Game of madness

Утро в особняке было безмятежным. Тонкая полоска света просочилась сквозь занавески, мягко легла на кожу. Ли Хисын открыл глаза, не торопясь двигаться. Несколько секунд он просто лежал, прислушиваясь к себе — сердце било ровно, разум чист, настроение… на удивление лёгкое. Он поднялся, прошёл в душ. Вода стекала по плечам, по шее, по груди, словно смывая с него остатки ночи — и воспоминания, и запах, и мысли, прилипшие ко сну, вымыл волосы. вытерся мягким полотенцем. Всё — медленно, как ритуал. Точно, будто под музыку. Одет он был в светлую рубашку и свободные, но идеально выглаженные брюки. Волосы чуть откинуты назад, пальцы пахнут парфюмом. Он выглядел, как всегда, безупречно, как будто должен был сняться в рекламе дорогих часов. Но за этой внешностью жило нечто, что знали немногие. Он вышел на завтрак с лёгкой улыбкой. На кухне уже был отец — Ли Тэук, собранный, мрачный, как всегда. Он сидел с чашкой чёрного кофе и планшетом, перелистывая какие-то документы. Увидев Хисына, только бросил быстрый взгляд. —Удивлён, что ты сегодня решил присоединиться. — сказал Тэук, не отрываясь. —Утро было слишком красивым, чтобы его пропустить. — ответил Хисын спокойно. Он взял себе тост, налил кофе и сел напротив. Молчание длилось почти минуту. Потом, не поднимая глаз, Тэук сказал: —Что ты сделал с последним? —Нарисовал. Сфотографировал. Заморозил. Как обычно. — отозвался Хисын без малейшего колебания, как будто говорил о выставке. —И ты называешь это "искусством"? Хисын слегка склонил голову. —Ты сам мне говорил в детстве: чтобы понять форму, нужно её разрушить. Я не разрушаю — я сохраняю. Момент. Последнее дыхание. Последний взгляд. Это куда ценнее, чем просто портреты. —Это отклонение. — резко сказал Тэук, отставляя чашку. —Не искусство. И не часть плана. Это — помешательство. —Забавно слышать такое от человека, в чьей компании половина прибыли уходит в обход закона. —Не путай расчёт и безумие. Хисын улыбнулся уголком рта. —Я просто эстет. Ты — практик. Но знаешь, отец… иногда страх работает хуже, чем восхищение. Особенно, когда ты делаешь нечто прекрасное из того, что другим кажется чудовищным. Тэук тяжело выдохнул. —Ты не понимаешь, к чему это приведёт. Ты подставишь себя. —Или поставлю галочку на самом красивом лице, которое я когда-либо видел. — тихо ответил Хисын. Взгляд стал острее. —И ты ничего не сделаешь, чтобы остановить меня. Потому что ты боишься не за меня, а за имя. Меня ты ненавидишь, но сделать ничего не можешь. Повисла долгая, очень глухая пауза. —Выйди. — сказал Тэук, не глядя на него. Хисын встал, всё ещё с улыбкой, как будто ничего не случилось. —С удовольствием.

***

Он прошёл по коридору до кабинета. Следом достав ключи, отворил вторую дверь — свое личное пространство. Тишина здесь была иная. Он щёлкнул замком, вошёл и закрылся изнутри. Помещение было похоже на студию: чертёжный стол, шкафы, лампы, альбомы, специальные морозильные установки — не сразу заметные, но встроенные в стены. Всё — белое, почти стерильное. На стене ряд фотографий. Часть чёрно-белые, часть нарисованные вручную, до предельной точности. Он подошёл к одному из ящиков, достал тонкую папку. Раскрыл. Фотографии Джейка. Он листал их неторопливо. Глаза чуть прищурены, пальцы касаются уголков снимков, как будто чувствуют пульс на глянцевой бумаге. На одном из фото Джейк стоял на балконе, опираясь на перила, в лёгкой домашней футболке. Свет ложился сзади, от чего плечи и шея казались почти вылепленными. Он смотрел в сторону, будто слушал ветер. Хисын провёл пальцем по его шее на снимке. —Как поскорее хочется скрыть тебя от этого жестокого мира. Он прижал фотографию к губам. —И как поскорее хочется изучить тебя не только глазами...руками, губами. Прикоснуться к каждому твоему изгибу. Он прикрыл глаза, сев на стул. Откинулся на спинку. —Как же ты сводишь меня с ума, Джейки~.

***

Хисын смотрел в своё отражение. Всё было готово. Лицо — спокойное, одежда — идеально подобранная: светлая водолазка, серые брюки, такого же цвета жилетка, тонкие перчатки. Ни одного пятна, ни единой лишней детали. Даже дыхание — ровное. Он вышел из комнаты. Спускаясь по лестнице, он предвкушал встречу с Джейком. На губах — лёгкая улыбка. В глазах — тень нетерпения, как у человека, предвкушающего первую кисть по холсту. Столкнулся с отцом. —Хисын, через 10 минут встреча с инвесторами, ты куда собрался? —О боже мой, отец, ты серьезно думаешь, что я пойду туда? У меня встреча с моим мальчиком. Справляйся сам. *Улыбка все также украшала лицо парня, он прошел мимо отца, не попрощавшись. В сторону двери. —Сукин сын... Поправляя галстук мужчина направился в кабинет.

***

Он не подошёл сразу. Сначала — просто стоял через улицу от кампуса, опершись на перила. Смотрел, как мимо проходят десятки лиц. Сравнивал. Ждал. Потом — увидел. Шаги Джейка. Уверенные, но не спешные. Книга в руке. Рюкзак на плече. Солнечный свет на волосах. Он разговаривал с кем-то, кивнул, засмеялся тихо и направился к библиотечному корпусу. Хисын задвинулся следом — не слишком близко, но достаточно, чтобы запомнить, как точно он ставит ногу, как держит спину, как оглядывается, не думая, что за ним кто-то может идти.

***

В библиотеке воздух был сухой и слегка пыльный. Он вошёл через боковой вход, не сразу. Пропустил несколько минут, выбрал момент, когда Джейк уже сидел — у окна, с книгами, аккуратно сгруппированными рядом. Хисын сел позади. На стуле, что оставлял его в мёртвой зоне зеркального отражения стекла, но в идеальном обзоре. Открыл случайную книгу, но не прочёл ни строчки. Всё внимание — на том, кто сидел впереди. Плечи, линия шеи, наклон головы, когда Джейк записывал что-то. Даже движения пальцев завлекали. Они тонкие, энергичные. В какой-то момент Джейк повернулся, потянувшись за другим справочником. Хисын застыл и на долю секунды их взгляды почти встретились. Почти. Джейк лишь слегка скользнул взглядом по залу и вернулся к делу. Хисын снова улыбнулся.

***

Было уже за восемь, когда Джейк начал собираться. Листочки аккуратно убраны в рюкзак. Книги на место. Он вышел через боковую дверь, потянулся, как будто хотел встряхнуть напряжение с плеч. Хисын шёл с отставанием — в одном квартале, потом чуть ближе. Тени сгущались. Улицы редели. Город начинал звучать иначе — как фон. Идеальное время. Джейк шёл привычным маршрутом. Повернул в переулок — не страшный, просто короткий. Обнесённый кирпичом, пахнущий холодом и сырой землёй. Хисын свернул следом. Шаг в шаг. Джейк в паре метров впереди. Его силуэт вытянутый фонарём, дышащий. Ни взгляда назад. —Извините! _____ Ух, как то я задержался с главами. Завтра будут новые главы).