Отогреть тебя

Гарри летел в самолёте рядом с окном. За ним было чистое синее небо, лишь вдали виднелись большие кучерявые облака и мелькающие внизу деревья вместе с домами. Но парень не замечал всей этой красоты, он смотрел в пластиковую серую стену самолета, чувствуя, как сильно бьётся в груди сердце. Воспоминания прошедшего дня были как в тумане, рука всё ещё подрагивала, и он сжал её сильнее, не давая эмоциям вновь захлестнуть его разум. *** Он поступил правильно, несомненно, ведь, читая короткое письмо, написанное дрожащей рукой главы семейства Уизли, парень понимал, что им следует сейчас быть там, рядом с друзьями и родными. Не зная толком всей информации, и Сириус, и Гарри просто сходили с ума в тревоге, не зная, что делать и как дальше быть. Сидя на кровати, чувствуя, как отголосками болит шрам, Гарри хотел бежать хоть пешком туда, где сейчас были его друзья. В порядке ли они? Что вообще произошло? И как организаторы маги могли допустить такое? Эти вопросы заполняли все его мысли, не давая толком отдохнуть. Сириус аккуратно слушал сбивчивый рассказ Гарри о болях в шраме. – Я не хотел говорить, думал, что это просто... – Гарри прервался, коря себя за всё это. – Понимаешь, думал, что ничего тут такого нет, – продолжил объяснять он, понимая, что не совсем честен. – А сегодня была просто ужасная боль в шраме, и... знаешь, я видел очень отчётливо нападение на лагерь, огонь, людей. Это по-любому как-то связано с болью. Сириус хмуро и обеспокоенно слушал его объяснения. Длинные пальцы крестного легли на руку мальчика, холодный метал его колец давал понять, что Гарри находится здесь, в их квартире, а не в той гуще событий. – Это было и раньше? С каких пор началось? – как можно мягче уточнил Сириус. – Как мы приехали в Санкт-Петербург... Боли были и раньше, но это было очень давно, на втором курсе. Я не хотел тебя тревожить, поэтому ничего не говорил. – Гарри, – крестный выглядел спокойно, передние прядки волос, что теперь были завязаны в небрежный хвостик, падали ему на лицо, скрывая белый шрам на брови, что очень ему шёл. – Всё в порядке, ты совершенно не виноват в том, что произошло. Да, не виноват, – с нажимом повторил он, видя, как мальчик хочет возразить. – Ты не ответственен за это. – голос был твердый. – Ответственность несут те мудаки из Министерства, что не смогли даже поставить нормальную защиту, всё делают через... не суть, – оборвал свой дальше явно нецензурный поток мыслей мужчина, сжимая руку парня в своей. – Так что не смей чувствовать даже крупицу вины. Только в следующий раз обязательно расскажи всё мне, щеночек. Хорошо? Сириус выглядел серьёзно негодующим и переживающим за Гарри, отчего мальчик почувствовал, как защипало в глазах. Сборы были быстрыми, словно в тумане, получив ещё одну короткую записку уже от Дамблдора, в которой писалось о тревоге и неспокойности, что захлестнула магический мир, и о нужде поскорее приехать им домой, медлить было нельзя. Билеты были взяты сразу, и Гарри не понял, как Сириус сделал это так быстро, но сейчас было совершенно не до этого. Вещи все были сложены в сумку с чарами расширения, и на утро им уже надо было ехать в аэропорт. Гарри сидел на диване, обняв колени руками, чувствуя себя разбитым, оглядывая вновь и вновь квартиру, которая за столь короткое время забрала частичку в его сердце. Обшарпанный шкаф на кухне, висящий красный с узорами ковёр на стене, потрескавшаяся штукатурка и маленькая иконка над диваном. Всё было таким непривычным, когда они только сюда заезжали, а теперь Гарри был поглощен чужой культурой, языком и этой прохладной квартирой, в которой чувствовалась защита. Он не знал сколько времени так просидел, всю ночь он не спал, как и Сириус, что сейчас, собрав вещи, готовил кофе крестнику и себе. В окне была темнота, ночь поглотила Санкт-Петербург, даря жителям покой, и Гарри, смотря в окно, даже и не заметил, как заснул. Он открыл глаза только когда начало светать, тонкий плед мягко лежал на его плечах, а Сириус сидел рядом, медленно попивая чашку кофе. Сонными глазами Гарри пробежался по крестному, тот в ответ перевёл на него взгляд. – Скоро вылет, – тихо сказал он, его голос был немного хриплым от долгого молчания, и Гарри прикусил губу. Мысли более-менее пришли в порядок, и острое осознание кольнуло его. Парень быстро вскочил, чувствуя, как сердце забилось чаще. – Сириус... Мне надо успеть сходить на мост, – быстро проговорил он, стараясь звучать ровно. – Это правда важно. В голове крутилось лишь одно: он должен встретить перед вылетом Родиона, он должен попрощаться, сказать, как многое он стал значить для него за это время знакомства. Ему казалось это жизненно необходимым, ведь... возможно, они расстаются навсегда. Серьезные, всё понимающие глаза крестного скользнули по взволнованному парню, и Гарри вновь стал благодарен всей вселенной за то, что она послала ему Блэка. – Иди, щеночек, – кивнул он мягко, явно понимая, чего и кого хотел увидеть его крестник. Гарри кинул на него благодарный взгляд, быстро идя к двери. Выбежав из поезда, парень ощутил прохладу раннего утра, ведь был всего лишь в футболке, наспех одевая кофту. Не обращая на холод внимания, он побежал. Быстро, почти отчаянно, желая всей своей душой обнаружить Родиона на мосту. На улице совершенно не было ни людей, ни машин, перед глазами мелькали уже знакомые здания и улицы. Он знал, что в такое время Родион вряд ли будет на мосту, но он надеялся на чудо. Уже во второй раз Гарри почувствовал огромную благодарность Оливеру, что с бесчеловеческим равнодушием к их стенаниям и ропоту заставлял всю команду нарезать круги вокруг озера все прошлые годы. Внутренне парень пообещал себе поблагодарить капитана, как начнется школа, а сейчас он бежал по мосту, но, добегая до перил, остановился, упираясь в колени, тяжело дыша. Он ощутил колючее разочарование, не увидев на мосту никого, лишь какой-то мужчина, от которого разило перегаром, лежал, свернувшись клубочком, на лавке, тихо сопя. Что-то сжалось внутри парня, и, несмотря на то, что дыхание было сбито, он вновь побежал дальше, и дальше, по улицам, проспектам, знакомым зданиям. Шансов встретить Родиона почти не было, но Гарри просто не мог позволить себе остановиться. Он переходил на шаг, выравнивая дыхание, а после вновь через силу переходил на бег, просматривая переулки и улицы. Его не было. Не было нигде. Это было естественно и понятно, ведь ранним утром мало кто гулял бы по улицам, но... Сердце болезненно сжалось. Медленно бредя к мосту, парень тяжело дышал, чувствуя себя разбитым. Уже основательно светало, когда он заметил стоящего на мосту Сириуса в кожаной косухе, что спокойно держал в руках их сумку, с сожалением смотря на крестника. Прохладный ветер немного развевал его волосы, но мужчина даже не обращал на это внимание. Гарри медленно подошёл к нему. – Уже время, да? – голос звучал немного хрипло, парень смотрел на Сириуса устало. – Да, – рука в поддержку легла на плечо парня, и тот на мгновение закрыл глаза, чувствуя, что теряет что-то очень важное.