Мелкий, ты меня достал!

Я смотрел, как неудачливого вымогателя еды выкинули из зала. В некотором роде мне его даже жалко, но пираты есть пираты. Они не нежные фиалки, которые потом поблагодарят нас за еду. Пока не покажешь их место, они так и будут смотреть на простых людей как на пустое место. Я это понимаю, и Санджи это понимает. Но он всё равно будет их кормить, даже если его потом убьют. Когда он пошёл на кухню, я спросил: — Опять за старое? — Не люблю, когда из нашего ресторана уходят голодными. Санджи затушил сигарету и взял новую, не успев, однако, зажечь, потому что я выхватил её из его рук. — Кури, где хочешь, но не передо мной. — Извини, забываю… С убитым видом он поплёлся на кухню; кажется, опять вспомнил наше голодание на той скале. За нашим небольшим диалогом наблюдал тот парнишка в соломенной шляпе. Не помню его имя, но его взгляд мне не понравился — будто оценивает, думает, как тебя лучше использовать. — Ты не ответила на вопрос, ты повар? Этот мальчишка всё не унимается, на что я скривился. По больному бьёт, зараза; меня к кухне подпускать нельзя — даже обычную яичницу превращу в уголь, чего уж говорить о чём-то сложнее. — Нет. И перестань доставать меня! Иди уже отрабатывать, а то старик нас сейчас убьёт. Я увидел Зеффа, который медленно к нам подходил; прожив с ним больше десяти лет, понял одну вещь: он тот ещё скряга. Каждую копейку будет считать, а за такой большой погром, который устроил парень, точно не отпустит его просто так. Парнишка тоже его заметил и решил ретироваться на кухню, а я пошёл к гостю, который уже надорвал свой голос, пытаясь меня дозваться. — Добро пожаловать в плавучий ресторан Барати! Вы уже решили, что будете заказывать? Я вежливо улыбнулся, но мужчина густо покраснел и сказал: — Наконец-то вы пришли, милая девушка, — на слове «девушка»‎ моя улыбка застыла, а глаз задёргался. Он прочистил горло, — Вы сегодня вечером свободны? Не желаете поужинать со мной?.. — Извините, кажется, меня зовут. Вас обслужит другой официант. Я поклонился и пошёл на кухню, по пути уворачиваясь от цепких ручонок зарвавшихся посетителей; как же меня достали все эти подкаты и похотливые взгляды. Хотя с женщинами это даже хорошо, но иногда появляются сумасшедшие особы, которые прямым текстом заявляют, что я принадлежу им. Из-за своей внешности я так и не смог ни с кем встречаться — девушки были либо слишком застенчивы, либо слишком собственницы. Через неделю отношений они требовали от меня полного подчинения, будто я принадлежал им. После нескольких неудачных попыток завести отношения, я перестал что-либо делать. Но это не сокращало потока поклонников, из-за чего Санджи постоянно обижается на меня. В своей недолгой новой жизни я встретился со многими извращенцами, и с маньяками-педофилами, и с работорговцами. Иногда мне просто хотелось взять нож и изуродовать своё лицо, но, когда в порыве гнева я всё-таки решился на это, меня застукал Санджи, набросился и начал кричать, что жизнь ещё не окончена, что я должен жить ради нашей матери. Мне тогда было так стыдно, я не знал, что сказать. Моё молчание Санджи принял за другое; он счёл, что я снова становлюсь таким же, как раньше, то есть таким, каким был прежний Годжи. Он начал чересчур рьяно меня опекать. Все просьбы принять тот факт, что я взрослый и сам могу позаботиться о себе, он не слушал и другим навязал мнение, что я слабый и немощный, поэтому никто так и не узнал мою настоящую силу. Все считают меня ребёнком. И мне, как взрослому мужчине, прожившему более тридцати лет, эта опека только мешает. Но когда я решил защитить свои права, меня жёстко поставили на место всем коллективом. И хором сказали, что я слишком мал для взрослых дел. Ну, мне пришлось засунуть свою гордость куда подальше и принять роль милого маленького мальчика на побегушках, завлекающего побольше клиентов в