Между нами Вселенная

Is far from this moment,

but you and I know It

gets better when morning

finally rears its head.

Together we're losers,

remember the future

Remember the morning

is when night is dead.

Twenty One Pilots «Message Man»

Парнишка немного успокоился — ну, или просто взял себя в руки. Во всяком случае, Хельмут решил, что можно продолжать налаживать с ним контакт. Удивительно, как всего полчаса назад наводящий одним своим взглядом ужас грозный вояка, настолько быстро превратился в испуганное нечто, тёмной и грозной лужицей расползшееся по полу шатла. Вот блин интересный гадёныш! Коварный план сдать опасного вражеского бойца начальству, предварительно выведав у него информацию о предыдущих его «подвигах», да с чистой совестью и кучей почестей отправиться на заслуженную пенсию — грозился треснуть по швам. Тут было что-то поинтереснее! Возможно дело всей и так насыщенной событиями жизни Хеля! (Земо совсем не описывал так каждую третью свою миссию, вы не подумайте). Да какая к чёрту пенсия, если он только что такой экземпляр откопал! Таинственный, полный секретов Легиона, тьмы и заморочек. В то же время, как выяснилось, очень ранимый и запуганный. Где же Хель ещё такого найдет? Кое-как оторвавшись от заметно притихшего юноши, Хель приносит обещанный герметичный пакет с водой и помогает выпить большую часть содержимого. После, Киборг снова отворачивается, не предпринимая никаких попыток подняться с колен. Неловко откашлявшись, Земо относит воду и возвращается с двумя пакетами сухого пайка. — Солдатик, а давай сделаем так, — предлагает он парнише, — я снимаю с тебя одну пару наручников и кормлю вкусной едой, а ты за это меня не убиваешь и отвечаешь на парочку моих вопросиков? А, идёт? Хельмут сияет самой яркой из своих улыбок, довольный придуманной им сделкой, пока паренёк совершенно без интереса пожимает плечами. Земо хмурится. — Опять что-ли в себя ушёл? Ну-ну, Солдатик, я же вежливо спросил! Ответь мне. С заметной неохотой Вояка отвёл взгляд от иллюминатора — Хелю показалось, что тот пялился больше не на белые полосы света, проносящиеся за окном на сверхзвуковой скорости, а на само стекло. Странный парень, очень странный… — Ну ты кивни хотя бы… — снова хмурит брови Хельмут, имитируя подобие обиды, — А знаешь что? Выбор у тебя всё равно небольшой: либо ты беседуешь со мной, либо с командой моих начальников-допросчиков, вот так! А они точно кормить тебя вкусными обедами не станут! Ещё и запрут где-нибудь в страшном и тёмном месте, как вражеского шпиона! Молчит гад. Да чтоб его… С гордым выражением лица человека, который не станет сдаваться после первого молчаливого отказа, Хель показательно присаживается с другой стороны стеллажа напротив Солдата, с громким хрустом разрывая пакет. Так же он намеренно неспешно вытаскивает скупое содержимое, пытаясь не особо кривится. Да, перегнул он со словом «вкусный», когда описывал их сухпай, но куда уже деваться. Парень осторожно поднял на него взгляд. Как Хель и предполагал, красномордый хмырь не особо кормил своего охранника. Ну, так даже легче. — У меня ещё один есть, если что! — извлекая из общей кучки продуктов вполне себе съедобные крекеры, чавкает Хель, — Смотри какое тут всё… хрустящее! Паренек снова смотрит зашуганным взглядом уже на стол с едой, и Земо решает, что несломимый солдат уже на его крючке. Вот что еда с людьми делает… Обойдя парнишу по кругу, он отстёгивает одну пару наручников с локтей, поднимая юношу на ноги. Тот, почему-то, слушается. Подводит к столу и, одним быстрым движением, прикрепляет конец оставшихся наручников к ножке стола, оставляя правую живую руку свободной. — Второй сухпай полностью твой! — нараспев сообщает Земо, возвращаясь на место. Паренёк глядит всё недоверчивее, то на нераспакованную еду, то на Хельмута. Хмурится ещё больше, неловко поджимая губы. — Да я же не отберу! — по-своему истолковав его бездействие, возмущается Земо, — ну, ешь же. Я вижу, что ты голоден! Спустя пару секунд таких же переглядок, Солдат с ещё большим недоверием обводит взглядом комнату и вновь косится на Хеля. Слабо выдохнув, будто сам для себя решив что-то жизненно важное, он протягивает вперёд свободную руку ладонью вверх. Ничего толком не понявший Хельмут вкладывает в ладонь свой пакет с пайком. Смотрит в ответ: — Держи… Раз тебе так нравится… — Если вы хотите покормить Солдата, пожалуйста, заверните вверх рукав куртки, — с каким-то обречённым вздохом поясняет парень. Сгорая от предвкушения, Хельмут выполняет просьбу. Чтобы увидеть в живой руке юноши обычный, перевязанный медицинскими бинтами не самой первой свежести, катетер. — Что за… Пол минуты очередных молчаливых переглядок прерывает тихий ответ: — Для кормления Солдата. Если вы не хотели этого делать, могли поиздеваться более изощренным способом. Привычно-неловкое молчание прерывается лаконичным «Что?..», пока еще одна минута размышлений и неверия приводит Хельмута к неутешительному осознанию. — Они тебя что… через трубку кормили?

