Я думала, это будет обычный исекай

Глава 4 — Слуги моей семьи тоже весьма искусны. Они будут соответствовать стандартам мисс Эдит. — А разве герцогиня Людвиг, когда выходила замуж, не привела с собой ни одной служанки? — Это... Во многих отношениях граф Ригельхофф вёл разговор в свою пользу. В конце этого диалога, согласно оригинальной истории, Софию отправили вместе с Эдит. Граф Ригельхофф снова посмотрел на меня с жалостливым, умоляющим выражением лица, пытаясь завершить переговоры. — Дорогая Эдит. Похоже, герцог Людвиг не хочет, чтобы ты взяла с собой нескольких своих служанок. Что же нам делать? От этой игры, где он, казалось, вот-вот заплачет, у меня по коже побежали мурашки, но я должна была взять себя в руки. Решение, которое я приму здесь, определит мою жизнь. — Я... не против не брать с собой служанку. — А...? Эдит...? — Разве слуги герцогской семьи не так же хороши, как и слуги нашей? Я не хочу, чтобы какая-нибудь служанка покинула графство, которое любит, из-за меня. Так что вам не нужно думать о том, чтобы отправлять со мной служанку, отец. Не только герцог, но и оба его сына смотрели на меня пронзительными взглядами. Казалось, они думали, что я сначала создам видимость уступки, а потом попрошу о других условиях. Но я невиновна, ребята! — Пожалуйста, забудьте о просьбе моего отца, герцог. Должно быть, мой отец слишком сильно волновался, отправляя меня замуж, когда я ещё так незрела. — Нет, ну, хотя бы одного человека... Герцог Людвиг, кажется, был в замешательстве. О чём ты думаешь? Я не прошу тебя проявлять слабость! — Как невестка герцога Людвига, я не хочу в будущем выглядеть избалованной. Я приду одна. Я верю, что герцогиня найдёт мне хорошую, умелую служанку. Я изо всех сил старалась изобразить как можно более мягкую улыбку. Глаза у Эдит были слегка приподняты, поэтому изобразить нежное выражение лица было трудно. Люди герцогской семьи кивнули, согласившись по-своему, хотя и чувствовали некоторую неловкость, а лицо графа Ригельхоффа окаменело. Как только мы сели в карету, чтобы вернуться обратно, и выехали за ворота герцога Людвига, граф Ригельхофф закричал. — Ты с ума сошла! Я гадала, не ударит ли он меня сначала по лицу, но была рада, что обошлось. Теперь я должна была действовать изо всех сил. — Отец! Разве вы не видели лицо герцога Людвига ранее? — ...Что? — Герцог уже понял, каковы были ваши намерения, когда вы хотели отправить со мной служанку. Как можно быть настолько откровенно требовательным? При этих словах веки графа Ригельхоффа дрогнули. Было странно видеть, как моя дочь, которая всегда делала только то, что ей говорили, подняла голову и высказала своё мнение. Но я не могла позволить этому остановить нас. — Какой смысл приводить служанку, если вы уже вызвали подозрения? Какой смысл? За вами будет больше глаз. Это лучше, чем ничего, отец. — Это... — Вы забыли, какова была цель этого брака? Она заключалась в том, чтобы развеять их подозрения. Сначала мы должны притупить острие бдительности, направленной против нас. Ну как вам, сотрудник отдела маркетинга с Корейского полуострова, обученный всевозможным презентациям ещё с колледжа! Как и следовало ожидать, выражение лица графа, которое было мрачным, смягчилось. — Тогда... Что ты собираешься делать дальше? — Пока мне придётся идти одной. А когда их подозрения развеются, я найду предлог, вроде тоски по дому или чего-то ещё, и скажу, что приведу свою служанку «на время». Я и этому не буду препятствовать. — Хм... — Не портите всё в спешке, отец. В конце концов граф Ригельхофф был мной убеждён. Мне показалось, что нож у моего горла отодвинулся примерно на десять сантиметров.

