Спасти мир трижды

Фурина распахнула свои большие глаза и резко поднялась с кровати, словно увидела какой-то страшный сон. Её дыхание уже было сбито, и потому она начала пытаться его восстановить, попутно осматриваясь вокруг: было темно и всё казалось жутко незнакомым. Это было маленькое помещение, а внутри было ужасно холодно – по всей видимости, дерево отлично удерживает как тепло, так и холод. Единственный свет лишь сочился тусклыми лучами сквозь щели между досок, коими было заколочено единственное окно. Аккуратно свесив с края кровати свои ноги, девушка-подросток пыталась поверить своим глазами. «Где я? Как я тут оказалась? Кажется, мгновение назад я была в своей комнате, а теперь я нахожусь в какой-то странной… избушке? Хижине? Это явно не похоже на дом, в котором мы живём… Может быть, здесь кто-то есть кроме меня?» Прочистив своё горло, Фурина тихо, словно боясь кого-то спугнуть, спросила: – Здесь кто-нибудь есть?.. Сестра?.. Мама?.. Папа?.. – каждый новый вопрос был всё тише и тише, как и надежда на то, что здесь всё-таки кто-то был. Но никого не было, и её вопросы утонули в темноте. «Никого нет… Как я могла тут очутиться? Может быть, папа снова меня разыгрывает? Нашёл где-нибудь какой-нибудь старый дом и как-нибудь меня перенёс туда, пока я спала… Я должна попытаться выбраться отсюда… Подождите…» В этот момент Фурина почувствовала, как что-то холодное и стеклянное лежало на бедре. Приподняв одеяло, она увидела странный предмет: что-то похожее на монокль. Взяв его в руку, держась пальцами за края, девушка начала его внимательно рассматривать. «А это что ещё такое?.. И что оно делает у меня под одеялом?.. Может это часть розыгрыша, а этот монокль поможет мне как-то выбраться из этого места?» Коснувшись аккуратно босыми ногами холодного деревянного пола, Фурина их тут же одёрнула, ощутив, как по её светлой коже пробежались мурашки, заставляя вздрогнуть и потереть ладонями плечи, чтобы хоть немножко согреться – сама-то она была лишь в ночной голубенькой сорочке. Ей не хотелось слезать с кровати, которая хоть немного была тёплой, но и оставаться ей здесь на веки вечные тоже не вариант, и потому ей пришлось смириться с тем, насколько было прохладно в помещении. Встав с кровати, девушка поняла, что её глаза слегка привыкли к темноте, и потому она смогла разглядеть довольно-таки скудный интерьер, который почему-то казался ей знакомым: деревянный стол с двумя одинокими стульями, на котором стояла подставка с, кажется, свечой; каменная печь, книжный шкаф, уставленный, как не странно, книгами. Но всё это было не важно, ведь её глаза зацепились за входную дверь. Фурина мигом к ней подкралась, а её рука на рефлексе потянулась к ручке, как вдруг уткнулась в саму дверь, заставив девушку опустить взгляд и вспомнить, что чего-то не хватает… Да, именно вспомнить. «Нет ручки… Почему-то я помню, что здесь нет ручки. Но почему? Кому вообще надо было вырывать рукоять из двери и заколачивать окна?.. Может кто-нибудь есть снаружи?» С этой мыслью она начала стучать по двери и попутно звать то сестру, то своих родителей, но и там никого не было. Тревога внутри нарастала, как и страх вместе с потерянностью. Ей никогда не доводилось попадать в такие до ужаса странные и вводящие в ступор ситуации, и дыхание её будто бы вновь начинало сбиваться, но был сделан глубокий вдох, грудь наполнилась прохладным воздухом, а за этим последовал размеренный, спокойный выдох. «Так, Фурина… Всё хорошо, это просто какой-то розыгрыш… Над тобой решил подшутить твой любимый папа. Не нервничай, не волнуйся… Вдох, выдох и идём искать ручку». В такой ситуации только и остаётся, что разговаривать