Ржавая цена хорошей жизни.

Когда я жаловался на то, как уставал на работе, видимо, я не до конца осознавал всю радость того, чтобы мирно спать верхом на лошади, пригреваясь лучами солнца и время от времени заводя дружелюбные беседы с торговцами или рабочими железных дорог. Не скрываю, что чувствую себя глупым за то, что позволял себе жаловаться, несмотря на то, что все в городе действительно тяжело работали, не говоря ни слова. Ведь не было иного выбора кроме как зарабатывать себе на жизнь любыми способами. Я же, с другой стороны, всегда имел выбор, комфортную крышу над головой, связи, дающие возможность мне работать на суд отца и много понимающих друзей. Однако, помимо всего этого, у меня было слишком большое эго. Настолько большое, что из-за детских обид на отца я предпочёл гордо работать пастухом за гроши, а не принимать «подачки» отца. Мне стоило ценить это. Сейчас я бы отдал всё за то, чтобы сейчас спать в своей кровати, в своей комнате, а не продолжать шагать по степи в тишине с едва знакомым мне бандитом. Мы так ни разу и не поговорили за то время, которое шли. Я потому что боюсь и мне неловко, а он потому что идиот, который знает всё на белом свете, и поделиться со мной подробностями слишком бессмысленно для него. Самодовольный хрыч. Новенький револьвер успел согреться в теплоте моих рук. От скуки я успел рассмотреть его раз сто со всех сторон и углов. Я мог поклясться, что если бы передо мной положили десять разных огнестрельных оружий и завязали мне глаза, я смог бы узнать этот чертов драгун по одному только запаху. Наверное, в этом был какой-то плюс. По крайней мере, теперь я знаком с оружием и смогу привыкнуть к нему быстрее. Останется только научиться стрелять. В моей голове это «научим тебя стрелять» превратилось в «научишься сам». Да, я с трудом могу представить сценарий, в котором молчаливый, вроде жестокий и кровожадный головорез найдёт место в своём драгоценном времени, чтобы обучить какого-то пацана стрельбе. Что ж, кроме того, чтобы пытаться искать позитив мне ничего больше не остаётся… ну и ещё мысленно выливать весь негатив на Бенджамина. Ноги продолжают болеть. Присесть на седло какой-нибудь лошадки я бы не отказался. Бен продолжает делать вид, что совсем не устал каждый раз, когда я пытаюсь увидеть в его теле уязвимость и нотку слабины. Без толку. Солнце уже начало всходить. Через час я должен буду проснуться и пойти на работу, а вместо этого я совершенно не чаю в душе, на какой точке континента нахожусь. Набравшись смелости, или скорее, отчаяния и усталости, я заговорил: — Может, сделаем остановку? — предложил я, надеясь, что не звучу слишком слабым и нуждающимся. Знал, что звучу глупо, потому что остановку фактически делать негде и тратить сил и времени придётся много. В ответ я получил игнорирование. Как добродушно. Спасибо. Проглотив раздражение, я замолчал, следуя за мужчиной. — Скоро придем. — внезапно заявил бандит. Я не стал задавать вопрос, куда конкретно мы шли всё это время, но я искренне был рад, что я найду себе местечко посидеть и отдохнуть после дороги. Путь продолжал казаться вечным, но, обрадованный хорошей новостью, идти становилось чуть-чуть легче. Дополнительную силу придал вид городка на горизонте. Я ни разу не был в этом месте, но интуиция подсказывала, что это Боди. Городок, который посчастливилось видеть на картах отца и о котором я мог слышать из его деловых разговоров. И правда, при входе нас встретила дружелюбная деревянная табличка, оповещающая о том, что мы входим в Боди, (как бы каламбурно это не звучало), и менее дружелюбная табличка, предупреждающая об обязанности сдать оружие во избежание кровопролитных ситуаций. Я посмотрел на Бенджамина, молча задавая вопрос будем ли мы подчиняться распространённому правилу. На что мужчина небрежно прошёл мимо табличек и здания, к которому, по сути, нам нужно было идти для сдачи револьверов. Спорить я, конечно же, не стал, хотя привитый с детства долг перед правилами и