Темный лорд и Темный принц

Гарри ел, Фред сидел рядом с ним, а Джордж — впереди. Прошло уже целых два месяца с тех пор, как он прибыл в Хогвартс и наступил Хэллоуин, а это значит, что у Гарри во рту сейчас три разных леденца. —«Я вам говорю, этот учитель будет скучным весь учебный год, честное слово!! Он говорит только о войне с гоблинами и больше ни о чём! Это просто безумие!» — простонал Фред. Гарри слушал его. Он не мог ответить из-за леденцов, но кивнул. —«И поэтому…» — Джорджа прервал Квиррелл, вбежавший в комнату с криком: —«Тролль в подземельях!» — после чего он наконец рухнул на пол между столами факультетов Равенкло и Хаффлпафф. Джордж и Фред были удивлены, а Гарри зашипел от громкого звука распахнувшихся дверей, из-за чего ему пришлось прикусить язык и один из леденцов. Все ученики начали кричать, пока Дамблдор не встал и не крикнул «ТИШИНА!» низким и громким голосом. Все успокоились, кроме Гарри, которому пришлось вытащить леденцы изо рта, потому что он давился откушенным кусочком. Фред погладил его по спине и дал воды, пока тот продолжал хрипеть и задыхаться. —«Все успокойтесь; ваши старосты проводят вас в общежитие», — объяснил Дамблдор. —«А мы пойдем разберемся с троллем». Все старосты торжественно встали, выстроили свои дома в ряд и проводили всех по комнатам. Гарри, Фред и Джордж шли сзади, Рон и Шеймус — чуть впереди. —«Эй, если тролль в подземельях, разве слизеринцам ничего не угрожает?» — спросил Гарри. Близнецы пожали плечами. —«Дамблдор стар, просто не обращайте на это внимания». Затем Рон и Симус убежали в противоположном направлении, Гарри следил за ними взглядом. —«Почему ваш глупый брат бежит в противоположную сторону? Это глупо». Фред ухмыльнулся. —«Пойдем посмотрим», — ухмыльнулся в ответ Джордж, и они тоже побежали, следуя за Роном. Джордж тащил Гарри за руку, которому было совершенно наплевать на то, что делал Рон. Они сбежали вниз по лестнице, пока Рон и Шеймус не остановились, после чего все услышали девичий крик, доносившийся из туалета. Рон и Симус тут же ворвались внутрь, Гарри и близнецы шли следом. Джордж и Фред были поражены, увидев тролля снаружи ванной. Гарри остался позади близнецов, пока они заглядывали внутрь. В голове у него все расплывалось, он сам не понимал почему. Словно его магия приняла человеческий облик и шептала высоким голосом, который не давал ему покоя. Он шептал ему, чтобы тот использовал свою магию. Гарри просто проигнорировал бы это, если бы не ощущение, что пальцы задрожали и стали холодными. Он вздрогнул и цокнул языком, прежде чем пройти мимо близнецов, где Рон и Симус пытались отвлечь тролля. Он поднял руку, намереваясь просто оглушить тролля, не желая прибегать к чему-то более изощренному, но, когда он собрал всю свою магию, услышал треск, от которого у него заболела голова, однако тролль обмяк. Гермиона, близнецы, Рон и Симус смотрели на тролля широко раскрытыми глазами. Гарри же просто разглядывал тролля и странную форму его шеи. Он почувствовал щелчок, тот самый щелчок, который скреплял воедино всё магическое существование. Тролль был мертв. Гарри просто смотрел на это. Он не был грустен, это был просто отвратительный тролль, и его удивляло то, что с ним случилось. Почему его контроль вдруг стал расплывчатым? Он откашлялся и, чтобы не показать слабость, сделал вид, будто говорил это не специально. —«Ах! Он упал, как веточка, лол, какой же он жалкий», — он указал на тролля, обращаясь к близнецам, которые просто смотрели на него, а затем неловко рассмеялся и кивнул. —«Да! Он был таким слабым, я думал, тролли сильнее», — усмехнулся Фред. Джордж фыркнул, и они начали выходить, а Гарри молча смотрел на свои руки. Убийство тролля не вызвало у него чувства вины, но вызвало беспокойство. Когда они ушли, учительница обнаружила на полу Гермиону, Рона, Симуса и мертвого тролля. Однако они придумали историю, не желая повторить судьбу тролля и разозлить Гарри. Когда все уснули, Гарри попытался заснуть, но каждый раз, когда он начинал погружаться в мир снов, он видел лишь кружащийся, парящий шар тьмы, а по комнате эхом разносились неразборчивые шепоты. Он снова открыл глаза, нахмурившись. Ему было тепло, но неприятно. Иногда