с самим собой. Она иногда это практиковала, когда ей было тревожно, а рядом никого не было, но в такие ситуации она попадала крайне редко, ведь рядом всегда была её старшая сестра, способная помочь и делом, и словом. Найти ручку в кромешной тьме – задачка та ещё, но делать-то было нечего. Причём почему-то девушке казалось, что на полках, уставленных пыльными книгами и «безделушками», она ничего не найдёт, а потому сразу перешла к столу, действуя крайне аккуратно и тихо, словно боясь кого-то разбудить. На нём действительно стояла металлическая подставка со свечой, которую, по всей видимости, никогда не поджигали. «Свечка… Надо найти что-то, что помогло бы мне её разжечь. Может где-нибудь есть какие-то спички?» – подумала девушка, будучи готовой метнуться к старенькой печке, краска на которой уже отколупывалась. Вот только на полпути голубоглазка остановилась. Голова начала раскалываться сильнее, а в ней появилось очередное воспоминание, словно дежавю. Казалось, что нигде ей ничего найти не удастся: ни в печке, ни между книг в шкафу. И при этом она с уверенностью могла сказать, что видит это место впервые в жизни, из-за чего чувствовала внутри себя какое-то противоречие. Словно её душу смешали с душой другого существа. Так что следующим местом для поиска стала кафедра, где, как казалось Фурине, будет то, что поможет ей выбраться. В отличие от всего, что находилось внутри этого помещения, этот загадочный предмет мебели был сделан из чего-то очень гладкого и, по всей видимости, прочного, раз это единственное, что сохранило свой изначальный вид. – Похоже на Мрамор Души… – задумчиво пробормотав себе под нос, она вновь удивилась своим же словам. На самой кафедре не было ничего, кроме парочки запылившихся книжонок и лупы. В тусклом свете она могла рассмотреть её позолоченную или вовсе золотую блестящую ручку. «Такое ощущение, будто все средства владельцев этого дома ушли только на эту бедную лупу… Я думаю, что она мне может помочь разжечь свечу! Конечно, солнечный свет не настолько яркий, но почему-то мне кажется, что получится…» Повертев артефакт на свету, девушка убедилась, чтобы тот просочился сквозь увеличительное стекло, создавая тёплый луч, а тот, в свою очередь, попал на фитиль свечи, которую голубоглазка взяла в руку. И, о чудо, через несколько секунд свеча загорелась. – Сработало! – воскликнула та аж вслух, улыбнувшись с искрой счастья в голубых глазах, ведь теперь она не чувствовала себя слепым кротом в этой дыре и могла всё осмотреть так, как следует, отложив увеличительное стекло в сторону. Да вот только ручку от двери даже со светом ей найти не удалось. Теперь она хотя бы могла разобрать названия, что были написаны на корешках книг. И большинство из них казались ей до чёртиков знакомыми. – «Магия эманации души»... «Польза самоцветного молочного чая»… Где-то я всё это слышала… Нельзя заострять на этом внимание, – отмахнулась та, а после заметила торчащий между книг листок бумаги. Достав его аккуратно, стараясь не порвать, Фурина увидела, что он был практически пуст – лишь в самом низу было написано курсивом: «Напротив печки тайная дверь» Что было примечательно, монокль, который девушка положила на стол, начал излучать странное золотое свечение, когда она пыталась разобрать причудливый почерк. Но особого значения этому Фурина не придала, ведь теперь будто уже нечему удивляться. Подняв голову, вместо какого-нибудь намёка на дверь девушка увидела обычную деревянную стену, коими была отделана вся эта рухлядь. Но она ведь на то и тайная, ведь так? Поэтому она подошла поближе, отложив листок с подсказкой в сторону, и прикоснулась ладонью к до мурашек