Скорость сближения

«Иногда самые опасные враги — те, кто улыбается тебе в лицо».

Каин узнал от Анны, что новость о его возвращении разлетелась. Она позвонила в среду утром, когда он пил кофе на кухне своей стерильно-белой квартиры. Голос у неё был деловой, но в нём чувствовалось напряжение — такое бывало, когда она говорила о спонсорах или прессе. — Каин, контракт уже не новость. «Мотоспорт сегодня» выпустил материал час назад. Его перепостили все. Команда подтвердила. Ты снова в игре. Каин поставил кружку. — Я не подписывал разрешения на публикацию. — Ты подписал контракт, — напомнила Анна. — А в нём есть пункт о медийном сопровождении. Я тебя предупреждала. Она предупреждала. Он помнил. Тогда это казалось формальностью — сейчас — вторжением. — Это не главное, — продолжила Анна. — Тебя хотят видеть. — Кто? — Все. Спонсоры. Команды. Пресса. Организаторы предсезонной встречи. Завтра вечером будет вечеринка — неофициальная, но важная. Соберутся гонщики, менеджеры, журналисты. Ты должен быть там. Каин молчал. — Каин, — Анна вздохнула. — Я понимаю, тебе не хочется. Но тебе нужно показать, что ты вернулся. Лично. Вживую. Не через пресс-релизы. Люди должны тебя увидеть. Он знал, что она права. Знал, что от этого зависит, как его примут. Но внутри всё сопротивлялось — возвращение в этот мир, где все улыбаются, но никто не говорит правду. — Хорошо, — сказал он. — Я приеду. — Отлично. Я пришлю адрес. И Каин… — Что? — Надень костюм. Она отключилась. Каин отложил телефон и посмотрел в окно. Надеть костюм. Улыбаться. Пожимать руки. Делать вид, что он счастлив вернуться. Он не был счастлив. Он был напуган. Но этого нельзя было показывать. Он взял телефон снова, нашёл диалог с Яном и написал: Каин: Завтра вечером вечеринка. Мне нужно быть. Ответ пришёл через минуту. Ян: Поздравляю. Ты же ненавидишь вечеринки. Каин: Ненавижу. Поэтому ты едешь со мной. Пауза. Три точки мигали долго. Ян: Я не хожу на твои сборища снобов. Каин: Мне нужен кто-то, кто не будет врать мне в лицо. Долгая пауза. Каин уже думал, что Ян не ответит. Ян: Ладно, чемпион. Но если я кого-то ударю — это будет твоя проблема. Каин почти улыбнулся. Каин: Договорились.