ресторан. На кухне я застал балаган; вообще-то здесь каждый день балаган, но сегодня он превосходил все остальные. Тарелки летали во все стороны, еда вместе с ними, горячий котёл пролетел над моей головой, повара тушили огонь. А в центра хаоса стоял парнишка с виноватым выражением лица, но, хотя вид у него был жалкий, я не поверил ему. И, кажется, не зря. Когда все отвлеклись на разросшийся пожар, он широко ухмыльнулся. Ну и гад, специально всё это устроил что ли?.. — Го-чан! Забери это недоразумение отсюда! Один из коков впихнул мне вяло сопротивлявшегося парня, тот сделал вид, что раскаялся, но его горящие глаза портили всё впечатление. Ну я его и забрал — лишние руки всегда понадобятся. — Ты бы поменьше разрушал имущество ресторана, не думай, что так тебя быстрее выкинут отсюда. Тебе просто срок отработки продлят, и вместо одного года ты проведёшь здесь два. Парень от моих слов сразу посерьёзнел, снял свою шляпу и хмуро посмотрел на неё. — Ты уверена? Мой план изначально был провальным? — Не уверена, а уверен! Разуй глаза, я парень! Он надел свою шляпу и скептически рассмотрел меня. — Нет, ты девушка, замаскированная под парня. От его уверенного голоса даже я сам поверил, что я девушка. — Да как же вы меня достали! — Я хотел вырвать себе волосы на голове. — Я парень! ПА-РЕНЬ!!! — Ши-ши-ши! — Он громко засмеялся. — Да понял я, но так как сначала я принял тебя за девушку, ей ты и останешься. — Он обошёл меня кругом, даже под чёлку заглянул и выдал, — Хотя это даже и не важно, с такой внешностью тебе никогда не быть настоящим мужчиной… Не успел он договорить, как я вмазал ему правым хуком. Парнишка подлетел вверх и застрял в потолке. Его голова торчала из пола на втором этаже, а остальная часть тела свисала с потолка на первом. — Да пошёл ты… Я немного отошёл от него и услышал разъярённый голос Зеффа, который был сейчас для меня, как бальзам на больную душу. — Паршивец! Ты опять рушишь мой ресторан?! — Не я это сделал! Это ваша официантка виновата, она меня ударила! — Что?! Да этот мелкий баклажан и мешка с картофелем поднять не может, как от его удара ты отлетел вверх и застрял в полу?! — Не вру я, это и правда она!!! *** Оставшийся день я провёл под прицелом одного злопамятного парнишки: он не отлипал от меня, следовал за каждым моим шагом — даже в туалет — и постоянно обращался как к девушке. Я думал, мой удар его вразумит, но, кажется, он его только раззадорил. Теперь он твёрдо намерен принять в свою команду меня, а заодно и Санджи. Я заметил, что мой брат избивает парня, как боксёрскую грушу, но тот всё равно достаёт его с просьбами вступить в его команду. В конце концов он довёл меня до белого каления. — Ты ведь не отстанешь? — Да. Я наконец нашёл хорошего кока и ПРЕКРАСНУЮ официантку! Грязный стакан, который был у меня в руке, от силы сжатия превратился в пыль. Он нервно посмотрел на мои руки и с серьёзным видом произнёс: — Ну ладно, хватит шуток, я действительно намерен взять тебя и твоего брата к себе в команду. Он хороший боевой кок, а ты просто очень сильный и смешной! — Так значит, ты не сдашься? — Нет! — Эх… Тогда, если Санджи согласился, то и я тоже. — Отлично! После этого разговора он отстал от меня. Наступил вечер, посетителей стало меньше, а алкоголя больше, как и смелых посетителей, которые распускали руки; но не успевали они дотронуться до меня, как на них что-то падало или разливалось. Луффи с такой лёгкостью это делал, что даже я поверил бы в его неуклюжесть, и, если бы не ухмылка, наверное, ослабил бы бдительность. — Скажи, ты такой сильный, так чего же не справляешься с ними? — Он посмотрел на очередного мужчину, которого облили горячим супом, а потом с каким-то неверием и презрением посмотрел на меня. — Неужели тебе это всё нравится?! — Ты что долбоёб?! Какого ху… — чёртов сопляк, почему он так легко выводит меня из