Дом там, где ты

3 глава. История Драко. — Конечно, Гермиона, — начал Драко, его голос стал чуть тише, задумчивее. — После войны, когда всё закончилось, я… я был потерян. Моя семья, наш статус — всё рухнуло. Отец был в Азкабане, мать… она была сломлена. Я сам едва избежал тюрьмы, только благодаря показаниям твоих друзей и твоим, кстати. — Он взглянул на неё, и в его глазах мелькнула благодарность. — Это было… унизительно. Но справедливо. Гермиона кивнула, давая ему понять, что слушает внимательно. — Я не знал, что делать. Магический мир, каким я его знал, больше не существовал. Или, по крайней мере, не существовал для меня. Я не мог вернуться в Хогвартс, не мог просто так начать работать в Министерстве. Моё имя… оно было запятнано. И я сам чувствовал себя запятнанным. — В Мэноре находиться тоже было невыносимо: воспоминания душили. Я не мог есть в нашей столовой — каждый раз снова и снова видел, как безносый ублюдок убивает нашего профессора по магловедению Чарити Бербидж, а Нагайна её съедает. Я ненавидел эту змею. Мне постоянно слышалось её шипение, крики пленных из подвалов Мэнора. И как живую сцену переживая это снова и снова, я видел твои пытки и слышал твои крики, если заходил в ту гостиную. Гермиона вздрогнула от воспоминаний, но продолжила внимательно слушать. Драко сделал глоток кофе и продолжил: — Но деваться было некуда. Мэнор стал не домом детства, а моим Азкабаном. Я больше не ходил в то крыло, ни в столовую, ни в гостиную. Сидел запершись либо в своей комнате, либо в библиотеке. Боялся спать — постоянно снились кошмары, я просыпался в поту от собственного крика. Сначала я начал принимать зелье сна без сновидений, когда оно перестало помогать, перешёл на огневиски. Сначала немного, только чтобы не снились кошмары и заглушить галлюцинации и воспоминания. Я упустил тот момент, когда два-три стакана превратились в одну-две бутылки. Конечно, мама очень переживала, домовые эльфы… — на этой фразе Драко остановился, посмотрев на Гермиону, зная, как она может отреагировать, быстро добавил: — Большинство эльфов я освободил, но Тауэр, самый старый эльф, который принадлежал маме и нянчил её с детства, Рикки, который нянчил меня, и Трикси, с которой я играл, когда мне было пять, она тогда тоже была маленькой, и мы втайне от моего отца дружили, — она стала моим личным эльфом, преданной мне, также является внучкой Тауэра, — отказались уходить. Повисла пауза. Драко, понимая, что Гермионе нужно немного переварить информацию, отломил кусочек от своего сырного пирога, съел его, запивая кофе, снова поднял глаза на Грейнджер. Она тоже немного поела своего торта, попивая кофе. Гермиона снова внимательно смотрела на него, кивнула, готовая слушать дальше. — Так вот, Тауэр, Рикки и Трикси тоже очень переживали. Тауэр и Рикки читали нотации в унисон с мамой о том, что я спиваюсь. Трикси пыталась прятать алкоголь, но я знал, где в кабинете отца тайник, и брал оттуда. А Трикс, стараясь отвлечь меня от пьянства, подсовывала разные книги. Так прошло почти четыре месяца. Однажды, после того как она вернулась из «Флориш и Блоттс» с кучей книг, среди этой кучи я увидел книги по магловедению. Вспыхнули воспоминания о Чарити Бербидж, и я стал их читать. Сначала узнал, как устроена магловская жизнь, изучал валюту разных стран и курс, в основном Англии и Америки. Затем транспорт: машины, самолёты, метро; технику: телевизоры, телефоны, чайники, микроволновки и так далее — как всё это работает и как этим пользоваться, и другие магловские изобретения, искусство, спорт, профессии. Драко снова сделал паузу, отпивая кофе. Гермиона последовала его примеру, затем он продолжил. — Но