась сползти с койки, чтобы попытаться встать на ноги, но на её счастье в палату вошла медсестра и успокоила пациентку, разъяснив условия выздоровления. Организму нужен был отдых, хотела этого Мира или нет. Перспектива пролежать две недели в больнице удручала девушку. Однако попытки оспорить лечение претерпели неудачу: лечащий врач пригрозил привязать её к койке ремнями в случае оказания сопротивления. — Я хотела выйти пораньше, но мне запретили, — не сдержавшись, она пожаловалась Армусу, который после этой фразы закатил глаза и, кажется, тихо фыркнул. — А что? Я бы и дома могла отлично провести время! У меня тоже есть телевизор, — Грейз махнула свободной от игл рукой на стену. — К тому же здесь всего пять каналов. Я не хочу смотреть на то, как гробят мои «Утренние прогнозы», — а затем она замолчала, переводя взгляд на астролога. — Спасибо тебе за то, что нашёл меня, — мгновенно став серьёзной, режиссёр продолжила, — хирург, который делал операцию, сказал, что в моём случае любая задержка стоила потери памяти. Я не знаю, как тебя благодарить, ведь если бы не ты… — шумно вдохнув воздух, девушка смяла одеяло руками. — И всё же хочу задать один вопрос, который не даёт мне покоя. Как ты узнал, что мне нужна помощь?       Армус молча смотрел на довольно-таки оптимистичный настрой Миры, понимая, что с каждой кривой улыбкой или глупым упрямым замечанием раздражение внутри накатывает всё большими волнами. Дабы не позволить цунами смести и разрушить крепкие отношения между ними, астролог быстро заморгал, перевёл взгляд на единственное окно в помещении и прокашлялся.       — Тебе всё равно не понять, — уже без особых эмоций произнёс Шейн. Зачем опять поднимать ненавистную тему астрологии, если Мира всё равно не поверит. Молодой человек ещё раз взглянул на девушку. Та продолжала то улыбаться, то бурчать на неудобство койки. Астролог почувствовал, как подкосились неожиданно коленки. Он дёрнулся, но устоял на ногах. Усталость и пережитый страх невыносимой ношей опустились на плечи, заставляя сжаться. Он так переживал, так сильно испугался за неё… Увидев карту, он молился про себя, чтобы прогноз не сбылся. А увидев Миру в луже крови и в осколках стекла, он на мгновение поверил, что та мертва. А потом бесконечные переживания, и вот астролог стоял возле больничной койки девушки, а та ему беспечно улыбалась и жаловалась на маленькое количество каналов местного ТВ. Это было слишком… слишком. Ему надо отойти и отдохнуть. Вымучив полуулыбку, точнее дрожь в уголке губ, он снова взглянул на режиссёра. — Я, пожалуй, пойду. Я рад, что ты в порядке, надеюсь тебя скоро выпишут, и ты вернёшься на канал. Выздоравливай, Мира, и ни о чём не переживай. Попей чая.       Грейз хотела было уже что-то ответить, но в палату зашла медсестра, сказав, что пришло время для каких-то процедур. Астролог вежливо поклонился, кинул режиссёру «пока» и ретировался, подумывая о том, сразу ли ему поехать домой и хорошенько отоспаться, или заехать в магазин за бутылкой полусладкого.       — Я сделала что-то не так? — Мира растерянно посмотрела на медсестру, раскладывающую на столике лекарства. Она не хотела выглядеть депрессивным овощем в глазах парня, храбрилась, что со всем справится, заткнула поглубже опасения о побочках после операции. Думала, что её улыбка порадует астролога и что тот станет волноваться о ней чуть меньше. Утром ей рассказали о скандале, который закатил Армус, стоило врачу выдворить его из палаты пациентки. А ещё его допрашивали служители закона, что тоже являлось довольно нервным действом. Решив про себя, что на долю астролога выпало слишком много переживаний о ней, Мира старалась разговаривать о чём угодно, только не о случившемся. Вот только Армуса такое поведение отпугнуло. — Вы верите в гороскопы? — стянув лёгкие штаны и оголив ягодицы, девушка легла на живот. Иголка проткнула мягкие ткани, и она рефлекторно вздрогнула, впиваясь ногтем в большой палец.       — Неважно, во что человек верит, самое главное, чтобы он верил в себя, — женщина обработала ранку спиртом и заклеила пластырем. На вид ей было лет сорок, хотя Грейз часто ошибалась в попытках отгадать чей-либо возраст. — Если ты считаешь, что недостойна этого парня, то так тому и быть. Но если же готова за него побороться, если чувствуешь, что это твоё, ты должна сказать ему об этом. Иначе откуда он узнает, что на него имеет виды такая очаровательная девушка, — улыбнувшись, медсестра отвернулась, чтобы собрать свой полевой набор со шприцами и ампулами. Недолго думая, Мира схватила мобильный телефон и, набрав небольшое сообщение, нажала кнопку отправить.       «Когда я выпишусь, то первым делом приглашу тебя прогуляться в парк. Мы будем есть хот-доги, пить вкусный кофе и согреваться поцелуями. Надеюсь, ты ответишь согласием, ведь от твоего ответа зависит скорость моего выздоровления.»       Армус увидел сообщение, выйдя из душа. Он провёл под контрастными струями воды максимальных сорок минут и вскоре почувствовал, как ему полегчало. Из-за головной боли он не стал покупать вино, но сейчас ощущал себя уже гораздо лучше. Будто часть горы откололась и вместе с некоторыми эмоциями смылась в водосток. Вторая часть окончательно обвалилась из-за смс от Миры. Лучший астролог Авиора и признанный «холодный принц» несколько минут сидел на диване с нелепейшей улыбкой на лице и пялился в экран. Внутри будто что-то ожило и то грело, то кололо, смущая парня ещё больше. Настолько он отвык от ощущений влюбленности, что вёл себя, как подросток. Решив, что он достаточно намучился и напереживался за последние сутки, что вполне имеет право заставить поволноваться и девушку, парень отложил телефон и пошёл на кухню на поиски перекуса. А потом сел за карты, потому что проблемы проблемами, а заказов было так же много, как и обычно. Сдавшись через два часа и поняв, что концентрации недостаточно, а мысли то и дело возвращаются к проклятому телефону, Армус с уже фирменной улыбкой набрал ответ:       «Да. Поскорее выздоравливай, госпожа Стрелец. Объяснишься за кружкой миндального латте, когда встанешь на ноги. В парке.»