он испытывал подобные чувства, особенно сразу после того, как случайно прибегал к магии, чтобы скрыть свои действия. Но это никогда не доходило до того, чтобы мешать ему спать. Не злоупотреблял ли он магией? Ему следовало бы прекратить использовать случайную магию. Но ему было неприятно осознавать, что потом это можно будет отследить. Все были впечатлены его магией без палочки и слов, но на самом деле он никогда не умел этого делать. Он просто заставлял свою магию действовать так, будто это произошло случайно и она подчинялась. Он умел быть очень точным, и сегодня это был первый случай, когда он допустил ошибку. Пролежав в постели еще 20 минут, он застонал, встал и вышел. Оказавшись в общей комнате, он попытался сосредоточиться на своей магии, чтобы стать невидимым, но затем вспомнил, что хочет остановиться. Поэтому он сдался и, очень осторожно поднявшись на астрономическую башню, сел на край, благодаря чему холодное воздух делало неприятное тепло терпимым. Он глубоко вздохнул и посмотрел на вид внизу. Под лунным небом это было прекрасно. Отсюда он мог видеть воду. Она была вся мутная и зеленая, но все еще красивая и спокойная. Он не понимал, что с ним происходит. Через несколько мгновений он услышал стук в дверь башни. В его голове тут же возник вопрос, стоит ли ему снова использовать свою магию. К сожалению, было уже слишком поздно принимать решение, когда Квирелл появился позади него. —«Здравствуйте, мистер Поттер», — пробормотал он, нервно теребя пальцы. —«Профессор», — подтвердил Гарри. —«Ч-что вы д-делаете?» — учитель сел рядом с Гарри, но достаточно далеко, чтобы не коснуться его. —«Мне приснился… кошмар», — солгал он, чувствуя зуд в шраме, и неосознанно использовал свою магию, чтобы успокоить боль, в результате чего в его сознании вновь всплыл образ черного шара. Он схватился за голову, и Квирелл поднял бровь. —«Что-то не так, Поттер?» — мужчина наклонил голову. «Не знаю, что-то не так с моей магией», — наконец сказал он, но не стал вдаваться в подробности. —«Это ты убил тролля, верно?» Гарри смотрел на лицо Квирелла, пытаясь догадаться о его намерениях. «Да», — он отвел взгляд и снова посмотрел на воду. «Мы, учителя, обнаружили странную магию, парящую над троллем». —«Обнаружили? Я думал, что случайную магию невозможно отследить», — промычал он. —«Да, но это ощущалось по-другому». —«Как?» —«Было ощущение, будто одновременно действовало множество магических сил». Гарри начал болтать ногами и наконец решил рассказать профессору. Возможно, это была какая-то магическая болезнь? —«Я чувствовал себя странно. Я просто хотел усыпить тролля, но он вместо этого упал замертво. И теперь я не могу спать, мне так жарко, и каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу какой-то вращающийся черный шар», — пробормотал он себе под нос. Глаза Квирелла сузились. —«Может, я просто заболел или что-то в этом роде, я уже не знаю. Странное чувство». —«М-можете ли вы п-попробовать наложить заклинание люмос?» — предложил профессор. Гарри не знал, как это поможет, но всё равно кивнул. Он поднял палец и снова призвал свою магию. Свет, как обычно, появился, но был таким ярким и резким, что Гарри пришлось остановиться, чувствуя, как заклинание обжигает пальцы. Глаза Квирелла расширились, а затем на мгновение потемнели; в них смешались ликование и раскаяние. —«Я уверен, что это скоро пройдет, нет необходимости обращаться к врачу». Квирелл встал и вышел, разговаривая сам с собой так, будто ему кто-то отвечал. Гарри просто смотрел на свой палец. Он применил заклинание времени, чтобы узнать, сколько времени прошло, но было так ярко, что Гарри не мог на него смотреть. Что происходит? Он встал и направился обратно в общую комнату, по пути избегая встречи с кошкой. Вернувшись в свою комнату, он в последний раз применил свою магию. Но вместо того, чтобы пытаться наложить прямое заклинание холода, он попробовал приглушенный вариант, и результат получился точно таким же, как и в оригинале. Странно, казалось, его магия усилилась. Что ж, он не доверял Квиреллу и не рассчитывал на полезные слова, но, возможно, тот был прав. Он мог научиться контролировать свою магию. Он лег в постель и выключил свет.