Game of madness

Утро началось с тишины. Не с пения птиц, не с теплоты солнечного света, а с холодной белизны потолка и тупой боли в затылке. Джейк проснулся резко, как от толчка — и на мгновение не понял, где он. Под спиной — мягкое, слишком ровное покрытие. Простыни пахли чем-то чистым, дезинфицированным, почти больничным. В горле першило. Руки… свободны. Он быстро опустил взгляд — ни цепей, ни ремней. Но не было и доверия. Ни к месту, ни к ощущениям. Он не спал почти всю ночь. Только под утро провалился на пару часов — тело отключилось, как сгоревшее устройство. Но разум не позволял расслабиться. Мышцы ныли, плечи ломило, даже веки казались тяжёлыми, как свинец. Он попытался приподняться, и каждый жест отзывался в теле тупым гулом. Он чувствовал себя выброшенным. Как вещь, которую трогали слишком много — и не по своей воле. В комнате было светло. Он не знал, сколько времени прошло, но шаги он услышал сразу. Мягкие. Точные. Как будто человек шел не просто в комнату, а на сцену. Дверь отворилась бесшумно. Ли Хисын. Аккуратно одет. Тёмная рубашка, заправленная в брюки, волосы зачесаны назад, лишь пару прядей покоились на лбу, спадая к глазам. На лице — ни тени усталости. Только внимание. —Доброе утро. — сказал он спокойно. Джейк не ответил. Он лишь сел ровнее, опираясь на край кровати, и смотрел на него. Без слов. Стиснув зубы. —Я решил, что тебе будет удобнее здесь. Тебе нужно восстанавливаться. — Он подошёл ближе. Не быстро — словно давал время свыкнуться. —Цепей больше не будет. По крайней мере, я надеюсь мне не придется их надевать на тебя. Джейк сжал кулаки. Он хотел что-то сказать. Хотел — и не мог. Горло снова пересохло, а слова застряли на кончике языка. Всё тело ныло. Хисын остановился рядом. —Я не причиню тебе вреда, если ты не будешь пытаться сбежать. Ты ведь не собираешься? Молчание. —Я здесь. — добавил он тише. —Я рядом. Он посмотрел в глаза Джейку. И что-то мягкое, почти ласковое, промелькнуло в его взгляде. Хисын стоял перед ним, будто был здесь не хозяином, а… ухаживающим. Тот, кто заботится. Но это не меняло сути. Джейк чувствовал: он внутри клетки, хоть и без решёток. Тишина тянулась почти минуту. Потом Джейк тихо, с трудом, прохрипел: —Почему… я здесь? Вопрос сорвался почти случайно, будто выдох. Хрипло, надломлено. Хисын слегка приподнял бровь. —Потому что я захотел. Ты был рядом и стал моей целью. В тебе есть слишком много особенного. Твои глаза. Улыбка. Джейк сжал кулаки. —Это… из-за долга? Он не смотрел на него — только в пол. Слова давались тяжело. Он чувствовал, как подступает слабость. Головная боль сжимала виски, но он хотел понять. Хоть что-то. —Частично. — спокойно сказал Хисын, проходя мимо и садясь на мягкое кресло у окна. —Но месть — это всегда… слишком просто. Я мог бы просто убить твоего отца. А вместо этого выбрал тебя. Он посмотрел прямо в глаза. —Страшно? Джейк ничего не ответил. В дверь постучали. Зашла Сонён,.держа в руках поднос. На нём — горячий рис, рыба, мисо-суп. Чай в небольшой пиале. Джейк посмотрел на поднос с опаской. Он не доверял ни запаху, ни людям, ни пиале. Если бы он был на месте Хисына… он бы отравил. Хисын заметил его взгляд. Улыбнулся — не зло, а почти нежно. —Думаешь, я тебя отравлю? Он встал, подошёл, взял палочки и пробовал из каждой миски. Неспешно, будто демонстрировал: —Видишь? Я бы не портил такое красивое лицо ради глупой смерти. Он жестом указал Сонён выйти. Та кивнула и закрыла за собой дверь. Хисын снова подошёл к кровати. Сел рядом. Положил поднос ближе. Наклонился. —Я помогу. —Я могу сам. — резко выдохнул Джейк, но голос предал — он прозвучал слишком