холодным доскам. Сначала ничего не произошло, но стоило ей слегка надавить, как часть этой стены начала тяжело открываться, словно дверь, и вот за ней уже был загадочный и страшный спуск вниз. Девушка боялась темноты, и ломиться туда не горела желанием, однако чувствовала, что там будет находиться решение всех её проблем. Босыми ногами она начала аккуратно спускаться по ступенькам, ведущим, по всей видимости, в подвал. Чем дальше она была от тайной двери, тем сильнее нарастало внутри груди чувство, что её запрут, и выбраться ей уже точно не удастся, так что в то же время медлить совершенно не хотелось. Со свечкой в руке ей удалось добраться до подвала, и тут уже она увидела длинный и пустой коридор, в конце которого было что-то маленькое, светящееся голубеньким цветом. Не теряя ни минуты, Фурина подошла поближе, чтобы разглядеть то, что лежало на полу. Это оказалось каким-то маленьким, крохотным, круглым осколком зеркала. Присев на корточки, она рассмотрела его, взяв в руку. «Просто обычный осколок. Круглый и без острых краёв… Ещё и излучает голубое свечение… Я чувствую, что мне нужно взять это с собой. О, тут ещё и ручка от двери!» Воскликнула та, увидев, что недалеко от зеркала ещё лежало и то, что она всё это время искала. Взяв найденное в одну ладонь, Фурина поспешила выйти из подвала, боясь, что здесь кто-то откуда-то вылезет и укусит её за мягкие места. Но этого, слава всему святому, не произошло. Подойдя к двери, Фурина с горем пополам приделала эту ручку, оставив свечу на печи, после чего начала пытаться одной руки открыть дверь. Удавалось это с трудом, а откладывать осколок ей не хотелось – уж больно хрупким он выглядел. Не так положишь и всё – прощай чужое имущество! Взявшись покрепче, голубоглазка со всей силы потянула за рукоять, и дверь со скрипом отворилась, позволяя более тёплому и свежему воздуху проникнуть в помещение вместе со светом, которому та радовалась так, словно увидела впервые. «Открылась! Наконец-то я…» Только она вышла из хижины, как её искренняя радостная улыбка сменилась не менее искренним удивлением. Перед её глазами был не родной дом, и даже не утёс, а просторные луга, покрытые странной серой низенькой травой, а небо было изрисовано тускло-розовыми и сиреневыми красками солнца, что грозилось спрятаться за горизонтом. Первое, что пришло в голову Фурине – это ущипнуть себя, но и это не помогло, а заставило ощутить ещё большее недопонимание. «Это не сон?.. Но где же я тогда… Я никогда такого не видела. Ни наяву, ни в книгах… Даже в сказках!.. Где сестра и мои родители? Я думала, что это просто розыгрыш… Может они тоже где-то здесь? Замурованы в других хижинах? Я просто обязана… обязана их найти!» Девушка начала взглядом искать такие же домики, как и её: расположенные посреди поля серебристой травы, на котором лишь иногда росли одинокие изумрудные кипарисы с ярко-зелёными листочками. Только где-то вдалеке виднелось более густое сборище деревьев – роща, – к которой вела тропинка. Обойдя свой дом, она надеялась увидеть какой-нибудь намёк на то, что здесь живёт хоть кто-то, однако вместо этого увидела лишь странные куски мраморных колонн, разбросанных по всем лугам, а также пасущихся… хромиков? Это точно не то, что она ожидала увидеть. И всё же, разноцветные овцы – это, конечно, весело, но вряд ли они являлись переодетыми родителями, ведь так? И, раз уж на то пошло, вряд ли они как-то ей помогли бы. «Я здесь что… Совсем одна?.. Но разве такое может быть?.. Как я тут оказалась? Почему мне всё это кажется знакомым? Ничего не понимаю…» От беспомощности и отсутствия какого-либо контроля над нынешней ситуацией ей хотелось просто