Всегда Патронус: Совершенствуя сон

— Итак, мистер Поттер, — сказал Снейп. — Вам предстоит пройти довольно суровое испытание. А раз так, то я обязан вас защитить. Когда мы окажемся на территории Гильдии, вы должны полностью повиноваться моим приказам. И не словам, не жестам, даже не мыслям, а напрямую моей воле. Нам нужна очень прочная связь. — Как же мы достигнем этого, Патронус? — спросил Гарри, чья эйфория уже успела испариться и уступила место некоторой растерянности. — Это делается только через тренировку. Времени у нас в обрез, но я надеюсь, что часть задачи уже решена. Когда вы были без сознания и превращались в стихию, мне вполне успешно удалось пригрозить вам наказанием — и процесс вашего превращения замедлился. Не будь между нами связи, вы бы не смогли понять мою угрозу, будучи в отключке. — Патронус, мне нужно будет исполнять ваши приказы во время тренировок? — Именно. Любые приказы, даже самые дурацкие. Давайте попробуем. Я стану говорить мысленно, и вы будете стоять спиной ко мне, пытаясь угадать, что я вам приказываю. Готовы? — Прямо сейчас? Эмм… да. Гарри поспешно повернулся к нему спиной. «Наденьте чашку на голову,» — подумал Снейп и стал ждать. Поттер стоял, прислушиваясь к тишине. Потом он сделал шаг к столу. Взял вилку, положил её на место. Постоял ещё немного. К радости напряжённо ожидающего Снейпа, схватил чашку, но затем с размаху швырнул её на пол. Разлетелись осколки, подобные метеоритному дождю (в исполнении Поттера всё обретало галактический масштаб). — Я угадал? — спросил Гарри, развернувшись. Снейп покачал головой и произнёс репаро. Поттер отвернулся снова, потом едва ощутимо вздрогнул. Медленно, с явным сомнением, протянул руку к чашке и надел её на голову. Снейп потрясённо смотрел на него, покуда не понял, что сейчас мальчишка повернётся к нему. И точно: Поттер, прижимая чашку к голове, переставил ноги так, чтобы быть к своему Патронусу лицом. — Теперь верно? — спросил он, пытаясь прочесть ответ на сдержанной маске Снейпа. — Верно, мистер Поттер. Небольшое поощрение. Снимите чашку и идите сюда. Снейпу срочно, очень срочно требовалось обнять Гарри — и награда была лишь предлогом. Когда Поттер приблизился, Снейп медленно притянул его к себе, чтобы глубоко и безнадёжно страстно (никакого самоконтроля!) поцеловать. Когда поцелуй иссяк, а Гарри уже хотел спросить, следует ли продолжить тренировку, сработал камин: — Северус! — это был взволнованный и приглушённый голос Драко. — Да, Драко, ты можешь войти, — любезно ответил Снейп. Тот появился элегантно, как истинный Малфой. Но взъерошенные волосы и испуганный взгляд сказали сразу о многом. Что-то надвигалось. И Гарри не знал, по силам ли ему и Патронусу справиться с этим. Рассказ Драко был сбивчивым. В конце Снейп помолчал немного, чтобы сказать: — Это говорит лишь о том, мистер Поттер, что вы должны тренироваться вдвое усерднее. — Затем он повернулся снова к крестнику. — Спасибо, Драко. **** — Джин, задержись, — сказал капитан, отпуская игроков по домам. Всё началось с того, что она чуть не поймала плечом бладжер, а ещё — промахнулась рукой мимо снитча. А ещё — чуть не сшибла Пабло с метлы. Этих «ещё» был целый миллион. Она только вяло кивнула, осознавая, что полностью заслужила разнос, который её наверняка ожидал. Джек Миркис (он же — Играющий Лорд) немного нахмурился, посмотрев на неё. Но говорить начал лишь тогда, когда все разошлись: — Я понимаю, у всех бывают спады настроения. Но что с тобой? Само собой, если это не слишком личное… — Кхм, Джек, — от неожиданности Джинни не сразу подобрала слова. — Я играю плохо. С каждой тренировкой всё хуже. Ты сам видишь. Вероятно, мне пора уйти и заняться чем-то другим. Это явно не моё. — Какие глупости! — немедленно возмутился он. — Неужели ты думаешь, что ни у кого не бывает таких дурацких периодов? — Наверно. Но не до такой же степени, — возразила она с унынием в голосе. Сейчас она была не игроком, а растерянной девчонкой. — Ещё и не такое бывает, — ухмыльнулся Миркис. — Я как-то раз квоффл в собственные кольца забил. Но, к счастью, на тренировке. — Ты думаешь, это не насовсем? — Само собой. Всё пройдёт, точно тебе говорю. Главное — руки не опускай. Джин заплакала, и он со вздохом притянул её к себе. — Вот так, сейчас слёзы выльются — станет полегче. Её плечи вздрагивали от рыданий, но с каждым разом всё меньше. Она отодвинулась от него и попыталась улыбнуться: — Обещай показать мне мастер-класс по забиванию квоффла. — Эй, — с притворным негодованием толкнул он её в плечо, — не вздумай рассказать нашим. Ко мне очередь выстроится. Они рассмеялись, и в её смехе был отзвук слёз. — Сказать по правде, — загадочно намекнул он, — я думаю поручить тебе одну вещь. Пока не могу сказать что. Но даже не думай уходить. Просто играй, Джин. Игра расставит всё по местам. — Спасибо, Джек. **** Болеслав Каркаров аккуратно подписал два приказа. Ровно два. Небольших, скромных. Один касался библиотеки, другой — украшения залов. Не в компетенции заместителя было замахиваться на большее. Но Болеславу хватало. Игорь вряд ли понял бы его план. Раскаявшийся Пожиратель, всё это время стремившийся заработать доброе имя. О, он бы всеми силами противостоял задуманному. Но Игорю и не следовало что-либо знать. Драгоценный кузен мог быть спокоен за свою репутацию. А тем временем небольшие распоряжения должны повлиять на Дурмстранг не менее полно, чем самые масштабные. Есть вопросы, которые даже дальновидные директора недооценивают. А Игорь вовсе не дальновидный. Болеслав усмехнулся. Быть серым кардиналом совсем не скучно и даже почётно. Основная задача — влияние на молодёжь Болгарии — так доступна, как это только возможно. А значит, он держит в руках всю страну. **** Люциус Малфой был разгневан. В этой бездумной ярости он был способен ощипать собственных павлинов и живьём отправить их на сковородку. Но он знал эту свою черту и предусмотрел убежище. Сейчас Люциус находился в своём тайном кабинете, дверца в который вела из официального. Разумеется, жена и сын знали об этом месте — скрывать подобное от истинных слизеринцев невозможно. Но никому не было туда хода — и сейчас можно было просто медленно остывать. Клокочущая ярость шла на спад, но не становилась от этого менее ядовитой и мстительной. Проклятый оборотень отказался сотрудничать. Выскочка Люпин, осмелившийся занять директорское кресло. Почему ему не хватило звериного инстинкта самосохранения, чтобы согласиться на все условия? Всего-то требовались постепенные исправления в программе. Но нет, это животное упёрлось. Не волк, а упрямый ишак. Ничего. Люциус знал, что его это не остановит. В Британии будут думать и говорить то, что подскажет им глава рода Малфой.