Gen-9 Кровавый рассвет

Дождь хлестал по неоновым вывескам Города Амфореус, превращая светящиеся иероглифы рекламы в размытые акварельные пятна. Уровень осадков превышал норму на сорок процентов, но для него это была идеальная погода. Вода смывала запах крови быстрее, чем стандартные очистители воздуха, и приглушала звуки. Звуки, которые ему сейчас были не нужны. Нужен был только шум в ушах, вызванный не дождем, а адским пожаром, разгорающимся в основании черепа. Фаенон, известный в узких кругах преступного синдиката и баз данных корпорации «Эон» как «Каослана», мчался сквозь пелену дождя. Его тело, затянутое в обтягивающую нано-броню цвета вороненой стали, практически сливалось с мотоциклом. Броня повторяла каждый изгиб мышц, оставляя открытыми лишь плечи с четко очерченными вырезами и шею. На загривке, прямо под черным ошейником с мигающими портами подключения, горел голубым огнем вживленный нейроинтерфейс. Стеклянная панель интерфейса, тянущаяся вдоль позвоночника до двенадцатого позвонка, сейчас пульсировала тревожным, частым ритмом. Внутри, за прозрачным композитом, переливалась охлаждающая жидкость, словно жидкий светлячок, попавший в ловушку. От этого блока по нано-броне, словно вены, расползались светящиеся голубые линии. Они тянулись к бедрам, соединяя систему жизнеобеспечения костюма напрямую с интерфейсом на пояснице, где висела небольшая, но увесистая сумка с подавителями и прочей мелочью. Мотоцикл под ним тоже светился. Те же голубые линии бежали по обшивке, синхронизируясь с ритмом его нейроинтерфейса. Машина и наездник были единым целым. И это целое сейчас находилось в критическом состоянии. Шлем на голове Фаенона, полностью интегрированный с воротником брони, транслировал перед глазами карту города, подсвечивая цель красным маркером. Но основное внимание омеги было приковано к биодатчикам в углу интерфейса. Гормональный фон: КРИТИЧЕСКИЙ. Уровень подавления «Gen-9»: 12%. Рекомендация: Немедленная инъекция блокаторов Омега-3. — Заткнись, — прошипел Фаенон сквозь сжатые острые клыки. Голос был искажен вокодером шлема, но даже через синтезированный звук пробивались хриплые нотки начинающейся течки. Не обычной течки. Не той, что заставляет омег виться у ног альф и просить ласки. В его железы на загривке, прямо в сплетение нервов, был вживлен «Gen-9». Самый сложный, самый дорогой и самый безумный проект профессора Анаксы. Ген, который превращал природную уязвимость омеги в биологическое оружие массового поражения. Его течка не притупляла чувства. Она их обостряла до предела, заливая мозг коктейлем из ярости, эйфории и жажды резни. «Машина для убийств» — так это называли в отчетах, которые читал Нанук. Мотоцикл с визгом вошел в крутой поворот, оставляя на мокром асфальте длинный след от белой высокой подошвы кед, обутых в элементы той же брони. Фаенон сбросил скорость, и мотоцикл, подчиняясь мысленному приказу через интерфейс, замер у входа в бар «Золотой Дракон». Он слез с мотоцикла. Машина тихо пискнула, светящиеся линии погасли, и она перешла в спящий режим, сливаясь с темнотой переулка. Броня на пальцах чуть заметно удлинилась, заостряясь, когда он сжал кулаки, разминая кисти. Вход в бар был порталом в другой мир. Мир дорогого алкоголя, синтетического дыма и вонючих денег. Как только Фаенон переступил порог, шлем, подчиняясь протоколу маскировки и его собственному желанию, с тихим шелестом сегментов убрался в воротник брони, открывая лицо. Белые, короткие волосы тут же намокли от конденсата, прилипая ко лбу. Голубые глаза с вертикальными