тихо, дрожащий. Сил в руках не хватало даже на то, чтобы удержать чашу. —Знаю. Но ты устал. Дай мне это сделать. Просто… Позволь побыть рядом. Он взял ложку. Снял немного супа. Осторожно поднёс к его губам парня. —Только попробуй. Потом — сам. Джейк замер, слегка приоткрыв рот. Потом сжал челюсти. Но всё же — глотнул. Суп оказался слегка горячим и довольно вкусным. Хисын сидел рядом, не отводя взгляда. Его пальцы легко касались парня — щёки, локтя, иногда волос, будто между ними давно установилась зримая близость. Тук. Дверь отворилась, и в комнату зашла Сонён. На руках — серебристый поднос с гроздью винограда, холодного, покрытого тонкой росой. Она склонила голову чуть вбок, кивнув Хисыну. —Твой отец хочет видеть тебя. Срочно. Хисын поднял взгляд на неё. Вздохнул, коротко. В лице — ни раздражения, ни удивления. Словно он ожидал. —Конечно. Сейчас. Он встал. Подошёл к подносу, взял одну ягоду, бросил в рот — жуя, посмотрел на Джейка. Потом — шаг ближе. Молча опустился к его уровню. —Я скоро. Не волнуйся. Он медленно, почти нежно, поцеловал Джейка в лоб. Тепло губ — будто клеймо. Повернулся к Сонён: —Проследи за ним. Если он захочет пойти в душ — дашь ему мои вещи. —Поняла. Он вышел, оставив за собой мягкий аромат дорогого парфюма и ощущение: он и правда не собирался уходить надолго. Сонён не приблизилась, только осталась у двери. Её взгляд скользнул по Джейку — ровный, спокойный. Но внутри этого спокойствия не было ни жалости, ни тепла. Все же подойдя, она поставила перед ним поднос с виноградом. —Вам нравится виноград? — тихо спросила она. Парень лишь кивнул. Он чувствовал, как дрожит внутренне, даже если тело снаружи оставалось спокойным. Джейк опустил глаза на виноград. Поднял одну ягоду, попробовал. Холодный сок разлился по языку. Сладкий. Он съел ещё одну. Потом — третью. Она сделала шаг ближе — не вторгаясь в личное пространство, а скорее — показывая: она здесь, но не враг —Почему вы работаете на него? — спросил он тихо. Она слегка улыбнулась. —Потому что он не лжёт. И не делает вид, что лучше, чем есть. С ним… проще. Даже если страшно. —Вам не страшно? —Иногда. — честно сказала Сонён. —Но не за себя. И обращайся ко мне на ты. Я Сонён. Он замолчал. Съел ещё ягоду. Немного расслабился, почти незаметно. —Мне не нужно быть тебе другом. — добавила она. —Но если хочешь говорить — я выслушаю. Я не приказываю. Я не наказываю. Я слежу и передаю информацию. —Чтобы я не убежал? —Частично. Если хочешь рассказать, но чтобы Хисын об этом не знал — то я всегда буду рада выслушать. Он замолчал. Сонён тоже больше не говорила — просто стояла у стены, будто растворялась в мебели. Виноград почти неубавился, но Джейк чувствовал, что съел достаточно. —Я… пойду в душ. Сонён кивнула, будто это было ожидаемо. —Ванная через ту дверь. — указала она спокойно. — Я сейчас подам вам одежду. Она подошла к шкафу. Достав нужную одежду и белье, протянула парнишке. Обыкновенная белая футболка и штаны. Футболка была из плотного хлопка, мягкая на ощупь. Гладкая. И пахла самим Хисыном. Джейк на мгновение задержал дыхание. Запах парфюма ударил в память — резкий, чуть пудровый, стойкий, но приятный. Сделал шаг к двери. Сонён ничего не сказала, просто слегка отступила, открывая проход. Он вошёл внутрь. Дверь закрылась за ним глухо. Ванная была почти пугающе идеальной. Светлый мрамор. Стеклянная душевая кабина. Махровые полотенца. Он включил воду. Пар начал подниматься медленно, касаясь кожи. Скинув одежду на пол, он шагнул под теплую струю. Вода лилась по плечам, по лицу. Обволакивала, как будто могла смыть с него страх, бессилие, грязь чужих прикосновений.