упасть на колени и заплакать. Слишком много свалилось на неё разом, и всякое удивление запросто перекрывалось стрессом из-за резкой смены обстановки. Но и намокнуть её глаза не успели, как вдруг её издалека позвал чей-то молодой женский голос. – Девушка! Вы в порядке? Она резко подняла голову. В её глазах загорелась искра надежды. «Неужели я не сошла с ума? Здесь есть кто-то живой?» Развернувшись, Фурина увидела вдалеке девушку с длинными распущенными фиолетовыми волосами в капюшоне, которая была одета в шерстяные балахоны. В руках её был лук, а на спине, по всей видимости, колчан со стрелами. И эта личность тоже казалась ей знакомой, однако Фурина всё равно насторожилась, не позволяя своей наивности брать верх. В конце концов, от незнакомцев можно ожидать чего угодно. Она замолкла, будучи неуверенной, идти ли ей на контакт с незнакомкой или вовсе побыстрее спрятаться обратно в дом. И пока думала, заметить не успела, как та стояла уже перед ней. – Девушка, с Вами всё хорошо? – Фурина чувствовала, как её лицо внимательно осматривают. Лучница и сама не спешила к ней подходить совсем близко, держа определённую дистанцию. – Д-Да, – запнувшись, ответила та. Вечно отмалчиваться не получится. – Со мной всё в порядке, я думаю… Я, наверное, заблудилась… – Заблудились? Как Вы вообще сюда попали? Я Вас никогда не встречала ранее. И из города Вы не могли прийти. У Вас ведь нет ничего, кроме сорочки и- Девушке казалось, словно её отчитывают, как маленького ребёнка, но тут допрос был резко перебит удивлённым вдохом голубоглазки. – Что-то не так? – решила убедиться лучница, наклонив свою голову вбок. – Вас же зовут Шеврёз?.. – неуверенно спросила Фурина, тем самым повергнув незнакомку в шок. – О-Откуда Вы знаете?! – аж запнулась та, не веря свои ушам, но вскоре опустила свой взгляд и удивилась ещё больше, заметив осколок в чужих руках. – Вы… Спасительница?.. Простите мне мою грубость, Спасительница! Я не знала, что это Вы. Мне никто не доложил о том, что Вы уже явились в наше Королевство. Это большая честь для меня – встретиться с Вами лично. Ещё раз, прошу, примите мои извинения! Такого больше не повторится… В ответ на это Фурина лишь стояла и хлопала своими глазами, испытывая конфуз, смотря, как перед ней извиняется всё ещё незнакомка, кланяясь и прикладывая свободную руку к сердцу. Ситуация меняется не по минутам, а по секундам, и напряжение сменилось неловкостью. – С-Стой-стой, не стоит! Ничего страшного, всё хорошо. – Вы уверены? – Да, конечно! Я не увидела в твоих словах ничего грубого. Ты ведь, вероятно, говорила этого с добрыми намерениями, ведь так? – фиолетововолосая пребывала в небольшом ступоре, что было заметно по её глазам. – Естественно. Просто я всегда представляла, что Спасительница будет более серьёзной… Это не значит, что Вы не подходите на эту роль! Ни в коем случае! – тут же исправилась та. – Просто… рассуждаю. – Хорошо, допустим… – Но откуда Вы меня знаете?.. Мы точно не могли быть знакомы раньше… – Фурина пожала своими плечами, не зная, что и ответить. – Я в любом случае обязана представиться должным образом, – выпрямив спину и сняв капюшон, та снова приложила руку к сердцу, уже более официальным тоном заявляя. – Меня зовут Шеврёз. Я – Капитан Лугового Патруля. – А я… Эм… Фурина… – Это большая честь для меня – быть с Вами знакомой лично! – Мне тоже приятно познакомиться, пожалуй… Затянулось неловкое молчание на несколько мгновений. Для Фурины всё казалось каким-то… Странным. Ненастоящим и реальным одновременно. Чтобы она очутилась в каких-то серых просторных лугах с разноцветными овцами в заброшенной избушке, нашла светящийся осколок, встретила