зрачками хищно сузились, привыкая к полумраку. И в тот же момент он перестал сдерживаться. Феромоны ударили из него волной. Концентрированные, сладкие до приторности, с тяжелым металлическим оттенком, свойственным омегам класса S, прошедшим генную модификацию. Это был не зов о помощи или приглашение к спариванию. Это был вызов. Насмешка. Приманка. Альфы в баре, до этого лениво потягивающие виски и обсуждавшие свои грязные сделки, синхронно повернули головы. Их ноздри затрепетали. В глазах загорелся хищный, голодный огонь. Фаенон зашагал вперед, виляя бедрами в обтягивающей нано-броне. Руки он демонстративно засунул в карманы куртки, небрежно свисающей с локтей. На поясе, словно невесомое украшение, покоился в ножнах молекулярный двуручный меч. На вид — хрупкий мальчишка. Но запах говорил об обратном. Запах кричал о силе, опасности и доступности. Смертельный коктейль. Его взяли в кольцо почти сразу. Трое крупных альф, накачанных дешевыми имплантами и тестостероном, зажали его у барной стойки. Один, с грубым шрамом через все лицо, без спроса провел ладонью по обнаженному плечу Фаенона, царапая кожу грубой тканью перчатки. — Какая сладкая сучка, — прорычал он, наклоняясь к уху омеги. — Что за штуковина у тебя на спине, а? Светится, как новогодняя елка. Другой прижался сзади, нагло уткнувшись носом в его затылок, прямо в порты ошейника, издав животный стон. Фаенон позволил себе выгнуться в пояснице, запрокидывая голову и прикрывая глаза. Острые клыки блеснули в неоновом свете бара. Он медленно, почти лениво, поднял руку и провел костяшками пальцев по небритой щеке альфы со шрамом, затем по подбородку второго. Жест был интимным, ласковым. Обманчивым. Альфа заурчал, теряя бдительность, принимая это за капитуляцию омеги перед силой стаи. А в следующую секунду выражение лица Фаенона изменилось. Голубые глаза распахнулись, зрачки сжались в тончайшие вертикальные щели. На губах расцвел не улыбка — хищный оскал, обнажающий клыки до самых десен. Он медленно, с видимым наслаждением, облизнул верхний клык, и его рука метнулась к бедру. Двуручный меч покинул ножны с тихим, зловещим шелестом высокочастотного лезвия. Дальше была симфония. Кровавая, жестокая симфония, где партию первой скрипки исполнял хруст костей и влажные шлепки падающей на пол плоти. Он не убивал быстро. Фаенон растягивал удовольствие, как гурман смакует редкое блюдо. Он двигался в танце смерти, каждое движение было выверенным и экономным, но при этом дьявольски грациозным. Удар — и рука со шрамом, посмевшая коснуться его плеча, летит в сторону, разбрызгивая артериальную кровь по стеклянным полкам с элитным алкоголем. Подсечка — и второй альфа с воем падает на колени, а меч пронзает его грудь, выходя из спины в фонтане осколков дешевых имплантов. Его цель — лысый мужчина в дорогом костюме, застывший в дальнем конце бара с бокалом в руке и ужасом в глазах — пыталась сбежать. Но Фаенон, перешагивая через корчащиеся тела и лужи крови, шел к нему медленно. Неумолимо. Зрачки его расширились, поглощая радужку, наслаждаясь страхом жертвы. Это было даже лучше, чем сам акт убийства. Страх альфы перед омегой. Идеальный десерт. Он настиг цель у черного хода. Удар меча был молниеносным и точным. Тело сползло по стене, оставляя багровый след. Фаенон опустился на корточки перед трупом, рассматривая застывшее выражение лица. Затем, не отрывая взгляда от мертвых глаз, он медленно провел языком по лезвию меча, слизывая теплую кровь. Соленая. С примесью страха. — Сладкая, — прошептал он, улыбаясь окровавленными губами.