чтение книг не помогало избавиться от кошмаров, я продолжал пить. Трикс уговорила меня попробовать выйти в магловский мир, считала, что мне пора применить теорию на практике. Конечно, я жутко боялся. Не маглов — нет, я боялся, что буду выглядеть странно. Да, я знал, как чем пользоваться, как расплачиваться в магазинах, но всё равно было страшновато. — Плюс я понимал, что одежда должна быть магловской. В первый мой выход я решил надеть свой чёрный костюм и сходить по магазинам, накупить магловской одежды. Галеоны я поменял в Гринготтсе на фунты. Так и начался мой путь изучения магловского мира. Мне очень понравилась одежда: джинсы, футболки, худи, кроссовки. Гермиона слушала его с нескрываемым любопытством, торт она давно доела, кофе допила, а Драко продолжал. — Спустя месяц я почти всё время проводил в магловском мире, мне нравилось, что меня никто не знает, и можно было быть самим собой. Затем решил купить квартиру, небольшую, но уютную, и, что самое главное, в магловской части Лондона. Я понимал, что наконец могу покинуть свой Азкабан в виде Мэнора, и переехал. Но даже переезд не избавил меня от кошмаров, я продолжал пить, только уже не запершись в четырёх стенах, а в магловских клубах, барах. Рассказывая о том, что стал практически алкоголиком, Драко не увидел в её глазах ни осуждения, ни презрения, ни отвращения — только сочувствие. «И это понимание… странно», — подумал Драко. На словах о барах Гермиона немного напряглась и как-то странно смотрела на него, поёрзала на стуле. Драко, заметив это, тоже напрягся, и приподнял бровь. Гермиона кивнула ему, прося продолжить. Он отогнал мысли и продолжал рассказ. — Однажды в одном из баров встретил девушку. Она немного мне напомнила тебя: длинные кудрявые волосы и карие глаза… — на этих его словах Гермиона снова заёрзала на стуле. Драко тем временем продолжал: — Честно говоря, плохо помню тот день. Помню только, что это было накануне Рождества. Мне было ужасно одиноко, и мысль встречать Рождество в одиночестве или в компании моих кошмаров просто сводила с ума. Я не совсем помню, о чём мы говорили, понял только, что и её жизнь, так скажем, потрепала. В общем, утром, когда я проснулся в своей квартире, её там уже не было. Я даже пытался её отыскать, снова и снова возвращался в тот бар, но больше я её не видел. Потом вообще подумал, что это был сон. Гермиона будто вынырнула из воспоминаний, поняла, что всё это время, пока он говорил, не дышала. Она слышала каждое его слово. Когда он закончил, выдохнула так, будто с её плеч свалился валун. Драко странно посмотрел на неё: — Ты в порядке? — Д-да… да, всё хорошо. Продолжай, пожалуйста, — с каждым его следующим словом напряжение спадало. «Ух, он ничего не знает», — пронеслось в голове Грейнджер. Они заказали ещё кофе, и Драко продолжал: — Как-то раз мне на глаза попалась свежая газета, и я понял, что просто выпал из реальности. Сам себя погрузил в прошлое, в боль, страх, кошмары. Я понял, что уже семь, почти восемь месяцев просто беспробудно пил. Понял и осознал, что я действительно превратился в алкоголика. А за это время жизнь не стояла на месте. В этой временной петле застрял лишь я, да ещё и сам себя загнал. Трикси рассказала, что мама помирилась с Андромедой. Отца собирались выпустить из Азкабана по состоянию здоровья. Ну, ты, наверное, знаешь, я видел на слушании отца Поттера… — Гермиона кивнула, конечно, она знала, как раз после того слушания она уехала. — Сам, конечно, был и рад, и не рад его освобождению, но обрадовался, когда услышал наказание. Отца лишили магии. — Мы собрались в Мэноре. Я долго готовился к этому разговору, но уже принял для себя решение. Я