Ложь Первого Короля

Утро после той ночи наступило слишком быстро. Солнце било в окна покоев Принцессы, безжалостно освещая последствия вчерашнего. Гермиона проснулась с тяжелой головой, но не от вина. От воспоминаний. Вкус бузины. Тепло его рук. Поцелуй. И его уход. Когда она вышла из покоев, Драко стоял у двери. Как всегда. В полном доспехе. Лицо непроницаемое, словно маска из камня. Никаких признаков вчерашней дрожи в голосе. Никакого смущения. — Доброе утро, миледи, — сказал он ровно. Гермиона замерла. Ей стало стыдно. И больно. — Доброе утро, Драко, — ответила она тихо. Они шли по коридору молча. Он держал дистанцию. Шаг позади. Тень. Он пожалел, — подумала она. Или испугался. Но когда они проходили мимо главного зала, где гости часто собирались утром, Гермиона не выдержала. Она остановилась. Драко тоже остановился. Ждал приказа. Гермиона повернулась к нему. Положила руку ему на плечо. Легко. По-дружески. — Все хорошо, — сказала она тихо, глядя ему в глаза. — Мы в порядке. Драко напрягся. Но не отстранился. В его глазах мелькнуло что-то теплое. Он едва заметно кивнул. — Да, миледи. Он накрыл её руку своей на секунду. И убрал. — Нам нужно идти. Король вернется завтра. Она убрала руку. Они пошли дальше. Но они не знали, что в гостиной рядом, за полуоткрытой дверью, стояла леди Астория Гринграс. Её холодные голубые глаза сузились. Она видела всё. Прикосновение. Взгляд. Интимность, скрытую за протоколом. — Интересно, — прошептала она себе под нос. — Принцесса и её собака. Она улыбнулась. Улыбка была хищной. — Это можно использовать. Гермиона возвращалась из библиотеки. Драко шел рядом. Их путь преградили четверо стражников. Не королевская гвардия. Ливрея дома Гринграс. Серебро на черном. Во главе стоял капитан личной охраны Астории. Высокий, с шрамом через щеку. — Принцесса, — сказал он, не кланяясь. — Леди Гринграс просила передать, что вы слишком свободно себя ведете для наследницы. Гермиона остановилась. Подбородок поднялся. — Передайте леди Гринграс, что я веду себя как хозяйка этого замка. Пропустите. Капитан усмехнулся. Шагнул ближе. — Хозяйка? — он окинул её взглядом. — Вчера вас видели пьяной в саду. Сегодня вы трогаете слуг в коридорах. Говорят, вы легкодоступны, миледи. Может, поэтому Защитник так старается? Гермиона побледнела. — Как вы смеете... — Я смею то, что правда, — капитан протянул руку. Не чтобы ударить. Чтобы потрепать по щеке. Унизить. — Может, и мне позволитетель проверить... Его пальцы не коснулись кожи. Вспышка стали. Драко двигался быстрее мысли. Кинжал в его руке блеснул на солнце. Удар был коротким, точным. Капитан закричал. Его правая рука осталась с тремя пальцами. Средний, безымянный и мизинец лежали на камнях пола, окровавленные. Стражники Гринграсов замерли. Гермиона ахнула, прижимая руки к груди. Драко стоял между ней и капитаном. Кинжал в его руке капал кровью. Его лицо не выражало эмоций. Только холодную ярость. — Визжишь как свинья, — сказал Драко спокойно. — Надеюсь, язык у тебя работает лучше, чем руки. Капитан выл, зажимая культю. Драко перевел взгляд на остальных стражников. Они потянулись к мечам. Драко сделал шаг вперед. Один. — Кто следующий? — спросил он тихо. — Кто хочет проверить, насколько легкодоступна Принцесса? Он поднял кинжал. — Я отрежу вам руки. Потом ноги. Потом головы. И я сделаю это медленно. Он повернул голову к двери гостиной, где пряталась Астория. — Леди Гринграс, — сказал он громко. — Выйдите. Дверь открылась. Астория вышла. Лицо было бледным, но она держала марку. — Малфой, — сказала она холодно. — Ты поднял руку на гостя Короля. — Он поднял руку на Принцессу, — отрезал Драко. — Это измена. — Это клевета, — парировала Астория. — Я могу рассказать Королю, что вы... — Расскажите, — перебил Драко. Шагнул к ней. Он был выше, страшнее. — Расскажите ему, что ваши стражи оскорбляли его дочь. Что они пытались её коснуться. Что они называли её легкодоступной. Астория замерла. — Король спросит вас: почему ваши люди были в коридоре без приказа? Почему они угрожали наследнице? Драко наклонился к её уху. — Если вы скажете хоть слово.. я разрушу ваш род. Я найду доказательства вашей измены. Я сделаю так, что имя Гринграс станет синонимом предательства. И я начну с вас. Астория смотрела на него. В его глазах она увидела готовность убить. Не ради долга. Ради неё. Она поняла: она проиграла. Если она пожалуется, Король казнит её стражников за оскорбление Принцессы. Её репутация будет уничтожена. Она не сможет использовать информацию против Гермионы, потому что её собственные руки будут в крови. — Уведите его, — тихо сказала она, кивая на воющего капитана. — Ему нужна помощь. — Извините, Принцесса, — сквозь зубы произнесла Астория. — Мои люди... ошиблись. — Они заплатили, — сказал Драко. Он убрал кинжал. Подобрал окровавленные пальцы с пола. Положил их на ладонь капитану. — Зашейте. Чтобы помнил. Астория развернулась и ушла. Её плечи дрожали от сдерживаемой ярости. Стражники утащили капитана. В коридоре осталась только Гермиона и Драко. Тишина была тяжелой. Пахло железом. Гермиона смотрела на Драко. Он вытирал кинжал о плащ. Руки не дрожали. — Ты... — начала она. — Мы идем в покои, — сказал он твердо. — Сейчас. — Ты мог убить их. — Я хотел, — признал он. — Но это было бы неудобно для вас. Он подошел к ней. Проверил, не задета ли она. — Никто не смеет говорить о вас так, — сказал он тихо. — Никто не смеет касаться вас. Гермиона почувствовала, как слезы подступают к глазам. Не от страха. От того, что он сделал. Ради неё. Против знати. Против правил. — Спасибо, — прошептала она. — Не благодарите, — он открыл дверь её покоев. — Заходите. Она вошла. Перед тем как закрыть дверь, посмотрела на него. — Ты не просто щит, Драко. — Сегодня я был мечом, — сказал он. — Завтра я снова стану щитом. Он закрыл дверь. Остался в коридоре. Посмотрел на кровь на перчатках. Руны на спине горели. Астория не простит. Цена прикосновения к Гермионе была уплачена кровью и весь замок узнает об этом к вечеру. Никто больше не попытается.