Стеклянный реверанс сомелье

30 октября.

      Соседки прихорашивалась с самого утра и трещали про французских девиц, болгарских красавцев, кондидатов от Хогвартса, их шансы на победу и на за получение соседок во всех планах. Самманта Маритэйс выбирала духи и уже во всю фантазировала как будет кадрить красавчика болгара, какие у них будут дети и прочее. Оливия Вайт смеялась над подругой и цитировала какие-то их общие шутки, выглаживая мантию. Лежавшая на кровати Ава Смит бросила взгляд на четвертую соседку и позвала:       – Катрин!       – Катрин де Монморанси!       – А? – она развернулась на бок и посмотрела на девушек.       – Тебе совсем не интересны болгары? – с надеждой в голосе прошептала Смит.       – Не – протянула она, зевнула и вновь отвернулась. Ава пожала плечами и тройка прыснула.

***

      В Хогсмиде сегодня было больше, чем обычно людей. Все те, кто не успел купить, что-то особенное для удивления гостей были тут. Толпа оживлённо болтала, смеялась. Темы все те же. Катрин зажалась. И вот она уже была в толпе, такая же счастливая и свободная. Талии что-то коснулось. Она обернулась и уткнулась в слизеринский шарф. Его обладатель казался не таким уж и страшным. Наоборот) Как будто по своему симпатичен...

***

      Утро.        Мышцы ломило. Улыбка поползла по лицу. Жизнь началась. Она пристала на локтях. Когтевранская гостиная, какой галантный. Она рассмеялась и закатила голову.              Первокурсник, сидевший неподалеку, отскочил и предпочел удалится в коридор. С трудом встав, она стала собираться на уроки.

***

      Завтрак.        К своим, британским голосам, прибавились французские и болгарские. Девушка проходила мимо слизеринского стола. Галдеж про кубок огня стих для нее, когда чей-то палец прошелся по ее бедру. Она оглянулась и подмигнула слизеринцу, которого видела этой ночью. Ну вроде это был он.       Это заметил болгар и тут же подлетел, защищать честь. Не допуская, чтоб это ряженое чучело привлекло много внимания, девушка встала на цыпочки и что-то прошептала ему на ухо. Слизеринцы присвистнули, видя, что юбка начала подниматься. Болгар покраснел от слов. Пару девушек фыркнули.       Этот хор давал понять, что да, Катрин снова жива и снова на высоте.

***

      Девушка сидела неподалеку от кубка огня. Языки тянулись и она смотрела на них, не видя ничего другого. Люди сновали туда-сюда. Но вдруг все захлопали, выводя девушку из себя. Собираясь уходить, она задержалась. Вдруг что-то интересное. Два невыносимо похожих друг на друга рыжих мальчика пили какое-то зелье и зашли за круг. Две бумажки полетели в огонь, но они тут же шлёпнулись на пол, обрастая бородой. Катрин стала смеяться. Ее плеча что-то коснулось.       – какие кловны.       Болгарский акцент. Она повернула голову и увидела того болгара, что сегодня пытался защитить ее.       – Ты не такой? – она по детски приоткрыла рот. Он облизнул губы и что-то прошептал.

***

      Вечер.       Соседки закончили все беседы и готовились ко сну. В дверях появилась тень. Катрин в одной ночнушке на тонких бретельках и с куском шерсти в руке. Этот странный предмет она положила на кровать Самманты. Та тут же начала галдеть:       – Кейт, что это? Откуда? Ты где это взяла? Что мне с этим делать?...       Вопросы не кончались.       – Сэм. Повод познакомиться       Она широко улыбнулась и приблизила свое лицо к Маритэйс, повторяя акцент       – Болгорский.       Она резко вздрогнула и ушла к себе на койку.       – Ой, правда? – лепетала Самманта и гладила шерстку. – Ты такая чудесная, спасибо, ты, ты, ты...       Кэт уже спала.

***

      Месяц прошел не зря, два болгара, один отчаявшийся слизеринец, жаждавший своей победы в выборе кубка, все они нашли покой у Монморанси. И она нашла отвлечение от писем из дома.