Game of madness

Он не помнил, как долго пролежал так — на спине, на смятом покрывале, не шевелясь, с открытыми глазами. Время здесь не чувствовалось. Только глухое биение собственного сердца и неприятная тяжесть на груди напоминали, что он ещё не спит. Джейк медленно сел. Руки дрожали. Он посмотрел на бледные ладони. Всё внутри него словно сжалось в комок. Сопротивление всё ещё горело где‑то в глубине — но куда слабее, чем раньше. Он провёл рукой по лицу, как будто хотел стереть с себя чужие взгляды, чужие губы, чужие слова. Тело ломило, особенно плечи. На губах всё ещё оставался вкус. И от него не получалось избавиться. Он закрыл глаза, откинулся назад и замер, тяжело дыша. Может быть, так он и заснул бы, но звук шагов вывел его из забытья. Дверь приоткрылась. Он вскинул голову. В комнату вошла Сонён. Она была немного взъерошена, волосы небрежно заправлены за уши, на лице тревога. —Джейк... — негромко позвала она, закрывая за собой дверь. Он не ответил сразу. Только проводил её взглядом и осторожно встал. Она подошла чуть ближе, нахмурившись, окинула его быстрым взглядом — и тихо сказала: —Пойдём. Нужно, чтобы ты… увидел, где ты находишься. Он непонимающе моргнул. —Что? — хрипло выдохнул он. —Пойдём. Я буду рядом. — повторила она чуть мягче и жестом показала на дверь. Джейк стоял секунду, потом всё‑таки пошёл за ней.

***

Джейк шёл за Сонён по коридору. Он чувствовал себя неуютно — каждый шаг по мягкому ковру отдавался странной тяжестью в груди. Они миновали высокие двери, большие окна, лестницу. Сонён остановилась на площадке второго этажа и чуть оглянулась на него, когда он замедлил шаг. Он тоже остановился, облокотился на перила и посмотрел вниз. Отсюда открывался вид на первый этаж: там был холл с камином, кожаный диван и ещё одна лестница, ведущая куда‑то вниз. На секунду показалось, что дом бесконечный. И тут… снизу донёсся звук голосов. Джейк вздрогнул, вслушался. Голоса были тихими, но различимыми — мужской и женский. —…ты ведь сам его сюда привёл. — женский голос звучал слегка раздражённо. —Ты должен был предупредить меня. —Он не твоё дело. — ответил мужской голос, в котором он сразу узнал Хисына. —Это между мной и ним. —Между вами? — переспросила девушка. —Ты вообще понимаешь, на что себя обрекаешь? Джейк напрягся. Он не слышал, чтобы кто‑то ещё здесь был кроме Сонён и Хисына. Теперь он осторожно склонился над перилами, чтобы лучше видеть. На первом этаже у камина стояли Хисын и незнакомая девушка. Она была высокая, с длинными тёмными волосами, одета строго — словно с чужого совета директоров. Девушка смотрела на Хисына так, как будто готова была вцепиться ему в лицо. Джейк продолжал стоять у перил, когда Сонён тихо сказала: —Двоюродная сестра Хисына. Она очень настойчивая. Он чуть кивнул, но всё же не смог отвести глаз. Внизу Хисын и его двоюродная сестра стояли почти нос к носу. Она, сжав кулаки и чуть подбоченясь, смотрела на него свысока, несмотря на то что была почти на голову ниже. —Ты обязан мне объяснить! — голос её был твёрдый, звенящий. —Ты держишь кого‑то здесь. В этом доме! И я хочу видеть его. Сейчас. —Это не твоё дело. — голос Хисына был ровный, но по тому, как он напряг пальцы на рукавах своей рубашки, было понятно — он злится. —Уходи. —Ты всё ещё думаешь, что можешь закрывать двери, когда захочешь? — она издала сухой смешок и шагнула ближе. —Ты всегда так делал, Хисын. Но не со мной. Я хочу его видеть. —Нет. — он произнёс это медленно, чётко. —И это окончательный ответ. Но в этот момент Сонён чуть наклонилась к Джейку и тихо прошептала: —Пойдём. Он насторожился, но послушно шагнул за ней. Сначала он думал, что она выведет его куда‑то в другую часть дома, но вместо этого она прямо повела его вниз по лестнице. С каждым шагом сердце Джейка колотилось всё быстрее — он чувствовал взгляд сестры Хисына на себе ещё до того, как они оказались на полу гостиной. Когда они вошли, тишина была почти гулкой. Хисын сразу обернулся. Его глаза чуть сузились, но он ничего не сказал. Зато девушка сразу развернулась к ним, сложив руки на груди. —Вот он, да? — сказала она, всматриваясь в лицо Джейка. —Вот из‑за него всё это? Джейк опустил взгляд, чувствуя себя неловко под её взглядом, но всё же заставил себя поднять голову и встретиться с ней глазами. В её лице не было злобы, только странное любопытство и лёгкое презрение.

***

Когда сестра Хисына всё ещё сверлила их глазами снизу, Сонён едва заметно кивнула Джейку в сторону, показывая жестом на боковую дверь из гостиной. Он послушно шагнул за ней — уйти подальше от этих взглядов было легче, чем стоять и чувствовать себя чужим и ненужным в их странной семейной драме. Они вышли в небольшой коридор с окнами в сад. Здесь было чуть прохладнее и тише. Сонён остановилась и обернулась к нему. На лице у неё была непривычная серьёзность. Она какое‑то время молчала, глядя на него так, будто выбирала слова. —Джейк. — начала она тихо. — Ты… не понял пока, куда попал. —Но слушай внимательно. Просто… слушай и прими, что это происходит. Он нахмурился, отстранился немного, но она не позволила ему уйти — слегка коснулась его локтя, останавливая. —Здесь ты не решаешь. Не сейчас. — её голос был тихим, но твёрдым. —Ты можешь злиться, можешь ненавидеть… но если хочешь пройти это живым — слушай и принимай. Всё. Он стоял, напряжённо вглядываясь в её глаза. И не смог придумать, что ответить. Слова застряли в горле. Она, наконец, чуть улыбнулась — устало, криво. —Ты сильнее, чем думаешь. Но даже у сильных есть границы. Джейк опустил взгляд, сжал пальцы в кулак и едва слышно сказал: —Я не хочу это принимать. Сонён только кивнула. —Я знаю. Никто бы не хотел. Но тебе придётся. Она чуть тронула его плечо, будто говоря: "не бойся, я всё вижу", и отступила на шаг, когда в коридоре послышались шаги. В дверях снова появился Хисын — всё такой же холодный, спокойный, как будто ничего не случилось. Он окинул их взглядом, потом сделал короткий жест рукой: —Пойдём. И Джейк, всё ещё чувствуя прикосновение Сонён к плечу, медленно двинулся за ним обратно наверх. _____ Новое личико сверкает в фанфике. Что думаете о ней? Кстати, не забываем подписаться на тгк, может после 16 главы сыграем в игру? А там и новость одна будет.