***

В офисе корпорации «Эон», парящем над грязными облаками Амфореуса, царила стерильная тишина, нарушаемая лишь тихим гулом систем жизнеобеспечения и едва слышным скрипом стилуса по стеклу планшета. Нанук, генеральный директор корпорации, сидел в кресле из черной натуральной кожи, закинув ногу на ногу. Белая рубашка с расстегнутым воротом обнажала сильную шею и часть ключиц. Темные брюки сидели идеально. На глазах — легкие очки с голографическим интерфейсом, линзы которых сейчас транслировали прямую картинку из бара «Золотой Дракон». Его длинные белые волосы были небрежно, но аккуратно заплетены в косу, тяжелой змеей лежащую на его плече. Золотые глаза альфы, не мигая, следили за каждым движением Фаенона. В них не было ни отвращения, ни возбуждения. Только холодный, аналитический интерес. Словно он смотрел не на кровавую бойню, устроенную его самым дорогим проектом, а на биржевые сводки. Рядом с креслом, в воздухе, соткалась из света голограмма. Эгида — ИИ-помощник, принявшая облик строгой женщины в деловом костюме. — Директор, — раздался ее лишенный эмоций голос. — Биометрические данные объекта «Каослана» получены и обработаны. Вывожу на ваш интерфейс. Перед глазами Нанука, поверх картинки резни, побежали столбцы данных: Объект: ФАЕНОН (Каослана) Статус: Омега, Класс S Уровень агрессии: 98% Эффективность Gen-9: Пиковая. Стимуляция гонадных желез зафиксирована. Уровень эндорфинов: Зашкаливает. Прогноз: В течение часа объект войдет в неконтролируемую стадию течки, если не будет введен подавитель или не произойдет... естественное разрешение цикла. — Естественное разрешение, — повторил Нанук тихо, и его губы чуть дрогнули в подобии усмешки. Дверь в кабинет бесшумно ушла в стену, и в помещение вошел профессор Анакса. Его зеленые волосы были взлохмачены, а бледно-аквамариновые глаза с неестественными пурпурными зрачками выдавали крайнюю степень беспокойства. Он был одет в стандартный белый лабораторный халат поверх простой водолазки. — Директор Нанук, — начал он, приближаясь к голограмме, где Фаенон как раз слизывал кровь с меча. — Это недопустимо. Вы снова отправили его на задание в предтечковом состоянии. Вы же знаете, что уровень кортизола и норадреналина в его крови превышает все мыслимые пределы! Это разрушает его нейронные связи. Gen-9 пожирает его нервную систему! Нанук даже не повернул головы. Его палец со стилусом продолжал выводить подпись на электронном документе, лежащем на планшете. — Он справляется, — коротко ответил альфа. — Справляется?! — Анакса почти перешел на крик, но вовремя взял себя в руки, сжимая кулаки. — Вы используете его как одноразовый инструмент! Моя работа... он не просто оружие! Это сложнейший симбиоз органики и кибернетики. Ему нужен отдых, корректировка гормонального фона, а не новые приказы на убийство в разгар течки! — Ваша работа — создать совершенное оружие, профессор. Вы его создали, — холодно отрезал Нанук, ставя последнюю подпись и откладывая стилус. Он наконец поднял взгляд на Анаксу. Золотые глаза встретились с пурпурными. — Моя работа — использовать его с максимальной эффективностью. Сейчас эффективность «Каосланы» зашкаливает. Благодаря «Gen-9» он не знает усталости и боли, только жажду цели. Анакса замолчал, стиснув зубы. Он снова перевел взгляд на голограмму. Фаенон выходил из бара под проливной дождь, вода мгновенно смывала кровь с его брони и лица. Омега выглядел... удовлетворенным. И одновременно измученным. Создатель видел то, чего не видел президент — мелкое дрожание рук, легкую расфокусировку взгляда после всплеска агрессии. Это была реакция организма, работающего на пределе. Нанук тем временем коснулся сенсора на своем кресле. Голограмма Эгиды мигнула. — Эгида, передай «Каослане» координаты следующей цели, — приказал он. — Конкуренты из «Нус-Прайм» везут ядерную боеголовку в грузовике по 12-му транспортному кольцу. Маршрут и состав охраны уже загружены. — Принято, директор Нанук. Передаю данные на нейроинтерфейс объекта Фаенон, — отозвалась ИИ. Анакса молчал, продолжая стоять в кабинете и наблюдая за своим творением через голограммы Нанука. Он чувствовал себя отцом, который смотрит, как его ребенка посылают на минное поле, и ничего не может с этим поделать. Он был всего лишь омегой-ученым, создателем. Реальная власть принадлежала золотоглазому альфе, небрежно поглаживающему свою белую косу.

