Кукла

Ночь прошла как миг, и вот Хёнджин просыпается от солнечных лучей и пения птиц. Вот то, чего не хватало Хвану: спокойствие, уединение, комфорт, свобода. Наконец он чувствовал себя дома. Этот день Хван решил начать с осмотра замка, хотелось рассмотреть всё до мельчайших деталей. Каждый узор, каждая вырезка, каждый мазок на картинах, которыми были украшены коридоры. Хван был зачарован, словно переместился в далёкое прошлое. Он был поражен количеством и размером всего, что его окружало. Лёгким движением рук он прикасался к картинам, узорам, статуэткам. Время остановилось. Солнечные лучи освещали коридоры и комнаты. И вот Хёнджин дошёл до огромного зала. На мраморный пол падали лучи солнца, а потолок был украшен переливающейся от солнца мозаикой. Вдали от центра стояло старое фортепиано, на клавишах которого остались вмятины - отпечатки прошлого, которые означали очень долгое нахождение в замке. Хёнджин с детства научился играть на таких инструментах как скрипка, флейта и конечно же фортепиано. Поэтому он решил попробовать сыграть, он давно этого не делал и надеялся, что не разучился. И вот длинные пальцы коснулись клавиш, ноты разлетелись по всему залу и отразились в ушах. Ещё одно движение, потом ещё и ещё. Музыка вылетала из под пальцев и уже полностью заполнила пространство. Хёнджин полностью погрузился и позволил себе раствориться в ней. Сколько прошло времени - неизвестно, но когда Хёнджин пришёл в себя, его пальцы болели. Слишком давно он не играл, но, не смотря на неприятную боль в пальцах, он впервые за долгое время был умиротворен. Впервые за долгое время он был безмятежен, его мысли и чувства были в состоянии покоя. Сбросив груз с плеч и избавившись от ненужных мыслей он отправился спать. Подходя к двери, он ненароком взглянул на ту дверь, что вела в спальню той самой куклы: она была приоткрыта, а из небольшой щёлки проходил яркий свет луны. Хван решил зайти в комнату. На том же самом кресле у окна всё также сидел он. При свете луны "Felix" выглядел точь в точь как человек. Хёнджин вновь заправил непослушную прядь его волос за хрупкое фарфоровое ухо. Смотря в стеклянные глаза, которые при свете луны напоминали глубокую, тёмную и неизведанную глубину океана, в которой, не смотря на страх и опасение не вернуться, хотелось тонуть, произнес: - Такое неповторимое творение, которое никто не видит, хотя... - он задумался, - возможно и к лучшему. Не всем дано разглядеть глубину. Порой люди не замечают и просто проходят мимо, упуская важные детали. Не хотелось бы вечно стоять, чтобы на тебя смотрели тысячи, и лишь единицы замечали что-то особенное, цепляющее и притягивающее. Хван поднялся с колен и отправился к выходу. Оставив дверь приоткрытой, он направился в комнату. Перед тем как зайти он ещё раз бросил взгляд на ту дверь. Смотря на свет луны, ощущая лёгкий ветер из приоткрытого окна на своей коже и слушая звуки сверчков, Хёнджин погружался в мир Морфея, пока из него его не вырвал лёгкий и тихий, но всё же слышный звук клавиш. Продолжение следует...