И вот, после сумасшедшей недели, я здесь, стою на этой свадьбе, похожей на чёрную комедию. Священник всё ещё читает молитву. В Корее есть тенденция избавляться от долгих и скучных церемоний, но, видимо, здесь такой тенденции пока нет. — Итак, верные дети Бога Гершана совьют ещё одно гнездо, благослови кольца, которыми они обменяются, и вечный завет в них. О, наконец-то обмен кольцами. Я повернулась к Киллиану, как и репетировала. В отличие от меня, которая легко повернулась даже в неудобном платье, он медленно и с трудом встал ко мне лицом, будто и правда не хотел этого делать. Теперь, когда я разглядела его как следует, его одеяния были настолько круты, что я не могла не пускать слюнки. Смотреть на него сейчас ошеломлённо, казалось, приведёт к большим неприятностям. К счастью, меня отвлекло это откровенное платье. «Да-да-да, Киллиан. Я знаю, что ты чувствуешь. Так что давай покончим с этим побыстрее». Я серьёзно, на самом деле, потому что тоже надеялась, что эта неудобная и ужасная ситуация быстро пройдёт. Двое детей — мальчик и девочка — подошли, неся кольца на маленькой подушечке. Дети были такими милыми, что им можно было дать лет семь. В отличие от взрослых из двух семей по обе стороны стола, которые сверлили друг друга взглядами, будто собирались съесть, щёки детей раскраснелись от волнения просто от того, что они были частью этой красивой свадебной церемонии. Я не могла не улыбнуться, словно обезоруженная. Киллиан холодно посмотрел на меня сверху вниз и взял кольцо невесты. Я спокойно протянула левую руку, и Киллиан... Действительно, просто надел кольцо на безымянный палец моей левой руки, едва коснувшись моей руки. Он даже не поддержал мою левую руку другой рукой. «Вау, ты, должно быть, действительно ненавидишь это». Дальше было ещё хуже. Он потянулся и выхватил кольцо жениха прежде, чем я успела его взять. Затем он надел кольцо сам и встал лицом к священнику, словно его дело было сделано. Я была единственной, кто собирался взять кольцо, но в итоге я стояла, неловко повернувшись к нему. Со стороны гостей жениха послышался смех, а от гостей невесты я почувствовала гнев, который, казалось, вот-вот вырвется наружу. Не то чтобы я была в порядке, но если бы я сейчас показала, что обижена, это только ухудшило бы ситуацию. Я слегка поцеловала детей в щёки и встала лицом к священнику. И, как я и думала, я почувствовала холод, медленно расходящийся со стороны Киллиана. «Да, это нормально, если в твоей жизни нет мужчин». Если у меня здоровое тело и богатая жизнь, я должна быть довольна, а если я пожадничаю и захочу мужчину, меня покарают небеса. «Жизнь, в которой я могу наслаждаться своими хобби, хорошо питаться и отдыхать, не беспокоясь о том, что меня изобьют отец или брат. Как прекрасно!» Если повезёт, может, удастся пару раз переспать с этим хорошеньким, симпатичным парнем, используя свой статус как предлог. Даже если это не сработает и я буду одинока, я потом заведу любовника. Да, этого достаточно. Я снова приняла решение отказаться от «Лю» в «Любовь и благополучие» и наслаждаться «Благополучием» в полной мере.

Приём, который, как я боялась, будет слишком шумным и многолюдным, вместо того чтобы все общались друг с другом, закончился рано в холодной атмосфере. «Никогда не осознавала, как я благодарна, что две семьи не ладят!» Лизи, казалось, беспокоилась, что я могу расстроиться, но на самом деле я была вполне счастлива. Моё платье было слишком декольтированным, и мне приходилось держать спину прямо весь день, отчего позвоночник болел так, будто я сломала все кости. Что уж говорить о ногах на высоких каблуках, неудобных туфлях и распухших икрах. Как раз когда мне хотелось закричать, что это пытка, по просьбе герцогини появилась Лизи и проводила меня в комнату невесты. Ожидавшая служанка сняла с меня неловкое и неудобное платье и переодела в пеньюар. «Я думала, что умру ещё до начала истории. Ха...» Только тогда я вздохнула с облегчением, что жива. Но Лизи, отпустившая служанку, колебалась. — Вы что-то хотели сказать, мисс Лизи? — Ах, это... Я могла бы и проигнорировать, но какой бы уставшей я ни была, мне не хотелось упускать эту возможность поговорить с главной героиней. К тому же, один из законов выживания, основанный на романтике попадания в злодейку, гласит: «Сблизься с доброй героиней». «Добрая и праведная Лизи никогда не уклонится от моего дружеского подхода. Ухуху!» Внутренне я ехидно посмеивалась, как персонаж, замысливший коварный план, но при этом снова осознала, что Лизи, которая мяла руки, потому что ей было трудно открыть рот, была прекрасна. Лизи, одетая в простое, но роскошное платье цвета слоновой кости, была гораздо ослепительнее, чем я ранее, когда была усыпана сверкающими драгоценностями. Лизи больше подходила на роль целомудренной и застенчивой невесты. Вероятно, автор к этому и стремился. — Сегодня... Я приношу извинения за грубое поведение Киллиана по отношению к мисс Эдит. Надеюсь, вы не будете его слишком сильно ненавидеть. Хотя Киллиан выглядит холодным и резким снаружи, на самом деле он глубоко душевный человек. А? Я помню эту сцену! Как и в оригинальной истории, Эдит заговорила с Лизи первой. И она взорвалась на Лизи, которая попросила её не ненавидеть Киллиана, сказав: «Что с тобой не так? Как ты смеешь надевать белое платье на чужую свадьбу? Ты говоришь мне, только что ставшей его женой, о Киллиане?». Честно говоря, как читатель, я знаю причины, по которым Лизи это сказала, но Эдит, которой пришлось выслушивать это, не зная, что происходит, имела полное право злиться. Но я — попаданка, которая прочитала оригинал.