***

Фаенон, получив пакет данных через нейроинтерфейс, хищно оскалился. Спина горела огнем, загривок пульсировал болью, смешанной с диким возбуждением. Новая цель. Снова драка. Снова выброс адреналина, который на время заглушит зуд «Gen-9». Он убрал меч в ножны на бедре и коротко свистнул. Свист был резким, модулированным. Мотоцикл, стоявший в тени переулка, ожил. Голубые линии пробежали по его корпусу, и он бесшумно подкатил к хозяину. Фаенон ловко, одним текучим движением, оседлал его. Воротник брони пришел в движение, нано-сегменты поползли вверх, материализуя шлем и плотно обхватывая голову. Интерфейс загорелся перед глазами, показывая маршрут, проложенный Эгидой. Рука выкрутила ручку газа до упора. Мотоцикл взревел, срываясь с места и оставляя за собой лишь водяную взвесь от колес. — Впереди перекресток, уходи на второй уровень эстакады, — раздался в шлеме холодный голос Нанука. Это была не запись. Президент лично вел его к цели. Фаенон ничего не ответил. Дыхание участилось. Каждый толчок двигателя мотоцикла, передающийся через броню, отдавался в низу живота ноющей болью. Он гнал, прижимаясь всем телом к светящемуся корпусу, сливаясь с машиной. Скорость была его единственным утешением. Грузовик он нагнал на пустынном участке кольцевой дороги. Охрана — три черных джипа, напичканных вооруженными людьми. Скучно. — Уничтожь сопровождение, — приказал Нанук. Фаенон усмехнулся внутри шлема. Его броня на кончиках пальцев снова заострилась, превращая руки в смертоносные когти. Он вильнул вправо, заходя сбоку от первого джипа. Удар когтями по колесам — резина взрывается, джип теряет управление и, кувыркаясь, летит в отбойник. Даже не замедляясь, он перепрыгнул на мотоцикле через обломки и поравнялся с кабиной грузовика. Оттолкнувшись от сиденья, он прыгнул, цепляясь заостренными пальцами за металлическую обшивку кузова. Металл заскрежетал, но когти из нано-сплава выдержали. Фаенон, словно паук, пополз по вертикальной стене кузова на крышу. Дождь хлестал по шлему, но он не обращал внимания. Добравшись до верха, он выхватил меч и несколькими мощными ударами прорубил в крыше дыру. Спрыгнув внутрь, он оказался в полумраке. В центре грузового отсека, закрепленная ремнями, стояла она. Цель. Боеголовка. Прозрачный цилиндр из зеленого стекла, внутри которого лениво переливалась изумрудная жидкость, подсвечивая сложные механизмы с двух сторон. Выглядела она почти... красиво. Фаенон сглотнул вязкую слюну. Внутри все сжалось в тугой узел. Течка давила на мозг, смешивая инстинкт убийцы с чем-то другим. С желанием обладать. Он отстегнул с поясничной сумки прочный композитный трос и аккуратно, стараясь не касаться стекла, обвязал им боеголовку. — Иди ко мне, маленькая малышка, — прошептал он, и вокодер шлема исказил его голос, сделав его похожим на шипение змеи. Закинув драгоценную ношу через плечо, он направился к воротам грузовика. Пнув их ногой с такой силой, что створки с грохотом распахнулись, он был встречен шквальным огнем. Охрана из оставшихся джипов опомнилась и открыла стрельбу по открытому проему. Фаенон, выхватил меч и начал защищаться, отбивая пули клинком. Его мотоцикл, ведомый автопилотом, уже мчался рядом с грузовиком. Выждав момент, Фаенон оттолкнулся от края и прыгнул. Тяжело, с грузом, но точно. Он оседлал мотоцикл, прижимая боеголовку к груди и всем телом припадая к сиденью. Ручка газа выкручена до предела. Мотоцикл рванул вперед, уходя от погони. — Эгида, доклад, — раздался в шлеме Фаенона голос Нанука, обращенный к ИИ.

***

— Директор, впереди по маршруту следования «Каосланы» сформировано заграждение. Отряды городской полиции и силы безопасности корпорации «Нус-Прайм». Оценочное количество целей — тридцать единиц техники, включая два ударных вертолета. Вероятность успешного прорыва объекта «Каослана» с сохранением груза — менее 5%. В кабинете повисла тяжелая пауза. Анакса впился пальцами в край стола Нанука. Фаенон, слыша этот доклад, лишь тяжело вздохнул, глядя на приближающееся море огней и машин. Выхода не было. Нанук медленно поднял руку и коснулся другого сенсора на подлокотнике. Красного. — Отправляйте «Экспериментальный Объект KS55», — произнес он ледяным тоном.