***

Лофт в центре города оказался именно таким, как ожидал Каин. Высокие потолки, панорамные окна, приглушённый свет. Везде люди в дорогих костюмах, с бокалами в руках, с фальшивыми улыбками на лицах. Каин стоял у входа, чувствуя, как привычная маска возвращается на место — холодный взгляд, ровная линия губ, ни одной лишней эмоции. Чёрный костюм сидел идеально — Анна позаботилась. Белые волосы зачёсаны назад. Он выглядел как с обложки. Ян рядом казался чужим. Кожаная куртка поверх простой чёрной футболки, джинсы, тяжёлые ботинки. Он не пытался вписаться. Даже наоборот — держался с вызовом, засунув руки в карманы и оглядывая всех с лёгким презрением. — Уютно, — сказал он, оглядывая люстру. — Прямо как дома. — Не начинай, — тихо ответил Каин. — Я ничего не говорю. Просто отмечаю. Они прошли внутрь. Каина сразу заметили — руки потянулись к нему, лица вспыхивали узнаванием. Он пожимал ладони, кивал, говорил «спасибо», «рад вернуться», «да, я в порядке». Каждое слово давалось с трудом. Ян оставался в тени — не прятался, но и не лез. Просто наблюдал. Каин перехватил его взгляд через плечо и понял: Ян видит всё. Кто улыбается искренне, а кто смотрит с любопытством хищника. Кто рад его возвращению, а кто уже просчитывает, как использовать его слабость. Потом толпа расступилась, и Каин увидел его. Борис Романов стоял у окна, окружённый небольшой группой людей. Светлые волосы зачёсаны назад, светло-голубые глаза блестят в полумраке, на губах — мягкая, доброжелательная полуулыбка. Безупречный серый костюм, дорогие часы на запястье, непринуждённая поза человека, который привык быть в центре внимания. Он был красив. Элегантен. Идеален. Каин почувствовал, как внутри всё сжалось. Этот парень был вторым после него. Всегда вторым. Он проигрывал Каину на каждом этапе, на каждом чемпионате. А потом Каин упал — и Борис занял его место. Первое место. Пьедестал. Титул. И выглядел так, будто никогда не было иначе. Борис заметил Каина почти сразу. Его улыбка стала чуть шире, глаза — теплее. Он отделился от группы и пошёл к ним — неторопливо, уверенно, с той лёгкой походкой человека, который знает, что его здесь ждут. — Каин, — его голос был мягким, приятным, почти музыкальным. — Я так рад, что ты вернулся. Мы все скучали. Он протянул руку. Каин пожал её — ладонь тёплая, сухая, пожатие крепкое, но не агрессивное. Всё правильно. Всё идеально. — Борис, — Каин кивнул. — Поздравляю с прошлым сезоном. Ты заслужил. — Спасибо, — Борис улыбнулся, но в глазах мелькнуло что-то быстрое, почти незаметное. — Только это было не совсем честно. Я выиграл, потому что тебя не было. Он сделал паузу, будто давая Каину время переварить. — Теперь, надеюсь, мы сможем встретиться на трассе. По-настоящему. Слова правильные. Тон дружеский. Но Каин чувствовал — что-то не так. Какой-то холод под этой тёплой улыбкой. Как будто Борис говорил одно, а думал совсем другое. Рядом возник Ян. Он не представлялся. Просто встал чуть сзади и слева — не демонстративно, но заметно. Борис перевёл взгляд на него. Улыбка не исчезла, но стала более… вежливой. Оценивающей. — А это?.. — Мой друг, — коротко сказал Каин. — Приятно познакомиться, — Борис протянул руку Яну. Ян посмотрел на руку. Потом на Бориса. Не пожал. — Не уверен, что приятно. Тишина повисла на несколько секунд. Борис убрал руку — без обиды, с той же мягкой улыбкой. — Понимаю, — сказал он. — Такие мероприятия не для всех. Вы, наверное, предпочитаете более… неформальную обстановку. — Я предпочитаю не тратить время на людей, которые улыбаются, но думают о том, как тебя уделать, — спокойно ответил Ян. Каин почувствовал, как напряжение нарастает. — Ян, — тихо сказал он. — Что? Я вежлив. Я даже не назвал его по имени. Борис рассмеялся — мягко, без обиды. — Мне нравится твой друг, Каин. Он честный. Это редкость в нашем мире. Он кивнул им обоим и отошёл — плавно, как и подошёл. Каин выдохнул. — Ты обещал никого не бить, — сказал он. — Я не бил, — ответил Ян. — Я просто сказал правду. Если он от этого рассыпется — это его проблемы. Каин покачал головой, но внутри почувствовал что-то тёплое. Ян мог бы промолчать. Мог бы уйти. Но он остался. И сказал то, что Каин не мог сказать сам. — Пойдём, — сказал Каин. — Надо показаться ещё нескольким людям. — Веди, чемпион, — Ян усмехнулся. — Но если кто-то ещё попытается меня обмануть, я начну тыкать пальцем. Каин почти улыбнулся. Они пошли в толпу — двое чужих среди своих. Но почему-то это не пугало.