себя? Вон, рожа такая довольная, прямо просит кирпича. — Мне не нравится это, так же как и драки, я просто уворачиваюсь от них, вот и всё. — Ааа… А мне показалось, что ты из этих… Он снова засмеялся, а я, не выдержав, начал душить его. Будь это нормальный человек, у него сломалась бы шея. Но этому паразиту резиновому хоть бы хны. — Эй! Нашего капитана убивают! Я услышал этот паникующий голос совсем недалеко. — Не нервничай ты так, Усопп, приглядись получше — он опять кого-то довёл. Нежный девичий голос прозвучал со смешком. Когда мы с Луффи повернулись в ту сторону, то заметили двух парней и одну девушку. Они сидели за столиком, который должен был обслужить Санджи, и, смеясь, смотрели на Луффи. Он как будто весь подобрался, снова вернул себе придурковатый вид и нехотя поплёлся к ним. — О! Официант, обслужи нас! Рыжеволосая девушка сладко улыбнулась и кокетливо похлопала глазками. Шикарная девушка, я даже засмотрелся. — Ходят слухи, что ты тут минимум год отрабатывать будешь? Длинноносый парень поиграл бровями. Серьёзно?.. Это что, местный Пиноккио? — Мы уже можем перерисовать наш флаг? Зеленоволосый парень задумчиво погладил свой подбородок. — Нет, я думаю, стоит найти нового капитана. Девушка с умным видом ответила парню, а Луффи всё больше закипал. У него на скулах заиграли желваки, он стал будто сжатая пружина: ещё немного, и может кого-то убить. Рыжеволосая девушка и длинноносый парень всё шутили, но зеленоволосый хмуро посмотрел на Луффи. Кажется, он понял, что они перегнули палку. — Это нечестно!!! — всё-таки лопнул парень, а зеленоволосый мечник вздохнул с облегчением. Я даже издалека слышал, как сильно билось его сердце. Кажется, он знает истинное лицо своего капитана, в отличие от остальных. — Пока я вкалываю, вы тут сидите и наслаждаетесь жизнью!!! — Почему же нечестно? — зеленоволосый парень — надо бы узнать их имена — окинул зал цепким взглядом и остановил его на мне. Он прошёлся им по моему лицу, а затем вниз, пока не остановился в области груди. Какое-то разочарование промелькнуло в его глазах, а потом он продолжил рассматривать зал. Это что сейчас было? — Мы ведь можем делать всё, что захотим. Луффи незаметно поковырялся в носу и вытащил соплю, бросив её в воду зеленоволосого парня со словами: — Вот тебе! А тот, не заметив этого, хотел выпить воду; девушка еле сдерживала себя, чтобы не засмеяться во весь голос, а длинноносый одними глазами говорил парню не пить. — В этом ресторане отменные блюда. Извини но… — ещё не выпив ни глотка, он моментально оказался рядом с Луффи и вылил воду ему в рот. — … ты сам сейчас это выпьешь!!! — Ты сошёл с ума?! Луффи, держась за горло, пытался выплюнуть соплю — вот она, карма. — Это ты, должно быть, сошёл с ума. Какого чёрта ты это сделал?! А парень с девушкой, больше не сдерживая себя, хохотали во весь голос. — Чего так шумно? — Санджи подошёл ко мне и посмотрел на шумный столик. — Хм… Его взгляд остановился на рыжеволосой; я прямо услышал, как сверху прозвенели колокола, а сердце Санджи пронзила стрела Амура. — Ооо, море! Спасибо тебе за эту встречу! — он встал на одно колено перед девушкой, та дёрнулась от быстрого перемещения Санджи. Рука инстинктивно легла на бёдра; если приглядеться, то можно увидеть, что оттуда что-то выпирает. Оружие? — Любовь моя, я твой навеки! Пока я вместе с тобой, я готов умереть с улыбкой на устах! Я ради вас готов быть и пиратом, и даже самим воплощением зла! — на этих словах глаза Луффи загорелись; кажется, кое-кто попал на крючок, и я вместе с ним. — Но между нами есть преграда… — Не я ли, случайно, та преграда? Зефф задумчиво посмотрел на Санджи, а тот сразу подобрался и, как нашкодивший ребёнок, не знал, куда себя деть. — Чёртов старикан! Это больше прозвучало, как привычное обращение, нежели оскорбление. — Отличное решение с твоей стороны! Вали и становись