законами немного терзал мою совесть. Я рассматривал улицы и дома по обе стороны от меня. Ранние рабочие уже в готовности направлялись куда-то, бросая на нас с Беном не очень то и дружелюбные взгляды. Но я отнёсся к этому с пониманием. Покидать дом ради работы — хорошее настроение брать неоткуда. Бандит шёл так, будто уже много раз был в этом месте, и подвергать сомнению эту догадку было сложно. Пытаться я не стал. Он направлялся в какое-то определённое место, и я молился всем богам, чтобы это было место в котором можно будет поспать. Мы остановились у порога какого-то богатого и симпатичного салуна. Я бросил вопросительный взгляд на Бенджамина, на что тот строго посмотрел, будто сказал «Я знаю что делаю.» Мы переступили порог и вошли. Не прошло и секунды, как навстречу вышел высокий худощавый мужчина средних лет. То, что сразу бросилось мне в глаза — это большой шрам на его левой брови. Что-то мне в нем не понравилось. — Какие люди…! Ну, здравствуй. Я думал ты затерялся, и тебя сожрали дикие псы. — Не дождёшься — не разделив веселье незнакомца, ответил Бен. — Нам нужна комната. Все, что можешь дать. И как обычно, учитывай в цену твой долг. Незнакомец посмотрел на меня так, что я почувствовал себя неловко и подумал, что, может, он хочет, чтобы я что-то сказал. — Здрасьте… — неловко выдавил я из себя. Меня снова проигнорировали. С каких пор в моде не отвечать людям? Мужчина выглядел так, что я без труда прочитал на его лице вопрос: «Серьёзно?». Я не понял, что конкретно ему не понравилось, но менее обидно не стало. — Нашёл себе напарника? Странный выбор. Думал, после убийства Алехо ты предпочтёшь вернуться к старому доброму другу мне. Я нашёл речь незнакомца почти… Ревнующей? Будто в так называемом «партнёрстве» с Бенджамином виноват сам я и это было вполне хорошей причиной начать меня недолюбливать. Сам Бен заострил внимание на другом: — Откуда знаешь об убийстве? Прошло не так много времени. — Люди Алехо куда более умные. Они умеют иметь дело с информацией, особенно если её нужно пустить в люди. Советую тебе отныне быть аккуратным… Иначе… — Я не собираюсь скрываться, — перебил его Бенджамин. — Последнее, что я буду делать — это бояться кучки трусливых крыс. Незнакомец тихо и неприятно рассмеялся, пожав плечами. — Будь по твоему. Моё дело лишь дать понять, что здесь не только ты, я и Алехо. Нажить себе смертельного врага не так сложно, как ты думаешь. Я потерял интерес к разговору и вместо этого начал с интересом рассматривать салун. Все равно ещё больше лишним я себя уже не почувствую, хоть время скоротаю. Все здесь казалось незнакомым и непохожим на то, что обычно я видел. Язык бы у меня никогда не повернулся сказать, что салун в моем городе — это мерзкая дыра. Как минимум, учитывая, как кропотливо работает Пэрл и мистер Уилсон над своим бизнесом. Однако соврать я не мог: место, в котором я был сейчас, было особенным. Здесь было чисто, пахло спиртным, а не блевотиной, мочой и потом. Тут было пусто. Не было уснувших пьяных работяг или пятен крови на полу от тяжёлых драк. Помещение было украшено черепами быков, как трофеями, записками и фотографиями на стенах. Стояла большая лестница, ведущая на второй этаж. А ещё моё внимание привлекло пианино в углу. Оно казалось в хорошем состоянии и меня заинтересовало его звучание. Бросив взгляд на мужчин и понимая, что они вообще не обращали внимание, я отошёл от них и направился к музыкальному инструменту. Клавиши выглядели чисто белыми и поддавшись искушению, я выставил пальцы, нажав на них и попытавшись сыграть незамысловатую мелодию, которой ранее меня учил Мартин. Я не знаю и сомневаюсь, что буду знать ноты, но мышечная память помогла мне сыграть хоть и фальшивый и не всегда верный, но звук. Пианино звучало звонко и громко, и я сразу же остановился, увидев как меня прожигают два серьёзных взгляда. Взгляд незнакомца выглядел очень враждебно и я сразу пожалел, что привлёк к себе лишнее внимание. А взгляд Бенджамина казался