***

Вечер тянулся долго. Каин переговорил с двумя спонсорами, тремя менеджерами, одним журналистом и бывшим механиком, который теперь работал на другую команду. Каждое рукопожатие оставляло липкое чувство фальши. Каждая улыбка была выверена. Каждое «как дела?» не предполагало честного ответа. Ян отошёл за выпивкой — или просто чтобы проветриться, Каин не спрашивал. Они договорились, что встретятся у выхода через час. Каин стоял у окна, глядя на ночной город, когда Борис подошёл снова. — Ты выглядишь усталым, — сказал он, останавливаясь рядом. В руке у него был бокал с шампанским. — Это нормально. Первое возвращение всегда тяжело. Каин не ответил. — Я хотел сказать, — Борис понизил голос, почти доверительно, — не обижайся на мои слова. Я правда рад, что ты вернулся. Ты был легендой. Он сделал паузу. Сделал глоток. Посмотрел в окно, будто раздумывал, продолжать ли. — Но… легенды имеют свойство не возвращаться. Или возвращаться, но уже не теми. Каин медленно повернул голову. — Ты о чём? Борис улыбнулся — мягко, почти по-дружески. — Я слышал, ты ездишь по ночам. С уличными гонщиками, — он кивнул в сторону, куда ушёл Ян. — С таким… колоритным другом. Команда переживает. Спонсоры тоже. Ты уверен, что это идёт тебе на пользу? Каин чувствовал, как внутри закипает злость. Но он держал лицо — холодное, непроницаемое. — Я уверен, что это не твоё дело. — Ты прав, — Борис не спорил. — Просто я беспокоюсь. Он повернулся к Каину, и в светло-голубых глазах мелькнуло что-то — не злость, не обида. Что-то более холодное. — Мы же соперники. Я хочу победить тебя в лучшей форме. А не… этого. Он снова улыбнулся — мягко, доброжелательно — и отошёл, оставляя Каина одного у окна. Каин сжал бокал так, что побелели костяшки. А не этого. Он говорил о Яне. О том, что Ян — не его уровень. Не его круг. Не его мир. Каин смотрел вслед Борису и думал: Ты не знаешь его. Ты ничего о нём не знаешь. И ты не знаешь меня. Не настоящего. Он поставил бокал на подоконник и пошёл искать Яна. Ян стоял в коридоре, ведущем к туалетам, прислонившись спиной к стене. В руке у него была бутылка минеральной воды — он так и не взял алкоголь, хотя бар ломился от дорогих напитков. — Ты меня искал? — спросил он, увидев Каина. — Пора уходить. — Согласен. Ещё одна улыбка в мою сторону — и я начну их считать. Каин подошёл ближе. Хотел сказать, что всё нормально, что Борис ничего не значит. Но Ян опередил. — Он что-то сказал. Тот, с блондинистой улыбкой. Я видел твоё лицо. Каин молчал. — Не ври, чемпион, — Ян смотрел прямо. — Я знаю, когда ты врёшь. Каин выдохнул. — Он сказал, что хочет победить меня в лучшей форме. А не… этого. — «Этого» — это меня? Каин не подтвердил, но и не отрицал. Ян усмехнулся — невесело, с горечью. — Умный парень. Бьёт не в меня. Бьёт в тебя. Через меня. Он оттолкнулся от стены и сделал шаг в сторону зала, где всё ещё гуляла вечеринка. — Ян, — Каин схватил его за запястье. — Не здесь. Не сейчас. Ян посмотрел на его руку. Потом в глаза. — Почему ты его защищаешь? — Я защищаю тебя, — Каин сказал тихо, но твёрдо. — Если ты его ударишь — он получит то, что хочет. Скандал. Грязь. Он сможет сказать: «Каин Синклер вернулся, но привёл с собой уличного отморозка, который кидается на людей». Ян замер. — Мне плевать, что он скажет. — А мне нет, — Каин не отпустил его руку. — Мне нужно, чтобы ты был рядом. Не в полиции. Не в заголовках скандальных новостей. Рядом. Он сделал паузу. — Мне нужен ты. Не скандал. Ян смотрел на него долго. Потом выдохнул — шумно, как после долгой гонки. — Ты… чёрт. Ты прав. Он убрал руку — не вырвал, мягко освободил. — Но если он ещё раз посмотрит на меня так, будто я мусор — я сломаю ему нос. Даже на твоей дурацкой вечеринке. Каин почти улыбнулся. — Договорились. Они пошли к выходу. Никто их не останавливал. Каин поймал на себе взгляд Бориса — тот стоял у окна и смотрел им вслед. Улыбка не исчезла с его лица. Но в глазах было что-то холодное. Каин отвернулся и вышел на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, выветривая запах духов и шампанского. Ян остановился рядом, закурил. — Твой мир отстой, — сказал он. — Знаю, — ответил Каин. Они стояли на пустой улице, и ночь была тихой. Где-то за спиной всё ещё играла музыка, но здесь, на холодном асфальте, не было ничего, кроме них.