пиратом, — Зефф скрестил руки на груди, защитный жест? Чего это он вдруг прогоняет Санджи? — Ты нам здесь больше не нужен! — Что?! У Санджи от шока выпала сигарета изо рта, а я не знал, что сказать. — Так, старик, мы в чём-то провинились? Почему ты нас выгоняешь? Хоть он и сказал уходить только Санджи, я-то без него не могу, значит уйду вместе с ним. Зефф поднял одну бровь и твёрдым голосом произнёс: — Я сказал убираться этому неблагодарному паршивцу, ты-то куда собрался?! Мелкий, никуда я тебя не отпущу — умрёшь ведь где-нибудь, и кто же мне в старости кружку воды подаст? — Эй, старый придурок! — Санджи с дрожью в руках закурил новую сигарету, — Я ассистент шеф-повара в этом ресторане! Как я могу быть ненужным?! В конце его голос дрогнул, а сердце забилось медленнее. Каждый удар, как гвоздь, который забивают в крышку гроба. — Ты постоянно дерёшься с посетителями! И каждый раз увиваешься за красотками, оказывающимися в поле твоего зрения, — он начал перечислять все недостатки Санджи, а тот только губы поджал. Сам всё понимает, но раньше Зефф его не гнал. — Да и готовишь ты не так, как подобает поварам Баратти. Ты ведь и сам знаешь, что тебя не любят на этом корабле и… — Хватит! Зефф, прекрати, если он захочет, сам уйдёт, не дави. Я не мог больше этого слушать, у нас с Санджи большой долг перед этим человеком. Мне он как дедушка, а Санджи он заменил отца. Поэтому, слушая его слова, Санджи чувствовал сильную боль, впрочем, как и я. — Не надо, Годжи, пусть договорит. Санджи облизал свои засохшие губы и покрасневшими глазами посмотрел на Зеффа. — И правда, мелкий, не лезь во взрослые дела. — ох, как же меня бесят эти их «взрослые дела», ведь они сами будто малые дети, которые не знают, как выразить свои истинные чувства, и поэтому постоянно ругаются и дерутся. — Поэтому ему стоило бы мирно убраться с Барати и стать пиратом, или кем ты там ещё хочешь… И чем быстрее, тем лучше! — Чёртов старикан! Чего ты тут впариваешь? — не выдержал Санджи и всё-таки набросился на Зеффа, схватив его за воротник. — Неважно, что ты тут говоришь! Я отсюда не уйду!!! — Как ты посмел тронуть шеф-поварской воротник, мелкий баклажан! Он схватил руку Санджи и через плечо бросил его на стол, за которым сидела команда Луффи. Ребята оказались шустрыми, быстро убрали блюда со стола. — Проклятье. Санджи тяжело дышал — всё-таки это больно, падать спиной; на секунду даже показалось, будто весь воздух из его лёгких вышел. Я то-знаю, проходил через такое… А Зефф, хмыкнув, пошёл в свою комнату, и я видел, как сгорбилась его спина. Ему ведь тоже не хочется, чтобы мы уходили, но всё равно прогоняет. — Можешь продолжать свои выпады… — Санджи смахнул выступившую слезу. — … но я всё равно останусь тут работать ассистентом шеф-повара. Я буду здесь до самой твоей смерти! — Я не умру, — он грустно улыбнулся, а его голос стал тише. — Ещё около ста лет… — Старый упёртый осёл! Санджи всё пыхтел, я помог ему подняться. Когда я дотронулся до его спины, он скривился; неужели так сильно ушибся? — Отлично! Разрешение от шефа получено! — Луффи вприпрыжку подошёл к нам. — Теперь становитесь пиратами и присоединяйтесь к нам! — Ни за что!!! — Санджи, забыв о своей спине, ударил Луффи ногой. — И отстань от Годжи — он слабый и беззащитный, как такой, как он, может стать пиратом?! — Это он-то слабый и беззащитный… — тихо проворчал Луффи, а я усмехнулся; кажется, стоит паковать свои вещи. — Приношу свои извинения за произошедшее. — пока я отвлёкся на Луффи, Санджи уже переместился к рыжеволосой девушке. Его лицо стало глупым, а глаза приняли форму сердечек. Всё больше и больше удивляюсь странностям этого мира. — В качестве извинений, специально для вас, моя принцесса… — он достал самую дорогую бутылку вина и принёс самый дорогой десерт; мне хотелось присвистнуть — вот это он расстарался. Кажется, девушка ему