Капитана Лугового Патруля, которая начала отчитываться перед ней… Да где это видано? Даже в её снах при высокой температуре такого не было! – Так… давайте начнём с того, где мы? Мы сейчас находимся точно не в моём мире. Но название этого на кончике языка. Никак не могу вспомнить… – Точно, Вы ведь не из этого мира. Мы сейчас находимся в Королевстве Вечного Сумрака, а если быть точнее, то в Перламутровых лугах. – Точно, Королевство Вечного Сумрака! У вас никогда не заходит солнце за горизонт, и потому у вас вечные сумерки. И поэтому трава не перламутровая, а серая, так? – Шеврёз не давали вставить и слова. Да и сама она не знала, что и сказать, ведь объяснения будто бы не требовались. – Всё верно, я полагаю… – задумалась лучница, опуская свой взгляд в землю. Понимая, о чём думает Капитан, Фурина решила объясниться. – Если честно, я и сама ума не приложу, откуда всё знаю. Могу с уверенностью сказать, что меня здесь никогда не было, а я – никогда вас не видела. Но почему-то это всё есть в моей голове… – Может это из-за того, что Вы – Спасительница? – предположила девушка, указывая ладонью на сияющий осколок. – Я, конечно, не совсем уверена, как всё это работает, но вдруг Спасители знают всё о мире, в который попадают. – Я не знаю... Может быть оно и так… – Знаю лишь, что осколок в Ваших руках – это важный артефакт. И всё же Вождь наверняка более компетентен в этом вопросе. Думаю, что он сможет на него ответить, как и на все другие. Я Вас могу провести до нашего поселения – оно находится недалеко. В роще. – Хорошо, пошлите, – собралась та уже пойти, как вдруг вспомнила про загадочный монокль, что лежал в хижине. В её голову пришла мысль, что он мог быть чем-то важным, и вот так просто забывать его – глупая затея. – Только подождите, пожалуйста. Я возьму кое-какую вещицу в хижине. Забрав из заброшенного дома нужную вещь и взяв её в ту же ладонь, где и лежал осколок, Фурина подошла к Шеврёз, после чего они вместе дошли до тропы, сминая стопами серенькую травушку. Идти босыми ногами по траве – не самое привычное дело. От касаний становится и щекотно, и слегка больно одновременно из-за крохотных камешков, что прятались в этой самой траве. Но что-то ей подсказывало, что сейчас это не самая главная проблема для неё… Шли девушки молча. Шеврёз, по всей видимости, не хотела начинать разговор, потому что смущалась перед «Спасительницей». Видимо, этот «титул» очень серьёзный. Но почему он был присвоен именно ей? Как так получилось, что именно Фурина получила его, а не кто-либо другой? И каким образом она попала в это Королевство? Над этими вопросами размышляла та, не находя ответа, пока любовалась красивыми лугами, коими они были. Их яркий серый цвет был необычным сам по себе даже без перламутрового окраса. Лёгкий ветерок, рассекающий по этим просторам, заставлял траву колыхаться, создавая «волны». Собственно, поэтому Фурина и молчала: она была в размышлениях, а когда из них случайно выпала, то тут же и сама слегка смутилась, и поэтому решила разрядить обстановку, быстро найдя тему для разговора. Посмотрев на Шеврёз, Фурина убедилась, что у той были не обычные уши, а заострённые. – У тебя заострённые уши? – с удивлением в голосе спросила та, хоть и недостаточно искренним, ведь ответ сам возник в её голове. Шеврёз посмотрела на собеседницу, будто бы не услышав вопрос, и голубоглазка решила продолжить. – Ты ведь эльфийка? – А, да. Я эльфийка, и потому они заострённые. А что? В вашем мире не так? – В моём мире эльфы ненастоящие. Мне иногда папа читал перед сном различные книги и сказки про магических существ. Вот оттуда я их и знаю. – Интересно… И солнце, как я