будто проснулся после комы, — Драко грустно поднял уголки губ. — Решил, что хватит пить, нужно возвращаться к жизни, какой бы порой поганой она ни была. Решил, что уйду в магловский мир, постараюсь выбрать профессию, которая мне нравится, в общем, начать всё с чистого листа там, где меня никто не знает, где на меня не смотрят как на Пожирателя смерти и сына Пожирателя смерти, где я не лорд Драко Люциус Малфой, наследник чистокровного древнего волшебного рода, а просто Драко Малфой, просто человек. Гермиона смотрела на него с гордостью — или ему только показалось. Она улыбнулась. Драко продолжал. — В общем, всё это я и вывалил за ужином на родителей, Андромеду и эльфов, — Драко широко улыбнулся мальчишеской улыбкой, той самой, что Гермиона помнила со школьных лет. В голове снова промелькнуло: «Ох, как же они всё-таки похожи… Нет, нет, стоп.» Гермиона встряхнула головой, и тут у неё зазвонил телефон. Она увидела время на экране — 13:05. Они просидели здесь почти полтора часа. — Извини, — с виноватым видом пробормотала Гермиона. — Всё в порядке, ответь, — произнёс Драко, отпивая кофе. Гермиона ответила на звонок, приложила трубку к уху. — Привет, — немного помолчав, слушая ответ, Грейнджер снова заговорила. — Я в кофейню зашла, вкусняшек вам взять. Не знаю, когда буду, я кое-кого встретила, но ты готовься, я приеду с огромным сюрпризом, — ответила Гермиона, прищуривая глаза и хитро улыбаясь, поглядывая на Драко. Он в свою очередь не отрывал от неё взгляда и поднял брови, выпучив глаза в удивлении после слов о сюрпризе. — Скорее всего, уже под вечер, не заскучаете без меня? Просто мне тут такую интересную историю рассказывают, что оторваться невозможно, — она снова посмотрела на Драко. — Спасибо, родная. Он там тебя не достаёт? — прослушав ответ, Гермиона произнесла: — Отлично. Что ж, я отключаюсь, готовься к сюрпризу, у нас будет гость. — После этих слов Гермиона положила трубку, продолжая смотреть на Драко с хитрым выражением лица. — Мы сегодня встретились впервые за шесть лет, а ты уже хочешь пригласить меня к себе? — с немного напряжённой улыбкой спросил Драко. — О, когда я расскажу тебе свою историю и ты узнаешь, с кем я говорила по телефону, думаю, ты и сам захочешь встретиться с этим человеком. Да и она убьёт меня, если я приду, скажу, что видела тебя и не привела. — Боже, так кто же это был? — спросил Драко, ещё больше удивляясь. — Нет, нет, ты ещё не дорассказал. Терпение, Драко. А сейчас продолжай, пожалуйста, — ответила Гермиона с широкой улыбкой. — Итак, на чём я остановился? — немного подумав, Драко встряхнулся. — Ах да. Я понимал, что будет трудно в магловском мире, нужно выбрать профессию, идти учиться. Но, увидев маму счастливой рядом с сестрой и маленького Тедди, для которого мне вдруг захотелось стать примером, я понял, что ради них, да и себя в первую очередь, я обязан постараться начать новую жизнь. Но больше всех в тот вечер удивил отец. Он попросил у всех прощения, у меня в том числе, особенно за метку. Сказал, что поддержит меня в моём решении. Но я решил пойти дальше и предложил переезд в другую страну. На удивление — хотя чему удивляться? — нас никто и ничто не держало в Англии. Родителей и меня так точно, да и Андромеду тоже. Муж, дочь, зять мертвы, а нужно было растить Тедди. Тётя Меда хотела ещё и Поттера взять с нами или хотя бы обменяться телефонами, адресами — только чтобы не потерять с ним связь. Он, как я узнал, крёстный Тедди, — Драко вопросительно посмотрел на Гермиону, она кивнула. — Да, я и Гарри — крёстные Тедди, — ответила Гермиона. Видно было, что Драко в шоке от услышанного. — Ты тоже крёстная? — ошарашенно спросил