и правда понравилась. — … вот эти фрукты из Македонии и вино Гран-Мане. — О! Благодарю! — девушка вежливо улыбнулась; было видно, что ей неприятна близость Санджи, а этот любвеобильный баран совсем ничего не замечает. — Вы так добры… — Ничего особенного, мисс! От счастья он завертелся юлой на месте; вот это он даёт, может, стоит убрать его отсюда?.. — Эй, вы! — а длинноносый парень, кажется, разъярён: ну конечно, два голубка воркуют перед ним, наверняка завидно. — А перед нами извиниться?! Это несправедливо, господин галантный кок! О, понятно, его просто не заметили, вот он и разозлился. — Я уже принёс тебе горячего чаю, а ты всё недоволен?! Санджи тыкает в его длинный нос, тот гнётся. Он что, тоже резиновый?.. — Драки хочешь?! — длинноносый парень закатал несуществующие рукава и схватил за грудки своего друга с зелёными волосами. — Взять его, Зоро!!! Я не удержался от смеха, здесь и местный Зорро есть? Ему не хватает маски, шляпы и шпаги, и был бы вылитый он. Этот самый Зоро косо посмотрел на меня и, кажется, смутился, потому что на его смуглой коже появился лёгкий румянец. — Сам разбирайся… — тихо пробурчал он в стакан. *** Уже четыре дня, как у нас работает Луффи; после его появления посуда и еда исчезают просто с космической скоростью. Скоро Зефф свои красивые усы-косички вырвет от досады. Его команда приходила ещё раза два, на большее у них денег не хватило. Но этого хватило, чтобы мы с тем зеленоволосым Зоро поссорились. Это случилось на второй день отработки Луффи: был вечер, мы почти закрылись. Я убрал последний столик и пошёл на кухню, ко мне на встречу шёл какой-то крупный пьяный мужчина. Я, не придав этому значения, продолжил идти своей дорогой. Но этому увальню, похоже, хотелось развлечений. — Эй, детка, ик, не хочешь провести шикарную ночь со мной?.. От него несло перегаром, мне хотелось зажать нос, но руки были заняты. — Мужчина, не мешайте мне, пожалуйста, я спешу. Я хотел обойти его, но цепкие руки поймали меня за локоть. Где-то внутри стремительно поднималось раздражение, а бессмертный все не отставал. — Да не ломайся ты, как целка! — он сильно потянул мою руку, из-за чего я уронил всю посуду. А этот пьяный танк всё пер на меня. — Ну давай, пойдём со мной. Проведёшь самую великолепную ночь в своей жизни. Когда я собрался сломать этому бессмертному существу несколько костей, кто-то сзади впечатал его головой в стену. — Тебе сказали, не мешай, — басистый голос прозвучал над моей головой, я поднял взгляд и заметил знакомого зеленоволосого парня. Когда мужчина, скуля, зажал свой нос и убежал, Зоро спросил: — он ничего не успел сделать? — Все нормально, спасибо, — отмахнулся я и присел, чтобы собрать осколки. Зефф себе усы на корню вырвет, если узнает, сколько посуды побилось. Одно радовало — он хоть понимает, что я в этом не виноват. Эти приставания повторяются каждый день, всегда одно и то же, всё те же похотливые взгляды и мерзкие ухмылки. А ведь я и правда к этому привык и ничего не меняю… Я в этом мире так много времени, а желания что-то делать совершенно нет. Даже в прошлом я делал лишь то, чего от меня ожидали другие. Учился на профессию, которую выбрал отец, был примерным сыном чтобы мама не переживала, и, в итоге, умер, так ничего и не добившись. Даже теперь, в новом теле с новыми возможностями, я все равно ничего не делаю. И тут понимаю, что дело не в остальных, а в самом себе. Нет мечты, нет желания жить. Цепляюсь за Санджи, ищу хоть какую-то причину существовать дальше. Может быть, из-за осознания нереальности мира, я и застыл на месте. Но сейчас, когда пришел Луффи с явным намерением забрать брата… Что мне делать?.. Я собирал осколки как-то отрешенно, все мысли занимали планы на будущее. Тут внезапно Зоро присел рядом и взял меня за руку. — Аккуратнее, поранишься, — он забрал у меня большой осколок и нежно сжал мою