★ ★ ★

Остаток полёта прошел в максимально сумбурном и в неловком безмолвии. Парень так и не сдвинулся с места, на которое его усадил Земо, только опять отвернулся к иллюминатору, буравя взглядом мутное стекло. Есть Хельмуту расхотелось почти сразу: в ту секунду, как скользкий и противный ветерок понимания прошелся от шиворота до пят. Паренек вовсе не работал на врага. Красномордое чмо держало у себя этого юношу насильно (какими методами можно было настолько зашугать такого бугая, ещё предстояло разузнать), запугивало всячески и даже есть нормально не давало. Относилось, судя по его поведению, как к какому-нибудь неживому дроиду, или, что ещё хуже, личному рабу. С рабством во Вселенной Пульсар тоже боролся, и бодро предоставлял Всемирному Сенату отчёты об успешном устранении работорговли в ещё одном куске очередной галактики. Так что встреча с таким человеком: явно не свободным, сломанным и напуганным, дополнительно ударила по мировоззрению Земо: не всю ещё заразу Пульсар искоренил. В последний час полёта Хельмут решает, что пора в срочном порядке что-то сообразить с пареньком, если он не хочет сразу отдать ценную добычу Пульсару. Для него всегда на первом месте был собственный интерес к чему-то новому и необычному, а уже потом всё остальное. На вопросы пленный отвечать явно не станет, так что тут нужно хотя бы договориться о первоначальном сотрудничестве. — Слушай, парень, — неловко прерывает долгое молчание Земо, сразу одевая маску строгого офицера, — Про своё начальство я не шутил. Чёрный Пульсар — очень серьезные люди, и с вражескими солдатами у них разговор короткий. Если я тебя им сдам, твои дни, считай, сочтены. Сразу после кучи допросов и разбирательств тебя посадят в тюрьму для межгалактических преступников в лучшем случае, или же казнят по военным законам в худшем. Так что скажи мне, Солдатик, ты жить хочешь? Юноша, кажется, слушал внимательно, даже оторвался от своего увлекательного занятия разглядывать стекло. — Солдат… не хочет погибать… Фух, слава тебе, Теллистейский титан! — Хорошо, малой… — Земо чуть расслабляет плечи, тут же собираясь обратно, — Значит выбор у тебя один: идти со мной и слушаться меня. Ну как, идёт? Парень посмотрел в его сторону, смерив Хельмута ещё одним внимательным взглядом, то ли оценивая своего нового… хозяина, то ли сравнивая со старым. У Хеля от такой мысли неловкий холодок пробежался по затылку, уже который раз за этот несправедливо длинный день. Поэтому он поспешил оправдаться: — Я, в отличии от твоих и своих ближайший коллег, тебе не враг! Да я вообще звёздный одуванчик!

★ ★ ★

По прибытии на Базу, Хельмута встретили восторженными аплодисментами и громким торжеством. Его подчиненные поздравляли храброго офицера с успешным окончанием миссии (своеобразная Пульсаровская традиция). Бодро и быстро отсалютовав своей молодой команде, Земо уверяет дежурного по Базе, что отчёт о миссии он обязательно занесет завтра, мол сейчас он очень устал от кровопролитной борьбы с межгалактическим злодеем. Закончив, Хель быстренько линяет в обозначенное ранее место. — Офицер, а что с тем воякой с корабля? — прилетает вопрос от парнишки-пульсаровца, сопровождавшего Земо на переговорах. — Он напал на меня в полёте, так что я вырубил его и выбросил в космос, — скучающим тоном бросает Земо, чтобы совсем не с гордой улыбкой уйти, не обернувшись к команде, в шоке рассуждающей о том, какой их офицер сильный и крутой. Такого бугая в одиночку уделать!