Драко. Гермиона кивнула. — Мир тесен, Драко, — улыбнулась Гермиона. — Особенно наш мир. — Так кто же всё-таки звонил? — снова спросил он, не отводя взгляда. — Ты так загадочно говорила. Гермиона хитро прищурилась. — Терпение, скоро узнаешь. Но могу сказать, что это человек, который очень важен для меня и для тебя. И ты очень важен этому человеку. И, как я уже сказала, она будет очень рада тебя увидеть. А теперь продолжай, пожалуйста. — Тётя Меда не нашла Поттера: на Гриммо его не было, и у Уизли тоже, — Драко смотрел на неё вопросительно. Гермиона хитро улыбалась: — Терпение, это будет в моей истории, — с весёлой ноткой в голосе сказала она. Он чуть усмехнулся и продолжил: — Интересная игра, Гермиона. Что ж, я продолжаю. Меня тогда уже давно звал Блэйз к себе в Италию. Сразу после моего суда он уехал на родину, звал меня, но тогда я отказался. И вот мы всем нашим кагалом завалились к нему, — на этих словах они оба засмеялись. — Ты только представь: я, мама, отец, тётя Меда с Тедди и три домовика. Про вечеринки Забини пришлось забыть, — продолжал смеяться Драко. — Блэйз к тому моменту наладил свой бизнес — виноделие и сырное производство. Мне же дольше пришлось искать себя, ходил на множество курсов. — Так кто же ты, Драко Малфой? — спросила Грейнджер. — Какая вы нетерпеливая, мисс Грейнджер, — они снова рассмеялись. — Что ж, так и быть, утолю ваше любопытство. Я повар, а точнее, уже два года как шеф-повар. — Ого, ты серьёзно? — спросила Гермиона. Драко, улыбаясь, кивнул. Ему нравилось, что он смог её снова удивить. — И как ты к этому пришёл? — с ещё большим любопытством спросила она. — Ну, я же уже сказал, что довольно долго искал себя. Вспомнил, что в детстве мы с Блэйзом и Тео мечтали стать аврорами. Решил попробовать пойти в магловскую полицию, но вовремя понял, что это не моё. Блэйз предлагал стать партнёрами по бизнесу, но мне хотелось чего-то своего, только моего, понимаешь? — Грейнджер кивнула, с интересом продолжая слушать. — Я уже говорил, что Трикс пробовала готовить магловским способом, и у неё неплохо получалось. Она накупила целую кучу кулинарных книг. Она умеет читать. Когда мы были маленькими, естественно, как это заведено у аристократов, меня с ранних лет многому обучали. А так как Трикс мой друг, то я решил её обучать. Ну, мы так играли, я представлял себя крутым профессором из Хогвартса, — он засмеялся, не убирая с лица гримасу важного, строгого профессора. Гермиона хихикала. Он продолжил: — Так вот, однажды я сидел на кухне. Трикс начала что-то готовить на ужин. Я просто решил помочь. Когда был маленьким, если плохо себя вёл, не слушался, мама отправляла в наказание на кухню к эльфам помогать… — Вот уж никогда бы не подумала и не представила ни маленького, ни взрослого Драко Малфоя на кухне, помогающего под руководством эльфов, — хихикала Гермиона. Драко рассмеялся: — Да, было. Ну так вот, я всё чаще стал помогать Трикс на кухне, теперь настала её очередь меня обучать. Мы смеялись с этого, вспоминая детство. Я начал изучать её кулинарные книги, мне нравилось готовить, это напоминало моё любимое зельеварение, и я понял, что вот оно, я нашёл своё. И 1 сентября 2000 года я стал студентом кулинарной академии, — с нескрываемой гордостью сказал Драко. — Сначала год учился в Италии. Через полгода обучения в академии у нас началась практика в разных кафе и ресторанах Италии. Я работал поваром в маленьком, но очень романтичном итальянском ресторанчике, который специализировался исключительно на итальянской кухне. Я обожаю итальянскую кухню, но мне хотелось научиться разной кухне, разным рецептам, особенно сложным. Конечно, в академии нас обучали