могу догадаться, в «вашем мире» не стоит на месте, как у нас? – Да. Сначала утром оно выходит из-за горизонта, пересекает днём небо, уходит за горизонт вечером, а после этого наступает ночь, когда солнца нет совсем. Но вряд ли вас устроил бы такой расклад событий… – Что Вы имеете ввиду? – вскинул бровь лучница. Она, может, и знала ответ на вопрос, но хотела проверить то, насколько Спасительница верна в своих предсказаниях. – Ну как это? При кромешной тьме появляются эти… Тени, так? Если бы у вас были ночи, то тогда бы вам пришлось сражаться с целыми толпами этих существ. Не думаю, что вам было бы хорошо. – Любопытно… Вы действительно знаете очень много о нашем мире, даже ни разу здесь не побывав… Мне уже и самой не терпится узнать, что на этот счёт скажет Вождь. Хотя, я думаю, что учёные все равно скажут больше. – Почему? – Наш Вождь ведь не учёный. Он просто лично знаком со Стражницей из Сумеречной чащи, Архитектором и даже Великим Герцогом, что говорит многое о его «величии». Таких людей мало в Королевстве. Но это всё равно не значит, что он всезнающий, как Вы, или всемогущий. А я и подавно. – Ну… Я почему-то уверена, что все равно он чем-то сможет мне помочь, – улыбнулась Фурина. Она не хотела, чтобы Шеврёз чувствовала себя какой-то бесполезной. – И Вы тоже! Эльфийка посмотрела на собеседницу, и её уголки губ тоже поднялись, как только она услышала косвенный комплимент в свою сторону. – Мы совсем скоро прибудем, Спасительница. И спасибо Вам за добрые слова. – Да не за что! И вообще, давайте будем на «ты»? А то мне как-то неловко, когда ко мне обращаются, как ко взрослой. – А, извини. Поняла. Постараюсь общаться на «ты» со Спасительницей целого мира! Голубоглазка искренне посмеялась в ответ на эту «шутку», которую уже где-то слышала. Они продолжили идти по тропе. Можно было увидеть, что пункт назначения достаточно близок. И действительно дорога была не такой долгой. Всё была так, как сразу же сказала Шеврёз. Да и Фурина предполагала то же самое. Располагалось это самое поселение эльфов не на лугах, а в небольшой роще, которая полностью состояла из высоких кипарисов, возле и на которых уже располагались деревянные домики, похожие, по крайней мере внешне, на тот, в котором очутилась Фурина. Тут уже, признаться честно, было уже как-то поуютнее: в каждом доме горел тёплый свет, а из некоторых окошек вовсе пахло вкусным чаем; некоторые эльфы ходили по улице и о чём-то шумно разговаривали, пока их дети играли друг с другом в догонялки или что-то типа того; можно было услышать, как кузнец что-то куёт, стуча своим железным молотом. В общем, в этом небольшом поселении жизнь кипела в отличие от остальной части Перламутровых лугов. – У вас здесь достаточно уютно, – подметила аккуратно Фурина. Стоило ей лишь войти в это поселение, как вся тревога улетучилась из сердца, позволяя вдохнуть воздух полной грудью. Она была уверенно, что здесь её защитят, и искренне восхищена, как конкретно здесь было приятно находиться. – Спасибо, – улыбнулась ей Шеврёз уголками губ. – Хоть мы и не такие эстеты, как люди, все равно многие говорят, что у нас здесь *%?;%?;?