скорее сочетанием удивления и замешательства, будто он не ожидал, что я могу что-то сыграть. Я стыдливо убрал руки. Мужчины двинулись ближе ко мне. — Обращайся ко мне «Сэр» Если спрашиваешь у людей обо мне, называй «Господин Ричард». — его голос звучал самовлюблённым и гордым, но сомневаюсь, что так говорили не все криминалы. — Займите комнату Бенджамина и будьте готовы. Что-то во мне задело имя Ричард. Напомнило о покойном старшем брате. — Да, Сэр. — робко ответил я, вернув взгляд к Бену. Бандит одобрительно кивнул мне и пошёл к лестнице на второй этаж салуна, а я поспешил последовать за ним. Зайдя в какую-то дверь и идя по коридору, стало понятно, что помимо выпивки здесь предлагают услуги временного проживания. За закрытыми дверьми с личным номером находились комнаты, и что-то мне подсказывало, что такая услуга была не дешёвой. Мы шли глубже в коридор, пока у дверей не перестали пропадать номера, будто именно эти комнаты не были предназначены для обычных гостей. Бенджамин зашёл в самую последнюю дверь слева, и в глаза бросилась небрежная комната с уже находящимися там вещами, судя по всему, принадлежащими самому бандиту. Небольшое окно, выходящее на городскую улицу, две кровати, пара пустых бутылок из-под виски и много бумаг, то ли писем, то ли карт. — У тебя тут личная комната? — скорее с удивлением решил спросить я. — Кантуюсь здесь когда по пути. — И не только ты? — я предположил. Мужчина фыркнул позабавившись: — Внимательный? Это хорошо… Я слабо улыбнулся небольшой похвале. Бенджамин вытащил одежду из шкафа и бросил на кровать. По виду было не похоже, что она когда-то надевалась, скорее была куплена и оставлена на чёрный день. Я стоял у входа, наблюдая за его действиями, пока в дверь не постучались. Приоткрыв дверь, я увидел чернокожего парня моего возраста, и тот неловко улыбнулся. — Сообщите мистеру Робертсу, что все готово. Я кивнул и оглянулся через плечо на Бенджамина, который очевидно все слышал, обдумывая, что теперь знаю его фамилию. Не получив ответа я поблагодарил парня и закрыл дверь. — Бери что по размеру и пойдём. — приказал Бен и жестом указал на кучу одежды. Я отказал себе в том, чтобы задать вопрос, зная, что, скорее всего получу ответ в стиле «Узнаешь». Под пристальным взглядом бандита я на глаз выбрал подходящую одежду и последовал за выходящим из комнаты мужчиной, думая, куда же мы идём на этот раз. Выйдя из салуна, мы направились в какое-то деревянное здание. Здесь было довольно душно, будто тут топили печку. Бенджамин снова приказал: — Раздевайся. Я в недоумении округлил глаза. — Что? — Ты глухой? Смотря на то, как бандит начал снимать с себя одежду, я нервно сглотнул накопившуюся во рту слюну и тоже стал раздеваться. Оказавшись оба обнажёнными, мужчина открыл ещё одну дверь рядом, и в лицо ударило немного горячего пара. Как только весь пар вышел, я увидел две больших деревянных бочки, наполненных водой. Здесь хоть и было душно, но довольно приятно пахло какими-то растениями. Наблюдая за тем, как Бен забирается в сооружение, издав удовлетворённый вздох, я повторил за ним, заняв место по соседству и ощутив как приятно горячая вода охватывает моё усталое тело. — Не думаю, что это здоровая процедура… — Начал я, бросая взгляды на расслабленного мужчину, который, развязав ленту с волос, распустил свои русые волнистые волосы. — От тебя пахнет, как от собаки. Думаешь это здорово? — саркастично спросил он. Я раздражённо отвёл взгляд, хотя знал, что это правда, и почти чувствовал, как вода смывает с меня слои пыли. Моя бровь вопросительно приподнялась, когда я увидел, что мужчина протягивает мне что-то. Взяв в руку брусок мыла, я удивлённо его понюхал, очарованный приятным запахом. — Из чего это? — Юкка. Я кивнул, находя что-то знакомое в названии, судя по всему, какого-то растения. Изучив мыло в руках, я принялся неспешно мыть свои волосы, которые, казалось, в скором времени стали бы красно-коричневыми. Будто где-то упал метеорит, и я был