ладонь. От его действий я малость впал в шок. Его ладонь больше моей, ему не составило труда полностью обхватить мою руку. А я почувствовал все мозоли, которые он натер, наверняка упражняясь с оружием. Ситуация мягко говоря была странная. Сидим мы, значит, на полу, держимся за руки и смотрим друг на друга, как два идиота. — Э-э, хорошо, — я одернул руку, собрал оставшиеся осколки, и быстро поднялся. — Дальше кухня, посетителям туда нельзя. Я попытался мягко намекнуть мол: иди куда шел и больше не доставай! Но оказалось, парень намеков совершенно не понимает. — Не тяжело? — спросил он скучающим тоном, скрестив руки на груди. — Нет, — нахмурившись, ответил я и вдруг меня осенило. Он же наверняка ищет своего капитана. А Луффи как раз на кухне. — А, я понял для чего ты тут. — Да? — слегка растерялся он, а после ухмыльнулся. — А ты догадливая. — Есть такое, — хмыкнул я, слегка съёживаясь под его довольной улыбкой. — Сейчас отнесу посуду и вернусь, подожди немного. — Зачем ждать, можешь оставить этот мусор здесь и пойти на наш корабль? — последние слова были сказаны низким грудным голосом. Я не совсем понял, что он имеет ввиду, и замер на месте, но парень принял это за что-то другое, ведь как я могу ещё объяснить то, что он начал меня лапать?! — Ты что творишь?! — Помогаю, —спокойно ответил зеленоволосый. Он провел рукой по моей спине и обнял за талию, прижав к себе. Я чувствовал, как волна обиды и гнева раскаленной лавой поднимается внутри. В голове одновременно проносились десятки яростных обвинений в адрес этого извращенца, но еще больше в этот момент мне захотелось просто испепелить его на месте. Кончики пальцев уже начинало ощутимо покалывать, и мне казалось, еще минута — и гнев попросту захлестнет меня с головой. Нет, как бы не хотелось, я не могу его ненароком пришибить или задушить. Нужно держать себя в руках… Держать в руках! — Убрал руку, — не смотря на бушующие чувства, снаружи я выглядел на редкость спокойным. — Что? — он усмехнулся и второй рукой приобнял меня. — Я сказал, убрал руку. — А то что? Парня, походу, всё это забавляло, а вот меня нет: кому понравится, что какой-то бугай лапает тебя посреди коридора? — А вот это! Я глубоко вздохнул, схватил поднос покрепче и ударил его коленом по самому уязвимому месту. Зоро резко скрючило, и он инстинктивно схватился за своего «дружка». Знаю, подло, но он не оставил мне выбора. — Ты, чёрт возьми, чокнутая?! Он грозно приблизился ко мне, немного хромая. — Сам чокнутый! Какого лешего ты лапал меня?! — Ты же сама намекнула, — он тяжело дышал, его рука ударила стену и оставила небольшую вмятину. — Сказала, что всё поняла! Так почему сейчас ведёшь себя так?! — Да ты педик недоделанный! Для начала, я парень! И я не намекал тебе ничего! Если у тебя в башке одни похабные мысли, это не мои проблемы! — меня прорвало, этот Зоро не первый и не последний. Кажется, будто все разом ослепли и видят во мне только девушку. Ведь как еще объяснить что я обращаясь к себе как к парню, говорю с ними нормально? А они видят только какие-то намёки. — Что… Как парень?.. Кажется, Зоро сейчас в астрале, но я только начал выходить из себя. — А вот так! Мне что, свой член показать для доказательства?! Или, может, вообще голышом ходить, чтобы слепые люди наконец поняли, что я ПАРЕНЬ?! — Подожди… Ты реально парень?.. — Да! — швырнув в стену свой поднос я буквально зарычал. — Протрите уже глаза и посмотрите повнимательнее! Я парень!!! — Это… прости, что приставал… — он замялся и не знал, куда себя деть, а я всё пыхтел от негодования. — Я, наверное, пойду… Он хромая ушел, я же зло снял фартук и тоже кинул на пол. Из-за шума с кухни вышли несколько коков, они забеспокоились, увидев беспорядок. Все спрашивали, что произошло, я махнул рукой и потопал к себе. Этот Зоро почти ничего такого не сделал, просто не совсем верно меня