***

Фаенон увидел их. Джипы, полицейские кордоны, люди в тяжелой броне, а над головой — стрекот винтов вертолетов. Он стиснул зубы и выхватил меч, готовясь продать свою жизнь подороже. В этот момент пуля снайпера, выпущенная откуда-то сзади, впилась ему в плечо, пробив нано-броню в районе сочленения. Омега зашипел от боли, дернувшись всем телом. Мотоцикл вильнул. Он едва не выронил боеголовку. И тут мир взорвался звуком. Рев, похожий на крик раненого дракона, разорвал небо. А затем — громкая, агрессивная музыка в стиле металкор, от которой вибрировали внутренности. И пронзительное, полное безумного восторга: — ЯХУУУУУУУУ! Прямо над головой Фаенона, с воем рассекая воздух и дождь, пронесся самолет. Он был черно-красным, хищным, словно акула. Вдоль всего фюзеляжа алыми буквами, которые, казалось, пульсировали в такт музыке, было написано: ЭМПИРИОН. Фаенон прищурился и заметил на крыле еще одну надпись, более мелкую, но от того не менее значимую: Эон. Самолет, пролетев над кордонами, резко развернулся на месте, игнорируя все законы физики. Кабина пилота, светящаяся красным, мгновенно закрылась черными бронепластинами, превращая самолет в слепой, но всевидящий снаряд. Из-под крыльев выдвинулись ракетные установки выбирая ракеты. Залп. Второй. Третий. Вертолеты вспыхнули, словно спички, разваливаясь на части в воздухе. Джипы на земле взлетали в воздух от попаданий, превращая кордон в огненный ад. Все вокруг гремело, взрывалось и горело. Фаенон закрылся рукой, уклоняясь от летящих обломков. Горящий остов джипа покатился прямо на него. Зрачки омеги сжались в тончайшие линии. Он заложил крутой вираж, проезжая в сантиметре от пылающей груды металла. Хаос остался позади. Самолет, закончив бойню, начал снижаться задом, открывая грузовой люк. Из динамиков, перекрывая шум двигателей, донесся искаженный, но веселый голос: — Заезжай, заюш! Места хватит! Фаенон, не раздумывая, въехал по опущенной аппарели внутрь. Люк за ним тут же закрылся, отрезая звуки взрывов. Самолет начал набирать высоту. Омега, наконец, опустил плечи, позволяя себе секунду расслабления. Адреналин в крови смешивался с гормонами течки, создавая гремучую смесь. Он слез с мотоцикла, оставив его вместе с боеголовкой в грузовом отсеке, и направился к двери в кабину пилота. Дверь бесшумно ушла в сторону. Внутри все было залито красным светом. По стенам, потолку, приборам бежали переливающиеся красные линии, голограммы тоже горели алым. В центре кабины, ближе к затемненному лобовому стеклу, парил большой шар, окруженный множеством трубок и проводов, пульсирующих в такт музыке, которая здесь звучала еще громче. Шар плавно повернулся, и Фаенон увидел один-единственный красный глаз, который сфокусировался на нем, моргнув. Музыка стала чуть тише. Фаенон, все еще в шлеме, убрал его в воротник и захлопал глазами, рассматривая это чудо. — Кто... ты? — спросил он хрипло. Шар чуть подпрыгнул в воздухе, словно от радости. Голос, идущий отовсюду, был полон энтузиазма. — Я Эмпирион! KS55, если официально. Экспериментальный Искусственный Интеллект, созданный на базе корпорации «Эон»! Рад познакомиться, Каослана! Ты классно дерешься! А теперь, если вы не против, мы летим в Эон. Фаенон усмехнулся, скрещивая руки на груди. Боль в плече пульсировала, течка продолжала терзать изнутри, но глядя на этот летающий красный шар с дурным характером, он чувствовал что-то странное. Любопытство. Шар-Эмпирион отвернулся к стеклу, которое снова стало прозрачным, открывая вид на ночной город под дождем. Он снова включил свой металкор на полную громкость, и самолет, задрав нос, устремился ввысь, к небоскребу корпорации «Эон», где в своем кабинете Нанук с легкой, почти незаметной улыбкой удовлетворения смотрел на удаляющиеся с карты красные точки врагов. А профессор Анакса, увидев, что его творение живо, медленно выдохнул, но тревога в его пурпурных глазах не исчезла.