***

Они почти не разговаривали по дороге. Каин гнал байк жёстко, разрезая ночной город, а Ян сидел сзади, крепко обхватив его за талию. Напряжение, накопившееся за вечер, требовало выхода. Как только дверь за ними захлопнулась, Каин развернулся и толкнул Яна спиной к стене. Поцелуй получился жадным, почти злым. Ян попытался перехватить инициативу, но Каин схватил его за запястья и прижал их над головой. — Сегодня моя очередь, — хрипло сказал он, глядя Яну в глаза. — Ты весь вечер молчал и терпел. А теперь будешь стонать подо мной. Ян усмехнулся — дерзко, но в глазах уже горел интерес. — Ого… чемпион решил взять контроль? Смело. Каин не ответил словами. Он резко стянул с Яна кожаную куртку, потом футболку, обнажая торс. Губы сразу нашли шею, ключицу, оставляя новые красные следы поверх старых. Ян тихо выдохнул, когда Каин укусил его за плечо. — На кровать, — приказал Каин, толкая Яна в сторону матраса. Ян упал на спину, но даже лёжа продолжал смотреть с вызовом. — И что ты со мной сделаешь, Синклер? Каин быстро избавился от остатков одежды и навис над ним. Он схватил Яна за бёдра, раздвинул их и встал между ними на коленях. Его член уже стоял тяжело, головка блестела. — Я собираюсь тебя выебать, — тихо, но твёрдо сказал Каин. — Так, чтобы ты завтра не мог нормально сесть на байк. Он наклонился, быстро смазал пальцы слюной и вошёл двумя сразу — глубоко и уверенно. Ян выгнулся, тихо зашипев от внезапного проникновения. — Блядь… — выдохнул он, но в голосе было больше удовольствия, чем боли. Каин двигал пальцами быстро, растягивая, находя простату и надавливая на неё с каждым движением. — Смотри на меня, — потребовал он. Ян открыл глаза. Его обычно дерзкий взгляд теперь был затуманен желанием. — Ты такой красивый, когда лежишь подо мной, — прошептал Каин, добавляя третий палец. — Весь вечер улыбался этим снобам, а теперь стонешь от моих пальцев. Нравится? Ян тихо засмеялся, но смех перешёл в стон, когда Каин особенно сильно нажал на чувствительную точку. — Нравится… когда ты наконец перестаёшь быть идеальным и просто трахаешь меня… Каин вытащил пальцы, взял свой член и одним долгим, глубоким толчком вошёл в Яна до самого конца. Ян громко застонал, запрокидывая голову. — Вот так… — выдохнул Каин, начиная двигаться. Сначала медленно, но глубоко, наслаждаясь каждым сантиметром. — Ты такой горячий внутри… такой тугой… Принимаешь меня целиком, как будто ждал всю ночь. Он ускорился, держа Яна за бёдра и вгоняя член сильными, точными толчками. Каждый раз он выходил почти полностью и входил снова, заставляя Яна выгибаться и стонать. — Громче, — потребовал Каин, наклоняясь ближе. — Я хочу слышать, как ты стонешь моё имя. Весь вечер ты был таким дерзким… а теперь лежишь и принимаешь мой член. — Каин… блядь… глубже… — Ян вцепился пальцами в простыни, глаза полуприкрыты. Каин схватил его за запястья, прижал их к матрасу над головой и наклонился ещё ниже, почти касаясь губами губ Яна. — Ты мой сегодня, — прошептал он хрипло, ускоряя темп. — И будешь кончать от меня. Он трахал Яна жёстко, но ритмично — каждый толчок доставал до самой глубины. Ян стонал уже открыто, тело двигалось навстречу, пытаясь взять ещё глубже. — Да… вот так… — выдохнул Ян. — Трахай меня сильнее, чемпион… покажи, на что способен настоящий Синклер… Каин отпустил его запястья, схватил за бёдра и приподнял их выше, меняя угол. Теперь каждый толчок бил точно по простате. Ян выгнулся дугой, громко застонал. — Каин… я… блядь… — Кончай, — приказал Каин, дроча член Яна быстрыми движениями. Ян кончил первым — сильно, с долгим хриплым стоном, пачкая свой живот и руку Каина. Тело сжималось вокруг члена Каина в судорогах. Каин сделал ещё несколько резких толчков и кончил сам — глубоко внутри Яна. Он прижался лбом к плечу Яна, тяжело дыша. Несколько долгих секунд они лежали неподвижно, пытаясь отдышаться. Ян тихо засмеялся, всё ещё тяжело дыша. — Ну наконец-то… мой чемпион показал зубы. Каин приподнялся на локтях и посмотрел на него сверху вниз. Белые волосы растрепались, глаза всё ещё были тёмными от желания. — Не зазнавайся, — тихо сказал он. — Это только начало. Ян улыбнулся — устало, но очень довольно — и притянул Каина к себе за затылок, целуя медленно и глубоко. — Тогда продолжай, Синклер… у нас ещё вся ночь.