*(:%;%(? Спасительница не поняла, что ей только что сказали. Словно на мгновение весь мир окунулся в воду, и глухой звук просто не дошёл до её ушей. Поэтому девушка решила переспросить. – Говорят, что у вас… как? – Кто говорит? – та, по всей видимости, тоже выпала немного из разговора. – Ну… Не важно, – отмахнулась голубоглазка. Ей казалось, что спрашивать об этом свою собеседницу было как-то бессмысленно. Вряд ли она сама знает, что сейчас произошло. А может для неё вообще ничего не произошло, и это чувствует только сама Фурина. Но почему? Совсем скоро они вместе дошли до дома, который был больше остальных и даже красивее: встречались различные изящные орнаменты, выполненные искусными резчиками по дереву, да и в целом он выглядел достаточно солидно для того, чтобы догадаться о важности проживающего там эльфа. Шеврёз первой открыла дверь и вошла вовнутрь вместе с Фуриной. Внутри было, к слову, не менее уютно, чем снаружи. Даже тепло. А ещё можно было почувствовать аромат какого-то чая с молоком. Причём достаточно сильный. «Видимо, Вождь очень любит выпить чая…» В какой-то момент лучница остановилась, а вместе с ней и Фурина. Только тогда она подняла свой взгляд и увидела в тройке метров от себя высокого темноволосого мужчину с хмурым взглядом, которого девушка ничуть не испугалась, на удивление. У него были точно такие же острые уши, что и у капитана, да и одет он был в похожие балахоны, которые покрывали большую часть его тела. Единственное, что у него было оголено – пресс и часть спины, покрытые в некоторых местах шрамами. Можно было сказать сразу, что этот правитель не просто сидит на своём «троне» и помыкает своими «солдатами», если так, конечно, можно выразиться. – Ваша Светлость. Извините, что без предупреждения, но это срочно. Я привела сюда Спасительницу. Мужчина чуть приподнял брови молча, опуская взгляд на светящийся осколок зеркала, что находился в руке Фурины. Последняя же слегка занервничала и кивнула в знак приветствия. Всё-таки редко она встречалась с каким-то высокопоставленными лицами вроде Ризли. – Меня зовут Фурина… В эту же секунду Вождь точно так же, как и Шеврёз при встрече, приложил к своему сердцу правую руку и поклонился, пусть и не так суетливо, а очень даже спокойно. – Как Эльфийский Вождь заявляю от лица всех своих людей, что мы рады видеть Вас в наших краях. Это большая честь встретиться с Вами лично. Меня зовут Ризли. Приятно познакомиться. – Взаимно, – девушка поклонилась в ответ, вспоминая имя и этого молодого мужчины. – С Вашего позволения, я пойду дальше патрулировать, – отпросилась Шеврёз и, получив кивок от Вождя, удалилась из помещения. – Присаживайтесь на кресло, Фурина. Я так полагаю, что Вы пришли ко мне за ответами? – Да, всё верно. Девушка подошла к кожаному креслу и уселась туда. Было, конечно, не так мягко, как хотелось бы, но другого она от него и не ожидала. – Может, чаю? – От самоцветного молочного чая я точно не отказалась бы! Ризли, хмыкнув, отошёл к столу, где в чём-то, что напоминало чайник, находился напиток, и начал разливать его по чашкам, после чего поставил ту, что принадлежала Фурине, на столик рядом с последней, а сам уселся в кресло напротив. – Что ж, Фурина. Задавайте вопросы. Я отвечу настолько подробно, насколько смогу. – На самом деле, я на многие вопросы могу ответить сама… И в этом заключается мой вопрос. – Что Вы имеете ввиду? – удивился брюнет, поднося к своим губам чашку и делая глоток свежезаваренного напитка. – Ну, у меня такое ощущение, словно когда-то давно я уже здесь была… Я помню какие-то детали о Пророчество, в котором говорится про… Вечный Потоп?.. Я помню, что мне нужно попасть в Солатерру и пройти через… Чащу и Долину. Но меня здесь точно никогда не было! Я в этом уверена! – И я Вас не помню, как не странно. Я многих людей повидал. Были бы Вы из нашего мира, то наверняка я бы Вас знал. Интересно, – мужчина начал чесать подбородок, размышляя, из-за чего его брови пребывали в нахмуренном виде. – Но я не могу ведь знать абсолютно всё. Может быть Вы и из нашего мира, но просто потеряли память, став Спасительницей? Хотя, Пророчество говорит об обратном… Где Вы очутились? – В заброшенной