всей европейской кухне, но я просто стал скупать все кулинарные книги, особенно со старинными рецептами. К моменту второго полугодия обучения я просто влюбился в русскую кухню: там столько интересных, сложных и особенно старинных рецептов… — Гермиона, смотря на него, в шутку подумала: «О, кажется, мы его потеряли. Люблю людей увлечённых и одержимых своим любимым делом, сама такая же», — усмехнулась она своей мысли. Драко продолжал рассказывать: — …наставник предложил перевестись в российский филиал академии. Он сам был русским и учился там, рассказал, что там обучают и европейской, и русской, и американской, восточной, азиатской и многим другим направлениям кухни, и можно обучаться всем направлениям, а можно выбрать одно или несколько. Ну я, недолго думая, решил перевестись. Было несколько филиалов в разных городах России, но наставник посоветовал филиал в Санкт-Петербурге, как он сказал: во-первых, один из самых красивых городов, а во-вторых, его называют гастрономической столицей России, — увидев, что Гермиона кивает, Драко спросил: — Ты там была? — Была и не раз, и в Санкт-Петербурге, и в Москве, в Калининграде и во Владивостоке. И знаю русский язык, говорю почти свободно, но с акцентом, — ответила Гермиона. Драко в шоке округлил свои серые глаза. «Какая же её история?» — пронеслась мысль. Встряхнув головой и отойдя от шока, продолжил: — В общем, я переехал, и со мной вся семья: домовики, родители, тётя Меда с Тедди. Они все очень меня поддерживали, а отец теперь ел только то, что готовил именно я, и даже начал отличать и понимать, какое блюдо готовил не я. Уж как — понятия не имею, но мы с Трикс устраивали ему проверки, например, готовили одно и то же блюдо, и он безошибочно определял, где моё, а где блюдо Трикси. И ел только то, что приготовил я. — Короче говоря… — Куда-то торопишься? — перебив, спросила Грейнджер. — Да, уж очень хочется послушать и твою историю, а время уже, — Драко взглянул на свои дорогие часы на правой руке, — 14:30, с ума сойти, сколько мы уже тут сидим. — Ну, лично я не спешу, мои домашние предупреждены. Ой, ты, наверное, спешишь, да? — опомнившись, спросила Гермиона. — Нет, я не спешу. Я живу один, ну точнее, с Трикси и Рикки. На другом берегу озера дом, там живут родители с Медой, Тедди и Тауэра, рядышком, чтобы я мог даже пешком до них прогуляться, но я живу отдельно, мне хотелось своего угла, свой дом, жить самостоятельно, хотя чуть ли не каждый день у них, — смеялся Драко. — Итак, продолжаю. Я продолжал учиться в академии. Петербург — действительно потрясающий город, я в него влюбился, бывал также в Москве. Один наш преподаватель заметил мой талант и старания и порекомендовал меня в качестве повара в ресторан старинной русской кухни своего друга. Короче говоря, в 2004 году я закончил академию с отличием, к этому моменту уже два года был су-шефом. Ну и друг моего шефа решил открыть ресторан русской кухни в центре Нью-Йорка, ему нужен был шеф-повар, спец в русской кухне, который бы помог разработать концепцию, меню и взять на себя шефство кухней. Шеф предложил мне. Поначалу я как-то боялся: такая ответственность, сомневался, смогу ли, готов ли я стать шефом. К тому же привык уже, я любил свою работу и этот ресторан, как и свой первый итальянский. Да и не хотелось мне уезжать из Петербурга — я уже хорошо говорил по-русски, но с акцентом, к тому же у меня была девушка. Я всё это объяснил своему шефу, на что он сказал: «Если ты сомневаешься, готов ли к шефству, то значит, ты готов». Я долго принимал это решение, где-то месяц, благо дали подумать. Как и до этого, все мои решения и переезды поддержали родные: родители, Меда, домовики, но