Беллатрикс Лестрейндж или уже Блум Доминиус

Я стояла в центре хаоса, окружённая звоном магии и криками сражающихся. В воздухе витало ощущение неизбежности и смерти. Приказ Тёмного Лорда был ясен: мы должны захватить Хогвартс. Но в глубине души я не хотела воевать с детьми, кучкой профессоров и неравнодушных родителей Рабская метка на моём плече пульсировала, напоминая о том, что я обязана подчиняться воле Тёмного Лорда. Я не хотела этого, но у меня не было выбора. В разгар битвы я оказалась лицом к лицу с Молли Уизли. Её ярость и решимость были очевидны, и она не собиралась отступать. Её храбрость и готовность пожертвовать собой ради своих близких вызывали у меня смешанные чувства. Я должна была выполнить приказ Тёмного Лорда, но в глубине души не хотела сражаться с этой женщиной. Молли Уизли защищала своих детей, и в её глазах читалась непреклонная решимость. Я взмахнула палочкой, но Молли была готова к атаке. Наши заклинания сталкивались, и каждый удар был наполнен силой и решимостью. Её заклинания были быстрыми и точными, она не боялась. Я понимала, что не могу позволить себе слабость, но в этот момент я чувствовала, что это неправильно — сражаться с ней. Каждый раз, когда я видела падающую фигуру юного волшебника или защитника, моё сердце сжималось от боли и вины. Я старалась избегать прямых столкновений с детьми, но всё равно чувствовала глубокую боль за то, что причиняю им вред. В этой битве я сражалась не ради победы, а потому что не было шанса противиться приказу. В этот момент я почувствовала, как рабская метка на моём плече пульсирует сильнее, напоминая о воле Тёмного Лорда. Но сквозь этот гул я услышала голос совести, который шептал мне, что я должна найти другой путь. Я попыталась сосредоточиться, найти выход, но было уже поздно. Смертельное проклятие летело прямо на меня, и у меня не было ни шанса увернуться или защититься. Я закрыла глаза, готовясь к неизбежному, чувствуя, как тьма поглощает меня. Последняя мысль промелькнула и растворилась во тьме: «А правда то, что писали в индийском трактате о душе и круге Сансары? И есть ли у меня шанс на реинкарнацию.»                         •|•|• Белла очнулась в густом мраке, который не развеивал ни один луч света. Знакомый страх и обречённость окутывали её, не давая понять, где она и что происходит. Внезапно из темноты к ней начал приближаться яркий свет. Он становился всё сильнее, и в его сиянии начали проявляться очертания дракона. Через мгновение перед ней парил огненный дракон, величественный и мощный. Его тело было объято пламенем, словно живым огнём. Голова дракона украшена острыми рогами, а глаза сверкали ярко-красным светом, отражая внутреннюю силу и энергию. Чешуя переливалась золотистыми оттенками, подчёркивая его царственное происхождение. Развёрнутые крылья делали его воплощением стихии огня. Дракон внимательно смотрел на неё, словно просматривал её жизнь. Смерив её ещё одним взглядом, он пророкотал: — Интересно… Давно ко мне не присылали неочищенные души на перерождение. Хм… — его голос, казалось, звучал отовсюду, отражаясь от вязкой тьмы. — Простите, пожалуйста, кто вы? — Белла решила быть вежливой с этим воплощением пламени. — Позволю представиться, Великий Дракон, демиург мира, в который тебя направили на перерождение, — ответил он. — Что теперь со мной будет? — робко спросила Беллатрикс, чувствуя себя маленькой рядом с таким величественным существом. — Ты отправишься на перерождение, но не просто так. Твоя задача — вернуть равновесие в мир, которое нарушили три ведьмы и сошедший с ума аватар феникса. Мой брат не может ничего сделать Даркару, как, впрочем, и я. — дракон так тяжело вздохнул, казалось, эта ситуация его очень расстраивает. — Мы не можем вмешиваться напрямую, только через посредников. Моим посредником станешь ты. Ты родишься в семье хранителей моей искры и станешь хранителем пламени. Твоими родителями будут король и королева Домино. — Но почему именно я? — спросила Беллатриса, ведь она не была хорошим человеком в прошлой жизни и хорошо это понимала, так что выбор в её сторону был ей не понятен. Она делала ужасные вещи, да не по своей воле, а из-за рабской метки, но делала же. — Почему именно ты? — переспросил дракон, его голос звучал задумчиво, но в нём всё ещё чувствовалась усталость. — Ты обладаешь силой и решимостью, которые необходимы для этой миссии. Ты прошла через многое в своей жизни, и это закалило твой дух. Кроме того, у тебя есть потенциал, если ты найдёшь в себе силы его реализовать. Но помни, Беллатрикс, путь будет непростым. Ты столкнёшься с опасностями, которые могут сломить даже самых сильных. Ты будешь бороться не только с внешними врагами, но и с внутренними демонами. Но если ты справишься, я буду тебе благодарен. Беллатрикс задумалась над словами дракона. Она понимала, что это испытание, которое может изменить её судьбу навсегда. Но она также чувствовала в себе силу и решимость, о которых говорил дракон. Она знала, что готова принять этот вызов. Тем более благодарность демиурга мира в котором она теперь будет жить это огромный плюс. — Я готова, — наконец сказала она, её голос был твёрдым и уверенным. — Я сделаю всё, что в моих силах. Дракон улыбнулся, его глаза сверкнули ярче. — Хорошо, — пророкотал он. — Ты выбрала свой путь. Я помогу тебе, чем смогу в твоём пути, но остальное зависит от тебя. Помни, что ты не одна. Твоё пламя — часть моей души, и я всегда буду рядом, чтобы поддержать тебя. С этими словами дракон начал растворяться в воздухе, оставляя после себя лишь слабое свечение. Беллатрикс почувствовала, как её сознание погружается в темноту, и вскоре она полностью потеряла ощущение времени и пространства. Она знала, что впереди её ждёт долгий и трудный путь, но она была готова к нему. Она была готова стать хранительницей пламени и вернуть мир к равновесию.