хижине. Которая в паре километров отсюда. Там был странный мраморный алтарь, шкаф с книгами, артефакты. И сам осколок, собственно, я там и нашла. – В заброшенной хижине, говорите… Почему-то я не помню, чтобы кто-то в ней когда-то жил, но внутри меня есть чувство, что этим «кем-то» был очень важный человек, имя которого я совсем не помню. Даже не знаю, был ли он или она эльфом. Существовал ли вообще в Королевстве… На этом моменте Фурина действительно поняла, что происходит что-то неладное. Как сам Вождь, который знает всё обо всех не может сказать, кто проживал в одиноком доме? Учитывая, что эльфов не такое уж и громадное количество. Затянулось неопределённое молчание. Поднеся чашу к губам, собираясь сделать первый глоток, голубоглазка заметила, как её монокль вновь засиял, на что уже обратил внимание и Вождь. – Это что такое в Вашей руке? Сияет золотым светом. – А, это… Если честно, без понятия. Как только я проснулась, очутившись в вашем Королевстве, оно уже было вместе со мной. Он однажды так светился, но я ума не приложу, почему… – Позволите взглянуть? – вежливо попросил брюнет, и Фурина без задней мысли позволила, передавая артефакт. Глядя на интересную вещицу, мужчина мог лишь сделать вывод, что это совершенно обычный монокль. В плане, он сделан из любопытного материала: Мрамора Души, который, к слову, светиться к тому времени перестал. А стекло было совершенно обычным, и смотря через него Вождь видел лишь то, что должен видеть. – Если не считать то, что он периодически светится, то можно вполне назвать его обычным, но язык не повернётся. С ним что-то точно не так… Вы не пробовали смотреть через него сами? – предположил Вождь, отдавая монокль обратно. – Ну… Я попробую, конечно… Отложив осколок в сторону, Фурина двумя пальцами взяла вещицу и с искренним любопытством начала смотреть сквозь неё, осматривая помещение, но ничего не казалось ей необычным. Всё было точно таким же, как и без него. «Или может я могу увидеть что-то особенное лишь в том случае, когда монокль светится...» – сделала девушка предположение, но как только она посмотрела на свою чашу с чаем, как вдруг её осенило. Она словно что-то узнала. Будто бы с ней мысленно общалась сама чаша. Или кто-то вовсе другой… Удивлённый взгляд Спасительницы привлёк к себе внимание. – Вам удалось что-то увидеть? – Н-Нет, но… Я будто бы что-то неосознанно прочитала… Я даже не знаю, как это объяснить… – Вы можете мне сказать, что прочитали? – «Семь самоцветов разложить на пьедесталах в хранилище самоцветов»… – Хранилище самоцветов… – хмыкнул Вождь, уперев локоть в подлокотник и укладывая на кулак подбородок, смотря в окно. – Вам это о чём-то говорит?.. – В Перламутровых лугах раньше ведь жили люди, и они занимались добычей самоцветов, которые нужны для Оуранио – загадочного существа, охраняющего врата в Сумеречную чащу. Я могу лишь предположить, что им принадлежало это самое хранилище, где они складировали самоцветы. Но после того, как люди ушли и отдали всё нам, хранилищем никто не пользовался. Так что всё это очень… Странно. – По-другому и не скажешь… – Я думаю, что Вам сначала нужно отдохнуть, а после отправиться. Я примерно могу сказать, где находится хранилище самоцветов. А пока давайте я проведу Вас до Вашего временного жилища. – Спасибо большое! Я буду очень благодарна, – улыбнулась искренне Фурина, допивая свой чай, и встала с кресла. После этого Вождь проводил её до ничем не примечательного домика, в котором никто не жил. Печка была затоплена и быстро согрела дом. Только девушка уселась на мягкую кроватку, как тут же рухнула спать, укутываясь в тёпленькое одеяло и проваливаясь в царство Морфея.