не Кейт, — Драко взял паузу, отпивая уже третью чашку кофе. — Это твоя девушка? — спросила Гермиона. — Бывшая. Я вдруг понял, что наши отношения эгоистичны с её стороны, всё только для неё. Я старался поддерживать её во всём, но это была игра в одни ворота. Мы и так находились на грани разрыва отношений, и это предложение показало мне, что Кейт не мой человек. Я не просил её всё бросать и ехать со мной, хотя, конечно, предложил поехать, но… — повисла пауза, он выдохнул, улыбнулся и заговорил: — Я уверен, что если у вас настоящая, истинная любовь, если вы судьбой предназначены друг другу — да, я верю в судьбу, — то всё можно преодолеть, и истинная любовь всё преодолеет, стерпит и станет только сильнее. Так что я понял, что ни она меня не любит по-настоящему, ни я её. — Драко продолжал улыбаться, сделал ещё один глоток, смотря на Гермиону поверх чашки. Она выглядела задумчивой, попивала сок, который принесли совсем недавно. «Видимо, кофе уже не лезет», — усмехнулся Драко. — И что же ты решил? — спросила Гермиона, внимательно глядя на него. — Я решил, что это мой шанс. Шанс доказать себе и другим, что я могу. Что я не просто выходец из знатной семьи, а человек, который чего-то добился сам. Я принял предложение. И это было лучшее решение в моей жизни. Я переехал в Нью-Йорк, открыл ресторан, и он стал невероятно популярен. Я стал шеф-поваром, о котором мечтал. И знаешь, что самое интересное? — Что? — Гермиона наклонилась вперёд, заинтригованная. — Я понял, что русская кухня — это не просто набор рецептов. Это целая философия, это душа. И я чувствую себя в ней как рыба в воде. Я даже начал писать свою книгу рецептов, где смешиваю русские традиции с европейскими техниками. Драко отпил ещё кофе, его глаза блестели от энтузиазма. Гермиона рассмеялась, представив Драко Малфоя, потомка чистокровных волшебников, с головой погружённого в мир борщей, пельменей и блинов. — Русская кухня? Драко, ты меня удивляешь! Я думала, ты выберешь что-то более… изысканное. Французскую, например. — Изысканное? — Драко усмехнулся. — Гермиона, ты просто не пробовала мои пельмени с трюфельным маслом и соусом из белых грибов. Или мой борщ с копчёной уткой и сметаной из козьего молока. Это не просто еда, это симфония вкусов! Он говорил с такой страстью, что Гермиона невольно представила себе эти блюда, и у неё потекли слюнки. — Ну, в общем, вот и всё, вся история, — Драко сделал последний глоток, ставя чашку на стол. — Я живу здесь уже два года. Год назад стал владельцем ресторана. Прежний владелец, друг моего бывшего шефа, решил переехать с семьёй и предложил мне купить, и я купил. Теперь я и владелец, и шеф. Мне в юридических вопросах помогает Тео — он стал довольно крутым юристом. В финансах помогает отец — ему в этом равных нет. А Блэйз поставляет вино и сыры в уже два мои ресторана. Второй открылся не так давно, четыре месяца назад. Гермиона сидела слегка в шоке. Тео, Блэйз, отец Драко… Все они, казалось бы, остались в прошлом, но теперь были частью его новой, успешной жизни. И сам Драко, который всегда казался таким зацикленным на своей родословной и статусе, теперь был страстным шеф-поваром, влюблённым в русскую кухню. — Так что, Гермиона, твоя очередь рассказывать, — улыбался Драко, его глаза снова блестели. — Уже очень нетерпится, и меня распирает любопытство. Гермиона пришла в себя, приняла серьёзный вид. Она знала, что ей предстоит рассказать. И знала, что кое-что придётся обойти. Она пока не была готова к раскрытию самой главной тайны. — Конечно, моя история не так интересна, как твоя, — начала она, стараясь, чтобы её голос звучал ровно. — Но что уж, ладно, слушай.