понял, но и этого хватило, чтобы вывести меня из себя. Уже лежа у себя в комнате, ко мне пришел Санджи. Долго стучал, звал меня, но я не хотел никого видеть. Этот нервный срыв раскрыл мне глаза на многое. Сам ничего не делал все время, и постоянно жаловался из-за внешнего вида. А ведь за эти десять лет я мог много чего изменить… Стоит признать, я просто ждал Луффи, чтобы наконец уже определиться окончательно. *** После того дня Зоро больше не появлялся, а моя злость постепенно утихла. Санджи косо поглядывал, но вопросов не задавал, и на том спасибо. Что нужно сделать, чтобы все перестали воспринимать меня как девушку? Может сменить имидж, чтобы казаться более мужественным? Да нет, я же как клоун буду… Ну вот, Никита, хоть и был низкого роста и щупленький, за девушку никогда не принимали. Я не знаю, какое проклятие наложили на это тело, но в любой одежде меня воспринимают, как девушку. От этих раздумий меня отвлекли панические крики. — Это же корабль пиратов Крига! — Череп с песочными часами на флаге… Это точно пираты Крига!!! Пираты Крига… Я так и знал, доброта Санджи вышла нам боком. Когда я посмотрел на него, он нервно курил у входа, а заметив мой взгляд, покачал головой и одними губами прошептал: — Иди в свою комнату. Я из принципа его не послушал; он заскрежетал зубами, но промолчал. Входная дверь медленно открылась, и на пороге появились двое. Одного из них я уже видел несколько дней назад. Это был тот сбежавший пират, а рядом с ним Дон Криг — высокий мускулистый мужчина с короткими серыми волосами, пышными бакенбардами и перебинтованной головой. — Просим прощения за вторжение… — он тяжело дышал и часто облизывал свои пересохшие губы. — Вы не могли бы дать мне немного еды и воды… Я заплачу… — Это кто? — Патти в неверии посмотрел на вошедших. — Этот жалко выглядящий пиратишка и есть тот жестокий Криг? Криг не удержался на ногах и рухнул на пол, его подчинённый начал умолять людей дать хоть немного еды. Чёрт, сам того не понимая, я пошёл на кухню и забрал готовое блюдо. Когда вернулся, люди кричали и обвиняли лежащего мужчину, некоторые бросали в него столовыми приборами. Я медленно подошёл к мужчине, зал постепенно затих. — Го-чан! Отойди от него, он опасен. Коки начали кричать и уговаривать меня, но я не слушал: в такие моменты понимаешь, что совершаешь ошибки, но всё равно их делаешь. Я поставил тарелку перед его лицом; почувствовав запах, он медленно встал и начал жадно есть. Через секунду я почувствовал, как меня тащат назад. — Я сказал, иди в свою комнату, для тебя тут находиться опасно! Санджи, прошипев эти слова, сильно сжал мою руку, но я не почувствовал боли. — Пусти, он сейчас поест и уйдёт. — Ты так уверен? — он усмехнулся. — Когда он насытится, начнёт громить наш ресторан. — И что же, ты бы оставил его голодающим на пороге? Санджи покачал головой: если бы не пошёл я, то пошёл бы он, а если бы не пошёл он, то пошёл бы Зефф. Вдруг полуживой Криг встал и попытался напасть на Санджи. Я потянул его на себя и одной рукой остановил руку Крига. Со стороны это наверняка выглядело комично: мелкий парнишка одной рукой остановил огромную руку, покрытую бронёй. Лицо Крига выражало полное негодование, как и лица половины зала. — Го-чан… — Единственное, что смогли произнести коки. — Ты мелкая… Дон Криг приложил ещё больше силы, но я лишь резче толкнул его. — Дон Криг! Что это значит?! Вы обещали мне, что не будете нападать на людей в ресторане. Его подчинённый с беспокойством посмотрел на своего капитана, тот схватил его за горло и принялся душить. Посетители стали убегать, кто как мог: кто-то из окон, кто-то через запасной выход. Через несколько минут зал опустел, остался только персонал ресторана. — Прекрасное ощущение, будто заново родился, — Криг убрал от меня руку, я сделал несколько шагов назад. — Замечательный ресторан… Я забираю его себе!