★ ★ ★

— Солдатик? Ты как? — протиснул Хельмут свою тушку в кабинет. — Солдата никто не видел, — тихо и чётко рапортует паренек, вылезший из-под тумбочки с увесистой кучей различных документов. И как он только туда поместился… — Как ты так ловко выбрался с космолёта? Ты уверен, что тебя не было видно на камерах? — Солдат залез по стене в окно. На пути встретил пятнадцать устройств видеослежения. Все были успешно обойдены без повреждения техники. Хельмут выглянул в окно, на которое указал головой парень, чтобы лишний раз прихереть, убедившись, что под кабинетом на восьмом этаже не стояло ничего, на чём можно было бы вскарабкаться. Всем бы его бойцам такую ловкость, может бы и работать меньше нужно было. — Ладно… молодец, — откашлялся Хельмут, — Ну, ты присаживайся на… Вояка внезапно плюхнулся пятой точкой на пол, да так и замер, вытянув руки вдоль тела. — …диван. Тот посмотрел недоверчиво, но на мягкую поверхность перебрался. Хелю рядом с пареньком становилось всё более неловко. — Мне нужна будет некоторая информация по поводу твоих предыдущих, кхем, работодателей, — начал Хельмут с долей нервозности, — предыдущих же? Солдат опять ушёл в себя, всё больше играя жилками на лице, но в этот раз всё, вроде как, не грозило закончится истерикой, так что Земо позволил ему немного подумать. — Куратор больше не имеет возможности наказать Солдата… — вслух начинает свои размышления паренёк, повторяя то, что уже говорил ранее, — У Солдата нет выбора, кроме как пойти с Одуванчиком. Солдат пойдет за Одуванчиком. От таких откровений Хельмут подпрыгнул со своего стула: — Каким-таким одуванчиком? — Звёздным… — хлопнул глазами паренёк, — Вы так представились. Молчаливые неловкие переглядывания грозили стать чем-то обыденным. — Да я же в переносном смысле! — в отрицательном жесте замахал руками Земо, — Меня зовут Хельмут, можно просто Хель. Фамилия Земо, но давай без этих официозов. А тебя как? От чего-то паренек скривился, и его лицо стало таким озадаченным, будто Хель у него спросил точный размер родной галактики, на размышление давая три секунды. — Солдатик? Тебя же не могут так звать? — жмурится Хельмут, когда озадаченность парня стала ещё более смущающей, — Не могут, мамы детей Солдатами не называют! Так как твоё имя? — У Солдата… нет имени, — поднял свои серые глазища паренёк. Говорил он, при том, таким само-собой-разумеющимся тоном, будто дал Хелю ответ на самый очевидный вопрос во всей вселенной. Второе за этот день невероятное потрясение тронуло Хельмута больше предыдущего. «У Солдата нет имени». Ярость на лице Земо вспыхнула мгновенно: — Это тебе так то красномордое чмо сказало? А? — Какое такое чмо… — Тот хмырь подкопченый! Костяк прогнивший! Багровый черепушник, тьху ты, Красный Череп! — ругательства Земо от чего-то быстро закончились, и он поспешил успокоиться. Нечего паренька снова пугать, — Хорошо, а до Красного Черепа тебя как звали? Взгляд Солдата ответил красноречивее его самого. Никакого «до» не было. Пытаясь кое-как свести все свои мысли воедино, попутно придумать побольше новых оскорблений дохлому убожеству, Хель поплёлся на кухню. Наугад ухватил кучку различных фруктов, банку молока тангриснира и блендер, побрёл обратно. Ошеломленные вздохи ребятни были успешно проигнорированы: старшему всё равно никто перечить бы не стал. — Короче, Солдатик, с сегодняшнего дня мы постепенно переходим на нормальное питание, — Хельмут наугад выковыривал косточки с пёстрых плодов и закидывал всё в машинку, — Пока что с трубочки посёрбаешь, дальше будем какие-то кашки придумывать. Под мерный нервный тик Хеля, блендер тщательно перемешивал то, что в иных мирах могло бы считаться смузи, а тут больше было похоже на ритуальный подношение богам желудочных колик, но мнение блендера никто не спрашивал. Парень кивнул совсем безучастно. Ухватил высокую чашу в обе руки и тихо зашуршал трубочкой, никак не показывая свое отношение к пище. Смотря на всё это, Хель раз и на всегда решил, что те «работодатели» паренька уже точно бывшие. Через трубку паренька кормить, за человека не считая, твою ж кремнерождённую! Нельзя такого назад, на растерзание плохих дядь отдавать, нельзя. И Хельмут не отдаст. Накормив чем сумев Солдата, Земо пообещал отвести того на тихий час, как только выведает хотя бы немного новой информации. Не с большой охотой, паренёк всё-таки рассказал о некоторых вещах (происходило это, в основном, после того, как Хель парочку раз напоминал бедняге о том, что тот теперь с ним, и даже почти с Пульсаром), но практически все рассказы обрывались фразой «дальше ничего не помню». Офицер медленно дурел, то от того, в какие сферы деятельности Пульсара и союзников умудрился влезть проклятый Легион, то от того, как у такого крепкого на вид паренька всё плохо с памятью. Спустя несколько часов, точно измеренных всё теми же джибутскими часами, Хельмут решил, что хватит с них обоих потрясений на сегодня и провёл паренька в совмещённую с кабинетом небольшую спальню (да-да, преимущества высокой должности!). Сам Хель спать не спешил. Интерес нового дела давил на мозги, приводя в оборот встроенное ещё при рождении шило в жопе. Последнее дело офицера Земо точно будет самым захватывающим!