поблизости, собрав всю пыль континента на себя. — Кто этот… Ричард? — стараясь завязать разговор, я спросил. — Мой бывший напарник и нынешний должник. Владеет салуном на грязные деньги и делает вид, что не более чем бизнесмен. — По нему видно… Он откуда-то родом из Азии? Мой друг рассказывал мне, что Японцы моются подобным образом с древности. Я засомневался, поскольку Ричард не выглядел азиатом, скорее коварным немцем. — Нет, ему подал идею наш общий друг. С ним ты, возможно, тоже скоро увидишься. Смывая с себя мыло я подумал о том, как много людей мне придётся повстречать на пути. Закончив мыться, мы побрились острым лезвием. Бен заставил почистить зубы, сказав, что такие щётки я увижу только в местах остановки дилижансов. Я оделся, чувствуя, что все же одежда была чуть больше, чем ожидалось, слегка прилипая к моей ещё влажной коже. Я собрался найти свои вещи, прежде чем осознать, что их нигде не было. — Где моя одежда? — я растерянно пытался найти её, смотря на то место, куда я её положил. — Успокойся. Забрали, чтобы, выстирать. Все равно тебе стоило бы отказаться от своего прошлого прикида. Я неохотно смирился, и мы вышли. Я надеялся поскорее прийти в комнату и лечь спать. На улице уже посветлело, и людей стало больше, но это не мешало мне продолжать хотеть спать. Наконец, дойдя до комнаты, я спешно улёгся на кровать, закрывая глаза, на что Бенджамин тихо усмехнулся и тоже лёг на своё место. Перед тем как уснуть, я некоторое время думал о своих друзьях, пока не начал думать о Пэрл и о том, как она и что сейчас думает. С мыслью о том, что я бы снова хотел увидеть её огненные волосы, я уснул. Мне что-то снилось. Сначала тревожное, потом приятное, а потом… я не помню что, но это не так важно. Я наконец чувствовал, что хотя бы наполовину восполнил недостаток сна. Проснувшись, за окном уже был вечер. Я проспал весь день. Протерев сонные глаза, я не обнаружил Бенджамина, что бросило меня в лёгкую нервозность от мысли о том, чтобы быть тут одному. На краю кровати лежали мои старые чистые вещи. Моё внимание привлёк шум на первом этаже, поэтому, взяв шляпу, я вышел из комнаты и направился к лестнице. Второй и первый этаж был наполнен мужчинами и красивыми женщинами. Пробравшись между ними, я спустился к барной стойке, облокачиваясь и наблюдая за посетителями, инстинктивно глазами пытаясь найти бандита. И я совершенно не удивился, увидев его за столом в кругу пьянчуг, играющего в покер на деньги. Его глаза встретились с моими. Я слегка улыбнулся и увидел, что он сдержал улыбку мне в ответ. Я с интересом наблюдал за их игрой издалека, пока с лестницы не спустилась какая-то симпатичная девушка в голубом платье и кудрявыми каштановыми волосами, направившись ко мне. — Вы Коди? Господин Ричард сказал, что вы друг его лучшего друга, а значит, друг и мне. Я Олив. Она нестыдливо стояла очень близко ко мне, и я мельком подумал, что может, это было предложение услуг… — Оливия? — уточнил я. — Нет. Олив. Я отвлёкся от игры Бенджамина и слегка занервничал, увидев враждебный взгляд бармена, явно не удовлетворённый тем, что я нахожусь близко к этой даме. — Может, выпьем? — предложила она. Я отрицательно покачал головой: — Извините, не пью. Та удивлённо приподняла брови. Её зелёные глаза сверкнули интересом. — Не пьёте? Как так? Услышав другой голос, я повернул голову, не ожидав увидеть, что бармен придвинулся ближе. Подслушав наш разговор, он решил вмешаться: — Действительно, как так? — я прочувствовал его саркастичный тон. — Ходить к нам и ничего не пить не принято. Выпей пару стаканов за мой счёт. — Правда почему нет? — поддержала его Олив. Они выжидающе посмотрели на меня, отчего я ощутил себя окружённым голодными койотами. — Извините, я… — я попытался отговориться, но меня прервали, поставив передо мной стакан виски. — Пей. — более командующе сказал бармен. Я бросил взгляд на Бенджамина, надеясь, что тот поймёт и спасёт меня из неловкой ситуации, но бандит был слишком увлечён игрой…